Мне недавно исполнилось 18-ть. У меня есть подружка Олеся. Мы дружим давно. Ещё со школы, с 5-го класса. Мне часто приходилось бывать у неё дома. Она живёт вдвоём с матерью. Отец их давно бросил. Последнее время часто стал замечать за собой, что сильно возбуждаюсь при виде её мамы. Олеська здорово на неё похожа: они словно две сестры. Но, конечно её мама красивее. Они часто попадают в курьёзные ситуации. Олеся выглядит намного старше своих 19 лет, а мама младше своих.
Про дочь я давно мечтаю, чтобы сорвать невинный поцелуй с её губ, коснуться рукой девичьей груди, как бы ненароком, а про мать, совсем по-иному. Всякие мысли просто переполняют меня, чтобы их унять, перед сном, занимаюсь мастурбацией. Не судите меня строго. Все юноши в моём возрасте это делают, так пишут в интернете. Я склонен этому доверять. Сначала в своих эротических мечтах представлял свою подругу. Но меня это нисколько не возбуждало. Зато стоило вспомнить, как случайно увидел полоску беленьких трусиков, выглядывающих из под халата Нюси, (так я е про себя называю) когда она наклонилась, чтобы поднять упавший ключ... Дверь в её комнату была приоткрыта, а мы сидели на кухне с Олесей чаёвничали. Увидев её попочку сильно обтянутую халатиком, я страшно возбудился. К счастью, подруга не обратила на это внимания, была занята поглощением ароматного напитка.
Зато придя вечером домой и, навесив на дверь своей комнаты табличку: «Частная территория! Без стука не входить!». Даже не притронувшись к ужину, ожидавшему меня в холодильнике, тут же предался блуду. Мой член просто горел! Я водил с остервенением по нему рукой, прокручивая вновь и вновь в мозгу тот момент, когда женщина нагнулась, вспоминая полоску её трусиков. Оргазм был таким сильным, что я даже вскрикнул. Забрызгав одежду своей спермой. На следующий день вновь повторил, но уже такого эффекта не было. Эта моя эротическая фантазия вскоре поблекла и увяла. Мне хотелось новых впечатлений и откровений.
Раньше, часто бывало так, что я приходил к Олесе, а той не оказывалось дома. Тогда её мама предлагала мне подождать. Ждать в девичьей комнате, обычно отказывался, мотивируя это тем, что не имею права нарушать частную территорию. Вот такой у меня бзик. Тогда её мама проводила меня на кухню и потчевала чаем. Иногда развлекая разговорами, а иногда оставляя одного. В тот раз мне было доподлинно известно, что подруга ушла на двухсерийный фильм в кинотеатр с бывшими одноклассницами. Я решил воспользоваться моментом, надеясь, не знаю на что.
Нюся была в новом халатике, едва прикрывающем её трусики. Ещё он был полупрозрачным. Не знаю, почему она именно так любила одеваться, ведь мужчины к ней не заглядывали. К тому же она была домоседкой. В этот раз на ней не было бюстика. Я чуть дар речи не потерял, откровенно разглядывая её грудь.
— Жорик, а Олеська ушла в...
— Я подожду, — перебил я.
Ничего не сказав, Нюся сделала приглашающий жест на кухню. Моё сердце сильно забилось. Я понял, что она делает это специально. Ведь ей тоже было известно, что дочь придёт не ранее чем через четыре часа.
На кухне стояла початая бутылка вина и нехитрая закуска. Увидев одну единственную рюмку, я сразу успокоился. Нюся села спиной к окну, её халатик немного распахнулся, а так, как я всё ещё стоял, моему взору представилось прекрасное зрелище двух женских молочного цвета грудей. Было лето, но Анастасия никогда не загорала. Я тут же возбудился, почувствовав сильное стеснение в обтягивающих джинсах. Женщина, конечно же, заметила, что со мной произошло и даже то, что я покраснел, мельком взглянув ниже моего пояса, но совершенно не подала виду.
