воспоминания
Трудно сейчас определить, что я действительно помню, а что является «ложной памятью»- т. Есть осталось в виде рассказов мамы, отца, покойной бабушки и воспринимается уже как собственные воспоминания.
Наверное, самое яркое – это мой первый день в детском саду . Очень хорошо, кожей я и сейчас ощущаю тот ужас, который охватил меня, когда я понял, что вот сейчас наступит тот момент, когда мама меня оставит здесь и я буду совсем один с массой незнакомых детей и взрослых. Видимо, уже в тот момент я ощущал свою «инаковость», которая и в дальнейшем требовала от меня героических усилий, чтобы ее скрыть и не дать почувствовать окружающим, с каким трудом я вписываюсь в обстановку. Я потянул маму за руку и прошептал – мамочка, мне нужно тебе что-то сказать Когда она наклонилась, я обнял ее за шею , крепко сжал руки и зашептал : мамочка, забери меня отсюда! При этом я сильно заревел и пришлось приложить немало усилий, чтобы меня оторвать от мамы и оставить в детском саду. Дальнейший период адаптации в детском саду я не помню .
Но вот мои первые эротические воспоминания четко связаны с садиком, это я помню отлично. Рядом со мной, на соседней кроватке спал мальчик по имени Сергей . Не помню точно, чья это была инициатива, по моему скроее моя, но мы с ним играли в больницу. Игра эта заключалась в том, что мы снимали трусики, поворачивались поочередно друг другу голой попкой и делали уколы пальчиками . Во всем этом действии была какая-то сладостная тайна, мы скрывали это от других детей и , конечно, от воспитателей. Если в момент нашей игры кто-то заходил в комнату, мы тут же залазили под одеяла. Дальше этих невинных шалостей дело, насколько я помню, не заходило. Возможно, эта детская игра отчасти предвосхитила мою будущую специальность и, конечно же, явилась первым этапом осознания моей непохожести на остальных .
На формирование мое как человека большое влияние оказывала бабушка, которая, несмотря на лишь какое-то там начальное образование, была очень грамотным человеком, хорошо знала русский (как оказалось потом и не только)язык и литературу и благодаря этому я воспитывался на стихах Пушкина и других русских поэтов, читал много сказок братьев Гримм, а затем, уже в школе, моими любимыми сказками других авторов. Бабушка была очень заботливой и ласковой, очень меня любили и я платил ей тем же, ухаживая за ней, когда она несколько лет зимой не вставала с кровати из-за какой-то тяжелой болезни ( сейчас я думаю, что это были частые пневмонии) . Мама работала преподавателем в техникуме, часто была занята и не могла объективно мне уделять много времени, хотя меня очень любила. Отец работал директором крупного предприятия в нашем маленьком городке, был настоящим мужиком, любил выпить , любил женщин и они платили ему тем же. Но на первом месте у него всегда была семья, и мама, переживая из-за его любвеобильности, всегда знала это и подчеркивала в разговоре со мной.
У меня был брат, на 4 года старше меня, очень умный, отличник в школе, я всю жизнь все свои поступки оценивал с позиции « а чтобы сказал и сделал брат?», но мы с ним очень разные люди, близости духовной в детстве никогда не было, мы довольно часто дрались.
В начальных классах школы у меня случилась первая любовь к девочке по имени Наташа. Любовь безответная, Наташа была отличницей и ни о чем «таком» не думала. Да и я конечно, из за своей природной скромности и робости по отношению к девочкам, а потом и женщинам, ни словом м и ни жестом не давал ей понять о своей влюбленности…
Однако, чтобы быть ближе к любимому человеку я отрезал кусочек (маленький…) от ее пальто и носил с собой. Она плакала, когда увидела испорченное пальто, а я только тогда и понял, что сделал гадость любимому человеку. Тогда я еще не знал, что это не в последний раз….
