День первый, поздний вечер.
Струи холодного осеннего дождя хлестали по ветровому стеклу так сильно, что дворники едва справлялись со своей работой. Казалось, что тёмное ночное небо хочет устроить на Земле второй великий потоп. Редкое для октября погодное явление — гроза — периодически освещало вспышками молний быстро плывущие по небу чёрные тучи. Казалось, что она становится всё сильнее. Фары освещали поганого качества дорогу, унылые пейзажи сменяли один другой.
Впрочем, всё было не так уж плохо. В салоне автомобиля было сухо, тепло и светло, играла приятная моему уху классическая музыка. Рядом со мной на сидении покоилась чёрная сумка с моими недавними приобретениями, которые хоть и влетели в копеечку, своих денег стоили. Но не только это грело мою душу. Воспоминания об охоте всегда вызывают у меня в груди странное тёплое томление, как будто на месте сердца крутится небольшой вихрь. В данный момент я вспоминал события трёхнедельной давности. Перед глазами снова стояла устремлённая вверх попка Даши, мой член, скрывшийся в её киске и изливающий внутрь семя, её сексуальное мычание... Ну вот, дофантазировался. Член в джинсах увеличился в размере и напрягся, намекая, что давно пора найти новую партнёршу.
— Сам знаю, — почему-то вслух сказал я.
Три недели воздержания — долгий срок, любой мужчина меня поймёт. Но так уж получилось, что последние двадцать дней я провёл в областном центре, в командировке. Наверно, хорошо, что всё так совпало. После третьего за последние месяцы случая, все городские стражи порядка наверняка встали на уши. Так что хорошо, что меня не было в городе. Похоже, сама судьба благоволит мне. Можно было бы, конечно, найти себе добычу и там, но я предпочитаю искать жертв на своей территории. Небольшой городок на пятьдесят тысяч жителей, в котором я родился, вырос и вот уже несколько лет работаю заместителем директора одной небольшой конторы, я привык считать своими охотничьими угодиями. Я знаю здесь каждое дерево, за которым можно спрятаться, каждый куст, за которым можно получить свой приз незаметно для прохожих, каждый двор, которым почти никто не ходит даже днём. Ещё с детства меня привлекали подобные места, а теперь, давно уже повзрослев, я нашёл способ извлечения пользы из этих знаний.
Вдруг дальний свет выхватил из темноты шагающую вдоль дороги женскую фигурку. Едва на неё попал свет, она сразу же повернулась ко мне и начала неистово голосовать, при этом даже подпрыгивая. Неудивительно, что она так реагирует. За последние минут двадцать езды я не встретил ни одной машины. Здесь и днём не бывает такого оживления, как в крупных городах, а ночью, да ещё и по такой погоде... «А что если... « — мелькнула в голове будоражащая кровь мысль. Сердце сразу заколотилось быстрее, но я быстро взял себя в руки. Притормозив у обочины, я гостеприимно открыл дверцу.
— Подвезти?
Девушка сразу же юркнула внутрь, быстро захлопнув за собой дверь. «А она весьма недурна», — отметил я про себя. Длинные русые волосы хоть и слиплись под дождём, в сухом состоянии явно должны впечатлять. Большие серо-зелёные глаза отлично гармонировали со слегка курносым носиком и пухлыми губками. Фигуру я мог оценить только мельком, но и она была на высоте.
— Спасибо! Ну и погода сегодня, я вся насквозь промокла! Мне нужно попасть в деревню Монастырёк, а я даже не знаю, где это. И даже не знаю, где я сама. Автобус доехал до какой-то другой деревни, всех высадил и уехал, а водитель сказал, что Монастырёк дальше по дороге. Я уже полчаса иду, а ни деревни, ни даже машины ни одной не встретила! Промокла вот вся... — повторила она и смущённо замолчала.
