Полночь, словно в сказке. Время развоплощения принцев и сексуальных мачо в прыщавых жаб, карет и лимузинов в побитые жизнью «Жигули», а блистательных нарядов в замызганные лохмотья домашних халатов. Время контакта миров живых и мертвых, соприкосновения матрицы с действительностью. Опустевшее безлюдное метро встречает тусклым светом пыльных плафонов. Вот уж воистину подземное царство, где за каждой фигурной колонной таиться нечисть, где нет и следа сегодняшней теплой летней ночи. А вот и я. Бегу среди болезненных матовых отблесков, выбиваясь из сил и дрожа под тканью полупрозрачного легкого платья. Бегу так, как не бегут от смерти, так бегут только от самого Дьявола, или от собственной приевшейся жизни. Уши наполняются стуком каблуков о гранит, разлетающимся в такт сердцу. Край пустынной платформы, упирающейся в зловещую черноту безжизненного тоннеля. В глубине появляются два желтых светящихся глаза, растворяющих сумрак и разгоняющих тени на своем пути. Даже банальный поезд метрополитена кажется агрессивной голубой гусеницей, резко выныривающей из собственной норы и проглатывающей одиноких полуночных пассажиров. Да, это она: одна из последних возможностей успеть на САМЫЙ ПОСЛЕДНИЙ автобус, который вырвет меня из цепких лап большого города.
Войдя в вагон, замечаю припозднившуюся с дискотеки поросль, лет пятнадцати, мирно потягивающую пиво в уголке. Так ведь и хочется шугануть, мол: детки, ехали бы побыстрее домой, а то чувство у меня нехорошее. Сегодня не простая ночь, ох, неспроста у меня по спине мурашки бегут. Да и метро еще более безлюдно, чем обычно: люди чувствуют неладное кожей и, подгоняемые неведомой силой, торопятся домой, прижаться скорее к любимым, найти защиты в крепких и нежных объятиях. Но только не я.
Можно было остаться с НИМ, сложить голову ЕМУ на грудь, прижаться всем телом, упиваясь будоражащим запахом любимого мужчины и ощущая тепло такого близкого тела. И стало бы так хорошо и спокойно, под защитой стен, дверей и окон, под защитой ЕГО ровного дыхания, до самого утра, но нет! НЕЧТО скрипящим ревом зовет меня загород, все дальше и дальше от НЕГО, от безопасности. Я и сама не могу понять смешанных чувств. Все разумное во мне встает на дыбы, животный страх сковывает плоть, которая дрожит от предвкушения чего-то неизведанного, пугающего и завораживающего одновременно.
В противоположном углу замечаю лысоватого мужичка лет сорока. Едва прикрыв пах потертым кейсом, совершает недвусмысленные движения правой рукой. Эксгибиционист, а с виду вроде солидный мужик. Я думала подобными вещами только молодежь неопытная страдает. А у него-то, наверное, дома жена, дети. Думают, что батька на совещании задержался. Мразь эта еще на меня сальными глазками поглядывает, а я на него стараюсь не смотреть. Нет, не потому что гадость, или я такого развлечения не одобряю, просто. Просто не могу себя сдерживать при виде утех, даже такого рода. Какой бы он ни был, а все-таки мужчина. Я, конечно, понимаю: ему моя помощь, как козе пятая нога нужна. Ох, не было бы деток в дальнем углу, так и вижу..
Медленно подхожу к мужику с игривой улыбкой на губах, опускаюсь перед ним на колени, раздвинув бедра пошире. Глаза его округляются, и рука зависает в воздухе, показывая полное недоумение. Возбужденная плоть торчит из ширинки легких брюк, одетых на голое тело. Кейс, осторожно положенный рядом с ним, уже не скрывает небольшой оттопыренный член в обрамлении темных волос.
- Мужик, позволь мне.
Я беру чуть опавший орган в правую руку и крепко сжимаю у основания, отгоняя темную кровь к самой головке. Вскоре он снова будет в полной боевой готовности. Вид вздыбленной, пусть и не очень устрашающей, плоти заставляет меня все сильнее и сильнее давить на ствол, отодвинув уже изрядно намокшие под коротким платьицем трусики второй рукой. Я чувствую, как набухают обритые губки, как сочиться горячей влагой жаждущее влагалище. Мужик, в эту минуту ты прекрасен и любим всеми женщинами мира, потому что ты любим мной. Меня возбуждает вид налившейся головки, в момент, когда я до предела отвожу крайнюю плоть. Жезл, словно из потемневшей слоновой кости, оказывается втиснут в плотное кольцо моих пальцев. Сначала плавно, а потом все быстрее, я терзаю его член нежными бархатистыми лапками. С неистовством, присущим только голодным животным, я вожу по нему рукой, то, ослабляя, то, вновь нагнетая давление. Тело закомплексованного мужчины извивается под тяжестью навалившегося удовольствия, способного раздавить невесомое сознание. В тот момент, когда он извергнет струю беловатой жидкости на свой галстук, я почувствую волну бурного оргазма, выплескивающего мне на бедра поток обжигающей вагинальной смазки. Его подрагивающий член еще не успеет опасть, как я исчезну под звуки мелодичного голоса:
- Осторожно, двери закрываются!..