— За что пьём, — пытаясь разрядить свою неловкость, улыбнулся я, усаживаясь.
— Десять лет как папа Олеси бросил нас. Но я даже рада, — мягкая улыбка тронула губы женщины.
Я сильно захотел встать и поцеловать их, но сдержался. Правда, подозреваю, на моём лице это желание отразилось в полной мере. Положив свою руку на мою, она сказала:
— Выпьешь со мной по капельке за эту праздничную дату?
— С удовольствием, — согласился я.
Мама Олеси порывисто встала. Полы её халатика распахнулись, моему взору на миг представилось божественное творение скрытое нежной тканью полупрозрачных трусиков. Я чуть в обморок не упал. Мне даже показалось, что она это сделала не просто так, а нарочно. Причём, вероятно долго тренировалась перед зеркалом. Впрочем, тут же отогнал крамольную мысль. Мне не верилось, что мама подруги пытается соблазнить её одногодку.
Нюся подошла к навесному шкафу и, привстав на цыпочки, шарила взглядом в поисках второго такого же бокала. Её коротюсенький халатик задрался чуть не до пояса, явив Миру в моём лице прелестную попочку зрелой женщины. Моя рука невольно опустилась в сторону джинсов. Мой член встал во всю свою мощь и горел адским пламенем. Быстро расстегнув джинсы, изменил его положение: из нижнего в верхнее — не так заметно, да и удобней. Прикоснувшись к нему, я был поражён: какой он горячий.
Мама Олеси открыла дверки кухонной тумбочки и, нагнувшись, а не присев, стала продолжать поиски бокала. Халатик так и остался в том положении, совершенно не скрывая то, что мне очень хотелось увидеть. И я увидел! Я увидел её щёлочку сквозь полупрозрачные трусики.
— А какой он был? — внезапно спросил я, мой голос дрожал, но я справился.
— Кто? — не поняла женщина, поворачиваясь лицом ко мне и поправляя одежду.
— Твой бывший? — не зная почему, перешёл на «ты», будто мы перестали находиться в статусе мать подруги и друг её дочери.
Она даже бровью не повела, криво усмехнувшись, вновь отвернулась, нашла бокал и сказала усаживаясь:
— В плане секса? Ноль без палочки, — продолжила она, — а у тебя как с этим? — круто сменила тему женщина, наливая в мой бокал вино, — нет, я понимаю, что ты с Олеськой. Но она же девушка строгих правил и до свадьбы ни-ни. А мужчинам в твоём возрасте надо, — хитро улыбнувшись, сказала она.
— Давайте лучше выпьем за десятилетку, — почему-то вновь переходя на «Вы», попытался увильнуть от нескромного вопроса юноша, ещё не мнящий себя мужчиной.
— Жорик, а чего ты опять на Вы? Мне показалось, что мы уже перешли на ты? Нет? — она приподняла бокал, как бы предлагая выпить.
Мы чокнулись, вино попало не в то горло, я закашлялся. Она тут же наполнила мой бокал, предложив запить, что я и сделал. Кашель прошёл. В голове немного зашумело.
— Ты не ответил, — вновь завела свою песенку женщина. Её глаза заблестели. Эта рюмка была явно не первой. Сколько она их выпила перед моим приходом, мне было неизвестно, — Я как-то видела тебя с Наташкой. С этой дворовой... — она не продолжила, застеснявшись слова: «шлюхой» или «блядью».
— Нет, Нюся, у меня ещё ни с кем не было, — внезапно назвал её именем из своих эротических грёз.
— Как ты меня назвал? Нюся? — она просто умилилась, — а что?! Мне нравится. Только не называй меня так при Олеське, договорились? — Женщина вновь положила свою ладонь на мою и, кажется, чуть погладила.
— Договорились, — подтвердил я, — только когда мы вдвоём, буду тебя так называть.