— Монастырёк? Это не очень далеко, минут... — я замешкался. На самом деле до Монастырька ехать было минут пять, но у меня в голове стремительно формировался план, а в груди раскручивался ураган похоти. — Минут двадцать езды. Я могу тебя подвезти, но мы поедем через город, мне нужно будет кое-что забрать по пути. Согласна?
— Конечно! Мне так повезло, что я встретила вас! Я ведь даже позвонить никому не могла. Похоже, вода в телефон попала и он теперь не работает.
— Ага... повезло, — ответил я, стараясь скрыть злорадство в голосе. Значит, её телефон никто не запеленгует.
Через пару минут мы с Мариной разговорились. Оказалось, что она приехала к бабушке на 90-летие, в последний раз была в этих краях десять лет назад и уже всё забыла. Марине пару недель назад исполнилось 18, жила она в Питере со своей матерью, училась на журналиста, любила фильмы про любовь и надеялась встретить своего принца. В общем, умом не блещет, но внешние данные отличные, как я люблю. К умным девушкам нужен особый подход, охота на них подразумевает тщательную подготовку и идеальное исполнение плана. С наивными дурочками всё проще простого — самое то, когда встреча случайная и нет времени долго думать. Ей я наговорил всякой чепухи из разряда того, что любят такие девушки: что у меня есть собственный бизнес, что я помогаю приюту для уличных животных, люблю детей и прочую лабуду. За разговором Марина не заметила, как мимо нас промелькнул поворот на просёлочную дорогу со знаком «Монастырёк 4 км», и тогда я окончательно расслабился. Вполуха слушая рассказ Марины о её бабуле, к которой на праздник она приехала, я свернул на объездную дорогу, не заезжая в город. Всё складывается слишком удачно, чтобы позволить какой-нибудь камере видеонаблюдения заснять мою машину.
Немного попетляв по окраинным улочкам, я вывел машину к гаражному массиву, в котором не так давно приобрёл два стоящих по соседству гаража. Они стоят отдельного абзаца. Один из них я полностью привёл в порядок — починил, покрасил, нормально электрифицировал. Другой же внешне так и остался старой ржавой развалиной, с древним навесным замком на дверях. Но лишь внешне... изнутри это был если не дворец наслаждений, то что-то близкое к этому. Посреди него стоял стол с фиксаторами, на стенах и потолке крепились крюки, стенд во всю стену был уставлен различными приспособлениями для секса, имелся ящик с «особым» инструментом, но главной изюминкой было звукоизолирующее покрытие. Я лично запускал внутри этого гаража порнуху на колонках, а потом с улицы проверял, не слышно ли её. Нет, ни малейшего звука не долетало изнутри. Переход между двумя гаражами был и вовсе незаметен.
Остановившись у гаража, я оставил Марину в салоне одну, а сам зашёл внутрь под предлогом того, что нужно кое-что забрать. Точнее, я и забрал. Выходя обратно, я сжимал в руке электрический шокер. Стараясь не обращать внимания на лёгкую дрожь в конечностях, я сел на водительское сиденье, сделал глубокий вдох и посмотрел на Марину. Она была занята — безуспешно пыталась вернуть к жизни свой телефон.
— Марин, сейчас вылетит птичка! — нервно хохотнул я.
— Что?... — Марина с непонимающим лицом повернулась ко мне и тут же, получив удар током, упала грудью на приборную панель.
Потряся её за плечо на всякий случай, я оглянулся по сторонам и заехал в гараж. Сердце радостно пело, а член уже немного набух от предвкушения скорой забавы.
