И вот переезд. Съемная квартира находилась на другом конце города, рядом с работой моего жениха Сергея. Просторная, светлая, хороший вид, чистый подъезд, подземная парковка, казалось, у этой квартиры не может недостатков. Однако мне она была не мила, в ней не было его - моего седого развратителя. «Зови меня Никуша» фраза, сказанная его утомленным и от этого более сладким голосом проносилась у меня в голове вновь и вновь. Сережа, мой парень, извинился передо мной за холодное отношение, обещал выкинуть свой ноутбук забитый всякими монстрами и прочей дребеденью (обещание не выполнил до сих пор), сказал, мол, на работе напрягался, ни о чем не мог думать кроме треклятого проекта. Мы вновь стали заниматься сексом, но секс уже был не тот, Сережка пыхтел, как мог (и за это я ему по своему благодарна), но до уровня своего деда ему было далеко и каждый раз деля с Сержем (так я называла его в постели) ложе, я думала о нём. Но время шло, а Никодима всё не было.
Он не навещал, не звонил, не писал. Спустя месяц мы собирали гостей по случаю нашего новоселья, пришло много народу, в толпе улыбающихся лиц, не было того самого, которое бы, заставило улыбаться меня саму. Я пыталась связаться с ним сама, звоня к ним на квартиру, когда жених задерживался: «Мол, не у вас ли Сережа?», но в трубке слышались лишь гудки или голос его мамы. Прошел ещё месяц, Никодима всё не было. От скуки пыталась найти себе занятие: стала бегать по утрам, записалась на йогу, ходила по магазинам, пару раз с подружками встречалась. Подруги с интересом спрашивали: «Когда «окольцуешь»?», «Не упускай своё счастье!». Счастье? Да что они знали о счастье?!
Прошло ещё немного времени. Никуша не появлялся. Я стала задавать себе вопрос: «А что если он не придёт?». «Что если все его слова это ложь, с целью развести юную девчонку на секс?» «Или просто напросто я у него не одна?» Я стала свыкаться с мыслью, что я ему больше не нужна и придется жить дальше без Никодима.
Как-то раз нас пригласили на дачу, к родителям жениха, на шашлыки. Среди списка тех, кто должен приехать был и Сережин дед. Услышав, его имя я поняла, что вот он шанс расставить все точки над й. Первым делом я подмылась, побрила киску, одела кружевное нижнее белье розового цвета, а также юбку из под которой всё это можно было увидеть.
Настала суббота и утром мы выехали на дачу. Подъезжая к дому, я увидела из окна, что встречать нас вышли Олег (отец Сергея) и Никодим. Легкая дрожь пробежала по телу. Три месяца большой срок, я не знала чего ожидать. Позабыв обо всех страхах, уверенно вышла из машины и сказала: «Здравствуйте» с улыбкой адресованной Петровичу. На что он и без энтузиазма, холодно, со стеклянным взглядом ответил: «Здрасте». Постояв пару минут, с каменным лицом и вовсе ушел. Продолжил игнорировать меня все выходные. Не обратил он внимание даже во время «случая с ветром». Что за случай? Вкратце: стол, где сидели гости, находился на улице, а готовились угощения в доме, как женщина я была занята готовкой. Нарезав огромный чан с салатом, понесла его к гостям и в этот момент, как назло, подул сильный ветер. Его порыв поднял мою юбку и обнажил киску, едва скрытую розовыми стрингами. Я пыталась прикрыться, но обе руки были заняты подносом. Все мужики, сидящие за столом, застыли, уставившись на меня, и пускали слюну и отнюдь не от вида салата. Все, кроме Никодима. Донеся салат, вся красная от стыда убежала и вернулась только спустя минут тридцать, надев какие-то старые брюки, которые мне дала тетя Галя. Поняв, что я больше не интересна Никодиму, старалась провести остаток выходных с пользой: сходила на пляж, позагорала, завела пару новых знакомств: на пляже ко мне подкатило пару волейболистов, которые отдыхали неподалеку (что примечательно обоих звали Сашами). Пофлиртовав с ними чуть-чуть, поиграла с ними в мяч, а потом перед уходом дала им свой номер, пообещала встретиться с ними как-нибудь.
