Мне двадцать пять лет. Моя проблема в том, что сверстницы совершенно меня не интересуют. Я обожаю взрослых, можно сказать пожилых, опытных дам от шестидесяти лет и старше, особенно я обожаю их задницы. За перспективу засунуть свой член старушке в попу, я готов на любые лишения! А всё потому, что в детстве, когда мне было двенадцать лет, я трахнул в зад женщину, которой было шестьдесят четыре года. А произошло это так.
Я отдыхал у бабушки в деревне. Я помогал родным возится в огороде. Поработав, мать и бабушка ушли готовить, оставив меня на огороде. В соседнем огороде две девчонки лет по четырнадцать громко болтали. Было жарко, и они остались в белых трусиках и лифчиках.
Я сбегал в дом и принёс подзорную трубу. До мельчайших подробностей рассмотрел трусики. У одной девочки из-под трусов выглядывали волосики, и у меня вздыбился член. Я стал дрочить. В это время сбоку из другого огорода услышал строгий голос...
"Чем это ты занимаешься, стервец?" Я повернул голову и увидел бабку из соседского дома. Она часто бывала у нас и болтала с бабушкой и родителями. Это была пожилая женщина шестидесяти четырёх лет, с огромной попой, круглыми свисающими до живота грудями. Хотя она была и полной, но миловидной. Жила с мужем, без детей. Муж работал в колхозе конюхом и каждый день пил.
"Ну, пошли домой, с родителями разговаривать", - ещё строже сказала она. Запуганный, я стал умолять её... "Баба Нюра, не надо к родителям, что угодно, только не к ним".
Она постояла и через минуту велела идти с ней. Мы пришли в дом, сели на диван. Тут она неожиданно положила руку на мои брюки и стала щупать член. У меня моментально он встал. Баба Нюра сказала, что в наказание за мои дела буду делать то, что она скажет.
Она встала, сняла халат о оказалась в одних огромных трусах. Легла на диван передо мной, широко расставила толстые ноги и приказала "вылизать ей пизду и жопу". Я ошарашенный и возбуждённый стал нюхать её трусы. Я познал в первый раз, как пахнет женщина, стянул с неё трусы-парашюты и стал лизать её волосатую лоханку и крупную коричневую дырку ниже. Баба Нюра вся истекла. Можно, наверное, было набрать целую кружку этой липкой, сладострастной жидкости. Я зарылся в складки её живота, мясистую пещеру, в расщелину между толстенных ягодиц лицом и лизал, лизал, лизал. Она хрипела и дергалась в забытом экстазе. Моё лицо всё покрылось вытекающей жидкостью. Потом она схватила меня за уши, потянула к себе и сказала... "Еби меня куда хочешь, не могу больше".
Я стянул штаны, залез на неё, но ничего путного не получилось. Это был первый раз. Я ужасно волновался, и поэтому ничего не вышло. Она поняла это и, перевернув меня, залезла на меня сверху. Вставила мой член в своё разношенное за пол века очко и начала быстро двигаться, при этом как-то по особенному сжимая член мышцами ануса. Ощущения были просто не передаваемые! Она прыгала на мне и стонала, хрипела, скулила. Её могучие груди болтались как два коровьих вымени. К тому моменту когда она, забившись в судорогах оргазма, упала всем своим весом на меня, я кончил уже раза три. Последним усилием воли она помогла мне выбраться из-под её необъятных телес и сказала... "Молодец, милок. Только чтоб никому... Захочешь ещё потешиться приходи". И отключилась.
Я был на седьмом небе от блаженства! Я стал мужчиной! Я хотел уже было одеться и уйти, но ещё раз взглянул на эту здоровенную голую задницу, которую я только что выебал, и мне захотелось ещё погладить и поласкать её в благодарность за то наслаждение, которое она мне подарила. Я стал нежно гладить эти большие в складках белые ягодицы. Они были мягкие, податливые и слегка прохладные, как две подушки перед сном. Баба Нюра никак не реагировала на мои манипуляции. Я раздвинул эти холмы и увидел своё первое отверстие любви. Анус был приоткрыт и на его краях выступила моя сперма. При одной мысли о том, что теперь я могу хоть каждый день приходить к этой пожилой женщине и она будет сама задирать подол, снимать трусы и подставлять мне свой могучий зад для ебли, я сильно возбудился. Мой измотанный член, вдруг, принял полную боевую готовность и я, не раздумывая, вставил его в задний проход лежащей передо мной старухи. Член вошёл как по маслу в сладчайшую глубину и я задвигался, стараясь как можно глубже проникнуть в этот бесподобный анальный проход. Ощущения были непередаваемые! Кончил я минут через пять.
Излившись в самую глубину бабы Нюриной жопы, я слез с неё, ещё немного полизал ей попу и, одевшись, пошёл домой. Она так и не очнулась до моего ухода и я оставил её голой на диване, прикрыв сверху простынёй. Дома меня потеряли и пришлось сочинять целую историю про то как я помогал бабе Нюре выгонять чужих коз из огорода. Я думаю не надо рассказывать, что на следующий же день я вместо того, чтобы пойти играть с ребятами на речку, пошёл к бабе Нюре. Она была рада моему приходу, налила мне большую кружку холодного свежего молока, села рядышком, обняла меня за плечи и на ухо сказала, что вчера я её шибко угонял, но она бы с удовольствием повторила наши занятия. Конечно же я согласился. Она как молодуха вскочила и, раздеваясь на ходу, побежала закрывать на засов входную дверь. Вернулась в комнату уже голая, растрепанная, со светящимися желанием глазами. И началось...
И так каждый день...
До конца августа...