Весь вечер ушел у меня насмарку, я злилась на себя и на Ирку, да на Ирку, хотя я ее мало знаю и встречались всего-то несколько раз, но она, она, а в прочем что она, виновата в этом была неона, а Виктор. Еще вчера лез целоваться, а целуется, скажу, он здорово, аж мурашки по спине до сих пор бегают, он мне нравится, высокий, недавно из армии пришел, ноги мускулистые, сам правда тощий, но руки сильные и немного нервный, но мне это тоже нравится, если что-то сказал то оспаривать бесполезно. Нет это не означает, что он безмозглый как покажется, он умный, даже порой слишком, просто он вот такой, нервный чуток. И он вздумал сегодня поухаживать за Иркой, этой коротышкой. Какой у нее рост? Не больше метр шестьдесят, может и выше, но все равно коротышка. А еще вчера он мне говорил, что у меня нежные руки... Сволочь, вот кто он, обидно, сильно обидно, хотя чего это я так разошлась, он и танцевал со мной и ухаживал, и коленку под столиком щупал, приятно однако.
Да сегодня был маленький сабантуй, завтра практика, экзамены сданы, все сессии закрыты, я свободна, а практика, да отработаю ее. Никогда не думала, что пойду в медицинский, хотелось на историка, как моя сестра, она уже кандидатскую пишет, так скоро и профессором станет, а я вот в медики подалась. Да ладно в прочем не сержусь я на Ирку, да если присмотреться она даже и милая, правда пить не умеет, шампанское пьет как воду, дурно будет, хотя, что я говорю, у самой голова уже чуточку кружится.
Начало июня, темнеет поздно, однако на улице уже зажгли фонари и через открытые окна подул прохладный ветерок. Парни горланят, спорят про президента, какой он мудак, а кому какое дело какой он, ведь он та же пешка в большей игре, я уже переболела этим, хотя и вправду обидно, что опять его выбрали, да еще на шесть лет, жуть.
Их голоса с каждой минутой становились все развязней, похоже, что я тут самая трезвая, Ирка уже похоже готова, глазки в кучку, сигарета пляшет перед носом и дым, дым, фу. Я встала и пошла на улицу. Ух, как здорово вдохнуть запах сирени, еще не вся отцвела. Закрыв глаза я ощутила, что голова кружится, покрепче ухватилась за скамейку, я открыла глаза, пляска прекратилась и земля успокоилась под моими ногами. За спиной заржали парни. Кто-то положил мне руку на бедро, я сама себе улыбнулась, но сделала вид, что не заметила. Пальцы пробежались по платью, на мгновение замерли на резиночке плавок, вот черт, не ужели они так сильно выделяются, мог бы и не задерживаться, не прилично, а потом ладонь легла мне на живот и прижалась. Вот тут я растаяла.
Понятно, что это Виктор подкрался, попробовал бы кто еще так сделать, я бы ему нос об коленко разбила, хотя зачем, пусть тащится и мне приятно. Из кафе стали вываливаться. Вот Светка с Ольгой, а между ними хромая втиснулся Мурзя, ну так его зовут, Мурзя и все. Еле волоча ноги и размахивая руками, появился Вадька с Наташкой, она еще пытается его успокоить и грозит своим тощим пальчиком. Они все потихоньку выходили из двери, кто-то стоял покрепче, кто-то почти не стоял, а кого-то пришлось сразу на скамейку усадить.
Ирка на удивление держалась молодцом, но надолго ли. Возле нее вился Игорь с огромной золотой печаткой, одним словом грузин, знаю я его, он так и пытался прижать ее к себе, а она-то вся расплылась и голову ему на плече уже примостила, а тут еще этот Ахмед, он с Игорем дружил и вместе все время где-то халтурили, вот именно, что халтурили. Меня эта парочка всегда раздражала своей показухой к деньгам, своей крутизной, а сейчас и подавно, одним словом: фальшивки.
Однако спасать Ирку я и не думала, сейчас я думала о том, как лежит его рука у меня на животе, я ощущала ее тепло, то как он перебирает пальцами пояс на талии, и чего это я на него злилась, наверное заревновала. Ахмед, вод сволочь, уже Иркину задницу щупает, и тихо, тихо Ирку с Игорем повели в сторону парка. Ирка тяжело ступая шла между ними, ее голова опускалась все ниже и ниже, она перестала отвечать на их слова, а только машинально еще шла.
Виктор посчитав, что я такая же как Ирка, то есть в кондиции, дал волю своим рукам и решил полапать мне грудь. Вот тут я даже разозлилась, оттолкнула его и пошла спасать Ирку. Злость была, да еще какая. Подойдя на всех парах к Ирке я стала ее настойчиво спрашивать где она живет, Игорь пытался меня успокоить, что они и так ведут ее домой, что она живет тут рядом и то, что мне совершенно не стоит беспокоится, мол топай своей дорогой. Ну нет.
