Данное произведение является плодом фантазии автора и не отражает его личных предпочтений, в том числе и сексуальных. Любое сходство главных героев с реальными людьми считать случайным. Перепечатка рассказа и любых его частей разрешена автором в соответствии с действующим законодательством РФ, то есть с указанием как минимум ника автора, но рекомендуется читать его весь, дабы не потерять сюжетную линию и ощутить его структурную целостность…:)
– “Привет” – улыбаясь, сказала Кира и впорхнула в квартиру, как быстрая птичка. Сильвестр как всегда залюбовался ее легкими и точными движениями и непокорной прядкой, которая так и норовила выбиться из заботливо ухоженных волос.
– “Здравствуй солнце” – легкая улыбка осветила его лицо, произнес он. – “Кира, мои родители сегодня вечером уезжают на отдых и вернутся только послезавтра, поздно вечером” – он внимательно наблюдал за ее реакцией. Когда-то в шестом классе они дали друг другу обещание поженится тогда, когда им исполнится по 19 лет и намеревались его сдержать. Девятнадцать исполнилось Кире три дня назад. Они очень повеселились на ее день рождения, отметив его с большой компанией, с конкурсами, танцами, гуляниями по ночному городу.
– “Так что завтрашний вечер и ночь полностью в нашем распоряжении”…он не закончил говорить, когда Кира перебила его.
– “Замечательно родной! Устроим маленький праздник при свечах, на двоих, только ты и я” – Кира зажмурилась и потянулась как гибкая кошечка, коей она, впрочем и являлась, занимаясь с седьмого класса четыре раза в неделю фитнессом и аэробикой. Сам Сильвестр предпочитал легкую атлетику и был он не только с настоящим греческим профилем, но и с настоящим, гармонически развитым телосложением древнего эллина; девятнадцатилетним парнем. Даже имя при рождении, родители дали ему греческое, что служило вечной темой подколок от его бывших одноклассников, например они ничего оригинальнее клички Сталлоне не придумали…
– “Пойду готовиться к нашему маленькому торжеству” – Кира подмигнула ему, и яркий солнечный зайчик исчез, оставив за собой тонкий аромат ее любимых духов фирмы “Kenzo”.
Сильвестр улыбнулся, думая о чем-то очень приятном и начал наводить идеальный порядок и в без того чистой квартире. Его душа пела в предвкушении чего-то радостного и дарованного свыше.
Итак, оставим на время наших героев готовящихся к празднику и немного расскажем о каждом из них.
Оба они, теперь уже 19-ти летние девственники, весь их распорядок дня практически не оставлял им свободного времени на что-либо, а если оно появлялось то они целиком посвящали его друг другу. Дружили они с детства, с первого класса. Родители их жили в соседних домах и дружили семьями, часто выезжали вместе на отдых за город, на речку. Естественно его и ее родители знали, что они влюблены друг в друга и души в них обоих не чаяли.
Сильвестр – среднего роста с зелеными глазами и черными, с синим отливом, как вороново крыло волосами; был объектом вздыханий почти всех бывших одноклассниц, да и как он мог им не нравиться – красивый, широкоплечий с узкой талией спортсмен-легкоатлет с первым разрядом по нескольким видам спорта, умный, воспитанный, общительный. Всегда готовый прийти на помощь в трудную минуту. Но сердце его принадлежало безраздельно только Кире, что являлось предметом тайной зависти ее подруг. Одеваться он любил в удобную не стесняющую движений одежду, особо за модой не следил, а почему собственно кто-то ему должен, пусть и мягкой форме, указывать, что носить.
Кира – тоненькая светленькая блондинка с нежно голубыми похожими на два озера чистейшей воды глазами, ее волосы, когда она находилась рядом с Сильвестром, и при резком контрасте с ним, казались практически молочно белыми, хотя на самом деле они были с золотистым отливом. Ее лицо было живым отражением ее души – светлой, теплой и радостной. Она была не похожа на других блондинок – китайских статуэток с кукольными личиками. Про таких, как Кира, обычно говорят что они – кровь с молоком. Живая душа, трепетная, чистая, не запятнанная нашим, очень часто грязным миром… Когда она шла по улице, на очередную тренировку, на ее лице играла легкая улыбка счастливого человека. В ней было что-то такое заставляющее людей оборачиваться ей вслед с теплыми улыбками живых людей, прикоснувшихся к чему-то более значимому, чем их собственные мелкие повседневные дела. Некая изюминка делала ее неповторимой даже в нашем, таком разнообразном мире. Одевалась она просто и элегантно и в любой одежде выглядела как принцесса из сказки. В ней чувствовалась настоящая женщина с большой буквы, хотя ее чувственность еще не была разбужена…
Вечером следующего дня Сильвестр закончив, наконец, все приготовления, вытащил бутылку красного вина из холодильника и водрузил ее в центр стола, чтобы оно немного согрелось. Зажег свечи и пошел одеваться. Черный костюм тройка висел, как ему и положено, в шкафу. Достав его, он положил его на кровать и быстро сбросил свою повседневную одежду. Побрызгавшись дезодорантом Сильвестр начал надевать тонкую шелковую рубашку. Брюки, пиджак, и черные носки с лакированными туфлями довершили композицию, гармонируя с его черными волосами и резко контрастируя с белой классической рубашкой. Оглядев себя в зеркало и оставшись довольным увиденным результатом, он надушился туалетной водой “Jaguar Noir” с неуловимой горчинкой.
