Алекс сказал Еагении не все. Перед тем, как встретиться с очередной куколкой, он все-таки решил увидеться с своей бывшей пассией. Вообще то это было странно. И то, что Мария нашла его якобы случайно в огромной Москве, и то, что бывшая девушка настаивала на свидании. Хотя какое свидание может у него быть с той, которая так жестоко поступила с ним?
Мария ждала его. Похоже она тоже уже хорошо ориентировалась в столице, раз выбрала не самое плохое кафе. Сказать, что Алекс не заволновался, увидев бывшую свою девушку, было бы неправдой. Сердце немного дрогнуло. Она была по прежнему великолепна... Даже краше, чем он увидел в первый раз. Но Алекс также увидел, что вместо юной девушки с наивным взглядом, какой он помнил Машеньку, его с улыбкой встречала молодая, знающая цену себе и жизни, шикарная женщина... Было заметно, что Машенька в развитии своиж жизненных приоритетов двигалась в правильном направлении. Одета она была в легкую блузку и дорогие стильные джинсы. Фигурка тоже можно было назвать точенной, хотя на взгляд Алекса, со времени их прощания Маша немного округлилась. Но ее совсем не портило — наоборот казалось, что девушка стала более женственной и слегка повзрослевшей. Это уже действительно была не та выпускница школы, которой он объяснялся в любви, целовал пальчики и мечтал, о глупец, о совместной жизни с обожаемой на долгие года. Впрочем, Телегин тоже уже не тот... Время и события много что поменяли в жизни и Алекса, и Марии...
— Я очень рада тебя видеть, Саша! И это правда — улыбнулась приветливо Мария подошедшему Телегину. Алекс тоже изобразил некое подобие улыбки. Насколько искренни слова его бывшей, сулить было сложно. А читать мысли он уже не умел. Но зная, что Мария вряд ли бы так просто решила повстречаться с ним — понимал — это рандеву неспроста.
— Хорошо выглядишь — произнес он дежурную фразу. Впрочем, особо не лукавя — Маша смотрелась очень привлекательно и сексуально. Большие, чуть раскосые, темно карие глаза, тончайшая талия при округлых бедрах и великолепных формах круглой груди. Высокие скулы и лоб и длинные до плеч каштановые волосы. Красота хорошенькой шатенки с чуть раскосыми глазками привлекала внимание окружающих мужчин и Алекс был уверен, что большинство из них с удовольствием, пусть и в мечтах, хотели быть оказаться в постели с этой красоткой, чтобы хотя на миг ощутить волнующие изгибы ее аппетитного тела.
— Будешь что-то заказывать...
— Нет, я только кофе
Сама Мария потягивала красный мартини и было видно, что она не знала с чего начинать разговор с человеком, который когда-то ее сделал женщиной и которого она вроде как любила. Впрочем, в последнем она не была уверена.
— Удивительно...
— Что удивительно? — переспросила Мария, схватываясь за «ниточку» начала беседы.
— Чудно то, что ты захотела со мной встретиться. В последний раз, когда мы виделись — дальнейшие встречи со мной в твои планы не входили.
— Это уж точно -подумала девушка. Ей тоже казалось, что она вычеркнула Телегина из своей жизни, предпочтя более выгодную партию. А вот пришлось менять свои планы... — но вслух сказала — мы же не враги... И я хочу признать. что была тогда не права... — выдавила Маша из себя фразу.
Алекс ее дополнил:
— Когда сообщила. что я тебе безразличен..
Говорил Телегин с легкой ухмылкой на губах. А глаза по-прежнему изучали бывшую подругу — он все-таки пытался понять, что или вернее кто стоит за этой встречей.
Это парень уверен в себе и он чувствует, что ей что-то нужно от него — решила про себя Мария, стараясь незаметно, но все-равно поеживаясь под насмешливым взглядом Алекса. Да, это совсем другой человек... Это не тот Телегин. Неужели Москва так меняет людей. Если Алекс мог, как прежде читать мысли, он бы ответил:
— Меняют человека жизненные обстоятельства и предательство дорогих людей...
— Извини, что тогда сильно обидела тебя. Я не думала — произнесла тихо Мария, покусывая губки — но ведь мы не чужие люди. Тем более в таком огромном городе...
— У тебя проблемы?
— Нет. У меня все хорошо. Работаю в компании — и она назвала государственную контору под началом известного Алексу господина Железнова. И кажется он стал догадываться, откуда взялся интерес к своей персоне у бывшей возлюбленной.
— Как же ты меня нашла?
— Ты теперь известный журналист... И я подумала, что нехорошо будет, если мы, земляки, потеряемся в огромном городе...
— Ты мне льстишь — я журналист известный только в определенных кругах... Впрочем, если ты работаешь с Николаем Николаевичем, то в его кругу мое имя действительно знакомо.
Наверняка она с ним спит и Железнов, сгорая от нетерпения увидеть новую куколку, послал выяснить секрет их фирмы. Причем, похоже вслепую, ибо Машенька, судя по всему, не догадывается, чем на самом деле занимается Телегин. Но Алекс решил перевести разговор в другое личное русло.
— Как ваши дела с Дмитрием? — спросил он, вспомнив про приазовского лайт-олигарха, ставшего ему в свое время заменой.
— Мы не вместе — коротко ответила Маша, чуть покраснев.
Ну конечно пока Железнов пользуется ею, вряд ли он допустит конкурентов. Наверно он и перетащил Машу в Москву, дабы красивая провинциалочка была всегда рядом.
— И ты совсем одна?
На симпатичном личике снова появилось некое подобие румянца
— Мне пока никто не нужен... Я сейчас стараюсь делать карьеру...
