Звучит некрасиво, но ничего не поделаешь: я терпеть не мог свою дочь с рождения, или даже еще до того, как она появилась на свет. Виновата , конечно же, была моя собственная дурь, а не Люська, но сердцу от этого не легче. История банальная и скучная как кариес. На четвертом курсе по дури трахнул свою одногрупницу, которая мне не особенно и нравилась то. Собой она была вполне ничего, ножки точеные, только вот слишком много родинок, да нос пористый. Не люблю нечистую кожу.
Ну и как водится: залет-сопли-женись давай. И я, дурак, женился.
Беременность и роды моей жене впрок не пошли- женские осложнения и истеричность, груди повисли пустенькими мешочками, а в пизде стало просторно. Член у меня небольшой, 14 см ростом и наверное тонковатый, но , опять таки, сердцу от этого не легче. Да и хрен бы с ней с одной женой. От ребенка житья не стало.
Девочка все время верещала, все время хворала, спать было невозможо, своими делами заниматься тоже. Учиться на вечно невыспавшуюся голову и так было бы тяжело, а тут еще пришлось устраиваться на работу и переводиться на вечерний.
Если бы не моя мать, которая нам помогала с ребенком, свела б меня дочка либо в гроб, либо с ума.
Росла Люська девочкой диатезной, болезненной и не слишком развитой. Пошла в породу жены- слишком много родинок, которых с каждым годом все прибавлялось, плаксивая да капризная. Училась так себе. Никакой гордости или радости от ребенка, увы. Ни от одной бабы ни одной хвори ни разу не подцепил, а от этого ребенка -пжлста: и корь и краснуху, что во взрослом возрасте достаточно противно переносится. Так мы и жили.
Хотел уйти, да все кругом зудели " ребенок, ребенок, а как же ребенок, ребенку нужна полная семья". Ну и я, будучи как был дураком, остался. Когда Люське было 12 лет, жена и теща погибли, и остались мы с Люськой вдвоем. К 14 годам она выросла во вполне законченную стерву, которя закатывала отцу истерики и трепала нервы из любви к прекрaсному. Сладить с ней я не мог, и грешным делом жалел , что она не поехала тогда с матерью и бабушкой.
Ну вот, а еще через полтора года я встретил женщину своей мечты. Удивительно, что она обратила на меня внимание- это была девушка не из моей лиги, как говорится. Лене 28 лет, умничка, красивая, изящная, спокойная, чистая фарфоровая кожа, светлокарамельные волосы, крепкие торчащие груди, узенькое влагалище и умелый ротик. Она сочетала в себемиловидную простоту и полированный шик. Я млел от счаcтья, сделал предложение и стал думать о покупке новой квартиры.
Вы думаете это хорошо кончилось? Конечно нет, ведь у меня же есть Люська.
Люська решила что папе жениться никчему, поскольку ей это неинтересно. Взяла дело в свои усеянные родинками ручки и принялась сношать Лене мозги. Лена хороший человек, но тягаться с Люськой оказалось выше её сил и она меня оставила. "Андрюша, я люблю тебя, но жить вместе мы не сможем, твоя дочь меня ненавидит. К борьбе с девочкой я не готова, поэтому не будем мучить друг друга и расстанемся прямо сейчас. " И исчезла. Я бегал за ней как мог, но это не помогло, и я Лену понимаю. Когда я осознал что Лены мне не видать, да собственно никакой хорошей женщины не видать, покуда у меня на руках Люська, меня как прорвало. Я её никогда особено не любил и за все 16 лет радости от неё не видел, но теперь я просто осатанел, если б тюрьмы не боялся, прибил бы маленькую дрянь. От злобы скулы сводило. С Люськой я перестал разговаривать, и мечтал как бы её неподсудно утопить или ядовитыми грибочками отравить... Нда-с.
На майские я нажрался и пришел домой бухой. Моя зараза дома ессно, меня ждет, с праздничной истерикой. И так мне вдруг захотелось ей вмазать, всю бы морду расшиб, да синяков побоялся. Взял из ванны полотенчико, схватил её за горло, полотенчиком ей рот заткнул, за волосы потянул, опракинул пузом на пол, да и отходил по мягкому месту. И тут черт знает что меня торкнуло, только чую-встает у меня. Если б я еще трезвый был, а тут пьяный в зюзю. Короче, я ей платьишко задрал, трусишки вбок сдвинул да и засадил. А поскольку был бухой, то кончить мне было непросто, да и вообще чувствовал себя противно. Единственное что было хорошо, так это что у неё в пизденке все было тесненькое-тесненькое, по кайфу. Смотрю на себя со стороны и диву даюсь, сам злой как черт, бухой, прижал противную девченку к полу и ебу её, и ебу её, и ебу её. Как дурак. Потом чувствую что прихватывать начинает, еще подумал- спустить в неё или наружу выскочить, да решил- хер с ней, в неё и спустил. Сообразил, что на всякий милицейский случай медэкспертизных следов не должно быть. Поэтому я Люську в ванную отволок и узкой сильной струей свою сперму из её пизденки вымыл. Вот собственно и все. Вымылся сам, и лег спать. Проснулся я вечером и пошел на кухню заварить чаю. Люська сидела за столом уставившись на меня злыми глазами " я тебя ненавижу!"-процедила она. " Ты всегда была противным ребенком, мне очень жаль что ты родилась" ответил я и ушел к себе.
Это опять таки звучит некрасиво, но впервые с ухода Лены мне стало легче. Я спал хорошо и проснулся в полдень без камня на сердце. Пошел умылся, вычистил зубы . Люська была на кухне, какая- то притихшая и прихлебывала кофе. Мне она была противна, но было интересно попробовать трахнуть её на трезвую голову. Единственное что было хорошо в этой заразе- узкая щель. Я сдернул её со стула, стянул с неё пижамные штанишки, рубашечку оставил- чтоб не видеть усеянную родинками грудь и спину, развернул к себе задом и привалил на стол. От мысли, что сейчас я выебу узенькую пизденку он уже встал. И я его и сунул. Не знаю, зачем кому- то нужна женская смазка, я не люблю когда в пизде хлюпает, в конце концов она же не из резины сделана- ткани так или иначе влажные по любому, да и он смазку сам выделяет, ровно столько, сколько ему надо. Лично мне достаточно. Так что я спокойно отодрал её на сухую: было приятно, внутри тепло, чуть сыро, охватывает крепко, кончать легко, ну я в неё же и спустил. Почему-то был уверен что обойдется. Никаких подмахиваний, сладострастных стонов и призывов трахать её еще, в противоположность эротическим рассказам, не было. Когда я вынул из неё член, Люська вывернулась из под меня и побежала в ванную. Я параноидально побоялся как бы она не собрала эякулят из пизды для судмедеькспертизы, и сам вымыл ей пизденку острой струей душа. Я ебал Люську еще раз 10, по утрам, безо всяких изысков, сразу и прямо в щелку. Никаких поцелуев, никаких поглаживаний, никаких впопок, никаких письколизаний. А когда я почуствовал что она начинает входить во вкус и влажнеть у меня на хую, я это дело бросил. Нехорошо ведь ебать родную дочку, не так ли?
И решил я от Люськи избавиться по-хорошему. Посуетился, похлопотал, да и отправил её учиться в школу куда подальше, в Австралию. Как мне полегчало, господа хорошие, ни словом сказать, ни пером описать.