Вечерело. Рабочий день давно уже закончился, и последние покупатели потянулись к выходу с продовольственного рынка. То тут, то там показывались редкие покупатели, но и они спешили к выходу. До закрытия оставалось минут пятнадцать. Маша, молодая продавщица лет двадцати трёх, уныло посмотрела на прилавок перед собой: горы помидоров, огурцов, яблок, груш остались почти что нетронутыми. День прошёл почти - что впустую, продано было мало, прибыли почти что нет.
- Эх, неудачно то как, - проговорила баба Глаша, торговавшая семечками, - такой неудачный день, всё ходят и ходят и не покупают.
- А ты тут недавно работаешь? - спросила она, повернувшись в сторону Маши.
- Да вот, первый день, - отозвалась Мария, - сегодня только начала, вот, дали весь этот товар и сказали "Продавай", только продала я мало, несколько килограмм.
- А, вот оно что, - протянула бабка Глаша, - значит не избежать тебе крещения. . .
- Чего не избежать? - переспросила Маша.
- Да так, есть у директора рынка такой обычай. . . ну да ладно. . .
- Нет уж, продолжайте - настойчиво попросила Мария.
- Если новенькие продавщицы плохо справляются со своими рабочими обязанностями в первый день работы, - под пристальным взглядом Марии начала говорить бабка Глаша, - тогда директор рынка устраивает им "рабочее крещение", ну, он так это называет. . .
- Уводит их к себе и подсобку и развлекается там с ними, дружков своих приводит. . ну что они там делают я точно не знаю.
- Как же так!?, - вспыхнула Маша, - это же противоречит трудовому кодексу, это же противозаконно! Дикость, первобытность какая - то!
- А что делать?, - спокойно ответила бабка, - это его рынок, его законы, да и к кому ты пойдешь жаловаться?
Маша обвела взглядом торговые ряды, покупателей почти не было, подул холодный ветер.
- Ну я пойду наверное, - проговорила бабка Глаша, пересыпая семечки в сумку, - я тут торгую сама по себе, плачу ему только и всё, а вот ты же под его начальством работаешь. . ну до завтра.
- Да завтра - как во сне проговорила Маша, уйти, как она, Мария не могла, прежде чем уйти необходимо здать товар и выручку, за этим придёт сам директор рынка, кавказец Имир.
Покупателей уже не было. Продавцы приготовились сдавать товар. Маша стояла и нервно перебирала в руках несколько мятых десяток. Что будет?
- Много продала, красавица? - на ломанном русском спросил подошедший Имир, высокий статный кавказец.
- Да вот, - ответила Маша, отдавая ему деньги, - три килограмма огурцов и два килограмма яблок.
- Не густо, - ответил он, - плохо работаешь?
- Не покупают ничего, ходят только да выбирают.
- Э, так не бывает, покупателя завлечь надо, приманить. Пойди - ка сюда - поманил он Машу пальцем.
Мария вышла из - за прилавка и подошла к нему.
- Пойдём - ка со мной, я тебе объясню.
Чувствуя неладное, девушка направилась вслед за Имиром. Они подошли к небольшому домику, Маша знала, что в нём во время рабочего дня находится Имир.
- Входи - пригласил он и открыл перед Марией дверь.
Она вошла, огляделась. Небольшая комнатка, занавешенное окно, стол, несколько стульев. В углу маленький диванчик. Имир прикрыл дверь.
- Раздевайся - проговорил он.
- Что? - переспросила девушка.
- Раздевайся - грозно повторил он и сделал шаг навстречу Маши.
Мария стояла как вкопанная, словно ноги приросли к полу. Приехала, называется, на заработки.
- Ты не поняла, помочь?! - рявкнул кавказец и с силой тряхнул её за плечи.
У Марии к горлу подступил ком, на глазах навернулись слёзы. Трясущимися руками она сняла курточку и положила её на пол.
- Дальше, - поторопил её Имир, - или я сам. .
Он состроил страшную гримасу.
- Я сама - со слезами в голосе прошептала Маша и сняла кофту. Под кофтой у неё была кружевная футболка, глаза Имира загорелись.