Выходные подходили к концу. Гости разъезжались, Петрович тоже не было видно. Я тоже уже стала собирать вещи, но тут Сережка объявил, что мы остаемся. Причиной этому была работа: проект, который его попросил проверить начальник, находился в получасе езды от этого дачного поселка, что заметно меньше, чем, если ехать от съемной квартиры. Вместе с нами остались и его родители. Я любила поспать, однако, сегодня встала рано, пыталась заснуть, но солнечные лучики предательски били в глаза. А потом ещё топот чьих-то ног раздавался, по всему дому. «Сережа это ты?" - крикнула я сонным голосом. «Нет, Аня, это я» ответил мужской голос. Голос, показался мне очень знакомым, но затуманенным после сна я разумом не сразу идентифицировала. «Это я» повторил ещё раз голос. По не понятной причине меня охватил страх, мурашки пронеслись по телу. В дверях показалась знакомая фигура. Это был Олег, отец моего жениха, его живот ни с чем не перепутаешь. Олегу Никодимычу было что-то около полтинника, невысокого роста, слегка толстоват, от него часто пахло потом, но ко мне хорошо относился. Накинув на себя толстовку, лежащую рядом, поднялась с кровати, потянулась, не вольно оголив трусики, затем спросила у него:
- А где Сережа?
- Сережка уехал час назад, Галине на работу к восьми, она уехала ещё раньше - сказал Олег уставившись на мои стринги.
Поняв, куда он смотрит, я не смутилась, села на кровать и закрыла ноги одеялом.
- Олег Никодимович вы тоже уезжаете?
- Да Аня, надо в магазине на Ленина заехать, работники без меня ничего не могут (Они с женой были владельцами нескольких магазинов). Так что ты остаешься за главную. Сережа за тобой вечером заедет.
- Может Вам кофе сделать?
- Было бы здорово - с улыбкой ответил он
Я встала быстренько пробежала на кухню, попутно поймав его взгляд на моих, то и дело оголяющихся ягодичках. Сварив и подав кофе с печеньем, я проводила Олега на работу. И вот в моем распоряжении остался целый дом! Голова закружилась от количества вариантов. В итоге, решила переодеться в купальник и пойти позагорать на раскладушке во дворе дома. Купальник, после вчерашнего, сушился на вешалке, на первом этаже. Но спускаясь, я увидела, как в дом заходит знакомый силуэт. Это был Никодим. Медленно войдя в дом, он поставил сетки с какой-то рассадой и сел на стул, который стоял в прихожей. Замерев от удивления на секунду, я взяла себя в руки, спустилась и уверенно произнесла: «Здравствуйте, Никодим Петрович» и как ни в чем не бывало, продолжила путь.
- Анечка, ты куда-то уходишь?
- Да, на пляж иду позагорать
- (утомленным голосом) Уффффф, Не могла бы ты сделать мне чай, перед тем как уйдешь? Очень устал с дороги.
- Хорошо, сейчас приготовлю. К слову, Никодим пил не просто чай, а с травяными добавками и всегда просил, чтобы заваривали чистую, только что вскипевшую воду. Поэтому процесс изготовления занял некоторое время. Помимо целого чайника с настоем я поставила на поднос две чашки и горсть шоколадных конфет. В душе надеясь, что найду в себе силы поговорить с ним. Взяв поднос в руки, я понесла его в комнату, где обычно трапезничали, но там было пусто.
- Чай готов - громко крикнула я
- Анечка принеси чай сюда - слышалось едва различимо.
- Куда? Я Вас не вижу
- Я на втором этаже, поднимись сюда, пожалуйста.
И вот мои ноги медленно идут по крутым ступеням, чтобы не расплескать ни каплю напитка. По телу пробегает легкая дрожь. «Как мне эму это сказать?», «Устроить ли скандал или решить всё мирно?», «Или сделать самой первый шаг?», - вопросы крутились у меня в голове, как слайды, сменяя один за другим. Дойдя до последней ступени, увидела открытую дверь, которая до этого была наглухо закрыта. Это была его комната. В комнате, вернее сказать в комнатке стоял полумрак, единственным источником света было маленькое прямоугольное оконце. Сразу бросилась на глаза кровать, казавшаяся с первого взгляда нагромождением мешков, на которой сидел Никодим, читая какую то газетенку. Рядом с кроватью стоял столик и старый стул. Войдя, я прошла к столику, где и поставила поднос, попутно свезя ногами старенький половичок, лежавший перед входом. Сев на стул повторила:
- Чай готов
- Спасибо, Анечка
- Вам налить?