Мое второе в жизни эротическое осознанное воспоминание о моем товарище по имени Сергей – сосед по улице, младше меня на пару лет. Это был первый человек, с которым я испытывал настоящий оргазм. Хотя до этого я уже начал заниматься онанизмом, при этом никак не рукоблудием, а усердно трахал подушку . Во время этого действия я представлял себя то раненым бойцом, который соблазняет медсестру, ухаживающую за ним, то….медбратом, которого соблазняет боец.Т.О. мои фантазии уже были бисексуальны . С Сергеем мы просто терлись писюнами друг о друга, инициатором всегда был я, он удовольствия от этого не получал, но я был старше, настаивал и он подчинялся. Я был очень «озабочен» и мог часами простаивать у окна и ждать пока он пройдет мимо моего дома, чтобы затащить к себе в сарай, на чердаке которого я сделал что-то вроде шалаша, где мы играли в войну. Потом участником наших сексуальных игр стал еще один мой сосед, тоже младше меня. Но он мне не очень нравился, несмотря на то, что имел очень приличных размеров агрегат. Он был очень неаккуратен, от него постоянно воняло и это очень сдерживапо меня, хотя когда очень уж хотелось, я закрывал на это глаза, вернее нос. Но он был тоже полным натуралом и ему это не нравилось, он просто подчинялся моему авторитету, который, благодаря моим родителям и моим личным заслугам в виде хорошей учебы и многих знаний, на улице был высок.
В 70-том году, я как хорошист поехал в харцерский лагерь в Польшу. Там мне довелось, как я понял гораздо позже, встретится с настоящим геем (или бисексуалом, не знаю). Симпатичный мальчик из Гродно остался со мной в комнате, когда я немного приболел. Я помню как он разделся и лег ко мне в кровать, при этом положив свой большой, покрытый крупными венами стоячий член на мою руку. Меня почему-то это очень возмутило и я в грубой форме ему отказал. Посде этого он ко мне больше не приставал
Затем наступили старшие классы. В атмосфере стояла сексуальное напряжение, все разговоры между . мальчишками на переменах велись вокруг секса, мы страшно завидовали одному нашему второгоднику, который, по его собственному признанию, уже был близок с женщиной и рассказывал нам об этом в подробностях. На уроках мы тоже говорили про ЭТО и однажды так возбудились с товарищем по парте (его звали Валера), что начали самозабвенно щупать друг друга через штаны. Затем наши встречи перетекли ко мне домой, мы уже раздевались и дрочили друг другу. Члены у нас были одинакового размера. Инициатором наших встреч тоже всегда был я. Дело доходило до объятий (без поцелуев), наши члены проникал друг другу в промежность, мы испытывали сладостные оргазмы, но о возможности анального секса мы даже не догадывались. Затем я соблазнил еще одного своего одноклассника с очень большим членом. Мы часто с ним занимались взаимной мастурбацией и при этом оба обильно кончали, при этом все наши разговоры были о девчонках и я понимал, что для него это был своего рода суррогатный секс. Но мой спермотоксикоз доходил до предела и мне было все равно. Я бы с удовольствием занялся сексом с девчонкой в то время, но я был тощий, тонкий , невзрачный и к тому же очень стеснительный, так что шансов на успех не было никаких, а с парнями все было проще. Затем у меня появился ( в результате наших совместных сексуальных фантазий) еще один одноклассник с просто огромным членом. Но у него было два существенных недостатка – он практически не испытывал оргазм, несмотря на то что и на моих и на его руках чуть не появились мозоли, и у него страшно воняли ноги. Мою комнату после его посещений нужно было проветривать больше часа. Наша связь с ним продлилась недолго. Я в очередной раз сильно и безответно влюбился в свою одноклассницу, которую звали Вита. Правда пальто резать уже не стал…
В первый раз я поцеловал девочку после 9-го класса. Это было на отдыхе, на моем любимом озере. В девочку я был влюблен, правда не очень сильно. Первый поцелуй мне показался каким-то резиновым. Хотя потом я вошел во вкус и целуя, щупал ее грудь, стремился в низ, но меня не пускали
…
Потом наступил выпускной вечер. К этому времени ч подрос,... стал выше всех девченок в классе и мои комплексы уменьшились до того, что я вновь поцеловал одну из наших школьных красавиц в качестве закуски после выпитой «из горла» водки. Но на этом сексуальном подвиге выпускной вечер закончился.
Продолжение выпускного вечера происходило в домике на озере. Нас было трое, мы много выпили и я лег в одну кровать со своим одноклассником, который потом стал моим одногруппником в институте. У него тоже был примерно моих размеров член, но он был мальчиком из деревни, воспитан в строгости, поэтому кроме взаимного онанизма у нас ничего не было. Правда кончали мы очень много! К утру, протрезвев, боялись смотреть друг другу в глаза. Но атмосфера тайны, чего-то запретного, происходившего «под парами», сделала эту ночь для меня незабываемой
Так закончилась школа.