Отец принцессы был большим собственником. И когда его жена погибла, он решил, что не расстанется со своей дочерью так долго, как сможет. Ей тем временем уже исполнилось 22 года, и она еще никогда не знала мужчин. Да и видела их крайне редко. Это были слуги и стражники. Воспитанная самыми благовоспитанными дамами, она к своему позднему возрасту так и не узнала, откуда берутся дети. Но желание это уже поднималось в ней, будило ее среди ночи жгучим зудом во всем теле, и принцесса не знала, что делать с этим. И спросить ей было некого.
Алладин был ее личным стражем и слугой. В обычное время он стоял перед дверями ее покоев и являлся по всякому зову. От неудовлетворения у принцессы был скверный характер, и часто Алладин был жертвой ее капризов. Ей нравилось унижать его, указывая на разницу в их положении. Когда он приносил еду, она переворачивала поднос и заставляла его ползать на карачках, собирая ее. В другой раз она требовала, чтобы он отполировал ее обувь прямо на ее ногах. И каждый день она старалась придумать что-то новое, чтобы дать выход своей ненаправленной энергии.
Но Алладин нисколько не страдал от ее капризов. Напротив, он рос с принцессой в одном замке с самого детства. И все еще видел в ней того ангела, каким она была раньше. Каждый ее зов был для него лишним поводом встретиться с возлюбленной. Он мечтал о ней. Мечтал, стоя ночами за ее дверью, охраняя от любого зла. И так как за этим делом у него было много свободного времени для раздумий, он нередко осмеливался мечтать о ней. Мечтать о ее матовой коже, о том, как она становится блестящей в жару. О том, как он бы мог прикоснуться губами к ее плечу, и как маленькие волоски поднимутся в ответ на это прикосновение. Стоит ли говорить, что часто эти мечты заставляли подниматься его панталоны. И как он гнал от себя эти мысли, находясь всего через дверь от нее, и чем больше он старался их прогнать, тем красочнее они возвращались.
Однажды Алладин решил разработать план. Он стал так одержим принцессой, что решил, что риск жизнью стоит того, чтобы достичь желаемого или хотя бы приблизиться к нему. В свободный день он сходил на черный рынок, где раздобыл возбуждающий порошок. Дело оставалось за малым. Он соблазнил служанку, что приносила принцессе ужин. И уговорил ее закрыть глаза на то, что он каждый вечер будет добавлять щепотку в пищу. Со служанкой, впрочем, ему пришлось расплачиваться своим телом. И когда наступала ночь, она приходила к нему. Чтобы он, прижав ее животом к дверному, зажать ей рот рукой, чтобы не разбудить принцессу, приспустить ее шаровары и ввестив неё свой разгоряченный мечтами и природной силой член. Алладин был хорош. Он хотел заниматься любовью всегда и везде. И мог делать это сколько угодно раз подряд. Чувство опасности и тайны разжигало страсть и в служанке, поэтому его огромный член без проблем входил в нее при каждом тайном свидании.
Что касается принцессы, порошок на нее подействовал. Если раньше она страдала от отсутствия мужчины, но еще не осознавала этого, то сейчас ее муки усилились. В первую же ночь ей приснился эротический сон. Ей снился джин, который прилетел к ней через окно, чтобы овладеть ею. Он брал ее прямо в воздухе на руках, он изменял форму своего члена, то раздваивая его, то утолщая. Он имел ее одновременно спереди и сзади, он грубо засовывал пальцы ей в рот, чтобы она сосала их. Он ставил ее на колени и лизал ее губы, ее клитор. И делал это волшебно. Начиная медленно, доводя ее до головокружения, нетерпения и мольбы. Потом язык его ускорялся и усиливал нажим. А пальцы, его пальцы находили ее попку и скользили внутрь. Принцессе снилось, что она на грани оргазма, что еще секунда и она кончит. Ее трясло, все ее тело было напряжено. Джин превратился в настоящее торнадо, бешенно ласкающее ее тело со всех сторон. Но блаженный миг все не наступал. Принцесса стонала и вертелась в своей постели, пока напряжение не разбудило ее.