- Да налей, если тебя это не затруднит
Я разлила чай, затем подав одну чашку ему, после чего села напротив него. Усевшись на стул, я стала думать, что мне делать далее. Волнение охватило моё тело и душу, руки начали трястись, «Анька, трусиха, скажи что-нибудь», - пронеслось в голове.
- Аня как дела? Как отдохнула? - Сказал Никодим. Его слова слегка отвлекли меня от размышлений. Взяв паузу, на пробу чая, я ответила:
- Всё хорошо, покупалась, позагорала. Водичка очень теплая.
- Немудрено, на улице пекло
- Да, действительно очень жарко - сказала я и положив ногу на ногу.
- А где Сережка то?
- (с улыбкой) Он на работу поехал, «инженерничать»
- Правильно, пусть работает, пока молодой
- Он у меня молодец - ответила я ему, раздвинув свои ножки так, чтобы было видно мои розовые трусики (Зачем я всё это делала, не понимаю до сих пор). Однако мои действия никакой реакции не вызвали, что задело меня до глубины души, но я продолжила сидеть не подавая вида.
- Ой, Аня такой вкусный чаёк завариваешь только ты, оторваться невозможно (Травяной чай был той ещё гадостью)
- (Вот козел! - сказала я всердцах, у себя в голове). Может ещё налить?
- Было бы неплохо - ответил он
Я поднялась со стула и подошла к нему, слегка нагнувшись, протянула руки за чашкой. Его тонкие потрескавшиеся от старости губы выдували приятное травяное дыхание, которое ласкало мою шею. Я подняла глаза, и наши взгляды пересеклись, увидела как его мутный и безразличный взор, становится нежным и в тоже время пошловатым, таким как он, был в день нашего расставания. Бросив чашку на кровать, он обнял меня руками и полез целоваться. Не ответив взаимностью на его поцелуй, я вырвалась и виляя попкой, медленно пошла на выход. Перед самой дверью меня остановила пара рук, которые сошлись у меня на талии.
- Анечка, богиня моя, как я скучал - сказал Никодим, осыпая мою оголенную шею поцелуями.
- Три месяца не появлялся: ни звонка, ни письма, ни открытки - это вот так ты получается «скучал», - после чего я встала в позу обиженной.
- Прости меня глупого. Я пытался защитить тебя - говорил он, не прекращая поцелуи
- Как?!
- После нашей незабываемого вечера меня переполняло счастье, - сказал он, развернув руками меня к себе и глядя в глаза, продолжил. Но потом я понял, что я подставляю тебя: все постель залита нашими выделениями, плюс твои халат так и остался лежать на диване. (Действительно, халат я не убрала - всплыло в голове).
- Мне кое-как удалось выкрутиться - сказал он, робко целуя меня в губы. Если бы кто-нибудь узнал, то на твоей жизни был бы поставлен крест.
- Складно придумываешь - ответила я, покачивая головой.
- Я не мог заплатить за твою доброту и ласку такой монетой - продолжал он. Лучшее, что придумала моя седая голова - отказаться от тебя. Я терпел три месяца, пока не увидел тебя в субботу, твои прекрасное личико, твои ласкающие взглядом глаза, твою сияющую улыбку... Я знал, что я не вытерплю, поэтому и уехал раньше времени. После этих слов он крепко прижимает меня, наши губы соприкасаются, и мы сливаемся в страстном поцелуе. Его руки спускаются с талии, до попки, где обеими ладонями он начинает гладить и слегка сжимать мои сдобные булочки. Его возбужденная махина уперлась в мою промежность, от этого я даже тихонько ойкнула. Головка члена плавно ходила по тонкой тканевой основе стринг, лаская киску. Было ужасно приятно, но чувство обиды всё ещё давало о себе знать, поэтому я снова повернулась к нему спиной
- Увидев тебя сегодня, я пытался сдержаться, но не смог - продолжал Никодим, поднимая толстовку, оголяя загорелый торс. Анечка, ты как магнит, притягиваешь к себе. Он залез руками под толстовку и стал гладить стройный животик. Затем поднявшись выше, его пальцы обнаружили два торчащих сосочка, которые как маяки выдавали расположение моих грудей и тут же оба шарика оказались во власти его ладоней. Сначала он водил пальцем вокруг сосочков, потом погладил их через лифчик, а под конец, взяв их в руки, стал легонько мять. От возбуждения я прижалась к нему и стала ерзать попкой по его стоящему через трико члену.