– “Теперь я готов” – подумал он. В этот момент раздалась мелодичная трель звонка, и он отправился открывать входную дверь, прихватив по дороге ярко красную розу. Открыв дверь, он увидел, наверное, самое прекрасное создание во вселенной. Кира медленно вошла в квартиру. Даже прекрасный лебедь вряд ли сравнился с ней в этой неуловимой грациозности, легкости полета и нежности оперения. В ее глазах он прочел то, что она знает, чем закончится их сегодняшний маленький праздник, в них не было стыдливости или распущенности, не сожаления об этом, а только два моря нежности, погрузившись в глубину которых, уже не хотелось подниматься наружу, а так и плавать там бесконечно. Омывшись в них, и буквально затопленный этой нежностью он, хватая ртом воздух, протянул ей розу и произнес: – “Это тебе малышка.” Одета Кира была свободное, цвета морской волны, платье с молнией на спине и в туфельках-лодочках салатового цвета. От нее восхитительно пахло все тем же нежным ароматом “Kenzo”, она специально им надушилась, зная, что ему нравится запах этих духов. На лице Киры был минимум макияжа да он ей практически и не нужен был, так как она была красива своей природной красотой и относилась к тому типу девушек которых макияж только портил, особенно излишний. На мгновение ему показалось, что он видит воздушный мираж в свете последних лучей заходящего летнего солнца. С благодарностью, принимая розу, она, мило улыбнувшись, сказала, поднося ее к губам и пригубив аромат свежей розы: – “Спасибо милый. Ты сегодня замечательно выглядишь”.
– “Ты тоже солнышко” – ответил он, немного смутившись из-за того, что комплимент она ему сделала первая – “Пройдем к столу”. Готовить пищу для Сильвестра было божьим даром, он священнодействовал на кухне, нужно было видеть, как он преображается, когда он начинал шинковать, варить, жарить, тушить, смешивать компоненты и так далее. Еда получалась мистической и казалась сакральным откровением свыше, древних, давно ушедших предков. Но готовил Сильвестр только тонкие, для гурманов, деликатесы, повседневность в приготовлении пищи была ему противна, как и любая рутина.
– “Присаживайся” – улыбнулся он. Глаза Киры широко распахнулись от удивления и восторга, когда она увидела небольшой столик заставленной ее любимой легкой пищей. В центре столика стояла согревшаяся бутылка красного вина, покрытая маленькими капельками влаги. Минут двадцать они поглощали приготовленные Сильвестром яства, улыбаясь друг другу и той жадности, с которой они накинулись на еду. Сильвестр немного суетился, ухаживая за своей возлюбленной. Кира с благодарностью принимала от него знаки внимания ...и улыбалась его комплиментам и шуткам. Наконец-то с едой было покончено, и они пригубили полусладкого красного вина. Встав из-за стола, Сильвестр поставил легкую расслабляющую музыку и пригласил Киру потанцевать под старую музыку молодости их родителей. Закружив Киру в танце, он крепко прижимал ее к своей груди и легонько поглаживал своими ладонями ее тело сквозь тонкое платье. Музыка кончилась и Кира тихонько вздохнула и положила свою милую головку ему на плечо. Так они простояли по их субъективным ощущениям – вечность, хотя прошло, наверное, не более трех минут.
– “Ты готова?” – спросил он, голос его вдруг охрип.
– “Да” – тихо шепнула она ему на ушко.