Она проснулась, дрожа, вся в поту, совершенно скользкая между ног, с набухшими в несколько раз от возбуждения клитором и губами. Но бедная принцесса не знала, что нужно сделать, чтобы снять напряжение. Она встала с кровати и хотела послать Алладина за водой, когда услышала шебуршание и заглушенные стоны за своей дверью. Принцесса примкнула к замочной скважине и прямо в нескольких саниметрах от себя увидела в коридоре, как служанка стоит на коленях перед Алладином и облизывает головку его члена. Алладин стоит в львиной позе, облокотившись на колонну и словно, так и быть позволяет ей это делать. Между ног у принцессы запульсировало еще сильнее. Она чувствовала даже трение пижамы о клитор. Служанка тем временем то ускорялась над членом Алладина, то замедлялась и принималась облизывать и посасывать его яички, продолжая ласкать его рукой. Алладин откинул голову назад, и принцесса услышала его тяжелое дыхание. Процесс казался ей невероятно завораживающим. Ей безумно вдруг захотелось оказаться на месте служанки. Попробовать, какой он на вкус, член ее раба, как он пахнет. Почувствовать, как его жесткие волосы прикоснутся к ее нежным губам. Наверняка, он отвратителен. Но, как ни странно, это возбуждало еще больше. Эротические рассказы
Служанка насаживала свой рот на член Алладина все чаще и сжимала губы все сильнее. Иногда она умудрялась проглотить его целиком, и тогда, задержав рот у самых его яичек она продолжала движения головой. Казалось, это очень нравилось Алладину. Он, не выдержив, положил руку ей на голову, заставляя ее задержаться в таком положении. Потом вдруг ласково, но твердо, отдвинул ее: «Если ты не остановишься, то я кончу». На сей раз она прижалась спиной к колонне, а он начал целовать ее. Принцесса видела, как он жарко дышит ей в ухо, как скользит губами по ее лицу и шее. И что от этого у служанки подкашиваются ноги, и она вся обмякает облакотившись на колонну. Принцесса кусает губы. И трогает себя там, где Алладин целует служанку. Она проводит рукой по лицу, по набухшим от возбуждения губам, по шее... Алладин снимает со служанки топ, под которым ничего нет,, и осыпает поцелуями ее грудь. Он целует ее вокруг сосков. Тем временем его руки ласкают ее бедра и попку, прижимая ее низ к нему. Он берет в рот ее сосок, одновременно пропуская руку у нее между ног. И служанка тихо стонет. Он прикусывает ей грудь. Принцесса сжимает соски. Все ее пылающее лоно сейчас завидует служанке. Если б только она могла приказать ему... Она фиксирует его член, который все еще стоит. Сейчас, когда он вырвался на свободу, он выглядит просто божественно. Принцессе не с чем сравнить, но ей кажется, что этот член никогда бы в ней не поместился. Он так разбух, что головка целиком оголилась. Наверняка ему тяжело было остановиться, чтобы не кончить. Его яички выглядели надувными и очень тяжелыми.
Алладин тем временем спускается все ниже и ниже осыпая поцелуями живот служанки, щекоча его кончиком языка. Его руки тоже не знают покоя, они ласкают то ее попку, то возвращаются к самому заветному месту, но обходят его стороной. Наконец он стягивает с нее штаны и разворачивает к себе спиной. Он целует ее круглые ягодицы и проводит языком между ними. Принцессу так возбуждает это зрелище, что ей кажется, что она потеряет сознание. Между ног у нее медленно выделяется скользкая влага. Алладин продолжает ласкать попку служанки языком, одновременно руками скользя по внутренней стороне ее бедер. Он заставляет ее слегка нагнуться и засасывает ее половые губки и клитор, бороздя по ним языком. Средним пальцем он залезает к ней во влагалище, чтобы смочить в обильной смазке. И, не прекращая стимулировать ртом ее клитор, аккуратно, сантиметр за сантиметром, вводя и снова возвращаясь, он медленно вставляет смазанный палец ей в попку. Принцессу сводит с ума то, что она видит. И она думает, что это должно быть просто продолжение сна. Она так возбуждена, что ее клитор выставился на ружу, чего никогда не бывало раньше и ужасно распух. Алладин продолжает ласкать служанку губами и любить ее пальцем в попку. По его члену видно, что его это очень возбуждает. Он уже не стоит перпендикулярно, а стоит так упруго, что почти приклеился к животу Алладина. На его конце выступает капелька. Служанка дрожит и ласкает свободной рукой свои соски. Наконец, она начинает шепотом просить, чтобы он взял ее.
