Николай пришел с работы раньше, чем обычно. Выходя из лифта, у дверей квартиры, столкнулся со своей, как сейчас говорится, гражданской женой, Викой. Она, в плаще, который практически никогда не носила, спускалась сверху по лестнице. Увидев его, Вика смутилась, как-то суетливо поздоровалась и почти втолкнула его в квартиру.
В тесной прихожей Николай разулся, и повернулся к ней, чтобы помочь раздеться. Вика отпрянула от него, пробормотав:
— Нет, спасибо, ты иди, мой руки, я сама, — ее рука сжимала полы плаща на груди.
— Я хотел поухаживать за тобой, в последнее время я совсем тебя забросил, все работа, работа, — он протянул руки к ней.
Она даже отступила назад. Ее упорство его заинтересовало не на шутку. Он шагнул вперед, отвел ее руки, гася слабое сопротивление, и расстегнул пуговицы. Распахнув плащ, он не удержался и присвистнул.
— Сюрпрайз! Офигенный сюрпрайз!
Под плащом на Вики не было ничего, кроме черных чулок! Под его взглядом она покраснела и опустила голову. Невзирая на удивление, неожиданно для себя, он почувствовал сильное возбуждение, глядя на нее, в такой экстравагантном наряде.
Они жили вместе пять лет, и, как так получилось, что отношения начали заходить в тупик. Они отдалились друг от друга, в последнее время, жили каждый своей жизнью. Очень часто возникали размолвки по пустякам — они могли неделю не разговаривать друг с другом, ограничиваясь дежурными фразами. Секс, который случался все реже и реже, превратился в рутину. Иногда он ловил себя на мысли, что вместо секса предпочел бы просто посмотреть хороший фильм по телеку. Да и Вика жаловалась на однообразие и скуку. Но ни он, ни она не делали ничего, чтобы изменить ситуацию.
А сейчас, разглядывая свою невысокую, хрупкую фигуру девушки, она и в двадцать пять выглядела как юная девушка, он даже вспотел от желания.
— Итак, что мы видим? Моя ненаглядная, гуляет по подъезду в таком наряде, очень соблазнительном наряде, надо заметить, — Николай, с удовольствием, по хозяйски, погладил ее по груди, опуская ладонь на живот, и ниже, на лобок, гладеньком, как всегда.
— Банальную измену с соседом отметаем сразу, это пошло и примитивно, да и не стала бы моя умненькая так подставляться, бегая голышом на свидание. Подружек и знакомых, насколько я знаю, у тебя в нашем доме нет, и наряд твой не для похода в гости. Так включаем мозг, — Николай продолжал гладить горячее тело молодой жены, лаская ее грудь, живот, лобок, изредка задевая пальцами губки. — Включаем мозг, и выдаем фантастическое объяснение, тебя так попросила прогуляться твоя подружка по переписке.
Позднее он и сам не смог себе объяснить, как родилась такая версия. Внезапно пришло в голову и все! Когда он произнес эти слова, Вика вздрогнула и впервые посмотрела в его глаза.
— Как ты догадался?
— Минутку, подожди меня здесь, — Николай быстро прошел в ванную. Намыливая руки, он приходил в себя. Вот сюрприз, так сюрприз!
То, что Вика в последнее время читала иногда эротические рассказы на разных сайтах, он знал, и относился к этому по принципу: чем бы дитя не тешилось. Она работала в каком-то отделе, на умирающем заводе, два, редко три дня в неделю. Свободного времени у нее море. Детей нет. Николай считал, что в его тридцать два уже поздно думать о детях, а она сильно не настаивала, тем более в последнее время, с домашними делами она справлялась быстро, вот и развлекалась в ожидании его, как могла. На одном из таких сайтов и познакомилась с автором по имени Диана. У них завязалась активная переписка, обсуждая все подряд. Последние три недели за ужином он только и слышал: Диана то, Диана се... И вот результат. И результат интересный.