— И Николай Николаевич тебе в этом помогает?
— Ты ничего не подумай, он мне просто начальник — кажется прямые намеки Алекса начинали выводить Машеньку из состояния душевного равновесия. Он на самом деле сильно изменился. И теперь Марии казалось, что чувства, которые к ней питал Телегин и на которых она пыталась сейчас сыграть, давно уже прошли и парень над ней откровенно издевается. Самоуверенной девушке такая ситуация совсем не нравилась, но она должна сделать еще попытку сблизиться с Алексом, дабы выполнить просьбу Железнова.
— Я понимаю, что тебе сейчас трудно что-то решать, но я, поверь, хотела с тобой встретиться еще не раз. Я скучала...
Алекс еще раз бросил прямой взгляд на красивую шатенку. В его глазах читалось недоверие. Но тем не менее, он произнес:
— Москва город маленький и телефон ты мой знаешь. Все может быть — он как бы давал надежду, хотя прекрасно понимал, что это все игра. И актрисой Машенька была слабой. Но он все же решил продолжить эту игру, пока не зная, зачем ему это...
— Всего доброго и привет Николаю Николаевичу. Передай, что совсем скоро он получит то, что хотел — улыбнулся он напоследок, оставил на столике пятитысячную купюру и ушел восвояси, оставив бывшую возлюбленную в полном недоумении.
* * * * *
Наконец Наташа открыла свои чудные большие голубые глаза. И увидела рядом симпатичную девушку, с интересом наблюдающую за ее поведением. В сознании «уснувшей» красавицы стал постепенно проявляться образ неожиданно оказавшейся здесь барышни. Взгляд голубых глаз столкнулся с внимательным сероглазым. Наташа вспомнила — это Евгения, подруга ее брата Алекса. Женя даже была ее свидетельницей на свадьбе. Но как она здесь оказалась и что вообще здесь происходит?
— Привет! — на юном личике Жени появилась приветливая улыбка- я вижу, что ты меня узнала...
— Что со мной было? — встревожено поинтересовалась Наташа — мне кажется, что я спала...
— Можно сказать и так... Тебе стало плохо и ты вызвала нас на помощь...
— Ничего не помню... — девушка, до сих не понимая, что случилось, покачала хорошенькой светлокудрой головкой — а кто «мы»?
— Я и Саша. Он вроде твой брат...
— А где он сейчас?
— Уехал по делам. А меня попросил присмотреть за тобой и дать вот это — Женя протянула Наташе узкую ладошку, на которой обнаружились несколько нанотаблеток — Ты должна пить по графику, иначе будет плохо.
Конечно, Евгения не могла приказывать или указывать Наташе, ибо была такой искусственной куколкой, созданной во благо и удовольствие людей. Но она знала о своей сущности и уровень ее программного обеспечения был выше «сестрички», поэтому в данной ситуации Евгения позиционировала себя, как старшая и более опытная подруга. Хотя по легенде их создания, девушки были почти ровесницами.
Наташа, сама не зная почему, сразу же выпила таблетки. Женя дала ей воду:
— Есть и пить нам тоже нужно... Это также необходимая энергия.
— Нам? Энергия? — продолжала удивляться Наташа
— Нам девушкам — ушла от ответа Женя. Она понимала, что не имела права говорить сейчас об истинной сущности их общего происхождения — как ты себя чувствуешь?
— Уже хорошо. Только маленькая слабость..
— Это скоро пройдет — Евгения ласково коснулась пальчиков девушки. Приятный жест заставил Наташу вздрогнуть. Женечка ей нравилась и неожиданно ей захотелось, чтобы нежные прикосновения продлились и дальше. Наташа подтянулась чуть выше. Кончик ее носа коснулся шеи Жени. Их груди соприкоснулись. Замерев на секунду, хозяйка квартиры ожидала реакции подруги. Для Жени приватное общение с женщинами было не впервой, но не могла подумать, что Наталье тоже нравятся девушки... Интимные свидания с чужими мужчинами им действительно были запрещены программой, но спасибо их создателю, что не вел ограничения на подобное с женским полом.
Пальцы Женечки начали расстегивать пуговицы на пижаме голубоглазой «сестренки». Наташенька даже не думала сопротивляться. Наоборот — ее миловидное личико выражал негу и восторг. Она очень хотела этого.
Пальцы Женечки прикоснулись к ее грудям, тихонько провели по их окружности. Кончиком носа Наташа терлась о шею подружки. Женечка тем временам дотронулась до нежных сосков Наташи. Нежно погладила их, сжала пальцами. Сначала робко, с трепетом, потом увереннее. Тело девушки затрепетало в объятиях Жени. Наташенька обвила ее обеими руками и стала срывать одежду с гостьи. И вот они уже лежали на кровати — два безумно красивых идеальных тела, покрывающих друг друга страстными поцелуями. Если бы в комнате был свидетель, он бы не мог не насладиться удивительно красивым зрелищем — две шикарные девушки, стройные и красивые, словно изделия очень талантливого мастера (что на самом деле так и было) любили друг друга. Кожа девушек была упругой и гладкой, солнечные лучи, проходящие сквозь шторы в огромную спальню, омывали обнаженных куколок. В их потоках они светились, словно старинные фарфоровые статуэтки... Им было очень хорошо, как может быть хорошо искусственным созданиям, созданным для любви и удовольствий. Но сейчас куколки приносили наслаждение не какому-то хозяину-мужчине, а исключительно себе, отдаваясь друг другу так, словно хотели выплеснуть всю страсть, занесенную в их программы, на себе подобных.
Продолжение следует...