С кузиной Бьянкой мы встретились у любимой бабушки. Были мы ровесниками, лет двадцати, но разница в общественном положении у друзей детства оказалась огромной. Невероятно красивая Бьянка стала женой лорда, матерью его наследника и бывала на королевских приемах. Я недавно окончил закрытую школу на Континенте и до совершеннолетия пребывал под опекой адвокатской конторы.
Детская влюбленность сразу в нас колыхнулась, хотя поначалу я робел при виде очаровательной взрослой леди. Лет шесть мы не виделись, длинноногая худенькая девчушка сильно изменилась, располнела, округлилась. Но за ужином она хихикала так, что бабушка нам замечание сделала.
- Я к тебе ночью приду, в лошадок поиграем! - шепнула благородная леди в конце ужина.
Я покраснел. Смысл предложения я понял, изумленно посмотрел на кузину и кивнул. Меня шокировала та легкость, с которой Бьянка собралась изменить мужу. Взрослой женщины у меня никогда не было, но в теории я много чего знал.
В своей комнате я дожидался, когда домашние угомонятся, и размышлял. В детстве две девицы ко мне часто ночью приходили. Они укладывались в мою кроватку и слушали страшилки, другая кузина знала их несметное количество. Бьянка от страха прижималась худеньким тельцем, волосы меня щекотали. Я гладил им попки, ласкал между ножек, девочкам это нравилось. Но почти целомудренными наши ласки оставались, ночные рубашки тогда были до самых пяток.
Одним летом мы часто играли в лошадки. Сначала я был кучером и управлял упряжкой из четырех благородных девиц. Потом одна из кузин предложила мне изобразить жеребца. Моей обязанностью стало покрывать кобылицу. Девочка наклонялась, я к ней прижимался и терся о попку. Были мы одетыми, движения пристойностью конечно не отличались. Остальным благородным девицам игра тоже приглянулась, но играли мы только в укромных уголках парка. Невинные детишки вполне понимали, что взрослым такие игры не нравятся, хотя и не догадывались почему.
Для меня игра в лошадок имела другой смысл, чем для Бьянки. Тем летом ко мне в парке подошла девочка в простеньком платьице и объяснила, что в лошадок мы играем неправильно. Выяснилось, что она подсматривала за играми благородных девиц и кавалера. Лидия была дочкой бабушкиного арендатора. Красотой и одеждами она не отличалась, но глазки очень ласково смотрели на меня. Лидия отвела меня на скотный двор и показала случку быка с коровой. Раскрыв рты мы смотрели, как огромный бычий пенис втыкается в зад коровы.
- У лошадок очень похоже получается, - шепнула Лидия.
Не откладывая, мы пошли в заброшенную часть парка и попытались воспроизвести увиденное.
- Никогда не думала, что лошадкам так больно бывает, - шепнула она, - задери юбку повыше, а то испачкаем, и меня маменька отдерет.
Я посмотрел, капельки крови и что-то еще были на писеньке. Из сюртучка я достал чистенький носовой платок и прижал. Только накануне бабушка объяснила мне, что у благородного человека должны быть два чистых носовых платка, один сопли вытирать, а второй на всякий случай. Старушке я был благодарен!
Позвонил колокол к обеду у бабушки. С Лидией мы расстались, но договорились поиграть еще. Наши свидания стали почти каждодневными. Свои отношения мы благоразумно скрывали от окружающих, юному дворянину не подобает встречаться с простой девочкой.
В этом не было ничего греховного, мы с удовольствием играли "в лошадок". Ханжеское воспитание сказалось, мы знали, что мужчина и женщина могут грешить совместно, но как это делается, нам никто не объяснил. О том, что мальчик с девочкой согрешить могут, у нас и мысли не возникало. Секс подростки изобрели для себя сами. Я это понял несколько лет спустя. Некоторые книги оказались доступными в школьной библиотеке, и однокашники охотно рассказывали о своих отношениях с местной проституткой. Меня вульгарная женщина совсем не привлекала.
Другие игры у нас постепенно появились. На деревенской свадьбе мы подсмотрели поцелуи и с огромным удовольствием в лесу стали целоваться. Игра называлась "Жених и невеста". В маленьком ручейке мы голенькими брызгались, изображая "Адама и Еву". Эту игру мы сами придумали по библейскому сюжету. Она всегда заканчивалась целованием крохотных сисечек. Одну из грудок я втягивал в рот, она тогда вполне помещалась, и ласкал язычком, Лидии это нравилось. Пупочки еще друг другу мы зализывали, чтобы стать безгрешными людьми.
Потом лежали рядышком, я пересказывал ей произведения Жюля Верна. Другие романы мне тогда читать не дозволялось. Фантазия у детей безгранична. Мы придумывали, как в лошадки надо играть в снаряде, летящем на Луну, или на дне океана. Лидии дозволяли читать только Библию. Она знала книгу почти наизусть. Эротических моментов там оказалось намного больше, чем у Верна. Мы с увлечением пытались понять сущность Содомского греха, чтобы не согрешить.