Вытерев руки, он вернулся в прихожую, где его послушно дожидалась Вика. Она только разулась.
Николай нагнулся, поцеловал ее, сбрасывая злополучный плащ с плеч, и, с вновь появившимся интересом, проводя ладонями по ее голой спине, по попке. Развернув ее спиной к себе, стал поглаживать ее грудки, сжимая их, играя с сосками, одновременно целуя ее шею, плечи. Его рука скользнула к щелке, которая давно была мокрой, прямо таки текла и только и ждала его прикосновения. Палец легко скользнул между ее горячих влажных губок, лаская клитор и нежную, тугую дырочку.
— Значит, Диана попросила тебя прогуляться так по подъезду, а ты с удовольствием выполнила ее просьбу? — жарким шепотом, не переставая ласкать ее, он «допрашивал» свою половинку.
— Да, да, она попросила, и я пошла, мне было интересно, — задыхаясь и постанывая под его руками, признавалась она.
— И все? Только прогуляться?
— Еще, еще... Я должна была в лифте расстегнуть плащ, распахнуть его и ласкать себя, даже тогда, когда двери откроются.
— И ты, конечно, это сделала?
— Да! Сделала. Мне было страшно, немного стыдно, но это меня заводило. Я даже присела на корточки, разведя ноги. Только я кончить там не смогла, застегнула плащ, и спустилась... Хотела дома... — ее смущение давно прошло, она выгибалась от его нетерпеливых, на грани грубости, ласк. Его прямые вопросы усиливали охватившее ее возбуждение. Ей захотелось, чтобы он узнал все о сегодняшнем приключении.
— Мне понравилось, там в лифте, я намокла, а потом, — она застонала громче, под его руками, — потом я спускаясь по лестнице, еще расстегнула плащ полностью, чтобы... идти... до квартиры... почти голой... — и она вкрикнула, напрягаясь а потом опадая в его объятиях, испытывая необычайно яркий, как вспышка, оргазм.
Она стояла у стены, оттопырив попку, продолжая подрагивать, а он, не давая ей расслабиться продолжал ласки, заводя снова. Одной рукой он теребил ее клитор, поглаживая и, временами, слегка сдавливая его. Время от времени его пальцы ныряли в ее дырочку. Другой рукой он поддерживал ее, положив руку на грудь.
Когда Вика снова стала задыхаться, Николай расстегнул брюки и достал напряженный, твердый член. Он почти мгновенно скользнул в нее. Она только вздохнула, принимая его.
— И ты ехала в лифте почти голая, лаская себя, не остановившись, когда двери открылись? А потом спускалась по ступенькам в распахнутом плаще? И это все без меня! Лишая меня такого соблазнительного зрелища! Так не пойдет, моя дорогая, я хотел бы это видеть!
Он неторопливо двигался в ней, придерживая ее за бедра. Она, подавалась ему навстречу, негромко вхлипывая.
— Наверное, это не первая такая просьба? Были еще?
— Да, да, да! Были! Но только дома! А за пределами квартиры — первый раз! — ее слова перемежались всхлипами и стонами. Она сделала движение попкой, прося его ускориться. Он стал двигаться быстрее и быстрее, чувствуя, что они оба на грани.
— Мне нравится, что ты такая смелая и такая... развратная! Раньше ты такой не была! Я прямо с ума схожу, когда представляю эту картину! Ты мне все расскажешь, не так ли? — он входил в нее сильными резкими ударами.
— Да, да, да! Расскажу!!! — Вика, дрожа всем телом, забилась в приступе нового оргазма.
Николай не останавливался. Картинки одна развратнее другой проносились у него в голове, где его Вика ласкала себя дома самыми разными способами по просьбе этой Дианы. Он вгонял свой член в нее все сильнее и сильнее, распаленный ее рассказом и своими фантазиями. Не сразу осознал, что она о чем-то просит его.
