Это была классная идея тёти Любы. Чем провести новобрачную ночь в душной квартире, им предложили целую дачу. Где их никто не побеспокоит пару дней.
— Ну, вот приехали!
Лимузин остановился у высоких ворот двухэтажной дачи.
— Вот вам ключи! Холодильник мы забили, одежду тоже привезли кой какую. И не забудьте, пожалуйста, Рекса покормить! Через два дня заберём. С богом! Ещё раз горько!
Молодой парень Вова. подхватил на руки свою невесту Катю, в шикарном свадебном платье, и поцеловав понёс на руках в дом. На пороге их облаял Рекс, кавказская овчарка. Они не обратили ни какого внимания, что дверь не была заперта.
— Как тут здорово! Мы, наконец, то одни!
Катя, обхватив шею Вовы, слилась с ним в поцелуе.
— А вот и хозяева припёрлись!
Из комнаты к ним вышел мужчина лет сорока. Вида абсолютно бандюганского.
— Кто Вы? Что Вам надо?
Закричала Катя испугавшись.
— Да так поесть, попить и кажется, навёртывается потрахать.
— Катя! Беги на улицу!
Вова выступил вперёд, толкнув Катю к выходу. У него даже получилось раз ударить мужика по лицу, прежде чем он свалился на пол, глотая воздух.
— Ну что ж ты мальчик такой спесивый? Несговорчивый?
Мужик подошёл к нему и наступил ногой на голову.
— Рыпнешься, убью!
Вытащив из Вовиных брюк ремень, он связал ему руки за спиной. Почти тут же двое мужиков завели всю в слезах Катю.
— А где Сычь с Кабаном?
— Шеф, они пошли пошукать по соседним домам.
— Гриня! Тащи девку в комнату, а ты Палец, свяжи мальчонку хорошо, и позови этих придурков. Не дай боже увидит кто.
Мужик, заваливший Вову, был явно главарь и командовал ими. Палец, обшманав Вову, забрал телефон и деньги. Он притащил, откуда то верёвку и крепко связал ему руки и ноги. Осмотрев Вову, ему приглянулись ботинки, и он стащил их с него. Сняв свои рваные кроссовки и пошевелив пальцами в рваных носках, он стянул с Вовы и носки.
— А это тебе он меня.
И положил свои вонючие носки перед лицом Вовы. Но Вовы было уже всё равно. Он слышал, как из комнаты доносились крики и мольбы его невесты.
— Давай сучка раздевайся! Вставай!
Катя сидела на полу одетая, только фата валялась в стороне. Ей было очень страшно, и она понимала, что девственность, что она хранила, сейчас достанется какому то уроду.
— Шеф! Чего её уговаривать! Сейчас я быстренько её платье почикаю.
Сказал Гриня, доставая нож.
— Нет! Я хочу, чтоб она сама добровольно его сняла. А ну ка притащи сюда его женишка.
Вдвоём с Пальцем они волоком затащили Вову в комнату. Шеф достал нож и подошёл к нему.
— Ты его любишь?
Он обратился к Кате.
— Да.
— Тогда выбирай! Какой ему палец отрезать? На ноге? На руке?
И с силой ударил Вову под живот ногой, отчего он чуть не подпрыгнул, выгнувшись.
— Не надо! Я прошу! Я разденусь!
На дрожащих ногах, Катя поднялась с полу и начала расстёгивать платье.
— Ух ты! Вот это зрелище!
Не удержались от комментариев, вошедшие в комнату, Сычь с Кабаном. Платье упало на пол.
— Давай лифон снимай, лифон!
Катя стояла и не верила в происходящее. Гриня не удержался и подбежав сзади полоснул ножом по лямкам лифчика сзади. Лезвие ножа задело немного кожу, и на ней выступила капля крови. Лифчик упал, и все вперились в два небольших шара грудей второго размера.
— Да. Маловаты будут! Трусы снимай!
Почти разом заговорили мужики. Дрожащими руками Катя сняла свои белые ажурные трусики, что так долго выбирала с подругами.
— Не надо!
Прохрипел Вова, обращая на себя внимание.
— А ну ка заткните ему пасть! Трусами и заткните.
