Глава 5. А в попку, тоже хорошо!
С подругой, я все же расстался. Сейчас я понимаю, что мне не хватило терпения и такта, настоять на своем. Преодолеть косность ее мышления, и пуританского воспитания. Я был, так молод. Но попробовав запретный плод, мне хотелось его все больше. А она не могла мне этого дать, и, в конечном счете, слово «извращенец», произнесенное ей несколько раз, для меня, оказалось решающим!
С помощью тренера, мне удалось на два месяца, временно, устроиться на работу, в фитнес-клуб в должности помощником тренера. Работа была не пыльная: подай, принеси, доставь, иногда подменял тренера на тренировках. Зато даже в рабочее время можно было позаниматься на тренажерах, да и красивых, разгоряченных женщин, в минимуме одежды, здесь постоянно было много! Я сошелся с нашим массажистом, и он стал меня обучать основам релаксационного массажа. Это мне, еще Катерина посоветовал, на нашем первом уроке. Основной обязанностью была, приборка трех спортзалов, в конце дня, после закрытия клуба. Собирал и ставил на место мелкие снаряды и приспособления, брошенные занимающимися. К этому времени, почти все работники уходили, и оставался только дежурный тренер, ставивший клуб под охрану. Коллектив был молодой, дружный. Шесть тренеров, буфетчица Маша, бухгалтер, и хозяин клуба, бывший спортсмен. Исключение составляла, разве, что по возрасту, старший тренер - методист Марина Сергеевна, ей было за тридцать, ну и сам хозяин, ему было за сорок. Остальные в возрасте до двадцати пяти лет. Иногда устраивались вечеринки, почти без спиртного. Так посидеть в узком кругу. Вкусно покушать, пообщаться...
Это случилось через две недели, после моего первого выхода на работу. Я шел из раздевалки в третий зал, и навстречу мне попалась тетя Катя. Моя Катерина, но так как кругом был народ, следовало соблюдать правила конспирации! Мы уже не виделись, недели три. Сначала, после памятного «урока», я забегал к ней почти каждый день. Потом все реже и реже. То времени нет, то экзамены, то она занята... Хотя при встречах, наш секс был очень насыщенным! Она поинтересовалась моими делами, спросила: «Помирился ли я с подругой?». Я ответил: «Что, не помирился. Пояснил про «извращенца». И про то, что скучаю по ней». Она пояснила, что пришла к подруге, Марине Сергеевне, и если я хочу, то она порекомендует меня ей:
Как хорошего любовника.
Как молчаливого парня, хранящего чужие и свои секреты.
Как молодого человека желающего «учиться секретам секса».
У Марины Сергеевны, как пояснила она, не складываются отношения с противоположным полом. И возможно я, как представитель молодого поколения, смогу ей помочь. Я разрешил ей, это, но чисто из любопытства. Разрешил, и забыл!
Всплыло все, через два дня. Была очередь Марины Сергеевны, закрывать клуб и ставить на охрану. Марина Сергеевна, была очень высокой женщиной. При моих ста восьмидесяти трех сантиметров роста, она была на пять сантиметров выше меня. Ее спелые «дыньки», ни как не меньше Катиных, не казались большими, при ее то росте. Спортивного вида, с хорошей фигурой. Хотя спортом уже не занимается. В юности она была хорошей, подающей надежды гандболисткой. Мягкие, чувствительные губы, и морщинки около глаз, показывающие перенесенную потерю. Семьей ехали на дачу, попали в аварию. Все, кроме неё погибли. Она долго лечилась, и ей запретили заниматься спортом. Хотя, я сам видел, как она спокойно садится на шпагат! Насколько я знаю, живет одна. Властная, любит командовать. Интересное лицо, с заметной раскосостью глаз, придающей ей налет экстравагантности. Ну, а так, женщина, как женщина. Со своими «тараканами» в голове...