- Анечка, богиня моя, подними ручки.
Я молча подняла руки. Он мигом стянул с меня Сережину толстовку, затем смяв ее, выбросил в коридор.
- Не хочу, чтобы на тебе были его вещи, в этой комнате ты только моя
Сняв кофту, Никодим переключил внимание на лифчик. Однако тут его постигла неудача. Промучившись около минуты, сказал:
- Как открывается этот механизм?
- Никуш, да вот так чик и всё - сказала я, сняв петельку
- Ааа, вот как, в моё время такого не было
- Ничего, возможностей разобраться у тебя будет предостаточно, произнесла я, еле слышно.
Никодим, с улыбкой на лице, стянул подтяжки с плеч, и тотчас я почувствовала, как лифчик летит вниз, падая к моим ногам. Морщинистые руки завладели моими титичками, начали легонько мять, поигрывать с ними, подбрасывая их как мячики в воздух. Процесс мне ужасно нравился, и я стала водить попкой интенсивнее, подавая сигнал о готовности начать действо.
- Погоди немного - сказал Никодим, прервав свои действия.
Затем он начал опускаться на пол, и вот я уже чувствую, как его обжигающее дыхание ласкает мои ягодицы. И вдруг я чувствую шлепок, далее ещё один.
- Ммм вот это персики, так бы и съел - произнес он, мягко губами укусив за булочку.
Далее, отодвинув лоскуток ткани, скрывавший мою киску, он стал водить пальцем вокруг дырочки. Затем засунув его внутрь, задержал его на несколько секунд, выдал:
- Суховата, (небольшая пауза). А ну ка, доченька, наклонись чуть-чуть.
Я податливо выполнила его просьбу, тихонько опуская туловище вниз.
- Вот так, умничка, а теперь стой и не дергайся
Никодим начал легонько целовать дырочку, едва касаясь её губами. Потом водил по поверхности киски своим шершавым языком, в то время как его щетинистый подборок приятно покалывал интимные места. Чуть погодя переключился на клитор. Стоит сказать, что до Никодима куни мне делали ещё двое мужчин, но мне это не приносило наслаждения, и я считала, что это занятие - трата времени. Но он так ловко обращался с языком и губами: обсасывал, облизывал, покусывал. Он вытворял такие вещи, что предположить то не могла и что самое главное я не думала, что это будет так приятно! Волны удовольствия, накатывали всё больше и больше с каждым действием. Ооох, как я кайфовала! (пожалела, что не дала это сделать в первый раз) От очередной волны ноги подкосились и чтобы не упасть я схватилась за дверной проём. Где он такому научился? Явно такому не учили в советской школе. После пары минут, он прекратил ласки, привстал и тихо произнес:
- Деточка, давай вниз
Услышав эти слова, я тихо опустилась на корточки, в аккурат напротив его ширинки. Перед моим взглядом предстала огромная «слива» его навершия. Я уже открыла рот, чтобы принять его, но Никодим прервал меня:
- Анечка, ты не поняла, ложись на пол
- Что? Зачем? - ответила я, недоуменным голосом
- Просто лежа на кровати, смотрел на этот половик и представлял, как я буду брать тебя на нем
- (улыбнувшись) Вот значит, как ты пытался меня забыть?
Я легла на коврик вытянула руки вперед и слегка раздвинула ноги. Не снимая стринг, легонько введя член, он лег на меня сверху и не торопливым темпом начал движения. Медленно, но верно он проникал в мою влажную киску всё глубже и глубже, в то время как я лежала как бревно, придавленное его телом. Было ужасно неудобно, но противится, не было желания, каждый его толчок приносил, море удовольствия. Тихие рваные стоны наполнили комнату. Поняв, что мне не совсем комфортно, он просунул по меня свои руки и схватил ими мою грудь, тем самым дав мне немного простора. Никодим стал сжимать мою грудь, потом губами впился мне в шею, при этом учащая движения.
