До службы в армии я как-то особо не задумывался, почему у меня нет девушек. А отслужив и разобравшись в себе, я понял, что парни мне больше по душе. К животным же неравнодушен был всегда.
И вот через годик после службы решил я однажды навестить армейских друзей. Проехался по стране и напоследок завернул к Мишке в деревню. Как это обычно бывает, выпили с ним за встречу, друзей армейских вспомнили, наговорились и в баньку сходили. На следующее утро отправился я с моим другом на работу. Он на речном полуострове пас коров и коней. Днем мы присматривали за ними, а вечером, выпив самогона и закусив домашней деревенской снедью, усталые легли спать. Случилось так, что ночью я проснулся. Мишки рядом не было, а снаружи доносилось какое-то непонятное копошение и пыхтение. Я осторожно вышел на улицу и, обойдя избушку, вдруг обнаружил моего дружка в загоне для лошадей. У изгороди стоял конь, а Мишка гладил его одной рукой по крупу, другой же смело проводил по возбужденному конскому члену. В ответ на это конь переступал ногами, двигал задом и фыркал.
Увидев такую картину, я вмиг почувствовал движение у себя в трусах и ощутил непреодолимое желание оказаться рядом с конем и приятелем. Тихо и незаметно подкравшись, я подобрался к Мишке сзади и погладил его по голове. Он вздрогнул и судорожно, с ужасом в глазах, повернулся ко мне. Не дав ему промолвить и слова, я одной рукой крепко притянул его к себе за шею, целуя в губы, другую руку протянул к конскому сокровищу. Это был огромный толстый теплый, непрерывно подрагивающий член. Захватив в ладонь залупу коня, я начал осторожно поглаживать и массировать ее туда-сюда. Конь ответил встречным движением и нетерпеливо фыркнул.
Мишка тем временем положил мне руки на грудь и потихоньку стал опускать их к трусам. Когда его пальцы дотронулись через ткань до моего члена, я весь передернулся от нахлынувшего на меня возбуждения. А он, присев, начал мне через трусы лизать член и яички. Не выдержав напряжения, я просто стянул трусы, и просунул ему в рот мой возбужденный до предела агрегат. А сам я при этом смотрел на подрагивающий конский болт и, нагнувшись, начал ласкать языком огромную головку черного цвета. Я был в плену незнакомого запаха, исходящего от орудия невиданного размера и при этом чувствовал, что снизу парень прямо-таки засасывал до основания меня своими губами.
Но поза была все же довольно неудобна для нас обоих. Я сел на траву прямо под конём. Член его беспрестанными рывками возбужденно качался, ударяя меня по носу и подбородку. Мишка быстро расположился рядом, не выпуская изо рта мой член. Тогда я взял обеими руками гигантскую игрушку коня и, облизывая его головку, задвигал руками по стволу трепещущей, наполненной кровью, со вздутыми от напряжения жилами конской дубины. Тут мой скакун рассвирепел, задвигал крупом, пытаясь загнать свой громадный хер мне в глотку, но засунуть в рот этого великана я просто не осмелился. Слегка отвернувшись в сторону, я продолжал ловить ртом головку, проводил языком по стволу, помогая себе руками. Творилось что-то неописуемое. Друг мне по-прежнему сосал, вылизывал яички, поглаживая все части моего тела, до которых мог дотянуться рукой, а другой успевал дрочить себя. А выше я сосал у коня, если мои попытки насладиться конским членом, облизывание его губами и языком, можно было так назвать.
Неожиданно я почувствовал изменения в движениях жеребца, и вдруг меня захлестнул поток горячей спермы, выплеснувшейся из расщелины на вздутой головке коня. Её было огромное количество. Не вытерпев и окончательно потеряв самообладание, держась рукой за конский ствол, я в приступе неописуемого оргазма схватил другой рукой Мишку за волосы, загоняя ему в глотку до самого основания своего одеревеневшего и истекавшего соками дружка. При этом на нас продолжал сверху стекать поток спермы. Мишка тоже не выдержал и, дергаясь всем телом, обильно кончил на траву.
Никогда ещё до этого мне не довелось испытать такого оргазма. Мишка залез на меня, и мы, липкие от конской спермы, неистово целовались. Член коня через некоторое время спрятался, мы по-прежнему лежали под ним, продолжая целоваться и слизывая друг с друга терпкую клейкую жидкость. Потом мы отправились к речке, чтобы помыться и прополоскать вещи. Вода была холодной, и нам пришлось быстро вернуться в избушку, где потихоньку стали отогреваться у теплой печки.
