Жизнь текла своим чередом. Вика и Марина продолжали «тренироваться», они старательно ублажали мой член своими девичьими ротиками, не забывая, впрочем, и пококетничать, секс не превращался у нас в механическое занятие. Каждый день был словно праздник. Обе мои девочки часто разыгрывали целое представление, играясь и дразня меня. Например, я ложился на кровать и завязывал себе глаза, после чего должен был угадать, в ротике какой из дочерей оказался мой член на этот раз. Первое время угадывать было легко, так как техники моих малышек разительно отличались.
Вика делала это нежно, порывисто, она часто пускала в ход язычок и любила целовать пенис от основания к головке, скользя по нему своими пухлыми губками. Марина же часто запускала член себе в ротик так, чтобы тот упирался ей в щечку, а затем двигала своей головкой, сжимая губки колечком. Я был просто на верху блаженства, когда удавалось угадать, кто на этот раз покусился на мой ствол. Но постепенно девочки стали более изобретательны, научились копировать технику друг у дружки и угадывать стало сложнее.
Это была не единственная наша игра. Вика с Мариной обожали ходить в парки развлечений и кино со мной. Было просто потрясающе прийти на вечерний киносеанс на какой-нибудь третьесортный фильм, устроится на заднем сиденье и совершенно не понимать, что происходит на экране, потому что влажный горячий ротик одной из дочерей уже приступал к любовному действу. Я сидел, задыхаясь от нежный движений Марины, а Вика тем временем влюбленно смотрела на все это, положив руку себе под юбку и натирая промежность.
Были и неудобные случаи, когда на одном сеансе некая женщина в летах заподозрила неладное и почему-то пошла к нам. Марина, которая увлеченно чмокала моим членом, удивленно оторвалась, когда я отстранился, и положил на колени, где только что ритмично двигалась моя доченька, сумку, которая лежала через сиденье. Женщина приблизилась и строго посмотрела на нас, но ничего крамольного или подозрительного не увидела, так как Марина успела быстро вытереть ротик, а покрасневшие лица и блестящие искорки в глазах моих крошек могли означать что угодно. Когда она удалилась, мы тихонько прыснули, затем я убрал сумку и уже Вика довела начатое Мариной до логического завершения. Семени было очень много, и Марина пришла Вике на помощь в вылизывании моего пениса. Проглотив сок любви и по очереди поцеловав кончик члена, мои дочери устроились поудобнее и уставились на экран. Давали очередную несмешную комедию.
Поскольку мои девочки занимались со мной исключительно оральным сексом, остро встал вопрос о том, кто же будет первым в их лоне. Я это сделать не мог, так как мне казалось это неправильным, да и вагинальный секс отца и дочери мог привести к непоправимым последствиям. Заниматься этим с сокурсниками и Вика, и Марина не отказывались, но те уже либо были заняты, либо совершенно точно считали моих дочерей горделивыми и недоступными. Для разрушения этой иллюзии моим девочкам пришлось бы включиться в «общественную жизнь» института — участвовать в пьянках, гулянках, обсуждениях нарядов и телефонов, и других мероприятиях, которые вызывали и у меня, и у дочерей совершенно справедливое отторжение.
Однажды вечером мы с девочками занимались не то чтобы сексом прямо у них в комнате на кровати. Почему «не то чтобы»? Ну судите сами — Марина стояла на локтях и коленях, сильно выпятив попку, а я пристроился сзади и терся у нее между стеснительно зажатых ножек предварительно смазанным слюной Вики членом. Марине это действительно нравилось, особенно когда я головкой проходил по ее особо чувствительным местам. Сама Марина тем временем ублажала свою сестренку, лежавшую на кровати чуть выше. Вика широко раскинула ножки и потирала пальчиками свою голенькую крупную грудь, пока Мариша ласкала ее лоно губками и язычком.