Уложив юное тело моей добычи на стол и раздев её, я смог насладиться увиденным: симпатичное лицо, длинные волосы до поясницы, небольшая грудь второго размера с аппетитными розовыми сосками, плоский животик, узкая талия, неплохие бёдра, подтянутая худенькая попка и стройные длинные ноги. Единственным разочарованием стала растительность на лобке, но это ничего. У нас с Мариной впереди трое суток секс-марафона, и я всяко разберусь с этой проблемой. Зафиксировав конечности Марины так, чтобы она могла только крутить головой, я вышел из гаража, оставив там свет. Воспитательный момент — покричав остаток ночи, Марина поймёт, что никто не придёт ей спасать. А антураж вокруг немного подготовит её к тому, что её ждёт. А мне нужно поспать, потом докупить парочку нужных штук... Зевок прервал мои размышления. Завтра. Всё завтра.
День второй, час дня.
Шурша пакетом с покупками, я открыл переход между гаражами и вошёл внутрь. Марина повернула заплаканное лицо ко мне и вдохнула, готовясь кричать, но я уже закрыл за собой дверь. Пока моя новая игрушка надрывалась просьбами о помощи, я деловито извлёк из пакета бритвенный станок и женский гель для бритья. Полив лобок Марины из канистры, я щедро нанёс гель и смочил станок. Марина тем временем перестала кричать. Точнее, теперь она кричала на меня:
— Что ты делаешь?! Ты совсем больной?! Выпусти меня сейчас же!
— Марин, а я думал, что ты за ночь поняла безнадёжность своего положения. Никто не знает, что ты здесь. Снаружи тебя никто не слышит, об этом месте вообще знаю только я. Так что смирись с тем, что ты в моей власти. И не дёргайся ты, а то я тебя поцарапаю! Хочешь, я тебя так зафиксирую, что даже дышать не сможешь?
Марина перестала дёргаться, только смотрела на меня исподлобья.
— Зачем ты это делаешь? Что я тебе сделала плохого?
— Если бы ты мне что-то плохое сделала, я бы сейчас с тобой не говорил так вежливо, — немного рассеянно ответил я, осторожно снимая бритвой волосы с этой юной киски. — Марин, чего тут заросли-то такие?
— Не твоё дело! Пошёл ты, извращенец! Маньяк... — Марина разразилась матерной тирадой, а я захохотал и продолжил осторожно добривать её молоденький лобок.
Покончив с этим делом и оценив гладко выбритую киску, я без лишних предисловий полил член смазкой, пристроился у Марины между ног, уткнулся головкой в её половые губы и начал медленно входить внутрь, наслаждаясь моментом. Когда головка почти полностью вошла внутрь, я ощутил препятствие и удивлённо посмотрел на Марину.
— Нет, не надо, пожалуйста, не надо! — скривив личико от боли, молила она.
— Ты девственница? Надо же, а я думал, что в наше время девственности лишаются лет в 14. Приятно встретить столь целомудренную особу, — с этими словами я резко надавил на девственную плеву, протыкая её, и устремился дальше в свежераспечатанную киску.
Она была даже уже, чем у Даши. Стенки влагалища сдавливали меня так сильно, что если бы не смазка, я бы и двигаться не смог. Раздвигая Марину, я погружался всё глубже, пока наши лобки не соприкоснулись. Немного привыкнув к этой киске, я начал медленно потрахивать Марину, сперва выходя сантиметров на пять, но постепенно увеличивая глубину выхода. Горячая и мокрая вагина буквально затягивала меня, мягкие половые губки приветливо раскрылись, и теперь при каждом движении я массировал членом клитор Маришки. Вгоняя член в этот горячий и узкий туннель, я потерял счёт времени. Яички бились о попку Марины, она подвывала от смеси боли и наслаждения, а я всё трахал и трахал этот чудесный бутончик, при каждом движении упираясь в матку. Член скользил в Марине со значительно меньшим трудом, чем сначала. Она немного расслабилась, и теперь я смог увеличить темп, насаживая Марину не только глубоко, но и быстро. Марина часто задышала, и когда член в очередной раз влетел в неё на всю глубину, мышцы влагалища славили меня, как будто прессом. Я сбился с темпа, с сильным трудом вырывая и вколачивая член в сокращающееся влагалище, и выстрелил спермой Марине прямо в матку. Упав на её подёргивающееся тело, я страстным поцелуем впился в её губы, проникнув языком в её ротик и целовал её, продолжая фрикции, пока член окончательно не упал. Марина, кажется, потеряла сознание. Мне очень не хотелось вставать с неё, но нужно было поменять её позу на столе, Мариша она не пришла в себя. Вслед за моим членом из киски вылилось немного моего семени, окрашенного в розовый цвет, а моя девушка тихо застонала сквозь полусон.