В уютном тепле избы постепенно стал проходить озноб, вызванный пережитым возбуждением и купанием в холодной воде. Мы сидели рядом. Я касался плечом Мишки, я чувствовал его податливую близость, и в какой-то момент мне откровенно захотелось его. Я сел позади него, плотно обхватил его тело своими ногами, и начал осторожно целовать его в шею, плечи, спину. Потом мы перебрались на кровать, и я продолжил покрывать его тело поцелуями. В ответ на мои ласки Мишка, изгибаясь всем телом, блаженно постанывал. Я добрался язычком до члена друга и его подтянувшихся и съежившихся от желания яичек. После этого я раздвинул ему ноги и, слегка приподняв ягодички, начал щекотать промежность между его торчащим членом и заветной дырочкой. Захватив своими губами его головку, я начал пальцем, смоченным слюной, массировать ему анальное отверстие.
Осторожно! Я там ещё мальчик. - сказал он. Ещё больше заведясь от такой новости, я начал настойчиво просовывать палец в его упругую попку. Мишка застонал. Не давая ему передохнуть и опомниться, я с трудом протолкнул в его пещерку два пальца и начал массировать мышцы, не выпуская при этом изо рта его трепещущий член. Меня всего трясло и разрывало от желания войти в него. Приподняв ему повыше ноги и поводив головкой по его анусу, я начал постепенно проталкиваться внутрь. С трудом продвигаясь и крепко держа Мишку руками, я неумолимо мелкими толчками добивался своей цели. Мишка задергался и, намереваясь вырваться из моих рук, крикнул, что он уже передумал. Тогда мне пришлось загнуть и плотно прижать его колени к плечам, зажать ему рот губами и окончательно протолкнуться в его лоно до самых яичек.
Распятый членом Мишка ещё что-то мычал через преграду моих плотно прижатых к его рту губ, но безуспешно посопротивлявшись еще некоторое время, он затих. Я тоже затих, давая моему покоренному приятелю возможность отдышаться и привыкнуть к внедрившемуся в него члену. Затем я приступил к осторожным движениям, испытывая небывалое блаженство от его тесного, плотно обхватывающего мою дубинку прохода. Да и Мишка, вскоре привыкнув к новым ощущениям, тоже начал подавать в ответ признаки явного блаженства. Потом я вошел в друга, поставив его перед собой раком и, подрачивая ему член, стал долбить его более мощными толчками. На улице вдруг заливисто проржал стоявший у забора наш конь, и тут у меня перед глазами яркой картинкой вновь возникла сцена, пережитая в загоне. Я начал неистово трахать свого друга, глаза сами закрылись, я как наяву почувствовал себя молодым полным сил жеребцом, и я ебал кобылу девственицу, ничего уже вокруг не слышал и не ощущал кроме желания загонять свою конскую дубину глубже и глубже, чаще и чаще. Я чувствовал, как круп и спина у меня покрываются пенистым потом, и он стекал по моим бокам на кобылу. Наши гривы переплетались и путались, передними ногами я сжимал ее за бока. Огромные наполненные спермой яйца со звонкими шлепками ударялись о ее тело, и меня наполняло реальное ощущение её пульсирующей, горячей и тесно сжимающей мой ствол вагины. Это была какая то мистика. Мне казалось, я даже чувствовал запах молодой кобылы. Я никогда ещё не ебался так неистово. Я потерял счет времени, меня переклинило, и я не мог бы даже сказать, сколько это все продолжалось.
Оргазм захлестнул меня ...резко, и неожиданно я открыл глаза, увидел друга. Я продолжал терзать мишкину попку, стараясь до предела загнать в нее свой перевозбужденный разбухший член. Мишка, отвечая на ритмичное сжатие своего колечка, начал со стоном выплёскивать порцию спермы. Я изливался в него, орал и рычал как сумасшедший. Потом, обессилев, упал в изнеможении ему на спину, даже не вытащив из попки члена. Мишка, освободившись от него, потянул меня на постель, и мы, повалившись друг на друга и обнявшись, провалились с закрытыми глазами в желанный отдых после испытанного экстаза. Мы долго так лежали, целуя друг друга с закрытыми глазами, пока вдруг не очнулись от яркого света лампочки, осветившей нас. В проходе избы стоял Серёга. Он пришел сменить нас на пастбище и, видать, давно наблюдал за нами. Член у него стоял колом! Но это уже совсем другая история. Если хотите, расскажу её вам.