Библия навеяла еще одну игру, в "Святого Целителя". Маменька у Лидии отличалась крутым нравом и драла бедную девочку розгами за любую провинность. По крайней мере, раз в неделю, Лидия являлась на свидания с испоротой красной задницей. Тогда я изображал целителя, возлагал руки на бедную симпатичную попку и нежно ее гладил, иногда целовал. Библейские сюжеты нас обязательно возбуждали, свидания часто заканчивалось игрой в лошадки.
Еще одна игра называлась "Король и королева", она уж точно была совсем невинная. Я сидел на пеньке, изображающем трон, королева постилала салфеточку и приготовляла скромную трапезу, обычно холодное мясо из моей котомки и вкуснющий деревенский хлеб из Лидиной. Пенящиеся кубки шампанского мы заменяли яблочным сидром.
Я сильно расстроился, когда на рождество приехал к бабушке, а Лидии не оказалось, многочисленное семейство переселилось за океан в Новый Свет.
Только спустя пару лет, до меня дошло, что мы грешили как мужчина с женщиной. Самое удивительное, что от наших игр в лошадок Лидия не оказалась беременной, хотя мы и не знали, что надо предохраняться, а "безгрешный" секс был почти каждодневным.
Внезапно я сообразил, что про греховный вариант игры в лошадки Бьянка ничего не могла знать, и удивился наивности взрослой женщины.
Все сомнения леди разрешила сама. Она нерешительно вошла в мою комнату, шепнула: "Давай поиграем", взгромоздилась на широкую постель, высоко задрала ночную рубашечку и опустилась на коленки. Мой пенис легко сообразил, что следует в таком случае сделать, легко погрузился в нежную женскую глубину и раздвигался. Бьянка опустилась на животик, когда я вылился, и шепнула:
- Совсем не больно и даже приятно!
Тихий разговор начался. Отчего-то мы говорили по-французски. Выяснились удивительные подробности. Молодая красавица жена интересовала лорда исключительно для продолжения благородного рода. В ее спальне он был только в первую брачную ночь, сделал что-то очень больное, поцеловал ручку и ушел. Второй раз ему приходить не пришлось, через две недели проявились признаки беременности. Лорд был в полном восторге, окружил Бьянку невероятной заботой, осыпал подарками, заново отделал комнаты замка, но больше к ней не прикасался. Несколько месяцев она провела в лучшей швейцарской клинике. Первые роды были очень тяжелыми, Бьянка едва не умерла. Швейцарские врачи рекомендовали ей пару лет не заводить новых детей, за огромные деньги даже устроили что-то противозачаточное. Лорд не расстроился, окружил наследника няньками, дипломированными медсестрами, подарил Бьянке невероятно дорогое изумрудное колье и уехал в Африку охотиться на крокодилов.
Я к ней прижался, она измочила меня слезками. Постепенно всхлипы утихли. Выяснилось, что о любви и сексе беременная леди кое-что узнала у врачей и пациенток швейцарской клиники. Выяснилось также, что благородная девица подглядывала наши игры с Лидией в подзорную трубу нашего дедушки с высокого холма над ручьем.
- Мне так обидно было, с деревенской девкой тебе играть захотелось, когда я была рядом! - уже спокойно укоризненно ...шепнула Бьянка.
Длиннющую ночную рубашечку я тихонечко задирал и добрался до бедер, когда Бьянка меня осторожно оттолкнула:
- Я больше не хочу в кроватке, - сердито сказала она, - отведи женщину к водопаду, где ты с Лидкой развлекался, а по дороге меня поцелуй. Лорд только один раз к моим губам удосужился прижаться на церемонии бракосочетания!
Мне жутко хотелось Бьянку именно в кровати, но я сдержался. К утренней охоте все было приготовлено, запасной охотничий костюм женщине удивительно подошел. К водопаду мы подошли, нацеловавшись, краешек солнца уже поднимался над лесом.
Об охоте и речи не было, Бьянка заставила меня воспроизвести все наши детские игры с Лидией. Я с радостью превратился в мальчишку!
А дальше и рассказывать почти нечего. Один из крокодилов отомстил за множество застреленных собратьев и сожрал-таки Бьянкиного лорда. Интимные отношения с молодой вдовой длились совсем недолго. Появился американский миллионер и очаровал Бьянку своей первобытной мощью. Бабушка от огорчения умерла, она мечтала, чтобы мы с ней поженились.
К агентству Пинкертона я обратился за сведениями о Лидии. Для нее сбылась сказка о Золушке, она тоже стала женой американского миллионера!
Меня стала преследовать американская девица, невероятно богатая, невероятно красивая и невероятно вульгарная. От нее я сбежал в Австралию. За несколько лет я утроил свое очень немаленькое состояние, доставшееся от родителей и бабушки. Видимо, деловые способности отца во мне сохранились. Невесты меня осаждали, но жену я нашел совершенно случайно.
Однажды мой биплан разбился вблизи от маленькой фермы. Перевозить переломанные кости было нельзя, и два месяца меня выхаживала чудесная девушка София. От сословных предрассудков я давно был далек, немедленно сделал простой крестьянке предложение, когда смог встать и в сад она меня вывела под чудесное звездное небо. София невозмутимо согласилась и на следующий день отвезла представить своим родителям. Оказалось, что они намного богаче меня, а София просто каталась на лошади, когда увидела падающий биплан.
Счастливую жизнь мы с ней все-таки прожили!