Все ушли, я, как всегда прибирал на места, инвентарь в зале, когда в него вошла Марина Сергеевна. Она очень внимательно и оценивающе посмотрела на меня, а потом сказала: «Знаешь, Денис, ко мне приходила подруга Катя... И она, очень хорошо, тебя рекомендовала... Какой ты хороший, молчаливый и ласковый... «. Я не подал вида, что понял, про что она говорит, и ответил: «Это Вы, про тетю Катю? Да, она подруга моей мамы. Мы дружим семьями... Правда, недавно, я познакомился с ней, ближе... А на счет остального, не мне судить, но вроде не жаловались!». Ее глаза, после моего ответа, несколько округлились, во взгляде читалось: «Ну! Молодой, да ранний!», но я видел похотливый взгляд, который она бросила на мою промежность! Все дело в том, что во время этого, двусмысленного разговора, мой орган, решил «поиграть мускулами», и отчетливо оттопырил трико, в причинном месте! Так же смотрела, на моего «братка», даже когда он находился в штанах, и Катя. Она покачала головой, как будто говорила сама с собой. Потом спросила: «Ты еще долго?». «Заканчиваю, еще минут десять», ответил я.
А про себя подумал: «Сорвалось. Не приглянулся. Молод, еще! Впору «'плакать'»!». Быстро «закруглился» с приборкой. Уже через пятнадцать минут, я подошел к тренерской и постучал. Потом заглянув в нее, сказал: «Все, я уже в принципе готов, можно закрываться и идти домой. Но если Вы не против, то я бы хотел принять душ». Марина Сергеевна сидела, за столом и что то писала. Она попросила меня войти, и спросила: «А ты, где живешь?». Я ответил. Она обрадовалась: «Я живу там же, за углом. А то, я думала, мне опять одной, в темноте идти! Ты меня проводишь?». Надежда, как известно, умирает последней. И мой «герой», опередил меня с ответом, опять оттопырив штаны! И она, это точно видела, я понял по ее взгляду, как ей казалось, украдкой брошенному, на мои штаны. «Конечно, провожу! А как, на счет душа?», сказал я. «Иди. Только не долго», чуть подумав, добавила она.
Надо рассказать об одной особенности. У нас было, две раздевалки для персонала: мужская и женская. А вот душ был один. Там стояли две кабинки. Соответственно были две двери, с защелками. Если душ занимали женщины, то они изнутри, закрывали дверь в нашу раздевалку, если мужчины, то наоборот. На практике, дверь в женскую раздевалку, при использовании душа мужчинами, не закрывалась! Я к этому привык, и когда зашел в душ, то только прикрыл дверь, выходящую в женскую раздевалку. Я как раз намылил голову. Когда открылась дверь, и на пороге возникла Марина Сергеевна. Она была раздетая, только укутана в полотенце, обмотанное вокруг талии. «Я не помешаю?», спросила она. «Вот тоже решила принять душ, раз уж мне приходится тебя ждать», добавила она. «Н-н-нет», только и смог выдавить я из себя. Член, до этого свободно болтавшийся между ног, предательски зашевелился и встал, как будто, указывал, на Марину Сергеевну. Она внимательно оглядела меня, так и стоящего с поднятыми руками.
Взгляд ее пробежал по моему голому торсу, и остановился, разглядывая «моего друга». «Да, он у тебя большой, как и говорила Катя! Интересно, а все остальное, про что она говорила, правда?», добавила Марина. (Для удобства, я теперь, буду так ее называть) Она раскрутила полотенце, повеселела его на крючок, и подошла ко мне. Я, как последний идиот, пялился на ее белоснежные груди с розовыми сосками, плоский мускулистый живот, стройные бедра, и, конечно же, на темную поросль волосиков на лобке. Тут, мыло попало мне в глаза, глаз защипало, и мне пришлось, отвести от нее взгляд, и промывая его, под струями воды. И вот тогда то, я почувствовал, как мягкие, но крепкие руки ухватили меня за орган. Одна рука нежно сжала мошонку, а вторая ствол члена, и тут же сдвинула крайнюю плоть, открывая головку! Сквозь слезы я увидел, как Марина встала на колени, около меня и почувствовал, как юркий и горячий язычок, начал вылизывать головку! Её руки, в это время массировали мошонку, мягко перекатывая в ней, мои яички. И без того стоявший член, еще больше напрягся, оттягивая за уздечку, головку вниз.