Зафиксировав Марину в позе «винт», я аккуратно и быстро выбрил ей ещё и анус, на него у меня тоже были большие планы. Но пока я планировал развлекаться с киской, уж больно она мне понравилась. Марина пришла в себя.
— Что ты наделал, урод? Ты же... я для мужа девственность хранила, а ты... ты... — не найдя слов, Марина расплакалась.
— Ну что же ты, Мариш? Я ведь видел, что тебе понравилось.
Ответ Марины было трудно разобрать сквозь рыдания, но по-моему, это было что-то матерное. Ну да ладно, неважно. Я потянулся, хрустнув костями, выпил немного воды и понял, что готов продолжать. Маришкины сладкие дырочки призывно смотрели на меня, и каждая из них кричала мне прямо в мозг: «Трахни меня!». Немного поколебавшись, я подошёл, снова капнул немного смазки на член и плавно, даже нежно ввёл член во влагалище Марины. Каждой клеточкой члена ощущая малейшие неровности внутри, я то замедлялся, то ускорялся. Горячая и мокрая (причём явно не только от искусственной смазки) писечка туго обхватывала меня, как будто пытаясь высосать из члена все соки. Достаточно насладившись Мариной в этой позе, я забрался на стол сам, улёгся позади неё, мягко ввёл член между её половых губ и в медленном темпе стал смаковать этот райский бутон. Прижавшись к Марине всем телом, одну руку я положил себе под голову, а другой мял её грудь. Соски у девушки оказались очень чувствительными, и она сладким стоном боли отзывалась на каждое их сжатие. А я, не торопясь кончать, давал себе небольшую передышку, медленно «надевая» Маришу на красный от крови член. Секс с ней мне нравился, и я хотел продлить его подольше.
— Хватит, пожалуйста, хватит!
— Мы только начали, любовь моя. Я буду трахать тебя ещё пару дней, так что привыкай.
И я продолжил плавные возвратно-поступательные движения, каждый раз входя до упора и упираясь в упругие ягодицы моей Марины. Убрав руку с её груди, я положил её девушке между ног. Пальцы быстро нашли клитор и Марина задохнулась от удовольствия. Подозреваю, физиологически ей и сам акт был приятен, но теперь её тело само делало то, чего не хотел рассудок. Под моими ласками Марина расслабилась, так что я смог спокойно массировать её « волшебную кнопку», при этом размерно трахая недавно девственную киску. Марина дышала часто и неглубоко, постепенно добавились стоны, а затем по её телу прошла дрожь, и я еле успел выдернуть член из трясущейся в оргазме девочки. Нет, я не хотел кончать в такой позе.
Так как Марина снова витала в облаках, я уложил её на спину, зафиксировал руки, закинул её ноги себе на плечи и резким движением вонзился в расширившуюся киску разом на всю глубину. Марина мигом пришла в себя и истошно закричала, а я сходу взял высокий темп и теперь с громкими шлепками насиловал это юное тело. Несмотря на реакцию своей носительницы, киска Марины приняла меня легко. Я влетал внутрь и вырывался наружу, а раздолбанная дырка моей подружки громко хлюпала, принимая своего хозяина. Марина пыталась оттолкнуть меня, но куда 18-летней девице справиться со здоровым мужиком в самом расцвете сил? Её сопротивление только раззадоривало меня. Кровь кипела в жилах, член безжалостно терзал истекающую смазкой киску, Марина кричала... Вдруг внутри у меня всё содрогнулось, в промежности стало горячо и томительно приятно, и я со стоном наслаждения затопил Маринину дырку своим семенем. Я кончал долго, выстрелив внутрь раз пять, не меньше. Девушка почувствовала, что я ослабел, и оттолкнула меня, но меня это уже не сильно заботило. Немного отойдя от пережитого оргазма, подобный которому у меня был только раз в жизни, я оделся и вышел из гаража, не прощаясь. Мне нужно было отдохнуть.