— Кончи на меня, кончи прямо на меня! Я так хочу, чтобы ты кончил прямо на лицо, на грудь! — исступленно шептала ему Вика.
— Да, конечно, я так и сделаю, моя развратница, — почувствовав что пора, он рывком вышел из нее и, развернув, опустил девушку на колени. Она сидела перед ним, закрыв глаза, и ждала, засунув в руку себе между ног, быстро-быстро лаская себя. Первая струя горячей спермы пролегла через все лицо, от лба, до подбородка. Вика откинула голову подставляя шею и грудь под следующую. Она снова готова была кончить. Когда сперма коснулась ее груди, она закричала, выгибаясь назад, до невозможности. Николай бросился ее поддержать, и его член оказался у ее губ. Не открывая глаз, она взяла его в рот, слизывая, высасывая все до конца, продолжала биться в оргазме. Николаю и забыл, когда он в последний раз испытывал такое удовольствие! Он даже закрыл глаза, наслаждаясь своей женой, ее умелыми губами и языком.
Весь вечер они чувствовали себя, как будто вернулись счастливые дни их влюбленности, когда не хотелось расставаться с друг другом ни на минутку. Она так и льнула к нему, а Николай, пользовался любым моментом, чтобы прикоснуться к ней.
— Ты, правда, на меня не сердишься? — спросила она вечером, ложась в постель.
— Нет, ни грамма, мне все понравилось, честно, я даже не ожидал. Может, расскажешь, как вы с Дианой развлекаетесь?
Она начала, немного смущаясь. Сначала Диана подсказала один из способов мастурбации, Вике стало любопытно — она попробовала. Диана попросила ее описать, как она делала, что чувствовала. Дальше — больше, рекомендации превратились потихоньку в подобие заданий, а описания стали иногда сопровождаться фотографиями.
Под руководством Дианы, Вика успешно осваивала возможности квартиры, и предметов, находящихся в ней. Она сама себе иногда удивлялась, почему так легко слушалась Диану, вытворяя вещи, о которых месяц назад и подумать не могла, настолько они казались ей развратными. До знакомства с Дианой, она считала себя опытной, и уже не видела в сексе ничего нового. Оказалось — она ошибалась. Прежде, лаская себя, она могла кончить только один раз, да и то прибегала к этому редко. Считала что так неправильно для «замужней женщины». С помощью Дианы она могла испытывать несколько оргазмов за вечер. Оказывается очень многие, привычные предметы могли доставлять удовольствие, даря разные ощущения. Зубная щетка, флакончик из-под духов, бусы, карандаш с резинкой на конце, мягкие игрушки, каждый из них был по-своему приятен. Диана руководила своей любовницей мягко, но уверенно. Вика с удивлением обнаружила, что такое банальное действие, как снять трусики, сколько раз она делала это в квартире, тысячу, может возбуждать ее, когда она делала для Дианы, по ее просьбе.
Две вещи омрачали ее общение со своей опытной наставницей — необходимость таиться от него. Она боялась, что он будет ревновать ее. Вторая — недостаток времени. С приходом Николая, приходилось прерываться. Диана не каждый день могла выделять время на переписку днем. Ей, конечно, было бы удобнее вечером, но...
— Ну, ты даешь, прямо Штирлиц какой то! А у меня создалось впечатление, что вы только переписываетесь. Теперь я припоминаю, что в последний раз в постели, ты была какой-то, другой, более оживленной, что ли. Оказывается мне бы пару раз придти пораньше, и было бы так как сегодня, глядишь после этого я о работе бы и забыл навсегда. — Николай обнял Вику покрепче и поцеловал ее, давая понять, что он все одобряет. — Давай так, все приключения за пределами квартиры, только в моем присутствии, ради безопасности. Я буду твоим охранником и, заодно, очень заинтересованным зрителем, а может, и участником. Дома развлекайся, как вам придет в голову, можешь не таится. общайся с ней вечером. Но если твое общение, заведет меня, то пеняй на себя!