Мечты. Отдавшись собственным фантазиям, я даже не заметила, как Мужик Моей Мечты вышел, оставив после себя лишь мокрую лужицу на грязном полу. Поезд несется к окраинам Москвы, оставляя позади безлюдные центральные станции. Незадолго до конечной с веселым гоготом из вагона выбежали дети. Я осталась одна. Вагон покачивается на путях открытой ветки, раздвигая освещенными боками густую летнюю ночь. Вот и станция, от которой отходит Последний Автобус Загород.
Я выхожу на тихую платформу, и голубая гусеница оставляет меня в одиночестве, с мерным стуком уносясь неизвестно куда, в какую-то нору, где она, свернувшись клубком, проспит до утра, пока снова не выйдет на охоту, изголодавшись за ночь. За моей спиной тухнут огни закрывшейся станции. Я иду к остановке, находя заросшую тропинку через темные кусты. Хоть бы там был какой-нибудь маньяк, вдвоем все-таки не страшно. У остановки под разбитым фонарем стоит Он - главный герой моего рассказа, Последний Автобус. Его окна мягко светиться в темноте, зияя пустым салоном. Как будто ждет кого-то - меня.
За рулем приветливый пожилой человек с поседевшими усами. Ничего страшного. Можно отправляться, если по дороге никого не встретим, то до Н********** поедем вообще без остановок. А там каких-то двести метров от поворота, и я за прочными стенами загородного дома, где меня ждет приятная компания и большой белый кот - хозяин замка.
Нет ничего зловещего в этом транспорте: обыкновенный длинный бело-зеленый Икарус-гармошка. По привычке встаю к большому заднему окну, опираясь о горизонтальный поручень. Автобус тихонько трогается, словно боится спугнуть или потревожить кого-то. Тусклый свет, пробивающийся через запыленные стекла, выхватывает из темноты нечеткие силуэты придорожных кустов. Никого больше нет: только тьма, неприятно желтовато-бледный свет и я. Из-под колес выпрыгивают редкие белые полоски шоссе, исчезая одна за другой в сгущающихся за стеклом сумерках.
Неожиданно автобус качнуло, лампочка надо мной начала неприятно помаргивать. Легкая ткань светлого платья взметнулась в сторону. Ничего, просто сквозняк. Свет застыл в воздухе, деревья перестали мелькать перед глазами, время остановлено властной авторитарной рукой. Я ощущаю вибрацию пола, и огромная тень ложиться на стекло. Я ловлю на своей спине и шее горячее дыхание преисподней, наполненное угольной пылью и серой. Нет, это не припозднившийся шахтер, мы ведь нигде не останавливались. Тень приближается, заставляя пол вздыматься от грузных уверенных шагов. Мои сознание и плоть сковываются страхом неотвратимого. Только не оборачиваться, взгляд его темных глаз смертелен! Всем естеством я улавливаю недвусмысленные сигналы демонического существа. Он останавливается в нескольких сантиметрах от меня, обдавая жаром разгоряченной плоти. Огромные когтистые лапы в черной чешуе ...тяжело опускаются мне на плечи, почти бережно сжимая их до появления первой струйки крови, стекающей по оцарапанной металлическим когтем шее. В стекле я вижу, как косматая звериная голова в страстном оскале припадает к побледневшей коже, с упоением слизывая раздвоенным языком багровую жидкость. В ту же секунду меня охватывает неизведанное до того желание, бурлящее в жилах, разрывающее вакуумом изнутри. Я уже готова с неистовым рвением выгибаться навстречу сметающему натиску. Тем временем чешуйчатые грубые пыльцы спускают платье, разрывая когтями тонкое кружево белья и оставляя изящное нежное тело совершенно беззащитным. Огромной шершавой лапой Демон обхватывает мою грудь, ритмично сжимая ее, а второй поглаживает попку, переходя на внутреннюю сторону бедра и заставляя тем самым шире раздвинуть ноги, раскрывая губки и предоставляя возможность любоваться алеющими влажными лепестками. Мое тело горит, готовое принять в себя любой поршень, и каждая секунда промедления кажется жестокой средневековой пыткой. Спина покрывается холодной испариной оттого, что НЕЧТО, прислоненное к ложбинке между ягодицами, тянется по спине до середины позвоночника, почти до самых лопаток. Невольно, я опускаю голову, чуть оборачиваюсь, чтобы увидеть огромный цилиндрический орган, покрытый мелкими глянцево-черными чешуями. Неожиданно, этот шланг выгибается и скользит по моей спине, оказываясь перед самым лицом. Его венчает округлая головка размером с мой кулак, пульсирующая под складкой кожи, открывающей извергающее прозрачную слизь отверстие. Разбив все мои надежды, это оказался не хвост - это был член.