Подхватив ее легкое тело на руки, Сильвестр понес ее в спальню, его кровать уже давно была расправлена и застелена новым постельным бельем, еще хрустящим от свежести. Зайдя в спальню и осторожно поставив на ноги на мягкий ковер свою приятную ношу, он зажег ночник и его слабый свет прибавился к двум мерцающим у изголовья кровати свечам. Ее ноги внезапно ослабели, и Сильвестр подхватил начинающую сползать на ковер Киру, и обняв ее за талию, накрыл ее сладкие теплые губы своими губами. Это был их первый поцелуй сегодня, и он будил в них новые чувственные фантазии. Кира, оторвавшись от него, застонала от сладкой истомы, разливающейся внизу ее плоского животика. Сильвестр не размыкая объятий, осторожно расстегнул молнию на ее платье, теперь оно держалось только на ее точеных плечиках. Легкими поглаживающими движениями ладоней двигающихся вверх от талии к ее нежным плечам, он медленно спустил бретельки вниз. Платье, слегка зашуршав, упало к их ногам. Кира опять как-то особенно вздохнула и прижалась к нему.
– “Не бойся маленькая” – нежно шепнул Сильвестр – “Все будет хорошо”.
– “Я знаю” – также шепнула Кира, слегка прикусив своими зубками мочку его уха. Он почувствовал ее улыбку на слово “маленькая” – их разница в возрасте составляла всего две недели, то есть Сильвестр был старше ее совсем не намного.
Потом он сделал то, что у мужчин называлось верхом профессионализма в деле раздевания женщин, особенно с такой капризной частью женского туалета как бюстгальтер. Сколько мужчин с ним намучились… Так вот, он расстегнул ее бюстгальтер глядя прямо в ее милые глаза пропустив свои руки ей подмышками. И вскоре эта часть туалета также присоединилась к лежащему платью, теперь ему было уже не так одиноко на мягком ковре. Затем он встал на колени и нежно поцеловал ее плоский животик, затем мягко скользнул языком в ее пупок. Оторвавшись от ее животика, он осторожно подул на него, согрев его своим теплым дыханием. Дыхание Киры стало частым и прерывистым, она начинала возбуждаться. Пропустив большие пальцы рук под тонкую материю ее бежевых трусиков, он тихонько потянул их вниз, обнажая ровно подстриженный венерин холмик, этот таинственный треугольник, преддверие рая для возлюбленных. Немного полюбовавшись открывшимся ему сокровищем, Сильвестр спустил трусики до икр Киры. Кира ловко перешагнула через них. И вот она стоит перед ним, ее совершенное тело полностью обнажено. Сначала она сделала слабую попытку закрыться, но Сильвестр попросил ее – “Не надо, пожалуйста. Можно мне полюбоваться тобой, моя любимая Афродита, омытая морской пеной”. Она казалась, соткана из чистейшего лунного света. Будто бы светились не ночник и свечи, а от нее изливался какой-то небесный свет. Сильвестр подойдя к ней начал покрывать быстрыми поцелуями ее лицо, плечи, чудесные крепкие грудки, так похожие на два наливных яблочка. Ее кожа пахла персиком. Он нежно поцеловал и легонько пососал ее правый розовый сосок. Она застонала от сладкой неги, и он сразу же переключился на ее левую грудь, лаская правую большим и указательным пальцами. Но вдруг Кира перехватила инициативу и сама начала его раздевать, лаская его тело. Он пытался ей помочь, но она пресекла его слабые попытки и он, отдаваясь нежным женским рукам, позволил себя раздеть. Теперь, они оба были обнажены, уже совсем не смущаясь наготы друг друга, и готовые к дальнейшему логическому завершению, которое они, несомненно, оба долго ждали, наверное, слишком долго. Он опять подхватил ее на руки и сделал два шага до кровати, осторожно положил ее в центр и прилег рядом. Они начали сладко целоваться, чувствуя, как внутри них нарастает страсть и разливается такое родное тепло к любимому человеку, и они начали взаимно растворяться в своей страсти.
– “Я хочу, что бы в наш первый раз ты сама сделала это” – прошептал с улыбкой он.
– “Хорошо” – легко согласилась она с ним.