Моя старшая дочь уже стонала в голос, а Марина мычала от удовольствия. Она была одета в коротенький халатик, который не стеснял моих движений, а лишь подчеркивал изящные длинные ножки и выпирающую аппетитную попку. Я ускорился и финишировали мы почти одновременно. Мариночка еще сильнее сжала ножки, так что моему пенису стало просто некуда деваться и он извергся прямо на внутреннюю поверхность ее бедер, а затем, вырвавшись из тесного плена, продолжил изливаться на попку моей младшей дочери. Вика тем временем прижала белокурую головку сестренки обеими ладошками к своей промежности и извивалась в экстазе, пока Мариша, мыча от наслаждения, совершала ураганные движения язычком, помогая себе пальчиками.
Затем, когда стоны немного затихли, Марина повернулась к Вике попкой, давая той возможность слизать папин сок любви, чем она незамедлительно и воспользовались. Уставшие и довольные, мы, улыбаясь от радости, лежали и смотрели друг на друга. Нет большего счастья, чем видеть раскрасневшиеся лица дочерей, которые влюбленно смотрят прямо в глаза отца. Но почему-то Вике приспичило нарушить идиллию, начав довольно неудобную тему.
— Пап, так что насчет вагинального проникновения?
— Да... Ээ, а что?
— В общем мы подумали и решили, что время уже пришло.
— И кем же будут ваши избранники?
— Пап, он будет один на двоих. И ты его знаешь!
— Да? И кто же это?
— Аркаша...
Сказать, что я был удивлен — значит не сказать ничего. Аркадий — это наш сосед по лестничной клетке. Ему было около 25, он жил один в квартире напротив и был типичным «ботаником», постоянно попадая в разные нелепые истории. Например недавно зашел к нам за солью, так своими вечно размахивающими руками задел люстру. Еще хорошо, что она ему на голову не свалилась. В общем — где Аркадий, там и беда.
Конечно, Аркаша заглядывался на моих доченек, когда случайно встречал их на улице или в подъезде. Да и как было не заглядеться, если девушки почти все время носили крайне откровенные наряды — мини-юбки, которые оголяли ножки до самой попки и обтягивающие грудь топики или блузки с расстегнутой верхней пуговкой. Аркаша жутко смущался, краснел и отводил взгляд, но все равно украдкой наблюдал за моими девочками.
— Вы уверены?
— Да, пап... Он очень милый и безобидный. От него точно можно не ожидать никаких подлостей.
— И он нам обеим нравится, — добавила Марина.
— А как делить будете?
— Пусть он сам выберет, кто из нас ему больше нравится. А от второй-то, мы думаем, он точно не откажется.
— Но как вы его сюда заманите? Он же стеснительный — просто ужас!
— Мы ему деликатно намекнем... — жарко и возбуждающе прошептала Марина.
— Ну хорошо... Попытайтесь.
На этом разговор закончился и мы заснули.
Утром мои малышки приготовили завтрак и одели соблазнительные наряды — короткие юбочки и рубашки, завязанные узлом под грудью. Вике достался нежно-голубой наряд, а Марине — мини-юбка в красно-черную клетку и белая сорочка. Я пожелал им удачи и они выскользнули за дверь.
* * *
Ранним утром я сидел в кресле и смотрел передачу про животных. Показывали африканские саванны — очень познавательно и интересно. Я был полностью расслаблен, наслаждаясь выходным днем и бутылочкой колы. В этот момент в дверь позвонили.
— Кто бы это мог быть, — пробормотал я себе под нос.
Дело в том, что я совершенно не люблю незваных гостей, а, если честно, вообще любое человеческое общество вызывает у меня отторжение. Возможно, это связано с тем, что я довольно неуклюж, и к тому же постоянно попадаю во всякие неловкие ситуации. Вспомнить хотя бы недавний эпизод с люстрой. Когда я открыл дверь, то понял, что сейчас попал как раз в одну из таких неудобных историй.
На пороге стояли мои соседки — дочери Анатолия Станиславовича, жившего в квартире напротив, именно в его коридоре на меня чуть не свалилась та самая злополучная люстра. Вика и Марина выглядели, как обычно выше всяких похвал, они всегда одевались по погоде — очень коротко, чтобы не жарко было. Я переводил взгляд с одной симпатичной мордашки на другую, но глаза так и норовили смотреть чуть ниже.