Принцесса шепотом повторяет мольбу служанки, и ей кажется диким, как звучат эти слова. Она говорит: «Я хочу, чтобы ты взял меня. Я больше не могу. Пожалуйста, войди в меня. Я хочу чувствовать твой член внутри себя». Но члена то у принцессы под рукой и не было, поэтому продолжать игру со своими слугами она не могла, ей оставалось только смотреть, гладить свою грудь и терпеть бешенное напряжение внизу живота. Ей казалось, если бы он вошел в нее только на секундочку, она бы кончила. Но ведь это абсолютно невозможно! Алладин пристроился к служанке и медленно, заставляя ее извиваться от нетерпения, начал входить в нее. Постепенно, продвигаясь на один саниметр и выходя на два. Принцесса пыталась представить, что чувствует сейчас служанка. Как этот огромный член медленно заполняет ее изнутри, задевая и лаская каждую ее возбужденную клеточку. Как его набухшие яички бьются о ее клитор при каждом движении. Как его руки сжимают ее ягодицы, как пробегает он пальцами по дырочке между ними. Какая это, должно быть, безумная сладкая мука.
Видно, что Алладин на грани взрыва. Что он сдерживает себя. Вена у него на лбу надулась, и он дышит очень громко. Он ускоряет ритм. Груди служанки качаются, следуя его ритму. Видно, как она закусывает губы и полуприкрывает глаза. Шепотом она говорит ему: «Боже, как хорошо. Прошу тебя, еще! Не останавливайся». Алладина еще больше возбуждают ее слова и он, наоборот, останавливается, чтобы не кончить. И вынимает свой член. Он разворачивает служанку, встает перед ней на колени и впивается ртом в ее клитор. Она теребит руками груди и повторяет «Да, да... боже... сильней. Сожми их сильней. Я хочу чувствовать твои пальцы сзади». Алладин повинуется, как он повинуется капризам принцессы принести или подобрать. Он облизывает средний палец и вставляет его служанке в попку, продолжая ласкать ее клитор. Засасывать его, крутить по нему языком, увеличивая давление. А его средний палец продолжает терзать ее сзади. Служанка на грани оргазма и палец в попке буквально лишает ее разума. В мире не остается ничего кроме этих двух ощущений.
Алладин чувствует это и останавливается практически в последний момент. Он снова поворачивает ее спиной к себе, наклонив ее через перила и вставляет в нее свой член. На этот раз довольно быстро. Видно, что на этот раз он не продержится долго. Он входит в нее резкими движениями, вращательными движениями ласкает пальцами ее клитор, одновременно всеми четырьмя, и давя довольно сильно. Левой рукой он поднимает ее левую ногу. И служанка кончает. Это видно, по тому, как содрогнулось ее тело, как пробежала по нему резкая дрожь, как она замерла в какой-то момент. Алладин вынимает член. Он вздулся еще больше и весь покрыт огромными вернами. Его яички, кажется, готовы взорваться. Служанка снова встает перед ним на колени. Она пытается помучить его еще недолго. Кончиком языка несколько раз она обводит вокруг его головки, потом всем языком облизывает его снизу вверх. Целует уздечку. Потом, наконец, берет головку в рот. «Боже, дай мне кончить. Я не могу больше», - просит ее Алладин. Тогда она сжимает свои губки плотным кольцом и начинает быстро-быстро насаживать свой ротик на его член, одновременно лаская рукой его яички. Через несколько секунд Алладина буквально бьет судорогой. Он дышит так громко, что почти стонет. Он кончает и кончает прямо ей в рот. Долго и сладостно. Служанка проглатывает сперму, чтобы не подавиться и продолжает ласкать его член язычком во рту.
Наконец Алладин расслабляется. Он опускает плечи. И вдруг выглядит таким усталым, словно весь день работал в полях. Служанка испуганно оглядывается, будто только сейчас вспомнив, что их никто не должен был увидеть. Она ищет свои трусики, находит их. Она промокли насквозь, но других нет. Приходится одеть эти. Опять дворцовые собаки учуют запах и будут её домогаться. Наконец она целует Алладина в губы, на что он реагирует, скорее, безразлично. И убегает.