Вечером того же дня...
На часах было полдесятого вечера, когда я снова повернул ключ в замке и вошёл в наше с Мариной любовное гнёздышко. Она лежала на столе и, кажется, спала. Осторожно я снова зафиксировал её ноги в неподвижном положении, а потом разбудил Марину, резко вставив ей два пальца в сухую киску с засохшими кровоподтёками на половых губах. Она дёрнулась, открыла глаза и посмотрела на меня измождёнными глазами. Я ожидал новой порции ругательств, но Марина лишь кашлянула пару раз и выдавила из себя:
— Пи-и-ить...
— Попить захотелось? Хорошо, я дам тебе воды, но на взаимовыгодных условиях. Ты когда-нибудь делала минет?
Мариша отрицательно помотала головой.
— Тогда у меня хорошие новости. Сегодня твой ротик тоже лишится девственности!
— Нет... я не буду. Меня тошнит от тебя!
— Поосторожнее со словами, девочка. Я могу сделать тебе больно не только членом, — для убедительности я сжал кулак и показал его ей. — Смотри сюда.
Я встал, взял канистру с водой и тоненькой струйкой стал выливать на пол. Марина с непередаваемым выражением лица смотрела на меня. Точнее, на струйку воды.
— Я так всё вылью, пока ты решаешься. Другого шанса не будет.
— Ладно, сделаю! — через несколько секунд крикнула Марина. — Ненавижу тебя!
— Ненавидишь? — «удивился» я. — А тебя люблю. Значит, сейчас я дам тебе пару глотков, чтобы рот и горло смочить, а потом ты мне отсосёшь. Воды потом получишь столько, на сколько я оценю твои старания. Укусишь или ещё что-то в этом духе сделаешь — не получишь ничего. Понятно?
— Да... — ответила Марина, смотря куда-то в стену.
Её лицо даже нельзя было назвать злым, оно было скорее растерянным и грустным. Я понял, что девочка сломалась, и теперь уже точно полностью в моей власти. Дав Марине пару глотков воды, я быстро разделся и подошёл к ней. Расслабленный член повис прямо у её лица. Помедлив, Марина губами захватила член и он полностью оказался в её ротике. Мне всегда нравится, когда девушки берут в рот мой член, пока он ещё висит. Мягкое и влажное тепло её ротика обволокло член по всей его длине, а когда шершавый язычок начал облизывать ствол, мой «часовой» довольно быстро встал по стойке смирно. Он уже не помещался во рту у Марины, но она помнила условия договора и старалась заглотить его как можно глубже. Энергично двигая головой, она тугим колечком своих губ дарила мне наслаждение. В один момент она случайно выпустила член изо рта, но не растерялась и начала круговыми движениями облизывать головку. Я подался вперёд и «вложил» свою мошонку Марине в рот. Она поняла намёк и стала сосать их, доставляя мне приятное удовольствие, смешанное со щекоткой. Я в это время в среднем темпе дрочил свой стоящий на все двадцать сантиметров кол.
— Я вижу, ты очень хочешь пить, Марина. Хочешь, чтобы я отдал тебе всё, что осталось в бутылке?
Не выпуская моих яиц из рта, девушка закивала. Я в очередной раз похвалил себя за умение выбирать жертв.
— Тогда я тебе помогу.