— Хорошо, я согласна, мой любимый. Согласна пенять на себя и не посмею отказать тебе в исполнении супружеского долга. Я правильно поняла твои слова? — Вика улыбнулась и погладила под одеялом вставший член Николая. — Скажу тебе по секрету, мне очень часто не хватало тебя, вместе с ним, — она нырнула в низ.
Николай удивился сам себе, не думал, что он захочет ее второй раз подряд за вечер, давненько у них так не было.
Эта история положительна во всех смыслах, — успел подумать он, прежде чем окончательно отдаться на милость старательного язычка Вики.
Через два дня, в пятницу, вечером, Вика встретила его в прихожей в чулках, маленьких трусиках и прозрачной блузке, застегнутой всего на одну пуговку.
— О, мне очень нравится начало вечера, — он потянулся к ней, но Вика ловко увернулась. Блузка мелькнула полами, на мгновение обнажая ее грудки.
— Не торопись. Ты правильно понял, но это только начало. Ужин уже готов, пойдем, я тебя кормить буду.
Из кухни шел аппетитный запах запеченного мяса. Стол был красиво сервирован. Стояли две свечки. Одним словом — романтический ужин, который она раньше любила устраивать. Но, благодаря ее одежде, такой вечер ему нравился значительно больше. Пока он поджигал свечи, соблазнительная Вика порхала вокруг стола, добавляя последние детали к сервировке. Николай любовался ее грудью с торчащими сосками, мелькающей в вороте полу-расстегнутой блузки. Ниточки трусиков на попке, подчеркивали обнаженность Вики.
Он немного сомневался, выбирая кому отдать предпочтение, жене или мясу. Решив, что Вика никуда не денется, а мясо остынуть может, уселся перед тарелкой. Вика села рядом, положив себе только апельсин, мол, после шести есть нельзя. Она лукаво поглядывала на него, время, от времени вскакивая, подавая ему то перец, то другой нож, то свежую салфетку. Каждый раз она умудрялась задеть его то бедром, то черкануть твердым соском по плечу, то прижаться к его локтю всем телом. Николай заметил ее старания, но продолжал невозмутимо есть, посмеиваясь про себя, и сдерживаясь, чтобы не наброситься на нее прямо на кухне.
— Я все рассказала Диане, — сказала Вика, в очередной раз усевшись на краешек стула, — и про поход в подъезд, и про то, что случилось в прихожей, в общем все. Диана немного обеспокоилась, переживая за меня, но, узнав, про твое решение, поздравила меня с таким разумным, как она выразилась, мужчиной. Предложила устроить тебе правильный, как она выразилась, правильный, с точки зрения мужчины, романтический ужин.
— Да, она молодец, знает толк в романтических ужинах. Согласен — это самый правильный романтический ужин. Жаренное мясо и полуголая женщина, готовая на все, что еще надо для счастья?
— Кстати, эти трусики она выбрала сама, тебе нравятся?
— Очень! Я и не думал, что у тебя есть такие.
— А их и не было. Я, по ее просьбе сфотографировала все трусики, которые могли подойти для этого вечера, но она их забраковала. Прислала мне картинку с наказом купить такие. Пришлось съездить в магазин.
— Молодец Диана, трусики то, что надо. А давай сделаем вечер еще романтичнее, сними трусики.
Вика вспыхнула, улыбнулась.
— Она говорила, что ты так и будет. — и, продолжая улыбаться, стянула трусики, кинув их в него. Он поймал маленькую тряпочку, почувствовав, что они порядком намокли. Член Николая рвался наружу, он даже, забыв про мясо, потянулся к улыбающейся Вике. Но она отодвинулась от него.