- Ахх, Анечка, девочка моя, ты такая узенькая, ммм... как хорошо то...
Сильнейший оргазм охватил меня, не дав мне сказать в ответ ни слова. Подергавшись немного, я обессиленная упала на пол, уперевшись носом в пыльный ковер. Половик был грязный, весь в песке, но мне было все равно. Через пару мгновений, почувствовала, как вынимает член и с криком кончает Никодим. Открыв глаза, я увидела, что передо мной лужица густой спермы и от этого мне снова захотелось секса. Повернувшись на спину, я раздвинула ноги, подав знак, что готова к продолжению.
- (уставшим голосом) Уфф, красавица, пошли на кровать, отдохнем чуток, - и протянул мне руку
И вот мы завалились на кровать. Он лег на спину и вытянул ноги, я же расположилась, рядом положив голову на его тощую, покрытую редкими седыми волосками грудь. Сделав пару тяжелых вздохов, Никодим положил свою левую руку на мою спину и стал тихо гладить.
- Аня, богиня моя, я так скучал. Как можно было подумать, что можно жить без тебя?
Его слова усилили и без того мощное возбуждение и я не произвольно стала целовать его грудную клетку, лаская языком его соски. Постепенно спускаясь всё ниже, нежно провела кончиком языка до пупка, затем миновав его, я вновь увидела аппарат Петровича. Но он был не такой как раньше: маленький, весь сморщившийся, наконечника и вовсе не было видно. Поняв, что «пробуждение гиганта» всецело зависит от меня, стала целовать его, легонько касаясь язычком. После обхватив его, медленно ввела его себе в рот. Мои неторопливые аккуратные движения вызвали прилив сил к безжизненному отростку, и я почувствовала, как член стал твердеть. Крепчая, головка оголилась, выпустив из себя остатки спермы, как начинку из конфеты. Почувствовав вкус мужского семени, я стала вытягивать его из головки, лаская её языком, жадно заглатывая то, что выходило из «сливовой карамельки». Послышались хриплые стоны Никодима. Подняв взгляд, увидела его довольное улыбающееся лицо. «Знай, не только ты умеешь работать ротиком», - поймала я себя на мысли.
- Анечка, какая ты у меня умница
- Нравится? - спросила я, вытащив на мгновение член изо рта
- Ты ещё спрашиваешь? Такой сладкий ротик, ммм я балдею - сказал Петрович, а затем после небольшой паузы продолжил:
- Знаешь, тут мужики только о тебе и судачили - мол, какая красавица, как Сережке повезло и так далее, а после пары рюмок такое началось: что они только не говорили, как они тебя только не называли, особенно мой сынок выделился, говорит, что кое-как сдерживается, чтоб не «отжарить такую сосочку»...
Перебив его, я со смехом сказала:
- Ооо вот как, и к кому посоветуешь навести визит?
- Ах ты, проказница - с улыбкой ответил Никодим, взяв в руки свой прибор, он стал шуточно бить меня по лицу. Получив несколько ударов по щекам и языку, я ловко поймала головку губами и продолжила прерванное дело. Водя головой, верх вниз снова и снова, заметила, что губы уже не касаются мошонки, как это было раньше. Я попыталась заглотить его, но моего рта едва хватило на половину этого чудо-члена. Вторая попытка, оказалась также неудачной. И всё виной его массивный конец, который предательски не пролезал в моё миниатюрное горлышко. Попытку номер три остановил Никуша:
- Анечка, ты умничка, порадовала старика, теперь мой черед
Он встал с кровати, дав мне простор для действия. Слегка расстроенная тем, что мне не дали закончить начатое, я лениво перевернулась на спину и раздвинула ноги. Спустив трусики, положил мои ноги на свои плечи и медленно ввел головку.
- Никуш, тебе тяжело не будет?
