- Снимайте трусы, - седовласая женщина-врач строго смотрела сквозь толстые стёкла очков.
Покраснев как помидор, я спустил плавки, выставив на показ свой съёжившийся от страха член.
- Так, так, внешних отклонений нет, - она подняла глаза на меня. - Попробуйте оттянуть крайнюю плоть.
Я с трудом ухватился за ставшим вдруг маленьким член, и попробовал обнажить головку. Но член выскальзывал из непослушных пальцев, не желая открываться.
- Угу, - понаблюдав за моими усилиями, остановила меня врач. - Присаживайтесь.
Она указала мне на кушетку. Я примостился на краюшке, со страхом ожидая продолжения.
- Итак, когда вы заметили неудобство при обнажении головки?
- Ну, - я задумался, - не так давно.
- Онанизмом занимаетесь?
- Нееет, - едва не свалившись с кушетки, заикаясь протянул я.
- Так, - с явным сомнением посмотрела на меня врач. - Сексуальные контакты?
- Во время контакта и заметил что не открывается.
- Значит так, - она склонилась над столом, и начала быстро писать. - С этим листком в процедурную к медсестре, начнём лечится.
Процедурная нашлась быстро, и постучавшись, я вошёл во внутрь. Медсестра оказалась среднего роста, миловидной женщиной. На вид лет тридцать, светлые, распушенные волосы до плеч, и удивительно пропорциональная фигурка, облаченная в белоснежный халат. Внимательно прочитав каракули врача, она жестом отправила меня к большой кушетке, застеленной прорезиненной тканью, а сама подошла и закрыла дверь.
- Мне надо раздеваться? - спросил я, холодея от ужаса при мысли, что мне придется снять штаны перед молодой женщиной.
Наверно ужас чётко проступил на моём лице, так как она, подойдя ко мне, и присев рядом на кушетку, сказала:
- Раздеться ниже пояса полностью, майку можно просто закатать. Процедура не сложная, больно не будет, но мне придётся прикасаться к вашим половым органам. Если вы чувствуете стеснение или не удобство, то можно записать вас на приём к другому врачу, мужчине. Мысль, что мой член будет хватать какой-то мужик, привлекала меня ещё меньше, и я отчаянно замотал головой.
- Хорошо, - она подошла к раковине, и начала мыть руки.
Я взялся за ширинку, и собравшись духом, начал раздеваться. Когда она, вымыв руки, и надев тонкие, резиновые перчатки, подошла ко мне, я, уже полностью раздевшись, лежал на кушетке. Медсестра посмотрела на мой член, отчего я снова залился краской стыда. Она осторожно взяла рукой мой член, внимательно рассматривая. От её прикосновения я непроизвольно дёрнулся, словно хотел убежать.
- Спокойно, спокойно, - приговаривала она, взглядом возвращая меня в прежнее положение. - Как тебя зовут?
- Вадим, - удивлённый её вопросом, я посмотрел на неё.
- А меня Елена Петровна, - она едва заметно улыбнулась.
- Сколько тебе лет?
Её спокойный голос убаюкивал, отвлекая меня. Незаметно перейдя на "ты", я отвечал на её вопросы, чувствуя как смущение постепенно уходит. Я полностью расслабился, и принялся разглядывать склонившуюся на до мной фигуру. Я заметил что её халат одет на голое тело, а полоски трусиков и лифчика чётко проступают под лёгкой тканью халата. Это выглядело настолько сексуально, что я почувствовал лёгкое возбуждение. Заметив её странный взгляд, я опустил глаза, и с ужасом обнаружил, что мой член стоит, а какой-то блестящий инструмент, закреплённый на крайней плоти соскальзывал, не в силах удержатся. Она убрала инструмент, и посмотрела на меня. Заметив отчаяние в моих глазах, она успокаивающе произнесла:
- Нечего страшного, не беспокойся, так и должно быть.
Увидев, что я немного успокоился, она пошутила:
- Страшно, когда наоборот. Процентов семьдесят приходящих сюда людей страдают от отсутствия эрекции, а у тебя всё работает как надо.
Она взяла марлю, смоченную в холодной вода, и накинула на мой член. Это немного охладило меня, и чувствуя как напряжение спадает, я следил за её взглядом. Заметив, что я смотрю на неё, медсестра смутившись, перестала разглядывать моё тело, и снова взяла инструмент. Однако у неё ничего не вышло. При малейшем прикосновении член мгновенно возбуждался, уже не реагируя на мокрую марлю.
- Придётся народным методом, - она как-то озорно посмотрела на меня. - Только никому не рассказывать.
С этими словами она сделала такое, отчего мои волосы встали дыбом. Осторожно зажав мой возбужденный член ладонью, она стала двигать рукой вверх и вниз, лаская меня. Находясь в прострации, я наблюдал, как она старательно доводила меня до оргазма. На её лице проступил румянец, а волосы растрепались, и мне показалось, что она сама немного возбуждена. Почувствовав приближение оргазма, я в смятении попытался прикрыться, но она, закусив нижнюю губу, продолжала энергично двигать рукой. У меня потемнело в глазах, и несколько раз конвульсивно дёрнувшись, я излился в её ладонь. Отпустив меня, она взяла марлю, и старательно вытерла сперму, в огромном количестве вылившуюся из меня. Я увидел, что она тоже сильно смущена, и старается не смотреть на меня. Она что-то быстро делала с моим вяло поникшим членом. Я сильно дёрнулся и вскрикнул, когда она сделала надрез скальпелем. Увидев кровь, я затрепыхался, но она не обратила на меня никакого внимания. Лишь когда я сильно зашипел от прижегшего ранку йода, она виновато и смущенно взглянула на меня.