Вова не хотел открывать рот, но ему зажали ноздри и пришлось сделать вдох ртом. В него, тут же запихали трусики его невесты. Катя хотела снять и свои свадебные белоснежные чулки, но её остановил Шеф.
— Чулки оставь. И туфли надень.
— А пиз... ка то ничего! У меня уже член на неё встал.
— Гриня! Куда вперёд папки! Соблюдай субординацию!
Почтительно высказался Палец. Шеф подошёл к Кате и засунул палец в лоно совершенно не сопротивляющейся девушки. Выбритое лоно было совершенно сухое.
— Я девочка!
Промямлила Катя и тут же раздался одобрительный гул.
— Вот это Шеф тебе подарок! Фортануло!
Подлизался опять Палец.
— Не твой девонька день! Сухая ты! Разорву ведь! Ну да ладно, я добрый. Пока сейчас отсосёшь мне, в процессе как хочешь, но возбуждайся, тебе лучше. Ты сосала?
— Нет.
Катя обманывала его. Они с Вовой хоть и нем занимались вагинальным сексом, но орально баловали друг друга.
— Давай девочка! Соси его как конфетку! На колени встань!
Шеф расстегнул штаны и вывалив член поднёс его к лицу Кати. От запаха мочи и пота её чуть не вырвало. Головкой провёл по сжатым губам.
— Твоему мальчику сделать бо-бо?
Катя хотела ответить, но член проскользнул в открытый рот. Он был намного больше Вовиного, но Катя закрыла глаза и стала представлять, как она делает, минет, своему жениху. Ей нравилось сосать у Вовы, чувствовать, как он наливается в ней, подрагивая готовый излиться ей в рот. Сначала ей не нравился вкус спермы, и она выплёвывала её. Но как то, проглотив, она увидела благодарность в его глазах, начала глотать, ощущая даже некую пикантность от вкуса. Катя так увлеклась воспоминаниями, что незаметно для себя уже держала член одной рукой подрачивая его. Её киска помимо её воли стала увлажняться. Когда член Шефа ударил в горло струёй спермы, Катя, не задумываясь, проглотила её.
— А ты хорошая соска! С большим будущем!
Голос Шефа вывел её из воспоминаний. Кате показалось, что мир рухнул. Она только что сосала мужику с таким удовольствием!
— Я потекла, от члена чужого мужика избивающего моего Вову! Только бы он не узнал об этом!
Она молилась об этом про себя. Ей было так стыдно чувствовать, как увлажнилось её лоно. Ещё больше стало стыдно, когда шеф понял это, запустив большой палец между её ног. К Шефу подошёл Кабан.
— Шеф, ты знаешь, что девочки мне не очень? Может мы с Пальцем, женишка распакуем?
— Ну, попробуйте! Может согласиться!
— У нас и не такие сосали за обе щёки!
Катя не слышала разговора, и была даже благодарна, что Кабан с Пальцем унесли Вову прочь от её позора.
— Шеф! Пускай и нам пока отсосёт? Пока ты сил набираешься!
— Пускай! Я пока со стороны погляжу.
Гриня тут же подскочил к Кате и надавив на плечи заставил опуститься на колени.
— Может быть, они и не лишат меня девственности, если я ртом поработаю.
Напрасно подумала Катя, впуская в него член Грини. Она попыталась опять отстраниться от действительности, и ей это удалось. И пока она сосала член Грини, а потом и Сычу, Вову затащили в дальнею комнату.
Найдя табуретку, его перегнули через неё, привязав руки к ногам. С него стянули штаны с трусами, оголив выпяченный вверх зад.
— Вот так попа! Как орех! Так и проситься на Грех!
Продекламировал Кабан стишок, пошлёпывая Вову по попе.
— Давай сначала я! А то у тебя большой! Разорвёшь мальцу сраку! А ему потом жить с этим! Наверное!
Просил Палец, снимая с себя штаны.
— Ну, давай! Уговорил! Пожалею пацана. Слышишь нас? Мы добрые!
Поплевав на очко, Палец сильно не церемонился и надавив вставил член. Вове показалось, что в него засунули арматуру. От боли он взвыл, слёзы брызнули из глаз. Но гораздо больнее боли было знать, что его еб... т в жопу мужики, а где то в это время еб... т его невесту.
— Только бы Катя не узнала про это!
Думал Вова, пока член Пальца двигался в нём, стимулируя простату.