Девочки явно не знали, с чего начать. Вика приветливо улыбнулась и хрипло произнесла:
— Привет. Что делаешь?
Даже этот простой, в общем-то, вопрос поставил меня в тупик.
— Да ничего, в принципе. А что случилось?
— Ты не хочешь зайти к нам на чай? — выпалила Марина.
— Ээ..
Подходящих оправданий я найти не мог. Но тяжелая раскачивающаяся люстра не давала мне просто согласиться.
— Может как-нибудь в другой раз? — жалобно спросил я.
— Ну уже нет, — Вика как отрезала. — Идем сейчас, Мариша булочек напекла, остынут.
Мне не оставалось другого выхода, кроме как выключить телевизор и отправится в соседнюю квартиру, под сень ненавистной люстры.
Когда мы зашли, я увидел Анатолия Станиславовича, который почему-то хитро улыбался, глядя на меня. Я поздоровался, он тоже и мы прошли на кухню, где девчонки уже подавали завтрак. Я завороженно следил, как Марина колдует у плиты, особенно интересно мне стало, когда она наклонилась, чтобы достать противень из духовки. Ее юбочка задралась и я в изумлении понял, что на девочке совсем нет трусиков!
Это открытие так ошеломило меня, что я уже даже не удивился, когда Вика, также наклонившись, чтобы достать джем из ящика стола, обнажила и свои интимные детали. Я глядел на ее попку и щелочки, которые выглядывали из-под коротенькой небесно-голубой юбочки и чувствовал, как мой член наливается соками и образует довольно заметный бугор на шортах. Поспешно скрестив ноги, я приступил к трапезе, раздумывая, что бы это все могло означать.
Булочки действительно были восхитительны, с джемом и чаем они шли на ура. Глава семейства, Вика и я уплетали лакомство за обе щеки и нахваливали юный кулинарный талант Марины, которая, разумеется, также не отказывалась от своего блюда. После трапезы девочки предложили мне пойти в зал, посмотреть фильм. Я не отказался и мы отправились в комнату, где располагался домашний кинотеатр, подключенный к компьютеру. Вика тут же подошла к уже включенному монитору и выбрала нужный файл.
— А какой фильм будем смотреть? Может, что-нибудь из фантастики? — с надеждой спросил я.
— Сейчас увидишь, — лукаво улыбнулась Вика.
Когда на экране появились первые кадры, я вновь, уже который раз, застыл в изумлении. Фильм назывался «Эммануэль» и я прекрасно знал, о чем это кино. Тут уже у меня не осталось сомнений, что происходит.
На экране разворачивались события, но мне не было до них дела. Я понял, что реализуются мои самые сокровенные, самые потаенные фантазии и в кои-то веки решил взять дело в свои руки.
Тем временем девочки придвинулись ко мне ближе. Я набрался смелости, протянул руку и положил ее на гладкую Викину коленку. Поглаживая ее, другой рукой я привлек ее симпатичное личико к своим губам и чмокнул прямо в пухлые детские губки. Вика не отстранилась, а наоборот ответила, страстно проникнув своим нежным юрким язычком в мой рот. Я ошалел от такого напора, а Вика тем временем, полезла своей маленькой ладошкой в мои шорты и, когда ее надежды оправдались, стянула с меня эту деталь одежды вместе с трусами. Она оторвалась от моего рта и принялась покрывать поцелуями подбородок, шею и грудь, одновременно двигая кожицу на моем члене.
Я был невероятно возбужден, и когда Вика прикоснулась губами к моему набухшему члену, практически сразу же он не выдержал и начал наполнять ее прекрасный ротик семенем. Вика прильнула к пенису, причмокивая, она глотала мой сок, стараясь не упустить ни капли. Марина сидела рядом и возбужденно дышала, ладошкой уже давно яростно растирая себе между ножек. Когда Вика собрала своим язычком все, в комнату неожиданно вошел Анатолий Станиславович. Я хотел было прикрыться, но Вика и Марина со смехом одернули меня.