Перекатившись через него, она уселась на его ноги и прижала своими ладонями его руки, к кровати буквально оседлав его, Сильвестру понравилась эта игра, и он с нетерпением ожидал продолжения, тем более что выглядела Кира просто божественно, просто амазонка, влекущая и дикая, возбуждающая желание. Кира, опустив голову пониже так, чтобы ее волосы рассыпались по его груди, превратившись в расплавленный металл при слабом освещении. Свечи мерцали, и волосы Киры превращались то в золото то в серебро, похожие на жидкую ртуть. Кира начала покачивать головой и Сильвестр прикрыл глаза от такой чувственной ласки, напрягаясь и расслабляясь с каждым движением ее милой головки влево – вправо. Ее волосы скользили по его груди, и он понял, что долго не выдержит сладкой пытки. Его руки скользнули вверх от ее бедер до талии и легонько сжали. Кира, улыбнувшись, схватила тонкими пальчиками его член и сжала ручку в кулачок, чувствуя, как он напрягся, и ощущая его пульсацию от притока крови. Сильвестр тихонько ахнул от неожиданности. Она медленно оттянула его до строго вертикального положения и начала медленно опускаться не него. Член коснулся наружных половых губ и легко скользнул внутрь, так как Кира была, как и Сильвестр уже сверх меры возбуждена и ей хотелось продолжения. Контролируя глубину его погружения в свое влагалище, она медленно опускала свои пальцы по стволу, наслаждаясь этими новыми ощущениями заполненности неиспытанными ранее. И вот член Сильвестра коснулся ее девственной плевы, они оба замерли, плотно прижатый, и пульсирующий, к плеве член гармонизировал их ритмы. Его пульсация передавалось прямо Кире, отражалась от нее, усиливалась и передавалась Сильвестру, этот космический ритм жизни они сейчас чувствовали ясно и отчетливо. Кира осторожно надавила своим телом на плеву и ощутила тупую боль, расплавляющуюся в этом пульсирующем ритме. Сильвестр поддерживал ее за талию не давая сразу Кире резко опуститься на его член. Кира выгнулась, приподнялась так, что его член почти вышел из нее, убрала пальчики с члена, опустив свои ручки на плечи Сильвестра, и резко наехала всем телом на член, он скользил очень легко, так как ее и его смазки давно смешались в один страстный коктейль. Кира ощутила резкую боль от разрывающейся девственной плевы и затем ее затопили волны наслаждения. Она совершила несколько конвульсивных движений вверх и вниз; и их потряс их первый оргазм за сегодняшнюю летнюю ночь, сравнимый с небольшим атомным взрывом. Обессилено она упала прижавшись всем телом на грудь Сильвестра чувствуя как горячая струя спермы ударила ей прямо в матку. Так они лежали, набираясь сил, первым пришел в себя Сильвестр – он осторожно приподнял Киру и понес ее в душ. Кира лежала на его сильных руках и глаза ее светились счастьем девушки, ставшей женщиной, во всех смыслах, с самым любимым ею человеком на Земле. Включив теплую воду, Сильвестр поставив Киру на ноги принялся благодарно стирать губкой их пот и кровь с тела Киры. Ласкающими движениями он нежно обтер все ее тело, затем свое. Затем опустившись на колени, как и при раздевании Киры, начал ласкать языком ее венерин холмик, постепенно углубляясь глубже, его язык скользил совершая круги вокруг ее клитора, иногда резко ударяя по нему или углубляясь дальше и лаская стенки влагалища. А пальцы его ласкали ее нежную грудь, легонько поглаживая и сжимая ее острые соски. Кира снова возбудилась, и через несколько минут такой острой ласки ее потряс еще один ...оргазм. Когда они пришли в себя и, выйдя из душа, обтерлись большим махровым полотенцем, Сильвестр прошел в комнату и выдернул из застеленной кровати намокшую от пота и начавшей сворачиваться крови, простыню и закинул ее в стиральную машинку. Достал из шкафа новый комплект белья, привычно быстро застелил кровать. И пригласил свою любимую на обновленное ложе любви. Этой ночью они испытали еще три жарких оргазма, наслаждаясь своими молодыми телами, своей любовью в ее высшем аспекте единения и открывая, друг в друге новые эрогенные зоны для новых ласк. Ближе к утру, они обессиленные от своей приятной работы забылись в приятном сне. К 12 часам дня Сильвестр открыл глаза и увидел взгляд милых глаз Киры – этих горных озер теплой воды согреваемых внутренним теплом, не решавшейся его будить и созерцавшую его спящего. Кира выглядела умиротворенно, от нее исходило внутреннее свечение, Сильвестр почувствовал, что они в чем-то внутренне и внешне обновились. Он залюбовался этой чудной картиной, а также ее вечно непокорной прядкой, и сказал – “Любимая ты вся светишься!”
– “Ты тоже любовь моя” – ответила Кира и легла ему на грудь.
– “Ты выйдешь за меня замуж?” – спросил Сильвестр, поглаживая ее светлые тонкие волосы.
– “Да” – просто ответила она, и его сердце запело от радости. Они действительно получили обновление от высших сил.
Через три месяца они поженились…
Made by Spectr