Этот рассказ состоит из двух частей. первая-от лица пацана четырнадцати с небольшим лет, вторая-от лица его тридцатилетней тети.
Рассказ подростка.
Во дворе бабушкиного дома росла старая черемуха. Большая, раскидистая. под ней мы сколотили из досок топчан, накидали на него тряпок и проводили свободное время на этом топчане. Ветки черемухи, свисающие почти до самой земли, давали нам приют, прикрывали от лишних глаз. Не заветное местечко, а просто мечта ребятни.
Лечу с речки на всех парах, спешу упасть на свой топчан и полежать. Накупался до гусиной кожи. А на нашем топчане лежит и спит тетя. заняла местечко и в ус не дует. Завалилась в наглую. Резко затормозил, потрясенный открывшимся зрелищем. Платье тети задралось и обнажило ее задницу. Голую задницу. Тетя была без трусов. Офигеть! Платье сползло почти до пояса, открывая вид, от которого у пацана сразу восстало его естество. Лежа на боку, подтянула под себя одну ногу и ее пизда была хорошо видна, выступая бугорком промеж ляжек.
Большие губы в рыжей растительности, доходящие почти до коричневой дырочки попы, приоткрылись, выпустив наружу розовую плоть внутренних малых губ. Подошел поближе и тихонечко окликнул тетю. Никакой реакции. А трусы топорщатся, сдерживая восставший член. Блин, аж голова закружилась. не то, что бы никогда не видел живой пизды. Видел. И даже щупал. И даже ебал. Но то все были девичьи пизденки, голенькие или только начинающие покрываться волосами. А здесь перед глазами пизда взрослой женщины, расположилась среди полных ягодиц и манит к себе, так и просит потрогать ее.
Еще пару раз окликнул тетю. Присел рядом и осторожненько потрогал за бедро, вдруг проснется. Нет, не должна. Пахло от тети перегаром, значит выпила и ее просто разморило, вот и спит она на нашем месте в холодке. Тогда смелее потрогал за попу, прикоснулся пальцем к пизде, тихонечко развел губы в сторону. Розовая плоть была влажной, от нее шел запах мочи и еще чего-то, чему не знал определения. Так же осторожно просунул палец в пизду, потрогал внутри. А тетя знай себе сопит, даже не шелохнется.
Быстро сдернул с себя трусы. Такой возможности больше не представится, надо пользоваться, пока не проснулась. Тихо-тихо прилег за ее спиной и попытался вставить хуй ей в пизду. Попытка удалась и я замер, боясь пошевелиться. Нет, спит крепко. И тогда потихонечку, осторожненько начал двигаться, начал ебать родную тетю. Как можно отъебать женщину тихо-тихо, если тебя разбирает и даже сам того не желая ускоряешь свои движения, стремишься насладиться телом, получить удовольствие.
Вгонял уже со всей дури, каждое мгновение ождая пробуждения и скандала. Но было уже все до фонаря, было только одно жгучее желание - кончить. А вот и подошло оно, мгновние, когда в головке почувствовался зуд, когда ее стало распирать. Вот и хуй задергался, выплескивая сперму в тетино лоно. Кончил, сгреб свои трусы, на бегу натянул их и рванул к реке. Не было здесь меня, на речке я был, есть много свидетелей. То ли мне показалось, то ли и вьяве было, но вроде как тетя кончила.
Ладно, не до этого.
Позже, когда тетя проснулась и ходила во дворе, по дому, все вглядывался в ее лицо, стараясь определить, догадалась ли она, что ее выебал племяш или нет, и помнит ли она хоть что-то. Никакой реакции с ее стороны не было и я успокоился. И был спокоен лет до двадцати, когда услышал от тети ее видение этих событий.
Рассказ тети.
Выпила с подругами, да не рассчитала норму, тут еще жара. Меня и развезло. Доплелась до дома, переоделась и нашла местечко в теньке под черемухой, где ребятня сколотили помости. Прохладно, хорошо, я и заснула. проснулась, почувствовав, что вроде меня кто-то зовет. Хотела уже откликнуться, да что-то истома какая-то не дала это сразу сделать. А потом поняла, что сплю без трусов, что платье задралось, оголив меня почти до пояса и что меня разглядывает мой собственный племянник.
"Просыпаться" было уже как-то не резон, решила и дальше прикидываться спящей, пьяненькой. Да и что случится, если пацан посмотрит. Не убудет. Знаю, что они с сетренками давно уже рассмотрели все друг у дружки, перепробовали и прошарили. Поди уже и ебуться во всю. А он не просто смотрит, решился потрогать. Ну, думаю, посмотрю, что дальше делать будет. А дальше, не успела и охнуть, как он всунул палец в пизду, начал там ковыряться. И надо бы его одернуть, так ведь сама до этого допустила.
Да и как одернуть, чтобы не напугать его, и чтобы самой не оказаться в срамном виде. Пока раздумывала, племянничек - вот же хват - уже хуечек свой в меня толкает. Пока ковырял пальцем самой захотелось, а уж когда вставил стрючек, хоть просыпайся и подмахивай, так проняло. И инструментина у племяша оказалась приличная, не детская. Поменьше, чем у мужиков, но достаточная, чтобы достать до матки. Подогнула осторожно колени повыше, чтобы поглубже проебал, да и замерла, смирившись.
Рано бы только не кончил, так хочется разгрузиться. А он разохотился, вошел в раж, ебет по-серьезному. Когда он начал кончать, не смогла сдержаться и я, кончила. Полежать бы в объятиях мужика, чтобы погладил, приласкал, а он рванул, как ошпаренный, даже трусы надевал на ходу. Ясно, боиться, что "проснусь". Только бы не болтал. Да не будет болтать, забоится. И кто ему поверит? Развалилась на спине, лежу, млею. Кто бы подумал, что когда-нибудь меня племянник выебет.
Да еще так, что кончила. Эх, еще бы разок, да по-хорошему, не прячась. Надо подмыться, не хватало еще от племяша понести. Вот сраму-то будет. И все же, как бы еще разок ему дать? Надо подумать.