ВСТУПЛЕНИЕ
Однажды мы, я, жена и ребенок, возвращались с прогулки. Еще на улице у нас с женой завязался спор. Когда мы вошли в квартиру, он дошел до пика. Я вспылил, повысив голос. Жена посмотрела на меня с округлившимися глазами. Потом я услышал щелчок её пальцев. Меня словно пронзила молния. Я понял, что произошло, опустил глаза вниз, извинился и замолчал. Как же я мог забыть... Все разделись, ребенок ушел к себе в комнату. Я все еще не поднимал глаз. Тут жена влепила мне звонкую пощечину. Это произошло. У меня засосало под ложечкой. Я не знаю, что испытывал больше: радость или боязнь.
Дело в том, что обычный секс с женой нам начал приедаться. Мы чего уже многое перепробовали. И однажды мы попробовали тему фемдома. В легкой форме. Поползал я на коленях, поцеловал жене ножки, сделал куни по приказу, полизал анус, шлепнула она меня пару раз. Еще пару раз это практиковали. Это нас обоих дико завело. После этого был безумный секс. Потом мы начитались в интернете про данные практики и решили побольше уделить внимания этой теме. И в более жесткой форме. Но не просто так, а при определенных обстоятельствах. А обстоятельством должен был быть как-раз мой срыв. Я в последнее время стал очень раздражительным.
Вот мы и решили совместить приятное с полезным. По нашему мнению это должно было улучшить, разнообразить наши отношения, исправить мой скверный характер, закалить меня, дать жене отдохнуть побольше. Ведь эта игра должна была проходить не только в постели, но и с переносом в бытовую жизнь. В двух словах, я должен был стать рабом жены в случае моего срыва на срок, установленный самой госпожой. Она могла в любой момент его сократить или продлить. Это не подлежало обсуждению. Логично, ведь она – Госпожа. Была одна возможность моего досрочного выхода из игры. Но за каждый досрочный день свободы я должен был выплатить дань в размере пяти тысяч рублей. Я сомневался смогу ли я вынести все, смогу ли раскрыть новые грани, насколько далеко зайдет моя Госпожа. С одной стороны, я жаждал служения любимой женщине, с другой почему-то боялся. Наверное, думал, что если жена зайдет слишком далеко, я не смогу ей отказать, она догадается, что мне это нравится. В общем, боялся, что придется краснеть за свою развратность. Я боялся даже того, что мне придется признаться в этом себе самому. Ну и небольшой страх перед болью тоже испытывал. Всегда и заманчиво, и страшно вступать в неизведанное.
Начитавшись в интернете о фемдоме, мы узнали много нового, какие применяются практики и т. д. Мы нашли правила поведения раба, принципы взаимоотношений между верхним и нижним. Составили свой УСТАВ. Мы оговорили границы в двух словах. В основном это было табу. В табу вошло немного: копро, увечья, пачканье языка. Жена посчитала, что нельзя давать лизать киску тому, кто лизал обувь или пол. А остальное оставили на усмотрение жены. Также я мог произнести слово «красный» в случае невыносимости испытания. Но за каждое употребление данного слова мне назначалось 10 ударов по заду или спине. Если я произносил слово «красный» во время порки, то должен был заплатить штраф в размере одной тысячи рублей за каждые не приведенные в исполнение 10 ударов. Удары округлялись до 10 в сторону увеличения. Например, я произнес слово красный во время 32 удара, а назначено 50. Значит, плачу штраф две тысячи рублей.
УСТАВ
Итак, я сорвался, прозвучал условный сигнал в виде щелчка пальцами. Уговор есть уговор. Хоть и было это достаточно давно, чтобы забыть о нем. Теперь в действие вступали новые правила нашей совместной жизни. УСТАВ гласил следующее:
1. Общие положения.
1.1. Права и обязанности раба.
1.1.1. У раба нет прав, только обязанности.
1.1.2. Раб – вещь Госпожи. Если ей будет угодно, он будет ее стулом, диваном, столом, ковриком для ног и даже тряпкой для обуви.
1.1.3. Секс между рабом и Госпожой исключен.
1.1.4. Раб обязан выполнять всю работу по дому.
1.1.5. За любую провинность следует наказание. Наказание может быть назначено и без повинностей.
1.1.6. Раб обязан благодарить Госпожу за любое внимание, даже наказание.
1.1.7. Раб должен спать на полу без одеяла и подушки возле ног Госпожи. Разрешается только тоненькая подстилка.
1.1.8. Раб обязан проснуться раньше Госпожи, приготовить завтрак, принести его на подносе, начать будить Госпожу. Будить следует поцелуями ножек.
1.1.9. Разрешение Госпожи = приказ Госпожи.