Я взяла сумочку из ее обессиленных рук, ее голову болталась из стороны в сторону, удивительно как она еще вообще шла. В сумочке нашла ключи и паспорт, посмотрела на прописку и сверилась с адресом куда эти два молодца ее приволокли, все точно. Пока мы подымались на лифте, она уже буквально висела у них на руках, похоже остатки сил ее покинули. Дома никого не было, только кошка жалобно промяукала, но увидев столпотворение в коридоре быстро убежала и больше не показывалась. Я пробежалась по комнатам вычисляя, где ее спальня, указала Игорю и Ахмеду куда ее нести. Ирка была в полной отключке, удивительно, я никогда так не отключалась, хотя уже неоднократно достаточно сильно напивалась в компании, тошнило, земля качалась, все плыло перед глазами, но отключатся, нет, а тут такое фиаско.
Парни буквально затащили Ирку в комнату, не смотря на то, что она маленькая и не тяжелая, но когда тело человека расслабленно, оно кажется безмерно тяжелым. Парни пыхтя уложили ее на диван, Игорь стал поправлять на ней юбку, а Ахмед решил подложить под голову найденный на полу подушечку. Ну надо же какие заботливые, подумала я и у же решила их прогнать когда содержимое моего желудка напомнило мне о себе, я быстро бросилась в ванную.
Уже несколько минут кружилась голова, веки тяжело опускались, я прилагала неимоверные усилия, что бы не закрыть их, иначе я сама просто рухну на пол. Добравшись до кухни я быстро вскипятила чайник и заварила густой чай, он всегда мне помогал и дрожащими руками, обжигая губы начала пить маленькими глотками. Уже спустя минуту я почувствовала себя как в новь рожденной, хмель быстро покидал мое тело, голова просветлела, только пальцы, что держали кружку еще немного дрожали.
Ирка, да Ирка, прорвалась эта мысль в моей голове, но не она меня встревожила, а то кто с ней остался, эти два жеребка. Я бросилась в ее комнату. В зале горел свет, я заглянула туда, был включен телевизор, но ни кого. Заглянув в Иркину спальню, я ничего не увидела, свет был выключен, присмотревшись по внимательней, Игоря и Ахмеда я не увидела, странно. Снова зайдя в зал, я обнаружила, что дверь на балкон открыта, они стояли там и курили, на сердце сразу полегчало. Хотя какое мне дело вообще до Ирки, кто она мне, не подружка, так учимся вместе, чуточку общались, зазнаистая, считает себя жутко красивой, еще к пароде грузинок себя относит, хотя какая она грузинка, ну черные, даже смоляные волосы, ну носик чуть с горбинкой и глазки, чуток, вот пожалуй и все сходство. Наверное по этому Игорь и лип к ней, и вообще она притягивала к себе как магнит всех не русских, хотя все время старалась от них ускользнуть, наверное эта солидарность уходить от черных жеребцов и заставляла меня сейчас быть около нее.
С облегчением я вздохнула и пошла на балкон. Игорь нервно курил, а Ахмед крутил головой как будто отгонял от себя комаров, мне предложили закурить, но я отказалась, я знала на практике, что после того как выпью, даже одна сигарета у меня резко подымала хмельное состояние, а именного этого я сейчас и пыталась избежать. С минуту подышав на свежем воздухе я предложила ребятам идти по домам. Я прекрасно знала их ответ, но слушать не стала, а попросила сейчас же обуться и уходить. Ахмед делал вид, что не слышит меня, всю ответственность за переговоры со мной он возложил на Игоря, а тот упирался, махал руками, что он не может так поступить оставить Ирку одну, что ему далеко добираться до дому, что он, что они, что... В общем я не выдержала и крикнула на них. Игорь замолк, вышел в зал, схватил свою ветровку и выскочил на площадку, хлопнула дверь. Удовлетворенная первой победой, я молча смотрела на Ахмеда ожидая когда и он последует своему дружку, но тот продолжал делать вид, что ничего и не было, пришлось его просто вытолкнуть вслед за Игорем на площадку и захлопнуть перед самым его носом дверь. Еще какое-то время он там скребся, что-то бубнил, но его я уже не слышала, я сидела опять на кухне и попивала свой жутко крепкий чай.