Катя, между тем проглотив сперму Сыча, отдыхала, сидя на полу. Шеф, сидя рядом на стуле, морально готовил её, а точнее ломал психику.
— Пойми Катюша! Мы страшные люди. Нам зарезать вас как два пальца об асфальт. А будете себя хорошо вести, выполнять наши пожелания, мы вас отпустим. На мне и так пять жизней, зачем мне ещё две? Ну, поеб... м мы вас и отпустим. Завтра утром и уйдём. И живите долго и счастливо! Если нет, то уж не обессудьте! Убьём! Но сначала порежем на ремни, пока живы. То-то мама с папой рады будут!
— Как Поеб... м нас? И Вову тоже?
— Ну некоторые любят девочек, как я, а некоторые мальчиков. Пойдём ка глянем.
И схватив, Катя за шею повёл её. Между тем Палец уже излился в попу Вовы и его место занял Кабан. По сперме обильно орошённой попы, он хоть с трудом, но вставил туда свой член, не разорвав сфинктер. Если Вова раньше чувствовал арматуру, то сейчас бревно. При каждой фрикции Кабана, он охал. Казалось, что из его лёгких выдавливают воздух. Он не видел, что привели Катю, и она стоит и смотрит на него боясь сказать хоть что-то.
— Ничего девочка! Привыкнешь. Потом даже понравиться. Мальчиков то в попу не еб... т. Значит ты у нас теперь девочка.
Утешал его Палец, гладя по голове. Вова молчал, стиснув в зубах трусы и закрыв глаза. Кабан впрочем, недолго его пялил, но кончил так, что из Вовиной попы сперма выплёскивалась маленькими порциями. Его развязали, руки, и ноги его затекли, и он обессиленный сел на пол. Палец вытащил трусы у него изо рта и поднёс член к губам.
— Давай девочка! Оближи его! Надо почистить после попки! Вот и невеста твоя смотрит на тебя!
Вова, повернув голову, увидел смотрящею на него Катю. Это был конец его надежд, ему стало всё равно, что с ним будет. Повернув голову к Пальцу, он открыл рот, приглашая его член в него, надеясь откусить его. Но Палец почуял подвох нутром и отошёл.
— Мне кажется, он задумал, что то сука!
— Мне так тоже кажется! Решил Пальца без пальца оставить? И почему мы так не дорожим своей жизнью? Может это тебе поможет!
Шеф вытащил Катю перед Вовой, и демонстративно взяв у Сыча сигарету, потушил её об ногу. Катя закричала, когда сигарета, проплавив резинку чулка, впилась в кожу. Вова встрепенулся. Тогда Шеф взял сигарету уже у Кабана и поднёс её к Катиной груди.
— Не надо! Я отсосу вам всем! Только не надо!
Прохрипел Вова.
— Ну, вот видишь Катя, он тебя действительно любит! Повезло тебе с женихом!
Катя с нежностью смотрела, как Вова сам потянулся губами к члену Пальца.
— Пошли. У нас ещё дела. И приоденьте его подобающе, я видел женские шмотки, в шкафу.
По дороге они зашли на кухню, и Шеф прихватил подсолнечное масло.
— Хочешь, я оставлю тебе девственность для жениха?
— Да! Спасибо большое!
Вот и я подумал, что не честно это. Жениху попу распечатали? А тебе нет! Выбирай, что тебе распечатать? Впрочем, выбора то у тебя нет. Давай, приласкай моего дружка, и начнём. Нога то не болит? Жалко, такие красивые чулки пришлось испортить. Маслицем протрёшь, маленькая точка всего останется на память тебе, мужу в назидание.
Катя покорно опустилась на колени, и начала сосать член пока он не встал полностью. Между тем четверо мужиков глядели на Вову. Вездесущий Палец принёс бритву, ведро воды и мыло. Под смех и прибаутки сломленного Вову заставили брить своё тело. Пока он брил, притащили Катину сумку с вещами. Под общее одобрение ему выбрали красные стринги. Нашёлся даже пояс для чулок, чёрный. Чулок было несколько пар, выбор остановили на чёрных, в мелкую сеточку с красными розами по бокам. В лифчик ему затолкали отставшие чулки. Наряд дополнил прозрачный пеньюар слегка прикрывающей ягодицы.