1.1.10. Раб обязан просить разрешения утром поехать на работу.
1.1.11. Раб обязан следить за обувью Госпожи.
1.1.12. Никакого пива, друзей и сигарет.
1.1.13. Раб обязан прислуживать в ванной.
1.1.14. Приказ Госпожи не подлежит обсуждению.
1.1.15. Рабу запрещено эякулировать без разрешения.
1.1.16. Служение Госпоже – почетная обязанность.
1.1.17. Орудие наказания раб обязан приносить в зубах.
1.1.18. Раб обязан обувать, переобувать Госпожу, приносить ей тапочки в зубах.
1.2. Права и обязанности Госпожи.
1.2.1. У госпожи нет обязанностей, только права.
1.2.2. Госпожа может в любой момент изменить любое правило на свое усмотрение.
2. Правила поведения раба.
2.1. Раб обязан молчать, пока Госпожа не прикажет говорить или спросит что-либо. Исключением также является благодарность, направленная Госпоже.
2.2. Обращаться к Госпоже следует только на «Вы», называя ее каждый раз солнцеподобной Госпожой.
2.3. Говорить нужно тихо, мягким голосом, с великим почтением.
2.4. В присутствии Госпожи раб обязан передвигаться только на коленях, либо на четвереньках, при перевозке Госпожи. Ходить на ногах дозволено только с разрешения Госпожи. Стоять разрешено тоже только на коленях. С разрешения можно опустить зад на пятки. В основном, это команда «сидеть».
2.5. При появлении Госпожи раб должен прислониться лбом к полу и вытянуть руки вперед. Если это первая встреча за день, то раб должен подползти к Госпоже и начать целовать ноги, благодаря за то, что она пришла.
2.6. Благодарность за наказание следует заканчивать поцелуем орудия наказания.
2.7. Глаза должны быть опущены в пол. Ни в коем случае нельзя смотреть Госпоже в глаза. Исключением является приказ Госпожи.
2.8. Если раб захотел в туалет, когда Госпожа рядом, то он должен попросить разрешение выйти.
2.9. Рабу запрещено мастурбировать без разрешения и вообще трогать член за исключением случаев опорожнения.
2.10. Раб обязан находиться всегда голым в присутствии Госпожи. Исключение составляет ошейник или одежда, которую Госпожа прикажет одеть.
2.11. Мыться рабу разрешено только утром, пока Госпожа спит.
2.12. Если рабу нужно войти в комнату не в целях выполнения приказа Госпожи, он должен спросить ее разрешение.
2.13. Рабу запрещено издавать звуки во время наказания.
2.14. В конце служения каждой недели раб обязан приносить букет цветов своей Госпоже и посвящать стихотворение, состоящее не менее чем из 4-х четверостиший.
3. Правила поведения раба при посторонних:
3.1. Раб не должен говорить, пока его не спросят что-либо. Отвечать нужно вежливо и мягким голосом.
3.2. С дамами нужно быть обходительным, галантным: пропускать их вперед, помогать снимать верхнюю одежду.
3.3. Если Госпожа пригласит подруг в гости, без зова в комнату не входить.
3.4. При родственниках разрешено вести себя как обычно. Но раб должен быть предельно вежлив со всеми.
Да, правила были жесткими. Мы придумали их, разгоряченные алкоголем. Тогда мы пребывали в состоянии перевозбуждения. Сейчас я с ужасом вспоминал, что мы там навыдумывали. Но отказываться было поздно. Я привык держать слово.
ДЕНЬ ПЕРВЫЙ
Жена, похоже, разозлилась не на шутку, и ей не терпелось поскорее начать меня перевоспитывать. Мы поужинали. Все молчали кроме сына. Я помыл посуду, вымыл стол, затем уложил сына спать. Потом я быстро разделся до гола, подошел к комнате, где была Госпожа и встал на колени.
- Госпожа, позвольте войти? – тихо спросил я.
- Ползи сюда, тварь! – прозвучал разъяренный голос из комнаты.
Меня передернуло. Моя жена, спокойный человек, почти тихоня, и так ругается. Она никогда раньше не оскорбляла меня. Но меня это заводило. Я вполз в комнату с опущенными глазами. Я остановился у ног Госпожи.
- Что встал! Живо ноги целуй!
Я прильнул к ее божественным ножкам. Но почувствовал толчок ногой в лицо. Я даже немного отлетел. Госпожа отвесила мне увесистую оплеуху.
- Ты как ко мне обратился, урод? Я не просто Госпожа, а солнцеподобная! Живо вышел из комнаты и проси разрешения, как полагается!
После этой поправки поцелуи ног возобновились. Но снова последовал пинок и оплеухи.