Я даже не увидела, а скорее почувствовала клыкастую ухмылку гордого самца. Страх лишь добавляет остроты ощущений. Демон крепко обхватывает меня шершавыми лапами, прижимая спиной к своему телу. Мои светлые волосы крепко спутываются с его темной шерстью, не позволяя пошевелиться. В промежность упирается что-то леденяще-холодное и непомерно большое. Страх, намертво спаянный с вожделением, пробегает по всему телу. Словно огромная тропическая змея, его член пытается заползти в разгоряченное влагалище, но лишь безуспешно ударяется в губки, раздразнивая нас обоих все сильнее и сильнее.
Недовольный таким результатом, Демон наклоняет меня вперед, раздвигая мои бедра как можно шире, опускается на колени и придирчиво осматривает напряженные отверстия. Втянув когти, он с силой вводит палец в бархатистую трубочку влагалища, наполняя ее до отказа. Совершив всего несколько поступательных движений, он отправляет туда палец другой руки в дополнение к первому. Надавливая поочередно на мягкие стеночки, существо отдаляет их, расширяя вагину, и вот уже юркий острый язык составляет компанию двум пальцам. Вцепившись в поручень и теряя сознание от удовольствия и сладкой боли, я опускаю голову и вижу, как внушительный черный шланг целиком покрывается вязкой слизью. На морде мучителя снова появляется злорадная ухмылка. Он поднимается, расправив кожистые крылья и задевая рогами светильники на потолке.
Демон более не в силах ждать желанного овладения женщиной. Его лапа вновь устремляется к моей груди, а вторая придерживает лобок, раздвигая набухшие от возбуждения губки навстречу безжалостному тарану. НЕЧТО снова приближается к уже растянутому влагалищу, накрывая головкой всю промежность. Жесткий упругий стержень, скользя в собственном слизистом чехле, упрямо, миллиметр за миллиметром продвигается внутрь меня, наполняя все тело покалывающими ощущениями. Порыкивая от удовольствия, Демон все сильнее насаживает меня на свой шест, буквально натягивая на него мое влагалище. Не войдя и на треть, он уперся в матку, вызвав бурную волну оргазма и сокращение стеночек, обхватывающих член плотным капканом. Сознание помутняется от удовольствия, низвергающего меня в пучину греховного сладострастия. Ноги подгибаются, отказываясь повиноваться, и я оказываюсь в воздухе, поддерживаемая только демонически сильной плотью. Но и этого зверю оказывается недостаточно.
Он ложится на пол, разворачивая меня лицом к себе, поддерживает обмякшее тело гладкими крыльями. Меня парализует взгляд его угольно-черных глаз, мерцающих искорками разгоревшейся страсти. Все его тело начинает мелко вибрировать, вгоняя осадное орудие еще глубже с каждым движением. Через несколько минут он оказывается полностью внутри меня. Я не чувствую никакой боли - его взгляд испепеляет сознание. Промежность соприкасается с шерстью его тела, попка ложиться в подставленные лапы. Резкими толчками Демон подкидывает меня вверх, наслаждаясь движениями моего тела по гладкой колонне его члена. Тело мое бьется в неописуемом экстазе оргазма, чувствуя, как нестерпимо нагревается его пыточное орудие, заполняя меня кипящей металлической энергией. Когти с размаха впиваются в мою спину, и его тело выгибается в последнем толчке, способном распылить меня на атомы.
В ту же секунду время восстанавливает свой ход, возвращая меня к заднему стеклу Последнего Автобуса. Видение исчезло. Ничего не было, лишь мечты, оставляющие за собой холодную испарину, текущую по бедрам огненную жидкость и несколько царапин на плече.
25.02.2006
00:56