Другого способа не было. Без экзоскелета на этой планете никуда не доберешься, а места для пассажиров в экозскелете нет. Оставалось только одно — попробовать уместиться там вдвоем и дойти до шлюпки.
В наполненную кислородом каюту корабля Трикел, конечно, не пойдет, но я могу его устроить в шлюзовой камере. Долетим до базы, я его передам кому-нибудь из внеземников. Пусть мучаются, думают, откуда он взялся, устанавливают контакт…
Меня как первооткрывателя, конечно, привлекут. Возьму академотпуск, буду учить Трикела языку жестов, искусству ходить в шортах и футболке (а я знаю сто четырнадцать способов, как их носить!), перебросу мяча под ногу противника, или к чему там у него есть склонности…
Но, все же, сначала нужно было добраться до шлюпки. В экзоскелете…
Была альтернатива, но я ее почти сразу отмел. Можно было бы переждать здесь семь с чем-то часов, связаться с базой, и они бы сами за нами прилетели. Медленнее, но зато гораздо комфортнее. Во всяком случае, комфортнее, чем устраивать Трикела в экзоскелете. Проблема только в том, чем заниматься семь часов. Ну, постоим мы, поглядывая друг на друга час. Скажем, хватит терпения даже на два часа. А потом? Трикел развернется и уйдет (улетит, переместится) туда, где интереснее. Как я его остановлю? Силой, что ли?
В общем, я встал в зажимы для ног, дождался, пока сработают защелки, и жестами предложил юноше наступить сверху, на гарды стоп. Он, вроде, понял, но залез ко мне передом. Его лицо уткнулось в мой синтезатор кислорода, глаза в глаза, тело прижалось к моему, член (как ясно я это почувствовал!) лег рядом с моим, наши коленки стукнулись друг о дружку, я растерялся, не поддержал Трикела, и он свалился обратно, на поверхность.
— Спиной, спиной ко мне повернись! — скрывая смущение, я изобразил досаду и стал жестами показывать, как нужно встать.
Парень вскарабкался на гарды боком, развернулся и оказался ко мне задом.
Час от часу не легче! Я почувствовал, как упругие ягодицы прижимаются к моему тазу, прямо поверх торчащего, изнывающего от желания члена.
Святой Губка Боб!
Не почувствовать, как в голую задницу упирается нечто твердое, вытянутое и горячее, Трикел, конечно, не мог. Наверняка почувствовал, но никак не отреагировал. Бедняга, он ведь не знал, что означает, когда так торчит между ногами. И как неприлично прижиматься голым задом к этому, которое торчит между ногами, тоже не знал…
На этот раз я успел обхватить его обеими руками за торс, и псевдочеловек удержался на подножке. Это добавило мне мучений. В моих руках оказалось тонкое гибкое тело, сексапильное, притягательное, прекрасное. Собственными ладонями я ощущал полосочки ребер и плиточки грудных мышц. Острые плечи и буйная грива волос были прямо перед глазами, костлявые лопатки коснулись груди, твердые бедра ног…
Но зад! Упруго вжатый в меня зад! Этот зад убивал наповал.
Трикел был на пару сантиметров ниже меня, а его ноги соответствовали по длине моим, так что его ягодицы оказались именно там, где и нужно (для чего нужно?), в самой чувствительном для меня, самом недвусмысленном месте.
От моего прижатого задницей Трикела члена покатились волны удовольствия. Меня била дрожь.
Я переждал волну желания, скрутившего меня, и показал парню, как устроить кисти рук в держалках манипуляторов. Он совершенно спокойно, без опаски, сунул туда ладони. Щелкнули зажимы, Трикел вздрогнул, но в панику не ударился. Постоял, не двигаясь несколько секунд, а потом шевельнулся. Стальные «руки» пришли в движение. Юноша опять вздрогнул. Замер. Потом, достаточно уверенно, вытянул манипуляторы перед собой, сделал несколько махов и рассмеялся. Повернул ко мне свое улыбающееся во весь рот лицо и снова покачал «руками».
Ну и отлично!
— Пошли? — спросил я зачем-то.
Ответа, конечно, не было. Я поднял «ногу» и сделал шаг. Трикел будто окаменел, и я, чувствуя его реакцию, тоже замер. Подождал чуть-чуть. Сделал второй шаг. Потом еще. Юноша, вроде, стал успокаиваться. Я сделал еще одну паузу, секунд на десять, и пошел…
Немедленно обнаружилось, что мне уготована еще одна пытка. Мало того, что я сам прижимал к себе это зовущее тело (нужно что-то делать с этим телом, иначе я сойду с ума!), мало того, что упругая задница будто насадилась на пирамидку на моих шортах, так еще и тело Трикела слегка двигалось по мне! Когда я поднимал ногу, оно скользило чуть вверх, когда опускал — вниз. И так раз за разом, шаг за шагом, вверх-вниз, вверх-вниз. Тело по телу, спина по груди, бедра о бедра, ягодицы по члену!
Я сжимал зубы, я старался думать о чем-то другом, но зад, умопомрачительный, сексапильный, прекрасный зад, прижатый к моему тазу точно бороздкой поверх стержня, терся о член при каждом шаге…
Всем своим телом я ощущал Трикела — его грудь и живот под моими ладонями, его твердые тонкие бедра на ногах, его колючие кости, впившиеся в меня. Я знал, что в каких-то сантиметрах от моей руки, лежавшей поверх его пупка, висит на аккуратной мошонке пенис. Мне так хотелось сдвинуть ладонь чуть ниже, ощутить курчавые волоски, податливую плоть неэрегированного отростка, эластичные яички. И зарыться носом в волосы на затылке!