Я взобрался на стол, выставил член в рот Марине и начал буквально трахать её в голову. Мягкий язычок очень приятно дразнил уздечку члена, но мне хотелось ещё большего. Дождавшись, пока Марина расслабит горло, я схватил её за голову и рывком насадил на член. Яички уткнулись ей подбородок, а разгорячённый ствол проскользнул в глотку. Глаза Марины широко распахнулись, из них хлынули слёзы, а сама девочка начала кашлять и давиться. Меня это не волновало. С остервенением я вколачивал член в горло этой молоденькой девушки, которая своими попытками вытолкнуть меня только приносила ещё больше удовольствия. Кончив за день уже два раза, я не собирался заканчивать быстро. Ещё несколько минут я в сусасшедшем темпе трахал задыхающуюся Марину в рот. Её глотка пульсировала, принимая в себя твёрдую мужскую плоть, язык творил что-то упопомрачительное, слюна стекала по моим шарам... Когда её нос в очередной раз уткнулся в мой лобок, я со стоном выбросил в её горло всё, что оставалось в яичках. Я встал, дал Марине прокашляться и маленькими порциями вылил ей в рот остатки воды из бутылки. Затем Марина по моему приказу высосала из члена всё семя до последней капли.
— Это был отличный минет, Мариш. У тебя талант глотать члены, — напоследок похвалил её я, весело хохотнул и отправился домой. Отличное завершение отличного дня.
День третий, полдень.
Хорошенько выспавшись, я пешком проёшлся до гаража, благо погода была солнечная и приятная. Как будто сама природа хотела мне сказать: «Эй, сегодня отличный день для секса! Марина уже соскучилась по тебе!». Улыбаясь своим мыслям, я вошёл в гараж и уже привычным движением резко открыл дверь в переходе.
Марина лежала на столе (где же ей ещё быть?) и остутствующим взглядом смотрела в потолок. Для гарантии щёлкнув её током, я зафиксировал бесчувственное тело в позе «черепаха», максимально оттопырив попку Марины вверх. Когда девушка пришла в себя, я дал ей попить энергетика, скормил шоколадный батончик и поинтересовался её самочувствием. Ответ я получил несколько неожиданный:
— Самочувствие? Ты издеваешься?! Ты со мной такое делаешь, я вообще не понимаю, как жива до сих пор! Кстати, у меня ещё вчера вечером должны были начаться месячные, так что я ещё и беременна. Ты сволочь, чтоб ты сдох! — снова сорвалась на крик она.
— Разве ты и тебе подобные не считают, что счастье в детях? — засмеялся я. — Не переживай на этот счёт. Это сейчас меньшая из твоих проблем. Ведь сегодня я лишу девственности твою задницу!
— Что? Нет, только не туда, пожалуйста! Ты и так надругался надо мной, не надо...
— Вот именно, — прервал я Марину. — Я и так уже много сделал, не вижу смысла останавливаться на достигнутом. Сегодня распечатаем твою третью дырку. Точка.
Я снял со стенда внушительных размеров вибратор, хорошенько смазал его и ввёл во влагалище Марины, а затем включил самый быстрый режим. Пока он делал свою работу, я нанёс смазку на свой член и анальное отверстие девушки. Скоро всхлипывания отчаяния сменились возбуждёнными судорожными вдохами, а ещё через несколько минут Марина громко застонала и ослабла. «Отлично, площадка готова», — понял я. Приставив член к расслабленной узкой дырке, я резко ввёл головку внутрь. Марина встрепенулась и застонала, в этот раз уже от боли, пронзившей её девственное очко. Она попыталась сжать анус, чтобы не пустить меня внутрь, но это уже не сработало. Головка погрузилась внутрь, а теперь за ней погружалось и всё остальное. Я плавно входил внутрь, расправляя мягкую и горячую кишку Марины, пока мои бёдра не упёрлись в её худенькие ягодицы. Девушка громко стонала от боли, но мне было всё равно. Я вышел до середины члена, а затем резко вошёл внутрь.