Минут через пять голова окончательно избавилась от последнего нудящего состояния звона в ушах, а пальцы рук перестали дрожать. Одновременно я согрелась, это тепло проникло в меня и в месте с этим ощущением внутреннего комфорта я испытала истинное наслаждение от того, что вот так быстро и легко избавилась от этой парочки. Мне захотелось закружиться и даже станцевать или в крайнем случаи просто попрыгать, что я тут же и сделала. Я наивно оглядывалась по сторонам, эта чужая квартира мгновенно стала такой родной, знакомой, я прикасалась к предметам и ощущала их энергию, картины, кто-то рисует и вешает на стены, книги, книги, куча книг, как это здорово. Я ходила по коридору, заглядывала в комнаты, мне было все интересно, статуэтки на полках, сухие цветы, тапочки в виде мордочек собачки, дырявая накидка на кресле и снова книги.
Как там Ирка, подумала я и решила проведать ее. Осторожно ступая, я вошла в комнату. Темно, за окном, фонарь загораживало дерево, от этого комната была погружена практически в полный мрак, только еле заметные блики прыгали на потолке. Я прищурилась, Иркин силуэт скукожено просматривался на диване. Я подошла поближе и присела, она мирно сопела, спала, чувствовался легкий перегар. Глаза постепенно стали привыкать к темноте, на стене весела картина, две девушки на велосипеде, даже в этой темноте я видела их желтоватый, утренний цвет, от картины исходило тепло лета. Мне не хотелось уходить.
Я протиснулась за диван и подошла к полкам, на которых стояли все те же книги, разбросанные фотографии, цепочки и бусы, кучка губной помады, в общем привычный для меня беспорядок. Ирка закряхтела и перевернулась на спину, разбросав свои руки как морская звезда. Я взглянула на нее, потом нагнулась и для проверки потрясла ее за плече, хотелось убедиться, что у нее все нормально. Она даже не прореагировала на мое прикосновение, тогда я еще чуть сильней потрясла, но ответом с ее стороны было невнятное пьяное бормотание. Да, подумала я, она в отключке до самого утра, тяжело вздохнув я выкарабкалась из-за дивана, подошла к письменному столу и включила настольную лампу. Вспыхнул яркий свет, от неожиданности я тут же выключила лампу, проморгавшись я повторила попытку, в этот раз свет не был таким резким, повернув лампу от дивана, я повернулась к Ирке.
Чуть согнутые ноги, немного задранная джинсовая юбка, черная футболка слегка сползла на плече, бретелька от лифчика, спутанная цепочка на шее, растрепанные черные волосы прикрывали почти все ее лицо. Я присела, отстегнула цепочку и положила на стол, поправила волосы, потом футболку, Ирка никак не реагировала на мое присутствие. Рукой провела по ее ноге, ногти на ногах были выкрашены в темно-красный цвет, пальчики такие маленькие, что я только сейчас обратила внимание на ее размер ноги, наверное 36 или чуть больше, удивительно какой маленький по сравнению с моим. Я снова погладила ее ногу, сейчас я делала это намеренно, посмотрела на ее лицо, но оно ничего не выражало, сейчас она была далеко от меня.
Надо же какая у нее гладкая кожа, я знала себя, но у нее она была не столько мягкая, а сколько именно гладкая, рука сама скользила по ней, даже коленки были отшлифованы. Я повела руку от ее пяточек, я по настоящему наслаждалась ее кожей, не думала, что от этого можно получать столько удовольствия. Рука дошла до края юбки, мельком взглянув на Иркино лицо, я продолжила движение. Ее тело излучало тепло, спокойствие, умиротворение. Моя ладонь скользнула под юбку и пошла выше.
Ладонь скользнула по бедру, юбка была широкой и сбитой к верху, я не ощутили ни какого сопротивления от ткани, бедро, еще чуть выше, во мне заиграло желание продолжить. Снова взглянув на Иркино лицо, я продвинула руку как можно выше. Пальцы уперлись в пояс юбки, но я кое-чего не обнаружила, я повела ладонь в низ по ягодице, а потом снова, так и есть. Вытащив руку из-под ее юбки, я осторожно стала подымать ее вверх. Я смотрела на ее обнажающуюся ногу, бедро, а вот и талия, юбка была сбита и сидела не на бедрах как это привыкла носить я, а чуть выше талии, но отсутствовал один из элементов одежды. Вот черт, прорычала я про себя, когда это они успели с нее стащить плавки, но помолчав с секунда засомневалась в этом решении, а может она сама стянула их с себя, тогда дурра, точно могла нарваться на неприятности.
Зазвенел мой телефон, я встала с дивана и пошла на его поиски в коридор, звонил Игорь, что ему еще нужно, и я не стала отвечать, он потрезвонил еще с полминуты и замолк. Вернувшись к Ирке, я посмотрела на ее безмятежный глубокий пьяный сон. Она лежала как дитя раскинув в разные стороны руки, чуть задрав голову в верх, как будто там, что-то смотрела. Юбка осталась в том же положении, что я оставила, задранная вверх и обнажив ее волосатый лобок. Черные волоски, буквально вырезали не ее белом теле черный треугольник, я присела рядом и осторожно провела пальцами по ее волоскам, они оказались жесткими. Нагнувшись по ближе, я присмотрелась к ним, они напоминали колючий черный кустарник, что рос вдоль небольшой ложбинки как будто тем самым они, что-то скрывали, хотя наверное волоски у нас растут в этом укромном месте именно для того, что бы скрывать от всех, то есть делать тайну. Я хихикнула.