— Аркадий, — серьезно заявил отец этих двух милых проказниц. — Мы с моими дочерьми уже давно практикуем оральный секс. И я очень бы хотел, чтобы другим видам любви их научил именно ты.
— Но я... У меня еще никогда... В общем... — заплетающимся языком пробормотал я.
— Это ничего, мои девочки также девственницы. Я вам помогу.
Под чутким руководством Анатолия Станиславовича мы с Викой приняли нужную позу. Она лежала подо мной, вся дрожащая от предвкушения, а я нависал, примеряясь членом к узкому входу в ее чертог наслаждений. Наш опытный наставник предупредил нас, что может быть немного больно.
Вот я наконец прицелился и приставил головку к лону старшей дочери моего соседа. Вика тихонько вскрикнула, когда я вошел буквально на полпальца и сразу остановился.
— Так, правильно, продолжай, — хрипло заявил Анатолий Станиславович. Я немного приподнял голову и увидел, что он тоже не стоял без дела. Белокурая головка Марины ритмично двигалась с отцовским членом в маленьком ротике. Хлюпающие звуки и нежное мычание Мариночки заставили меня сосредоточиться.
Я вошел еще немного, а затем еще, и наконец почувствовал упругую преграду. Я сделал движение назад, и с размаху вошел в девственную вагину Вики, протаранив ее и тем самым вызвав у девочки громкий стон от боли. Я осторожно достал член, испачканный красным и уставился на Анатолия Станиславовича. Но тот хрипел, яростно насаживая свою дочь ротиком себе на член и не замечал ничего вокруг.
Я нерешительно посмотрел на застывшую в ожидании Вику и решил довести дело до конца. Вновь войдя в ее узкое лоно, мой член начал ритмично и размашисто двигаться в горячей влажной пещерке. Вика подмахивала мне и нежно постанывала от каждого движения, но на этот раз не от боли, а от удовольствия. Мне стоило больших усилий за несколько мгновений до финиша вытащить пенис и излиться на животик дрожащей в экстазе девочки, которая кричала уже в голос и судорожно сжимала кулачки.
Анатолий Станиславович также кончил и его член с хлюпаньем вышел из сладкого плена Марининого ротика.
— Молодцы, — похвалил он нас с Викой. — А теперь быстро в ванную, — сказал он Вике. Она тут же ретировалась, а отец семейства поспешил за ней.
Я вопросительно посмотрел на Марину, ее взлохмаченную прическу и возбужденные красные щечки. Она все поняла и зарделась еще больше, на этот раз от стыда. Я немного отдохнул и прильнул губами к ротику юной соблазнительницы, которая только что делала минет своему любимому папочке. Эта мысль так меня возбудила, что пенис практически сразу принял вертикальное положение.
Мариша легла на диванчик и неожиданно стыдливо сомкнула ножки. Я нежно стал целовать ее стопы и коленки, упрашивая таким образом раскрыть вход в запретный чертог наслаждений. Марина не долго сопротивлялась и вскоре растопырила ножки в стороны, представив на мое обозрение свои девичьи лепестки. Я прильнул к ним губами, поласкал немного, а затем навис над ней, примерился и понемногу начал входить. В отличие от Вики, Маринина преграда, хоть и была упругой, порвалась с меньшими усилиями. Девочка даже не вскрикнула, а лишь часто задышала. Почувствовав свободу, член начал быстро двигаться в узком горячем пространстве, с хлюпаньем тараня лоно моей молоденькой соседки.
Наши усилия не пропали даром, и вскоре я почувствовал, как приближается момент кульминации — и моей, и Мариночки. Экстренно вытащив своего маленького друга из благодатного гнездышка, я подался вперед и приставил член к детскому личику девушки. Пенис только коснулся приоткрытого в ожидании ротика и сразу начал извергаться прямо на ее мордашку, заливая все белым соком любви. Марина судорожно извивалась и лихорадочно хватала воздух от удовольствия, а я глядел на ее перепачканные губки и носик и был просто на седьмом небе от счастья!..