В высоком темпе я драл Марину в задницу, шлёпая её по ягодицам. Узкая попка сжимала член как тиски, тугое колечко ануса скользило по всей длине члена, оказываясь то на уздечке, то у самого основания ствола. Когда я входил целиком, девушка кричала от боли, а её очко сжималось ещё сильнее, даря ещё больше наслаждения. Член чувствовал себя очень уютно в этой горячей и тесной дырке, и я с блаженством насаживал задницу Мариши на свой истосковавшийся по женским попкам член. Ничего не могу с собой поделать, анальный секс — мой любимый вид удовольствия. После пятнадцати минут безжалостного насилия над попкой своей жертвы, а разрядился внутрь, войдя особенно глубоко. Казалось, что я стреляю спермой Марине прямо в желудок. Я застонал и навалился на свою девочку, да так и пролежал на ней, пока её попка не вытолкнула опавший член из себя. Девушка горько плакала, а из её раздолбанного очка вытекали белые капли и капали на стол. Я сфотографировал это зрелище на память и вышел на улицу. Солнце всё так же ярко светило с небес, было удивительно тепло для середины осени. «Эх, жить хорошо и жизнь хороша!» — подумал я и отправился немного погулять по прилегающей территории. Пусть Марина пока отдохнёт, день у неё впереди не лёгкий.
Вернувшись в гараж через час, я застал Марину в той же позе, в которой трахал — ещё бы, она ведь прикована к этому столу так, что может только крутить головой и кричать. Её попка уже снова сжалась, но уже не в такую крохотную дырочку, как была с утра. Края ануса до сих пор были красными, а ягодицы всё ещё розоватыми от шлепков. Дверь за мной закрылась очень тихо, но Марина всем телом вздрогнула от этого негромкого звука.
— А вот и я, Мариш! Знаешь, за последние дни я израсходовал на тебя всю сперму, даже член уже не встаёт нормально. Так что я решил принять кое-какие таблеточки, чтобы продолжать тебя трахать. Всё же до вечера ещё несколько часов.
— Ты убьёшь меня? — глухо спросила Марина.
— Убью? Зачем мне это? Я убивал только тех, кто стоял на моём пути, а таких было совсем немного.
Кажется, Марина вздохнула с облегчением. Неужели я произвожу впечатление человека, который убивает красивых девушек? Нет, я лишь помогаю им раскрыть в себе новые горизонты, а попутно получаю женское тепло и ласку, которых порой так не хватает. Выпив таблетку и выждав положенные 15 минут, я снова обратился к своей добыче:
— Сделаем так, Марин... Мне надоело бить тебя током, так что ты сама будешь менять позы. Делай всё так, как я скажу, и тогда сегодня будет последним днём, когда ты меня видела. Хорошо?
— Да... — с горечью произнесла Марина.
— Расценивай свои шансы реально. Я сильнее и больше тебя, я на своей территории и мне нечего терять. Попробуешь напась на меня или сбежать — я своими руками выдавлю из тебя жизнь по капле, а потом закопаю рядышком в лесу. А если будешь делать всё, что я тебе прикажу, останешься целой и невредимой. И даже уже сегодня уйдёшь отсюда. Всё ясно?
— Да, — так же тихо ответила сломленная девушка.
Я отстегнул её, уложил на бок, приказал ей подтянуть колени к подбородку и пристегнул ремнями в таком положении, чтобы дырки Марины были на самом краю стола. Она не сопротивлялась, только смотрела как будто сквозь меня, в пустоту. Смазав член, я медленно вошёл им в тесную попку своей подруги. Мариша закусила губу и тихо застонала, а я в среднем темпе, никуда не торопясь, ублажал свой ненасытный кол этой восхитительной задницей. Я выходил из неё так, что было видно головку, а входил так, что член полностью скрывался внутри тугой анальной дырки. Большой член на фоне маленькой попки смотрелся просто огромным, даже удивительно, что она смогла его принять.