А потом, ее мягкие губы, сомкнулись за головкой, и она, скользя по стволу губами, стала, как бы «всасывать», его в рот. От неожиданной ласки, я застонал. И ухватившись за перекладину, находившуюся вверху душа, выгнул спину дугой, и попытался, как можно глубже, погрузиться членом в ее рот! Но многоопытная Марина, держала меня за ствол органа, и я просто уперся кулаком в губы. А в это время юркий язычок вылизывал мою головку, и ее зубки, мягко прикусывали мою плоть, а член двигался вперед и назад, не покидая рот. Я опять застонал. Когда она «запустила» член за щеку, и он уперся во внутреннюю часть щеки. Таким образом, она «мучила» меня, минут пять, может больше! Я «изнывал», от мягких и ласковых прикосновений к фаллосу, от его движения в горячем рте, от перекатывая моих яичек, в мошонке! Потом она выпустила моего «друга из плена», своих рук. Повернулась ко мне спиной, и, расстелив на полу полотенце, встала на него, на карачки. Ее голова опустилась до самого пола, а аппетитная попка задралась вверх!"Давай!», на выдохе произнесла она, призывно покачивая ягодицами.
Вот он «момент истины»! Если, я тот, кто есть, то должен, как «изголодавшийся бабуин», вставить в нее свой член и «оприходовать» ее по полной программе. Но если, я такой, как описывала Катя, и кого она из меня делает, то сначала должен довести ее до исступления своими ласками, а уже потом... Не хитрая уловка и проверка на вшивость! Но я, уже другой! Более опытный и знающий, не смотря на мой, молодой, возраст. Конечно, я хотел ее, хотел ей вставить, и вставить прямо сейчас, но опыт говорил другое: «Что надо подождать, и поласкать ее вульву и все остальное!». Я присел перед ее попкой на корточки, правую руку положил на поясницу и сильно нажал. Заставив ее лечь грудью на пол, и еще больше выпятить назад и вверх, попку. Вторая рука, скользнув между напряженных ягодиц, легла ладонью на вульву, а средний палец, с мягким хлюпаньем вошел в вагину. Моя ладонь, стала мокрой, от ее смазки и выделений. Не громкое: «Ох...», мягкая дрожь, пробежавшая по телу. Начинаю двигать им вверх и вниз, одновременно двигаю ладонь вперед и назад. Спина Марины, еще больше выгибается, хотя вроде бы уже некуда!
Она начинает часто дышать, и постанывать. Нагибаюсь, и целую по очереди, ее ягодицы. Прямо перед глазами, звездочка анального отверстия. Я ее тоже целую, и начинаю вылизывать. Стоны становятся громче. Свернув язык трубочкой, с силой давлю, на восхитительную звездочку. Дрожь, пробегающая по попке, мне в ответ! Движения ладони по вульве не прекращается, сейчас в вагине уже три пальца, и двигаю я ими со всей доступной мне скоростью. Смачиваю большой палец в ее выделениях и, приставив к анусу, мягко погружаю его вовнутрь. Четыре пальца - внутри. Сейчас, Марина, стонет уже во весь голос!"О-о-о... Да-а-а... Ещё-ё...», пробивается сквозь стоны. Замедляю темп движения пальцев и медленно, очень медленно начинаю их вынимать. Когда она понимает, что я делаю, то пытается, сжав мышцы вагины и попки, не дать мне покинуть её... И в панике кричит: «Нет!... Не надо!... Продолжай!... Ох-х... «. Она пытается оглянуться, но голова, прижатая к полу, не дает обзора. А я чуть выждав, «впиваюсь» губами и языком в вульву! Громкий стон, с радостной ноткой в голосе.
Но мне некогда, я работаю! Приятная и благодарная работа. Я лижу и вылизываю: вульву, вход во влагалище, клитор. Захватываю губами малые половые губы, торчащие над вульвой, и начинаю их посасывать. Марина уже не стонет, кричит... Ей хорошо, а будет еще лучше! Все мои телодвижения, вызывают дрожь и конвульсии ее напряженного тела. Отпустив губы, проделываю тоже с клитором. И когда мой вибрирующий язычок начинает его ласкать, она кончает... Конвульсии оргазма перекатываются по телу, заставляя его трепетать от «восторга»! Бедра дрожат, попка «ходит ходуном». В вагине хлюпает, от попеременного напряжения и расслабления мышц. Пальцы рук, вообще «живут своей жизнью», то сжимаясь в кулачки, то расправляясь по полу. И крик, до звона в ушах, до хрипоты в голосе...