- Ради такой красоты можно и потерпеть
Взяв меня за ляжки, он ввел член и начал движения, постепенно наращивая темп. Его «дубинка» таранила мою девочку, проникая с каждым заходом все глубже. Нарастающее возбуждение сводило с ума, я стала гладить свою напрягшуюся грудь, затем руки переключились на талию старика. Обхватив её, я пыталась подтолкнуть его поближе. Мой посыл был тут же подхвачен, проникновения стали чаще и глубже и через несколько толчков я во весь голос вскрикнула от оргазма. В пылу наслаждения, я почувствовала, как с моей ноги слетели стринги, которые висели на ступне, как флаг на древке. Сладкое чувство удовлетворенности овладело разумом и я тихо, нежным голоском произнесла: «Никуша, иди сюда, мне холодно, согрей меня». В комнате было очень жарко и, конечно же, это был повод обнять Никодима. Петрович откликнулся на зов и приблизился к моему телу. Радушно принимая гостя, я максимально возможно раздвинула ножки, руки же, переложила ему на спину, легонько массируя напряженные плечи. Движения стали плавными, а отсюда и более аккуратными, стены дома вновь сотрясаются от пронзительных воплей. Руки сами собой сходятся в плотном кольце, и вот уже я как маленькая девочка прижимаю к себе Никодима, как своего плюшевого мишку.
- Тебе хорошо, моя богиня? - прошептал Петрович, мне на ушкло
- Да, Никуша, да - простонала в ответ, ласкаясь розовой щечкой об его грубую щетину.
- Анечка, богиня, я сделаю для тебя всё...
Он говорил ещё много чего, но я не воспринимала его слова, новый оргазм полностью притупил все чувства. Придя в себя, я увидела, как он вытаскивает свою раскаленную бандуру и направляет её прямиком на меня. С замиранием сердца, смотрела на покрасневшую головку, ожидая потоков теплой густой спермы. Однако в последний момент он отвел дуло и разрядился куда-то в сторону (к моему большому не удовольствию). «Отстрелявшись», Никодим упал на спину, оставив на виду свой агрегат. «Богатырь» на глазах терял силу, уменьшаясь в размерах, не смирившись с данной ситуацией, я ринулась на помощь, начав водить его у себя руках. В одобрение моим действием Петрович стал поглаживать меня по попке, поигрывая с ягодицами. Мне было очень хорошо, и я решила продолжить нашу встречу не принужденной беседой (тем более, не смотря на усилия, член не удалось быстро поднять)
- Никуш, я о тебе почти ничего не знаю, расскажи что-нибудь
- Ой, радость моя, даже не знаю с чего и начать
- Нууу расскажи, где работал?
- Окончил экономический техникум, пошел на работу в сберкассу проработал там 30 лет
- (с улыбкой) Много денег наверно заработал?
- 100-120 рублей зарплата, как у всех тогда, заработать получилось, если память не изменяет в 92 году
- Как, если не секрет? - с интересом, спросила я
- От тебя Аня, у меня секретов нет, сказал Никодим, погладив меня по голове, а затем продолжил:
- Видишь ли, Анечка, в свое время я увлекался Марксом, но не как все восхищались им как основоположником коммунизма, а как экономистом. Я прочитал много книг о буржуазной экономике. И когда грянула приватизация, я имел кое-какое представление во что вкладывать деньги. Купив или выменяв у знакомых их ваучеры, я вложился в нефтяную отрасль и не прогадал.
- А ты оказывается очень умный
- Ты, Анечка не смотри на меня такого, раньше я был о-го-го
- А ты и сейчас ничего, - произнесла я и потянулась к нему целоваться, он ответил взаимностью и наши губы и языки сплелись в поцелуе. Затем закончив, я начала спускаться вниз, попутно целуя каждый сантиметр его тела, пока не достигла его обмякшего ствола. Введя его в рот, сделала губы колечком и бодро начала процесс.
- Какие медовые губки у тебя доченька - простонал Никодим, поглаживая меня по голове
А я тем временем постепенно наращивала движения, параллельно поигрывая с набиравшей силу головкой язычком. Одобрительные слова усилили моё желание удовлетворять, и я твердо решила удивить его чем-то необычным. Единственное, что пришло в мою занятую работой голову - поласкать его яички. С неохотой вынув «бананчик», положила его в свою ладошку, и продолжила движения руками, бросая основные усилия чуть ниже. В нос ударил приятный солоноватый запах мужского тела. Я не знала с чего начать, поэтому аккуратно, едва касаясь губами, поочередно, целовать каждое из яичек. Потом я рискнула дотронуться до одного кончиком языка, затем ещё и ещё раз... Постепенно, видя, что ничего страшного не происходит, продолжила движения без опаски. Краем глаза видела довольное улыбающееся лицо старика, поняла, что делаю всё правильно.