- Красавица - проговорил он, делая шаг назад.
Открылась входная дверь, на пороге показались два человека, двое мужчин, тоже кавказской национальности. Один из них был толстый и невысокого роста, звали его Махмед, другой худой и высокий - Гандил. Имир приветственно обнялся с ними и заговорил на своём языке. Мария ничего не понимала, только ловила взгляды, обращённые на неё. Она продолжала стоять посередине комнаты. Мужчины уселись на стулья, и Имир произнёс:
- Ну - ка, покажи что ты умеешь.
Маша не поняла, что он имеет ввиду.
- Ну, - проговорил Махмед, - развлеки нас.
- РАЗДЕВАЙСЯ!, - рявкнул Имир, - не заставляй ждать моих гостей!
Маша была в шоке. Раздеться при мужчинах, да ещё такое принуждение! Но они явно не шутили, это она прочитала по ихним взглядам. Мария сняла лифчик и положила его на пол рядом с курткой. Мужчины зацокали языками, разглядывая её бюст.
Две груди аккуратной правильной формы были направлены чуть в стороны, розовые соски выделялись на белой коже подобно ягодам.
Маша расстегнула ширинку джинсов и спустила их до колен. Мужчины уставились на её трусики, белые, к красными полосочками.
- Отпустите, а? - жалобно протянула Маша, прикрывая руками грудь.
- Э, нет, - проговорил Махмед, не произносивший до этого ни слова, - как мы можем вот так отпустить такую красавицу?
- Садись с нами, поешь, выпей, - проговорил он, доставая из - под стола бутылку вина и кастрюльку с какой - то едой, - не обижай хозяев.
- Мне правда пора, время позднее, темно уж - начала было говорить Мария.
- Чтож ты меня то перед людьми позоришь, дрянь? - зло прошептал Имир.
Подошёл и толкнул Машу на диван. Она запуталась в джинсах и повалилась назад. Придя в себя, девушка первым делом услышала смех мужчин, затем что - то обожгло ей щёку. Это Имир влепил ей пощёчину.
Она так и продолжала лежать на диване с синяком на щеке, Имир же вернулся к своей компании. Боль прошла, осталось лишь злость и чувство страха. За что они её, что она им сделала? Мужчины тем временем выпивали и закусывали, время от времени бросая взгляд на диван, на котором лежала полуголая Маша. Смех становился всё громче, взгляды развязанее. И вот Махмед налил полный стакан вина, встал и со стаканом в руку подошёл к дивану.
- Выпей, золотко - проговорил он.
Маша испуганно вжалась в спинку дивана.
- Да ты пей, пей, не стесняйся - сквозь зубы процедил он, схватив девушку за волосы, и рукой отогнул её голову назад.
Вино обожгло Марии ротовую полость, затем пищевод, она поперхнулась, но вино выпила.
- ...Вот так вот - похвалил мужчина и потрепал девушку по щеке.
Маше стало дурно: комнатка уменьшилась в размерах, силуэты людей стали тонкими и задёргались. Ихние голоса раздавались словно издалека.
Махмед встал и вернулся к столу. Мария тоже попыталась встать, но не удержалась на ногах и рухнула на диван, её сильно мутило. Мужчины о чём - то посовещались и тот толстый, который напоил её вином, вновь подошёл к дивану.
- Ну, будешь послушной девочкой? - спросил он.
Девушка не смогла ответить. Тогда он сорвал с неё ботинки, стянул с колен джинсы и рукой придавил её к дивану. Маша хотела закричать, но не было сил, а мужчина тем временем рукой стащил с неё трусы и погладил её промежность. Чувство ласки, смешанное с сильным опьянением вызвало у девушки мочеиспускание. Струйка мочи пролилась сквозь половые губы, испачкав лобковые волосы и ладонь кавказца.
- Ого! - разглядывая свою руку, удивлённо произнёс он.
За столом засмеялись.
- Да ты сейчас весь диван изгадишь, - проговорил мужчина, - а ну - ка пойдём.