Я быстро отрываясь, от гениталий, и приставив член к «заветной дырочке», вхожу в нее. Дрожь усиливается, а я продолжаю начатое. Сильными движениями вгоняю член во внутрь. Чуть выждав, подаюсь назад, и повторяю все по новой. Мои яички, глухо шлепаются об ягодицы. Нагибаюсь вперед, почти ложусь на нее... Моя рука проскальзывает под ее животом и начинает массировать клитор и вульву. Она приподнимает спину, и ее груди, повисшие в воздухе, начинают раскачиваться в такт наших движений. Свободной рукой, ловлю одну грудь и начинаю ее ласкать, поглаживая мягкими движениями. Мои сильные движения, вперед назад, толчками «выбивают», из открытого в крике рта, воздух. Под пальцы попадается сосок. Начинаю ласкать и его. Покручиваю между пальцами и чуть оттягиваю его вниз. И вот опять... Спазмы живота, дрожь в теле... Чувствую, как пульсирует вагина...
Притихший было крик, опять оглашает воздух. Слышно победное: «Да-а... Не останавливайся!... Ещё... Сильнее!... « А я и не думаю останавливаться, я хочу еще, хочу продолжать... И продолжаю, вперед - назад, чуть подкручивая бедрами, вперед - назад, лаская клитор и груди,... Она уже не может стоять на месте, когда я двигаюсь вперед, сама, с силой насаживается на мой орган... Я тоже стону, мне тоже хорошо. Чуть «притормаживаю» и придерживаю ее за попку... Мы еще не закончили. Начал двигаться медленно. На выходе покидая влагалище, останавливаясь и так же медленно входя в нее. Она стонет, «извивая» попкой. «Да... Хорошо... Ещё-ё-ё», повторяет вслух. « А теперь», вдруг с придыханием говорит она, и продолжает: «Давай в попку! Тебе понравится!... «. Не рассуждая, в попку, так в попку, покидаю вагину и приставляю «друга» к анусу. Тут даже смазывать, ни чего не надо! Все мокрое, как и мой «инструмент»! Начинаю медленно давить. Вижу, как расширяется кольцо, анального отверстия и мой орган начинает входить в него. Вот исчезла головка, а вот и часть ствола. Стоны Марины, становятся чуть болезненными. «Подожди, остановись, дай попе привыкнуть», говорит она.
Я останавливаюсь, а потом начинаю помаленьку двигаться. Через несколько минут, мой член скользит в попе, почти с такой же скоростью, как и во влагалище. «О-о, да-а, как хорошо! Ещё-ё, о-о-о...», повторяет она. Я начинаю давить на нее сверху, заставляя лечь на живот. Она пыталась воспротивиться: «Нет, давай лучше пойдем в раздевалку. Там у нас есть диван!». Но, я был настойчив. И через минуту сидел на ней, зажав ее бедра между колен, и изображал «гребца на каноэ», глубоко вставляя свой член в анус. Данное положение предоставило возможность. Нам обоим кончить. Почти одновременно! Я кончал долго, дало о себе знать воздержание, и возбуждение вечера, когда «облом сменялся надеждой, и наоборот»!
Потом мы долго стояли под одним душем, обнявшись, и я задал, может быть самый дурацкий, в моей жизни, вопрос: «А можно, мне тебя поцеловать?». Она сама, подставила губы под поцелуй. Это был поцелуй благодарности. А потом, одевшись, мы закрыли клуб. Марина сдала его под охрану, на пульт. И не торопясь, мило беседуя, пошли в сторону дома. По дороге, она расспрашивала меня про дом, маму, тетю Катю и конечно про меня, самого. Я, путано поведал ей, о моих переживаниях, неладах с подругой, желанием «учится» и сексе. И когда мы пришли к ее подъезду, и стали прощаться, то она вдруг сказала: «Ты заходи, ко мне, если будешь рядом. Чайку попьем или кофе... Я живу в квартире №**». Мы оба понимали, на какой чай, она меня приглашает, но как «истинный джентльмен», я не подал вида и с благодарностью принял её предложение! И, между прочим, несколько раз заходил в гости, а на работе, она для меня была просто старший тренер - методист Марина Сергеевна...
Молох 2013 год.
Продолжение следует.