- Ммм Анечка, ты умничка, давно тебя хотел попросить, а ты уже сама
- А что не просил?
- Не решился
- С трудом верится, что ты можешь на что-то не решиться...
Он улыбнулся и после небольшой паузы продолжил:
- А что у тебя с теми лосями?
- С какими «лосями»? - удивленно спросила я, прервав занятие
- Ну, с теми двумя, с пляжа?
- А ты что видел меня на пляже?
- Да, видел, из кустов наблюдал, ты прям, светилась вся, когда с ними в мячик играла, скажи честно, «шалила» с ними?
- (с улыбкой) Нет что ты, я только с твоими мячиками серьёзно играю - сказала я, втянув поочередно каждое из массивных яичек себе в рот.
Мой кулачок, сжимавший его ствол, невольно разжался под натиском притока крови к головке. Уж не знаю, что вызвало подобную реакцию, слова или движения? Никодим же, рассмеялся во весь голос и, потрепав рукой, волосы у меня на голове ответил:
- Шалунья, моя - а затем, ненадолго остановив взгляд на часах, добавил:
- Во сколько, Сережка там приезжает?
- Ну не знаю, наверно как всегда после работы, часов в шесть-семь
- (удивленно) Так он сегодня отгул взял
- Первый раз слышу... - прервавшись удивленным голосом, ответила я
- Всё понятно...
Никодим понял, что проговорился и поэтому переживал. Его глаза нервно бегали туда-сюда, он пытался что-то промямлить, но речь была не связной. Видя его мучения, затянувшуюся паузу прервала я:
- Никуш, а откуда ты вообще знаешь, что он отдыхает?
Петрович молчал, поэтому я продолжила:
- Говори, не тяни, раз уж начал
- Сергей, сегодня к нам приходил, с утра, за деньгами
- За деньгами?! Зачем ему, вроде не бедствуем...
- (Тяжелый вздох) На свадьбу
- Так вот на что он деньги у отца просил
- Да просил, но этому жмоту стало жалко лишней копейки для единственного сына, видимо забыл, как у меня деньги на первый магазин просил. Деньги дал я, вы в ЗАГС то ходили?
- Нет, он даже замуж не звал пока
- Ну, значит, позовет, куда денется, а то я ему устрою!
Я, засмеявшись, бросилась на кровать, но Никодим перехватил моё падение и прижал к себе. Поигрывая руками с моими сисечками, он шептал на ушко:
- Сергей обмолвился, что у него встреча в три часа в ресторане, после чего он сюда поедет, у нас мало времени, если ты конечно, ещё хочешь...
Ничего не ответив, я, молча, потянулась к его губам, мы вновь соединились в поцелуе. Лаская руками бедра, он положил меня на кровать, раздвинув ноги. Никодим уже был готов вогнать свой раскаленный член, но я не довольная таким поворотом, я воспротивилась и закрыла киску руками.
- Никуш, давай меня бочком
- Ох, выдумщица, ну давай
Я быстро перевернулась на бок и слегка приподняла ногу. Партнер же долго копался за спиной, не торопясь пристраиваться, и я уже хотела заволноваться, пока не почувствовала его горячую ладонь на стройном животике, которая подействовала как успокоительное, второй рукой введя свой возбужденный половой орган, он стартовал. Начал без раскачки, вошел во всю длину, его редкие, но при этом мощные сильные толчки сотрясали меня, было чувство, что вот чуть-чуть и я полечу вниз с кровати. Казалось, его «таранный режим», не должен вызывать ничего кроме боли и отвращения, но нет, наоборот, от удовольствия я кричала во всё горло, как ненормальная. Поняв, что я у него «на крючке», Никодим, придвинулся поближе, обнял за плечики и тихо на ушко шепнул:
- Родная, тебе хорошо?
- Даа... - еле слышно выдавила я из себя
Тем временем, я почувствовала, что приподнятая нога стала затекать и не вольно опускаться.
- Не волнуйся, я подержу, такую ножку за радость держать - сказал Петрович, схватившись за мою ногу.
