Это произошло, когда я служил в армии. Весной, на учениях я не удачно приземлился, прыгая с парашютом, и немного повредил руку и загремел в госпиталь. К тому времени моя служба приближалась к году, но до выхода приказа я оставался еще в категории молодых бойцов, так что и в госпитале приходилось трудиться в различных нарядах. Так в один прекрасный день, я попал не в самый плохой наряд — на раздачу пищи в столовую нашего отделения. Командовала мной там женщина, которой было 38 лет отроду, а мне на тот момент исполнилось всего лишь 19. Она была разведена и у нее была дочь 18 лет, так что я ей можно сказать годился в сыновья. Она была очень симпатичной женщиной и совершенно не выглядела на свой возраст, но, тем не менее, зная, сколько ей уже лет, как-то не тянуло даже и пытаться с ней заигрывать, хотя, что там греха таить, сексуальные желания она пробуждала практически у всего мужского населения госпиталя.
Я естественно не был исключением, но как уже раньше сказал, даже и не пытался что-то показывать, было просто как-то не удобно. Ну, так вот, в тот день я помогал ей на кухне мыть посуду после обеда и параллельно мы просто беседовали, так, не о чем. Тут наш разговор по ее инициативе, плавно стал переходить на тему отношений между противоположными полами, она вдруг как-то вся оживилась и, разговаривая со мной то потреплет меня по голове, то похлопает по заднице, в то время как я стоял у мойки и мыл посуду. Она стала расспрашивать меня о том, есть ли у меня на гражданке девушка, были ли у меня сексуальные контакты с девушками. Я честно все ей рассказывал, что меня никто не ждет дома и что контакт у меня был всего лишь один раз. Во время этого разговора я заметил, что у нее появился сильный румянец на лице и интонация ее голоса стала каким-то странным, она все чаще стала, как бы случайно меня задевать то рукой, то грудью. Вдруг она возьми да и спроси меня, а не хотел бы я сейчас заняться сексом, а у меня от этих разговоров и так уже штаны оттопыривались так, что я боялся от мойки отходить, и я аж закричал — Да, конечно хочу!
— Ну, тогда пошли — сказала она.
У нас в столовой было две большие комнаты для приема пищи, одна проходная для солдат и вторая дальняя, отдельная комната для офицеров, вот туда то она меня и повела. Когда мы зашли, я взял швабру и заблокировал входную дверь.
— Это все хорошо — сказала она, — Но только как мы это будем здесь делать?
Я стал снимать со столов перевернутые и лежащие на них стулья, ровно шесть штук и составил из них в проходе нечто отдаленно напоминающее кровать. Она тем временем быстро стянула с себя трусы и присела на край импровизированной кровати. Мне тем временем было уже давным-давно тесно в моих больничных штанах, и я немного стеснялся этого состояния.
— Я смотрю настроение у тебя уже боевое, — сказала, улыбаясь она,
— Поднимать его не требуется, да? Иди скорее ко мне.
Я подошел к ней, не зная с чего начинать и стесняясь своего возбужденного состояния. Она, притянув меня за ягодицы, стянула одновременно мои трусы со штанами и мой друг, вырвавшись на свободу, такое впечатление, что стал еще здоровее. Член находился прямо напротив ее лица и по ее загоревшемуся взгляду, я понял, что этот вид ей доставляет огромное удовольствие, было такое впечатление, что она очень долго не созерцала мужской орган. Неожиданно для меня, она вдруг взяла его рукой и стала водить вверх-вниз мою крайнюю плоть. Головка моего члена была вся в уже давно выделившейся смазке. От этих движений тепло стало растекаться у меня по всему телу от затылка до самых ступней. Закрыв глаза, я стоял на подкашивающихся ногах и испытывал неземное наслаждение. Естественно, что после столь длительного воздержания и от самого факта, что со мной это проделывает такая красивая и сексуальная женщина, долго этого я выдержать не смог и... кончил мощным выбросом спермы и громким стоном, вырвавшимся из моей груди. Через несколько секунд я осознал, что произошло и мне стало очень неловко перед ней.
Но она, как ни в чем и не бывало, достала из кармана платок, обтерла головку моего члена и сам ствол от спермы и стала опять водить мою крайнюю плоть вверх и вниз так, что я опять почувствовал новый прилив крови к моему еще не совсем увядшему органу. Затем она стала облизывать языком головку, сам ствол, а потом взяла его в рот целиком. Теперь она уже работала одними губами и языком, а рукой ласкала мои яички. Я вновь застонал от наивысшего удовольствия, в ногах была такая слабость в этот момент, что я боялся упасть. Когда мой член достиг максимальных размеров и твердости, она освободила его и, задрав подол, откинулась назад на стулья. Тут, я увидел ее влажную промежность, и мне захотелось дотронуться до нее рукой. Я встал на колени и стал ласкать ее лоно пальцем. Сначала я просто водил пальцами по ее половым губам, потом нащупал бугорок набухшего клитора и стал ласкать его большим пальцем, а средним и указательным пальцами одновременно проник в нее. От этих моих ласк она застонала и выгнулась мне навстречу. Я стал работать рукой как членом, постепенно все наращивая и наращивая темп, внутри нее было очень влажно и горячо так, что мне не составляло труда ласкать ее именно так. Через некоторое время, ее дыхание участилось, а стон стал громче и вдруг, она зажала мою руку своими бедрами и вскрикнула, я понял, что она тоже кончила.
Она слегка привстала на локтях и притянула меня к себе, я естественно не заставил себя ждать и тут же вошел в нее весь, без остатка. Она очень плотно обхватила мой член и стала двигаться на встречу моим плавным движениям. Я входил в нее не спеша, мне хотелось, чтобы это продолжалось вечность, эти ее постанывания и ощущения внутри нее доставляли мне неописуемое наслаждение. В какой-то момент она стала сильнее выгибаться подо мной и двигаться навстречу чуть быстрее. Я понял, что она скоро кончит, и ускорил свои движения. Мне хотелось это сделать одновременно с ней и когда она стала кончать, я уже тоже был на гране взрыва и хотел выйти из нее чтобы кончить ей на живот, но она сильно притянула меня за ягодицы обратно глубоко в себя, и в этот момент я выстрелил прямо в нее. Какое-то время я так и лежал на ней лишь слегка облокотившись на руки, чтобы не раздавить ее. Потом я встал, быстро натянул трусы со штанами, она оправила подол халата и, не одевая трусов, ушла на кухню. Я составил все стулья на место и пошел за ней, но она отправила меня, сказав, что я ей уже больше сегодня не нужен. После этого случая, она делала вид, что словно ничего и не произошло между нами, а меня в скорости и вообще выписали и отправили обратно в часть.