К счастью, тершаяся о мой член попа отвлекала меня от всех желаний. К несчастью, она терлась вполне ощутимо, слишком ощутимо…
Мне стало жарко.
Я чувствовал нажимы бедер — это Трикел вжимался в меня, или это я распластывал его на себе?
И тут парень поерзал. Я ужаснулся. То, что он поерзал, получше пристраивая свою задницу на моей палке, яснее ясного показало, что он тоже чувствует эти движения.
Черт!
Он поерзал, и мой горячий пенис, едва прикрытый тонкой тканью шорт, соскользнул в ложбинку между его ягодицами. Половинки попы ощутимо раздвинулись, позволяя моему бугру проникнуть на самое дно бороздки. Я почувствовал новую волну сладостного томления. Все мое тело болезненно сжималось от удовольствия, а вздыбленный член продолжал тереться о попу Трикела.
Я уже понимал, куда все идет, что неизбежно произойдет…
— Слазь, — пробормотал я в конце концов, останавливаясь.
Отщелкнул зажимы.
Парень, будто поняв, что со мной происходит, сошел на поверхность. Он повернулся ко мне лицом, и я почувствовал, что краснею от стыда — его член напряженно указывал вверх, вытянувшись почти до самого пупка. Просто чудо, что кончик этого пениса ни разу не коснулся ребра моей ладони! А ведь она находилась в каких-то миллиметрах от него…
Тяжело дыша, я уселся на подножке. Я скрючился в три погибели, пытаясь скрыть свою эрекцию. Я смотрел только вниз, на трещины в камне. Я заставлял себя думать о незаполненных бортовых журналах, ненаписанных лабораторных, предстоящих экзаменах. Я мотал головой и кусал губы…
Трикел стоял рядом. Я чувствовал его присутствие, хотя и не позволял себе смотреть в его сторону. Он тоже тяжело дышал. Это я слышал. Этого я не мог не слышать…
Спустя минуту, две или три мне показалось, что мой член начал успокаиваться. Я осторожно поднялся. Вроде, он действительно упирался изнутри в шорты не так сильно.
И тут я натолкнулся взглядом на взгляд пришельца. Что-то изменилось. Я остановился. Я смотрел на Трикела и пытался понять, что.
Парень наклонил голову, слегка прищурился. Потом кивнул на экзоскелет.
И вот тут до меня дошло! В глазах Трикела появились эмоции!
Я совершенно растерялся. Теперь это не был инопланетянин, который оказался в совершенно чуждой для себя среде. Он все понимал! Я увидел в его глазах какую-то наивную удивленность, интерес к миру вокруг вообще и ко мне в частности, искорку задора и…
Я заметил вожделение. Тут ошибиться было нельзя. Я придумывал его таким, чтобы его желание ясно отражалось на его лице, и вот теперь оно отражалось — ярко и недвусмысленно…
А с этим что делать? У него торчит член, он явно хочет, меня самого бьет дрожь от бурлящего во мне желания…
Изнасиловать пришельца? Вот первый контакт-то будет!
Я влез обратно в экзоскелет и жестами позвал инопланетянина. Тот с завидной ловкостью запрыгнул на гарды и вновь прижался ко мне. Даже, гад, поерзал задницей по моему тазу. Мой член, и так не слишком успокоившийся, мгновенно воспрял, и, конечно, оказался между раздвинувшимися половинками попы. Ну что ты будешь делать!
Мы пошли. Зад парня, тугой, упругий, снова заскользил по моей палке вверх-вниз.
Ничего, я продержусь!
Я стал умножать в уме двузначные числа. Принялся читать про себя «Илиаду». Вспомнил спряжения латинских глаголов. Нет, так просто меня не возьмешь!
Зажатый вертикально вверх член ходил в ложбинке между ягодицами Трикела. Ощущение его тела, его тепло, его собственное возбуждение — все это давило на меня с невероятной силой. Каждый шаг отдавался во мне острым наслаждением, и я сжимал зубы, чтобы не застонать. Мои пальцы автоматически, помимо моей воли, бродили по груди и животу юноши. Мои ноздри раздувались, тщетно пытаясь вдохнуть его запах. Я то и дело ловил себя на том, что я сам ритмично двигаю бедрами, подавая таз навстречу движениям тела Трикела. Я заставлял себя не делать этого и тут же обнаруживал, что делаю это вновь…
И все же, я верил, что продержусь. Впереди уже показалась шлюпка. Она стремительно приближалась. До нее оставалось триста метров, двести, сто…
Мне показалось, что самым кончиком пирамидки я ощутил какую-то неровность в самом низу бороздки между половинками задницы Трикела.
Колечко ануса!
А разве можно его почувствовать через трусы и шорты?
Я с силой вжал юношу в себя. Я сам, осознанно, явственно, двинул тазом вперед. Мои руки приподняли парня, и он повис в моих объятиях. Я зашагал быстрее…
И в один момент волна удовольствия взорвалась во мне. Наслаждение накрыло с головой, вырвав из мира ядовитой планеты в мир сказочной, непередаваемой сладости. В шортах сразу стало мокро. Горячая струя спермы вырвалась из члена, затопив все пространство в трусах.
Я едва сдержал стон. Я судорожно сжал восхитительное тело. Я не мог вдохнуть.
Новая струя.
Еще.
Острое ощущение удовольствия пронзало, будто копье…