С этими словами он под руки подхватил Марию и оттащил её в угол комнаты. Мышцы разжались, и Маша описалась, обильно намочив свои ноги и ноги мужчины. За столом возбуждённо засвистели.
- Ну, кто первый? - весело произнёс Имир, глядя на эту сцену.
- Я - возбуждённо ответил Махмед, который держал Машу под руки.
Он вновь оттащил почти что бесчувственную девушку на диван и положил на него.
- Но и зрелище - брезгливо подумал он, глядя сверху вниз на Марию.
Девушка лежала на спине и мутным взглядом окидывала комнату. Руки и ноги были раскиданы в разные стороны, ноги, промежность и живот вымазаны в моче.
- Ну что ты там? Или забыл как это делается? - раздался смешок из - за стола.
- Я брезгую.
С этими словами он снял штаны, обхватил рукой свой уже достаточно возбуждённый член, приподнял голову Маши и головкой члена дотронулся до её губ. Девушка не проявляла никаких признаков активности. Тогда он подался вперёд, протолкнул свой член сквозь её губы. Мария не сопротивлялась. Член прошёлся по её языку и застрял у основания горла. Мужчина подался назад, вытащил его и загнал вновь. Девушка по - прежнему не сопротивлялась.
- Ну, теперь ты сама - проговорил он.
Для Маши всё происходило как во сне. Член тёрся об её язык, доходил до горла и обратно. Мужчина тяжело дышал. Маша продолжала чувствовать во рту горечь вина, но к нему теперь примешивался незнакомый ранее вкус. Она чувствовала, что член в её рту утолщается, даже удлиняется, и вот он уже даже трётся о её боковые зубы. Девушка почувствовала, как член дёрнулся, в тот же миг горячая струна ударила в её нёбо. Мужчина откинул голову назад и издал стон наслаждения. Рот Марии наполнился спермой вперемешку со слюнями. Половину этой массы она проглотила, оставшаяся часть вытекла изо рта. Махмед вытащил пенис и вытер пот со своего лба. Маша лежала на диване, мокрые губы чуть заметно шевелились. Не надевая штанов, кавказец вернулся за стол.
Его приятель дружески потрепал его по плечу и что - то спросил. Тот что - то ответил на своём языке, но Мария вновь не поняла.
- Теперь наша очередь - сказал Имир Гандилу.
С этими словами Имир встал и на нетвёрдых ногах подошёл к дивану. Следом за ним направился его приятель. Имир взял Машу за ноги и стащил её с дивана. Мария уже немного протрезвела и пыталась было сопротивляться, но сил было ещё недостаточно. Имир положил её на пол лицом вверх, а Гандил разделся и лёг на пол рядом с нею.
- Давай, клади её на меня - сказал он Имиру.
Имир приподнял худенькое тельце девушки, перевернул и положил на лежащего мужчину. Лобок Маши соприкоснулся с его членом.
- Вот так вот - проговорил Гандил, погружаю своё лицо между висящими грудями Марии.
Своими руками он взялся девушке за бёдра и развёл ей колени. Чуть приподнял её таз, затем медленно опустил на свой стоящий член. Девушка сама по себе опустилась, и член мужчины до самого основания вошёл в неё.
- А ну давай сама - прошептал мужчина и хлопнул ладонью Маше по ягодице.
Маша оглянулась назад и увидела стоящего у неё за спиной Имира. У него на лице была злая усмешка и Мария подчинилась. Находясь в положении сверху, она упёрлась в пол ступнями и начала приседать над мужчиной. Мужчина закинул руки себе за голову и с видимым блаженством закрыл глаза. Член свободно ходил внутри её влагалища, Мария продолжала подниматься и вновь опускать свой таз на пенис мужчины. Внезапно она почувствовала чьи - то руки на своих плечах. Обернулась - это был Имир. Он уже успел снять штаны, и Маша сразу же обратила внимание на его стоящий член. Имир нагнул Машу вперёд (теперь она уже не сидела, а фактически лежала на первом мужчине), а сам присел сзади неё на корточки и пристроил головку своего пениса к её ануса.