Через положенные три дня разрез зажил, а я снова постучался в дверь процедурной. Услышав знакомый голос, я вошел, обуреваемый странной смесью страха и возбуждения. В этот раз было ещё хуже. Едва я, раздевшись, улёгся на кушетку, член мгновенно налился кровью. Не подав и виду, прекрасная медсестра внимательно осмотрела разрез.
- Очень хорошо, - она взглянула на меня.
- Резать больше не надо, но надо продезинфицировать, а для этого надо успокоится.
Я заметил её учащенное дыхание, раскрасневшееся лицо, странный затуманенный взгляд, и сделал вывод, что она сильно возбуждена. Она даже тихонько вздохнула, когда её ладонь легла на мой член. На этот раз перчаток на руках не было, и прикосновение было в сто раз приятнее. Повинуясь непонятному чувству, я неожиданно для себя протянул руку, и коснулся внутренней поверхности бедра. Вздрогнув от прикосновения, она замерла. Закрыв глаза и затаив дыхание, она не шевелилась, пока моя рука подымалась по горячему бедру. Добравшись до трусиков, я нежно прикоснулся к насквозь промокшей тонкой ткани, прикрывавшую разгорячённую плоть. Словно очнувшись, она судорожно всхлипнула, с силой сжала рукой член и потянула вниз. Крайняя плоть легко разошлась и обнажила бордовую от возбуждения головку. Не почувствовав привычной боли, я с благодарностью взглянул на медсестру. Рукой я ласкал её набухший клитор, возбуждёно выпиравший сквозь тоненький материал трусиков, вызывая у неё приглушенные стоны наслаждения.
Решившись, я отодвинул тонкую полоску, прикрывавшую возбужденные губки, и погрузил пальцы в истекающею соком расщелину. Громко застонав, и трепеща от ласкающих глубоко внутри пальцев, она вдруг ...нагнулась, и захватила мой член в рот. Её жадный ротик почти целиком захватывал стоявший колом член, а юркий язычок щекотал головку. Неожиданно, она оттолкнулась от моего, изгибающегося в наслаждении тела, и пряча от меня глаза, отвернулась. Склонившись над столиком с различными пробирками, она бессмысленно зашарила по нему. Не давая ей опомнится, я быстро подошёл к ней, и прижался к её попке возбуждёно торчащим членом. Я задрал её халат вверх, не встречая сопротивления, страшил с неё трусики. Задрожав, она прижалась ко мне восхитительно упругой попкой, и стала тереться ею об меня. Я направил свой член между её половых губ, и ухватившись за её бёдра, глубоко вошел в неё. Вибрируя всем телом, она подавалась навстречу мне, сильными движениями насаживаясь на член. Охваченные безудержной страстью, наши тела в упоительном восторге двигались навстречу друг другу. Внезапно она снова оттолкнула меня, с усилием вырвавшись из моих рук. Тяжело дыша, мы смотрели друг на друга. Она улыбнулась мне, и вдруг стащила с себя халат, не обращая внимания на пуговицы. Я увидел, как совершенны плавные линии её тела, как прекрасна высокая грудь, вздымающая от тяжёлого дыхания, а взгляд чудесных глаз, наполненный нежностью и желанием, вызывал во мне волну безудержной страсти. Прекрасная богиня толкнула меня на кушетку, и скинув последние детали одежды, села на меня. Приподнявшись, она направила член в своё тело, и охнув от удовольствия опустилась на него. Откинувшись назад, стала совершать попкой круговые движения, словно навинчиваясь на меня. Сжимая руками её грудь, я целовал её возбуждённо торчащие сосочки. Задыхаясь от желания, мы обхватили друг друга, и плотно прижавшись разгоряченными телами, одновременно достигли оргазма. Отдышавшись, мы с трудом разъединились, и лёжа на кушетке, нежно смотрели друг на друга. Её взгляд стал серьезным, быстро поднявшись, она схватила мою одежду и кинула мне. Торопясь, она боролась с пуговицами своего халата, бросая на меня подгоняющие взгляды. Нечего не понимая, я наспех натянул одежду. Подтолкнув меня к выходу, она поспешно открыла дверь. Ошеломленный, я увидел как в дверь вошла санитарка, ведя под руку древнего старца, громко возмущавшегося современной медициной. Проводив его к кушетке, она снова кинулась ко мне. Повернувшись, я хотел поскорей уйти, но она резким движением развернула меня, и блеснув счастливой улыбкой, страстно поцеловала меня.
- Завтра, - шепнула она, смеясь над моим ошарашенным видом. Кинув встревоженный взгляд назад, она громко произнесла:
- Жду вас завтра на процедуры, - она весело подмигнула. - Обязательно!