— Подожди немного. Доешь сначала. Это твое любимое мясо, я же старалась, — ее голос стал грудным от возбуждения, губы соблазнительно покраснели. — Завтра суббота, — медленно продолжала Вика, — Диана хочет, чтобы я ей прислала несколько фото... Своеобразных фото... Она хочет, чтобы я сфотографировалась примерочной кабинке... голой. И так три раза. Все время в разных...
Вика была возбуждена, ерзала на стуле, прикрыв глаза. Слова произносила сквозь паузы. Руки опустила вниз и держалась за края сиденья. Николай видел, как напряглись ее пальцы. Он сам был на взводе.
— Стоп, девушка. Что-то я не совсем понял, но идея мне очень нравится. Потом расскажешь подробнее, а пока коснись пальчиком свой уже, как я вижу, очень мокрой щелочки и медленно лаская себя, повтори, какие фотографии хочет Диана?
Вика вздрогнула, закрыла глаза, откинулась на стуле и стала медленно ласкать себя, немного раздвинув ноги.
— Она хочет, чтобы я сфотографировалась совершенно голой... В кабинке не должно быть моей одежды... На мне только босоножки на ногах... Штора или дверь должна быть открыта... Три фотографии — три разных магазина.
Она быстро двигала пальчиком между ножек, совершенно не обращая внимания на него, хотя раньше, ему с большим трудом удавалось уговорить ее ласкать себя при нем. Вика постанывала. Николай, завороженный картиной, возбужденный до предела, даже есть перестал.
— Фотографировать естественно буду я. Правильно я понял?
— Да! Да! Да! Все правильно! Она так хочет! — выкрикнула Вика. Оргазм накрыл ее. Она выгнулась на стуле, сжала ноги, сдавливая свою руку между ними, и застонала, и вскрикивая, в полный голос.
Медленно отложив вилку и нож, вытерев губы, Николай встал со стула. Вика тем временем перестала биться и затихла, не вынимая руки.
Он подошел,, нагнулся к ней, и взяв ее за руку, поволок в спальню. Мыслей у него в голове не было, только красная пелена желания.
Едва войдя в спальню, он прямо накинулся на нее, чуть не оторвав пуговицу, пока расстегивал. Кинув Вику на спину, раздвинул ей ножки и склонился над влажными губками своей соблазнительницы. На секунду замер, но она дернула бедрами ему навстречу, поторапливая его. Он прикоснулся к ней губами, сначала бережно и ласково целуя ее вокруг, постепенно приближаясь к губкам и, прячущимся клитору. Как бы подразнивая, легонько прикоснулся к нему языком, и сразу отпрянул, повторил еще несколько раз. Вика негромко простонала в ответ. Перестав ее дразнить, он принялся играть с ним по полной программе. Целовал, сосал, колол языком, перекатывал в губах. Не забывал и о набухших губках и истекающей влагой дырочке. Вика стонала, не сдерживаясь, ее голова металась из стороны в сторону, руками она изо всех сил прижимала его к себе, мол, продолжай, продолжай не останавливайся! Он сосредоточился только на ее клиторочке, лаская его быстрыми движениями. Вдруг Вика вздрогнула, сжала ноги и снова закричала, выгибаясь дугой.
Подождав, когда утихнет всплеск ее наслаждения, он вошел в нее. Ее маленькая дырочка плотно охватила горячий член. Вика, закинув ноги ему на поясницу, подалась ему навстречу. Он не заставил себя долго упрашивать. Сразу взял быстрый темп, входя в нее со всего размаху. Она только вскрикивала, принимая его. Обхватив его руками, она прижималась к нему всем телом, не желая упускать его ни на миллиметр. Их любовь на этот раз длилась недолго. Пара минут и Вика уже билась под ним, переживая очередной оргазм. Сделав еще несколько движений, он опустошился сам, выплескиваясь внутрь любимой.
Испытывая чувство глубокой нежности, он привлек ее к себе, нежно поглаживая. Так они и лежали на кровати молча, близкие как никогда.
Продолжение следует ...