- Ты как посмел сегодня повысить на меня голос, тварь? Три дня рабства!
Я никак не ожидал такого. Я предполагал что день – два. К тому же, я еще не до конца усвоил правила и заканючил:
- Но, солнцеподобная Госпожа...
- Что? Забыл, что с Госпожой нельзя спорить? – госпожа опять ударила по щеке.
- Значит, неделю будешь пресмыкаться! А на сегодня пока 20 ударов плеткой! Понял?
- Да, солнцеподобная Госпожа.
- Завтра у тебя начнется сладкая жизнь! Я тебя перевоспитаю!
И опять удар по лицу.
- Где тебя так долго носило? Мне давно в душ пора. Хотя, надо сначала тебя наказать. Двадцать ударов не так мало, могу вспотеть... - Госпожа задумалась.
- Ну чего встал? Живо умоляй, чтобы Госпожа наказала тебя! – и отвесила пощечину ногой.
Я быстро начал умолять Госпожу, целуя ей ноги.
- Ладно, неси плетку... Хотя, нет, сегодня будет ремень. Неси сюда тоненький, чтобы побольнее было. И попробуй только пикнуть. За каждый стон будет еще 5 ударов.
Я принес его в зубах. Госпожа поставила меня в челобитную позу. Затем встала мне на руки и начала исполнять экзекуцию. А я должен был в это время считать удары и благодарить Госпожу за каждый удар, целуя ей ножки.
- Один, спасибо, Солнцеподобная Госпожа... - и так далее.
После 15-го удара Госпожа резко увеличила скорость. В результате я успевал посчитать один удар, а получал уже три.
- Ты что, считать не умеешь? Хочешь, все заново пересчитывать? Ладно, на первый раз прощаю...
В результате я получил не 20 ударов, а, наверное, 30 с лишним. Я не ожидал, но я выдержал, даже не пикнул, хотя зад горел. Видимо, Госпожа реально злилась. Я отблагодарил госпожу, убрал ремень.
- Живо принеси ошейник с поводком и вези меня в ванную!
Я принес его опять же в зубах. Госпожа одела его на меня. Приказала встать на четвереньки и села на меня.
- Вези!
Она держалась за поводок и била ногами в мои бока, подгоняя.
- Сейчас мы будем отрабатывать каждодневную процедуру, - сказала она у ванной. Сначала ты будешь ковриком. Ляг на пол.
Я повиновался. Плитка была холодной. Госпожа встала на меня и перешагнула в ванную. Мне было разрешено помочь ей раздеться. Далее я мыл ее. Она была прекрасна. Как мне хотелось все отменить и взять ее. Мой член был уже весь в смазке. Наконец, она помылась, я вытер ее, помог одеть халат. Потом я снова был ковриком и ее транспортом. Пока я вез ее, постоянно вспоминал моменты, когда был ее ковриком. Лежать на холодной плитке ради того, чтобы ножки Госпожи не замерзли, было новым, пьянящим ощущениям. Во-первых, было ощущение полезности для своей Богини. Во-вторых, ощущение нежных ножек на своем теле. В-третьих, странная радость от ощущения всего веса Госпожи на своем теле.
Госпожа села на кровать. Я был у ее ног. Она резко схватила меня за подбородок:
- Живо смотри сюда, животное! – она развела ноги и указала на свою киску.
Мне показалось, что она немного блестела. Значит, происходящее заводило не только меня. В данный момент ее лоно было единственным, о чем я мог думать. Всего мира помимо ее вагины не существовало.
- Забудь про эту святыню! О сексе с ней ты можешь только мечтать! Лизать здесь – огромная честь для тебя. Но и это еще нужно заслужить! Сегодня не получишь!
Госпожа улеглась в постель, приказав включить телевизор. Мне было разрешено греть ее ножки дыханием, целовать и лизать их.
Я подумал: «С одной стороны хорошо, что у меня на этой неделе отпуск, и мне не надо отпрашиваться на работу. С другой стороны, я буду под прессингом Госпожи целыми днями. Хотя и в этом тоже есть свои плюсы. » Госпожа уснула. Я выключил телевизор, лег у ее ног. Так закончился первый день моего рабства. Мой член разрывало, я не ожидал такого эффекта. Еще долго я не мог уснуть. Долго думал. С одной стороны я попал, с другой мне это нравилось, только не знал, насколько далеко все зайдет. Да и на огромные штрафы попасть не хотелось. Я сегодня не узнал свою женушку. Не знал, что она может быть такой стервой. Если честно, я догадывался, что это только начало, что она только раскачивается. И мне хотелось идти дальше! В гневе она была прекрасна. Я словно второй раз влюбился в нее. Я реально трепетал перед ней.