Освободившись от единственной проблемы, стала двигать бедрами в такт, полностью отдавшись процессу. Представить не могла, что совсем не буду радоваться тому, что мой любимый сделает мне предложение, а вместо этого буду смаковать каждое проникновение массивного ствола его дедушки в моё лоно. Если бы пару месяцев назад мне сказали, что будет так - я бы сказала, что это безумие. Да, наверное, я сошла с ума, но я не хочу, ничего прекращать... И вот сильный оргазм прерывает мои размышления. Оу... ах... фантастика как он это делает? Может быть шаман какой-нибудь, в чай травки какие подсыпает? Мирный ход мыслей прерывает хриплое дыхание Никодима:
- Анечка, я тебя никому не отдам, ты только моя и неважно, сколько колец на тебя оденут - тяжело дыша, сказал он, крепко прижимая меня к себе, параллельно ускоряясь
- Оооо Никуша, я только твоя
- Анечка, солнышко моё аааа
Он со скрипящим криком вынул член, выпустил несколько горячих струй своего густого семени, залив всё от пупка до груди. Немного продышавшись, он разжал объятия и освободившейся рукой стал медленно растирать плоды своего труда.
- Ох, Аня как же здорово, как будто десятка два лет скинул.
В одобрение его действий, я положила свою тоненькую ручку поверх его, помогая гладить животик. Нашу мирную идиллию прервали странные звуки, доносившиеся, откуда-то снизу. Услышав шум, Никодим быстро ринулся вниз, попутно накинув на себя что-то из одежды, лежавшей на полу. Отойдя от легкого шока, я посмотрела на часы и не поверила глазам: время было десять минут пятого. Поняв, чем всё это может обернуться, бросилась к выходу, но была поймана чьими-то руками. Подняв взгляд, я увидела улыбающееся лицо Никуши.
- Успокойся, милая, всё хорошо - сказал он, ласковым голосом
- Сережа приехал?
- (смех) какой там Сережа, это Тишка, соседский кот, на столе молоко стояло, вот он и опрокинул пакет вместе с кастрюлькой.
Я от нахлынувшей радости прижалась головой к его груди.
- (со смехом) Ну всё, ну всё времени нет совсем, иди в баньку там воды тепленькой немного есть
- Хорошо, только можно я у тебя кое-что спрошу у тебя?
- Ну, спрашивай
- Никуш, скажи честно, ты волшебник?
Никодим рассмеялся
- Ну чего ты... - неуверенно произнесла я, уколов его указательным пальцем, чтобы привести его в чувство.
- Ах, Аня, единственный человек кто обладает сверхъестественной силой - это ты, после чего чпокнув меня в губы, добавил:
- Беги, родная
Хлопнув меня по попке, скрылся у себя комнате, а я в свою очередь продолжила путь в баню. Помывшись, я вышла, закутавшись в полотенце. Поднявшись на второй этаж, я пошла к себе, ибо комната Петровича была наглухо закрыта. Войдя в комнате, увидела, что мои вещи были аккуратно уложены, ровно, как и пыльная толстовка. Из окна увидела, как выходит из машины мой жених и уверенным шагом идет в дом. Заскочив в дом, он сказал, что торопиться скомандовал мне собираться и через десять минут мы уже ехали домой. Проезжая, увидела спину моего любимого старичка копающегося в огороде. Какой же он замечательный, мой Никуша, умный, добрый, заботливый и любовник прекрасный... ммм. Смакуя моменты нашего сегодняшнего секса, я невольно задремала. Меня разбудил звонок мобильника: это звонил будущий свекор - Олег. Я немного испугалась, ведь он никогда мне не звонил. Что ему было нужно? Откинув страхи и сомнения, я смело нажала на зеленую кнопку.
- Алло
- Алло, Анечка, это я дядя Олег
- Да Олег Никодимович я вас узнала, что-то случилось?
- Да нет, всё хорошо, просто с утра забыл сказать, что папка мой придёт, надеюсь, он тебе не сильно наскучил?
Откинувшись на спинку кресла, я с улыбкой ответила
- Нет, Олег Никодимович, нисколько
От себя: Как бы ни приняли вторую часть, третьей быть J. Ставьте оценки, пишите своё мнение, прочитаю всё.
Всегда Ваш автор: Темная Фигура.