— Эх, жаль туфель нет! И парика! Вылитая баба! На ка губки накрась! Люблю когда на конце колечко помады видно.
Протянув помаду, сокрушался Палец. Как только Вова закончил краситься, к нему выстроилась очередь с опущенными штанами.
— Давай девочка! Отсоси нам всем!
Вот чего Катя не ожидала, так это того что Шеф будет даже нежен с ней. Он не стал врываться в её попу, рвя её на ходу. Смазав принесённым маслом, он сначала массировал её, водя нежно сначала один пальчик, потом и два.
— Расслабься девочка! Сначала немного больно, потом привыкнешь. Может вспоминать, добрым словом будешь. Когда дырочка Кати немного растянулась, он неторопливо ввел член в неё. Несмотря на внушительные размеры, она испытывала дискомфорт, но не боль. Шеф медленно двигался в ней, одной рукой играя с её клитором.
Вове приходилось постоянно вытирать глаза, но сперма заливала их снова. Потому что все как один кончали на лицо и волосы. Ему разрешили умыться в ведре и накрасив опять губы повели к Шефу.
Наверно Катя одна из немногих женщин, которые получают удовольствие от анала с первого раза и потом предпочитают его больше всего. Теперь уже Вова смотрел, как в Катину попку входит член Шефа, то убыстряясь, то замедляясь. Но катя не кричала, она стонала, и пыталась двигаться попой навстречу, насаживаясь глубже. Её тело покрывали маленькие бусинки пота, а два шарика немного подпрыгивали при каждой фрикции. Вова, смотрел какой то порно фильм, с участием его невесты. Несмотря на боль в попе, член его начал подавать признаки жизни. Тело Кати задергалось почти одновременно с Шефом. Катя закусила губу, чтоб не закричать когда Шеф начал изливаться в её попку.
Шеф подхватил её падающею на руки и бережно положил на диван.
— Шеф! Ну как? Почти девочка!
Палец вытолкал Вову к нему.
— Ну, такой девочке и рот не грех дать! Давай ка оближи член после твоей невесты! Она у тебя золото! Береги её!
Вова уже привычно опустился на колени и взял член шефа в рот.
— Так мужики! Сейчас перекусим и сваливаем! Всё уже! Вон иди вылижи Катину попу, приду проверю.
Может это и был тот случай, когда можно было сбежать. Ну, куда в такой одежде! Да и Катя голая, не считая чулок.
— Вова, это ты?
Катя не верила своим глазам. Её такой как ей казалось мужественный мужчина, стоял перед ней в её трусиках и чулках, лифчике и поясе, плюс пеньюар. Совсем похож на девушку.
— Катя повернись, пожалуйста, ко мне попой! Велели тебе попку вылизать, а то вон уже даже на чулки залилось.
— Как это забавно! Мой теперь уже муж слизывает сперму чужого мужика из моей попы! Хотя это очень приятно!
Думала Катя, когда Вова старательно лизал её попу и даже чулки.
— Девочки! Идите, перекусите! Вы наверно голодны?
Раздался голос Шефа с кухни.
— Катенька! Садись рядом. А твое место пидарок возле параши! Вон в углу сядь на пол.
Уже светало, когда они вышли из дачи. У калитки они позвали Вову.
— У меня есть такой обычай, когда я ухожу. Называется прощание с пидарком. На колени.
Шеф достал свой член и стал мочиться на Вову. За ним дружно и остальные.
— Береги Катюшу! Слушайся её во всём! Узнаю, обидел, найду, зарою. Ты жив благодаря ей.
И плюнув в лицо по очереди, они скрылись в темноте.
Вернувшись домой и приняв душ Катя с Вовой начали лихорадочно прибираться, заметая следы пребывания. Через пару часов они обессиленные завалились на кровать и включили телевизор. Передавали новости.
— Из тюрьмы сбежала группа заключённых. Они особо опасны. На их счету больше десятка жизней. Будьте осторожны!
Вещал ведущий.
— Да, и ещё они трахают всех подряд. Особенно жениха и невесту.
Съязвила Катя, выключаю телевизор.
— Ты как себя чувствуешь?
— Нормально.
— За тобой должок! Ты не забыл о брачной ночи? Только давай в попу?