Подавшись внезапному импульсу, я взял её руку и страстно поцеловал в ладонь, а потом зачем-то лизнул.
— Ай! — Вырвала свою кисть Нюся, — щекотно же? Давай ещё выпьем?
— Нет, — сказал я, порывисто вставая, — давай целоваться.
— Серьёзно? — Она тоже встала и, опустив голову, смотрела в сторону.
Я понял. Она тоже хочет этого, но не может принять решения. Ведь её будущий любовник, мало того, что чуть ли не жених её дочери, он к тому же в два раза её младше. В её понимании это было предосудительно. Она играла и кажется, заигралась. Ей было приятно видеть, как молодой человек млеет и бледнеет, завидев её прелести. Женщине импонировало то, что она ещё молода и может влюблять в себя, а не только возбуждать. Она ждала от юноши мужского шага. Я сделал его!
Подошёл и крепко обняв, повернул лицом к себе взял за затылок и прямо впился губами в её тёплые страстные губы, желающие меня. А то, что она меня желала, я теперь уже не сомневался. Мне стало понятно, что эти игры со случайными показами своих прелестей были не случайны (она потом сама в этом призналась). Но это была игра. И она даже помыслить не могла чем это может окончится. Даже в мечтах не доводила до логического конца.
Но всё случилось очень быстро, неожиданно, спонтанно. Моя рубашка полетела на пол, следом отправился её халатик. Её грудь была прижата к моей. Я просто купался в лучах наслаждения. Моя рука шарила в её трусиках. Нюся была уже достаточно влажная. Не столько от выпитого вина, сколько от охватившей её страсти была готова на все безрассудства. А уж что до меня, то мне очень хотелось потерять невинность с такой женщиной! Она была совершенна! В ней всё было прекрасно. Но тогда я этого не смог бы разглядеть. Меня трясло в предвкушении.
К стыду своему, я не сразу попал. Тогда она взяла своей ручкой и направила его туда, сказав при этом: «Какой он у тебя горячий!». Не знаю, сколько лет у неё не было мужчины, может и все десять? Но её щёлочка была очень узкой, а мой член тыкаясь в преграду, доставлял ей некоторые неудобства и даже болевые ощущения. Тогда она попросила отпустить её и развернулась ко мне попочкой. Мы тут же продолжили. Я поглаживал её мягкие податливые груди и двигался не сильно быстро. Это было так приятно, что, сколько бы я не пытался отдалить накатывающий оргазм, мне это не удавалась.
Наслушавшись историй от друзей, что в первый раз, зачастую быстро кончают, мне очень не хотелось повторять этого. Я хотел показаться настоящим мужчиной своей женщине, пусть даже в первый раз. Уверен, она бы поняла, случись со мной то, чего я боялся и, не стала бы насмехаться.
Все эти раздумья и страх показаться кроликом сделали своё дело! Я даже стал двигаться быстрее. Моя женщина, а теперь она была моей, стала тоже не безучастно относиться к происходящему. Она стала двигаться навстречу мне. Из её полуоткрытого рта вырвался стон. Она стала горячо шептать: Милый, мой! Хороший, мой! Ещё! Ещё!», — «Сильнее, глубже!», — уже чуть не кричала она. Но я не слышал или не слушал. Я, наконец, поплыл на волнах любви. Я уже ни о чём не думал, просто наслаждался...
Настал кульминационный момент нашей любви. Это было так здорово! Так прекрасно! Не помню, кричал ли я от наслаждения. Но в уголках своего сознания, затопленного оргазмом, слышал крики моей женщины. Потом она резво сбежала в ванную. Мы ведь не предохранялись. На свой женский календарь она редко поглядывала — не было надобности. В тот раз нас пронесло...
Теперь, сидя на кухне, мы пили за нашу любовь. Не дождавшись, подруги, я ушёл домой. Через неделю Олеся уехала к родственникам почти на месяц. Этот месяц у нас с Нюсей был медовым.
Вот такая была у меня первая любовь...