Мои пальчики скользили по ее ноги, все же насколько гладкая у нее кожа, я снова коснулась ее грубых волосков, они как-то не к месту тут были, как насмешка, как колючий сорняк. Я присмотрелась к ее бороздке, что скрывалась в колючих зарослях, сквозь черные волоски просвечивалась ее розовая плоть, как интригующе, брр аж в животе все у меня заурчало и в груди защемило, брр. Еще раз погладив ее гладкую ножку я соскочила и побежала в ванну.
Нашлось все, что мне нужно, Ирку я нашла в той же позе что и оставила. Мне потребовалось еще немного ее развернуть, что бы она ровно лежала на спине, а лобок смотрел в потолок, потом чуть согнула ее ноги в коленях и развела в стороны. Теперь черные заросли, что так скучились на лобке, буквально торчали вверх, чуточку неприлично, но как возбудительно, брр.
Я взяла баллончик с пенкой для бритья и выдавила себе на ладонь, посмотрела на Ирку, та все так же пребывала в безмятежном пьяном сне. И я приступила. Сантиметр за сантиметром, я уничтожала ее заросли, осторожно, даже нежно, смазывая ее кожу пенкой, а потом лезвием срезала волоски. Они поддавались легко, даже на удивление легко, мне сперва показалось, что такие колючки не просто грубые, но и прочные как проволока, но они отваливались под лезвием, обнажая ее нежную, гладкую кожу. Потребовалось еще повозится с Иркой, что бы сбрить все, что у нее между ног, волосатинькая она оказалась, но Ирка мне не мешала, она мирно сопела давая мне возможность задирать ее ноги то вверх, то сгибать, то переворачивать ее на бок. В общем, я могла в данный момент с ней делать все, что мне хотелось и это мне нравилось, чертовски нравилось.
Закончив свою работу, я смазала ее откровенную наготу кремом после бритья, на мгновение я залюбовалась своей работой. Бесцеремонно согнув ее ножки в коленях и чуть приподняв их я развела коленки в стороны, голый лобок буквально светился, ложбинка, что до этого момента была скрыта под зарослями ее кустарника, теперь нагло выступал. Я развела еще чуть шире ее коленки, Ирка охнула, но на этом ее реакция на мою бесцеремонность закончилась. Подождав несколько секунд, я продолжила разводить коленки в стороны. Ложбинка, что до сих пор так платно была сжата, вдруг разошлась, открыв моему взору алую плоть, от неожиданности я вздрогнула.
Мои руки скользили от ее коленок к ее лобку, что торчал вверх, нежная, гладкая кожа, она светилась в этой полутемной комнате. Проведя пальцами по полянке, что я подстригла, я ахнула, до чего же она нежная, настоящий розовый бархат. Теперь ее ложбинка расцвела, как расцветает цветок, раскрывая лепесток за лепестком, медленно выворачивая их на изнанку, показывая всем свою скрытую красоту. Я нагнулась и поцеловала ее цветочек, он благоухал, нежно, отдавал пряным и в то же время терпким запахом.
Нехотя я отпустила Ирку, вставая с дивана, я не отводила взгляда от нее. Юбка по прежнему была задранной к верху, решила поправить ее, но остановилась. Покрутив головой, нашла свой телефон, включила команду на фотоаппарат и стала делать снимок за снимком. Ирка не вовремя перевернулась на бок, закрыв то, что хотела сфотографировать, сделав еще несколько снимков, так, что бы было видно и Иркино лицо, я снова бесцеремонно отвела ее ногу в сторону обнажив голый лобок, еще снимки, потом согнула ногу в колене и отвела ее в сторону, теперь ее цветок снова раскрылся, но сейчас это выглядело уже нагло, вызывающе. Еще снимок, еще и еще.
Закончив свою тайную фото сессию, я подошла к Иркиному телефону, нашла команду приему фотографий по блютузу и сбросила ей все снимки, что только, что засняла. Прикрыв Ирку пледом я пошла к выходу, хотя уходить не хотелось, за час я так срослась с этим домом, что казалось прожила в нем не один год. Зазвонил мой телефон. Кому еще я понадобилась в столь поздний час. Посмотрев на табло, я узнала номер Игоря, я задумалась, палец робко нажал на кнопку «ОК».