- А ну - ка, подожди - сказал ей Имир.
Девушка перестала насаживать своё влагалище на член Гандила. Придерживая Машу за живот, Имир медленными движениями, очень осторожно, стал вводить свой пенис ей в анал. Маша вскрикнула и закусила губу.
- Была бы ты трезвой - ещё больнее было бы - прошептал ей в ухо Имир.
С этими словами он подался чуть вперёд и уже на половину загнал свой "аппарат" внутрь девушки. Имир взялся руками за её груди и ввёл свой член полностью. Маша чувствовала, будто что - то горячее находится у неё в анальном отверстии, и вдруг это что - то пошло назад, затем опять вперёд. Это Имир вытаскивал и вновь вгонял свой член. Он уже сделал фрикций пять, когда Гандил открыл глаза и произнёс:
- Ты что остановилась? Продолжай давай.
Да и Имир ещё одобрительно похлопал девушку по спине. Делать было нечего и Маша начала приподнимать и опускать свой таз, отталкиваясь от пола ступнями. Член внутри её влагалища ходил хорошо - смазочный секрет сделал своё дело. А член Имира в её заднице ходил с трудом, Маша кривилась от боли, но терпеть могла.
- Хорошо, хорошо - зашептал возбуждённый владелец рынка.
Сделав ещё несколько движений, он вытащил его, и с силой провёл им по спине Марии. Вскоре Имир кончил, забрызгав ей спину спермой до самой шее. А мужчина под Марией ещё не кончил, он взял девушку руками за бока и увеличил темп. Теребя свой член в руке, Имир встал, взял девушку за волосы и проговорил:
- А убирать кто за тебя будет? Вылижи его.
С этими словами он сунул свой член ей в лицо. Маша плотно сжала губы, и тогда Имир начал водить своим членом ей по щекам, обильно вымазав их спермой.
- Нет, нет, не надо - проговорила девушка, и в этот самый момент он засунул член ей в рот. Мария растерялась, но было уже поздно: грязный член уже находился в её рту, выгнув правую щёку. Да и Гандил кончил: сперма горячим потоком выстрелила в глубь её влагалища. От неожиданности Маша свела челюсти и тут же получила по больной щеке ещё одну пощёчину от Имира. Девушка потеряла равновесие и повалилась в сторону. Пенис Имира ...выскочил из её рта, член второго мужчины из её влагалища тоже.
Она так и лежала на полу с перепачканным лицом, с измазанными ногами, с зудением в заднице и в промежности. Мужчины оделись и вновь сидели за столом. Мария посмотрела в сторону стола и поняла, что Махмед всё это время, пока его приятели насиловали её, сидел на стуле и онанировал и успел кончить второй раз за это короткое время: его член и рука были в сперме. Мужчины, за исключением Махмеда, были уже одеты.
- Что лежишь? Вставай и уходи - бросил ей Имир.
Встал, подошёл к лежащей на полу девушке и бросил ей на грудь несколько салфеток.
- Хоть лицо вытри, а то не ровен час - в ментовку заберут.
- Да, по поводу ментовки - не вздумай никому и слова вякнуть, со мной такие шутки не проходят.
Он развернулся и сел за стол. Маша поспешно вытерла лицо и начала натягивать на себя одежду. Было очень противно надевать одежду на грязное тело, но об этом думать не приходилось. Побыстрее вырваться бы отсюда. Кое - как нацепив на себя одежду, она ринулась к двери. Дверь оказалась закрыта. Сзади подошёл Имир и сунул ей в руку те самые десятки.
- На, возьми, и завтра работай на рынке лучше. . а то можно и повторить. .
С этими словами он ключом открыл дверь и Мария, зажав в ладони мятые купюры, кинулась в ночь. . .
Наступило утро. На рынке начался новый трудовой день. Покупателей было мало, но весь день был ещё впереди.
- Помидоры наливные, отборные! Яблоки спелые наливные. Высший сорт! - раздавался зазывающий тонкий голосок Маши.