Потом я уложил Маринку на живот, приказав подтянуть одну ногу к груди, и снова проскользнул в её попку. Было так приятно с каждым движением вжиматься в её худенькие ягодицы... Разработанное анальное отверстие уже почти не сопротивлялось, а у Марины закончились слёзы и теперь она просто тихо всхлипывала каждый раз, когда я насаживал её попку. Её кишечник совсем привык ко мне, даже, кажется, со временем принял форму моего твёрдого члена. В тот день мы перепробовали много поз. Я брал Марину и сзади, и сбоку, и сверху, и даже заставил её саму попрыгать на мне, сев мне на колени спиной ко мне.
Поздним вечером я решил овладеть Мариной в последний раз. Я связал ей руки и подвесил на крюк под потолком так, что её ноги не доставали до пола сантиметров пятнадцать. Даже не смазывая член, я подошёл сзади, развёл ягодицы девушки встороны, пристроил головку к уже не закрывающейся дырке и надавил что есть силы. Покрытый вздувшимися венами ствол с натугой прошёл в попу Мариши, а сама она закричала от боли. Я добился, чего хотел — уже привыкшая принимать здоровенный агрегат попка не была готова быть трахнутой без смазки. От боли у Марины всё внутри сжалось, и я как будто снова имел её задницу в первый раз. Туго сжатое очко летало по члену туда-сюда, сократившаяся в спазме боли кишка опять охватила меня так крепко, что казалось, что сейчас раздавит. С заметным трудом я вгонял свой сухой поршень между ягодиц этой сладкой девочки. Схватив со стенда первый попавшийся фаллоимитатор, я резко вогнал его Марине во влагалище. Теперь она закричала ещё громче, а я в два ствола беспощадно трахал её, приговаривая: «А ты думала, что всё будет легко? Нет, милая, с утра я доставил тебе удовольствие, а за это надо платить. Кричи, Марина, кричи, никто не услышит!». Шлепки моих бёдер о попку девушки стали громче, я трахал её всё резче и сильнее, вкладывая всего себя в наш с ней последний раз. Вдруг ноги Марины задрожжали, её задница сжала меня так крепко, что я едва мог шевелиться, а пластмассовый кол с грохотом вылетел из разработанной Маринкиной киски. Вслед за ним вырвался настоящий фонтан брызг. Марина истошно и тонко кричала, а я, сделав ещё несколько фрикций, выстрелил с таким трудом накопленную сперму в недра этой шикарной попки. Девушка безвольно обвисла на крюке, но её туго сжатая дырка ещё долго не выпускала меня. Под ногами у неё образовалась маленькая лужица из влагалищных выделений, а ляжки блестели как самоцветы. Я нежно поцеловал Марину в губы, снял с крюка и положил на стол, по привычке пристегнув её к нему.
Привалившись к стене, я отдыхал и ждал, когда очнётся моя Марина. Едва открыв глаза, она приглушённо застонала от боли в растраханных дарках.
— Что ты сделал со мной?! — попытавшись пошевелиться, девушка снова застонала от боли и заматерилась сквозь зубы. — Ты обещал, что отпустишь меня!
— Я? Обещал тебя отпустить? Ты что-то путаешь, Мариш. Я сказал, что сегодня ты уйдёшь отсюда, и что мы больше не увидимся, это всё.
Она непонимающе уставилась на меня, а я достал телефон и набрал номер.
— Мурат? Да, это я. Помнишь наш разговор пару месяцев назад? Да, подыскал тебе отличный товар, — покосившись на Марину, я хохотнул. — Даже тест-драйв устроил. Жёсткий стресс-тест, так сказать, ха-ха-ха! Короче, если интересует, приезжай и забирай, расплатиться можешь позже. Да, запоминай, как проехать...