Тяжело давшийся Ладе во всех отношениях клип был снят и отправлен на монтаж, а группа собралась на южные гастроли. Девушка со гадкими чувствами совершаемого проступка собирала вещи под тревожным взглядом Андрея: — Что тебя беспокоит? Ты можешь присоединиться ко всем позднее? Ты не заболела? Лада отрицательно качала головой и старательно гнала дурные предчувствия. Её не покидали гнетущие мысли, что непременно что-то случится, рано или поздно эта мерзкая ситуация разрешится самым гадким образом, и всем будет плохо. Она была бы не против, если бы все как-то наладилось само собой и, к примеру, рэпер просто бросил бы её, заменив кем-нибудь более сговорчивым. А она, ничего не потеряв, продолжала бы танцевать, мелькать на экране, хорошо зарабатывать и просто наслаждаться светом огней рампы. Лада надеялась на чудо. И отчаянно берегла чувства возлюбленного, понимая, что другой такой взаимной привязанности так просто не найдешь в этом равнодушном мире.
Гастроли прошли успешно, не считая выходок БМ, конкретно расслабившегося и отдыхавшего на полную катушку после периода вынужденного воздержания. Выпивка, таблетки, гулянки с сомнительными личностями, крутившимися возле звезды, безумные поездки далеко от гостиницы, дёрганье группы по поводу очередного выступления, нервничание организаторов гастролей — хип-хоперу удавалось всех держать в непрерывном напряжении. Лада сперва артачилась попыткам администраторов привлечь её к усмирению загулявшей звезды. Но после пары разговоров в тоне: — Никого не волнует, чего ты хочешь или не хочешь! От него зависят все, и ты в том числе. Иди и сделай что-нибудь! — она, с трудом уняв раздражение, шла или ехала с руководством туда, где зажигал рэпер с музыкантами или ещё с кем, и изобразив на лице радость и спокойствие, уговаривала того уйти с ней. Он пьяно обнимал девушку, обмусоливал ей лицо, тащил к столу хвалиться ей, увлекал танцевать и всё же вскоре, повиснув на её с администратором плечах, послушно уходил с ними. Доставив того в коттедж, руководство облегченно уходило, а Лада оставалась, удерживаемая его полудетскими просьбами посидеть с ним, лечь рядом, обнять, погладить. Обнимая его, прижавшегося к её груди, она выслушивала пьяные исповеди, как ему плохо со всеми, хорошо только с ней. Наутро, поздно проснувшись, уняв какими-то средствами похмелье, Максим бывал благодарен и баловал её шопингом или отдыхом подальше от всех. Они ездили в горы, на водопады, в пещеры — туда, где было красиво, было на что посмотреть. Впервые посетив некоторые достопримечательности, Лада радовалась как ребенок, а он, довольный, наблюдал за ней. Сиесту они проводили почти всегда одинаково: отдавали её безудержному сексу на яхте или в коттедже. Чтоб вечер, порепетировав, посвятить выступлению.
Лада привыкла и полюбила проводить время в комфортных условиях среди дорогих вещей. Она быстро восприняла как должное и кабриолет, и яхту, и шоппинг, и коттедж, и ресторанную еду, и свое привилегированное положение. Захватывающе девушка здесь воспринимала и ничем не сдерживаемый, шальной секс, даривший неописуемые наслаждения. Андрей, существующий только в форме СМСок, без сомнения был, но где-то очень далеко, в другой жизни; не имея перед глазами его в виде живого укора, Лада всем телом отдалась безрассудной связи. Не отдавая души, как уверяла себя она. И, широко разведя ноги, почти на шпагат, как рэперу особенно нравилось, терпя шлепки по вылизанной им вагине, крича и дрожа от похоти, пристально глядя, приподнявшись на локтях, на снующий в ней блестящий от её соков член, торопливо облизывая его вынутые из её отверстий пальцы, она свято верила, что почти не предает возлюбленного, т. к. это только животный секс, всегда будущий тайной от того.
Лада давно подозревала, что овладевая ей, Максим подражает героям порнофильмов, их буйной фантазии, принятой им, как способ самоудовлетворения, т. к. мучая в постели её, он приходил в дикое возбуждение. Передающееся и ей, после чего оба ощущали такое приятное расслабление и следующий за ним не менее чудесный отдых. И образ далекого Андрея покрывался дымкой забвения, а более чем реальный, суперуспешный Максим, тяжело придавив её к смятым простыням, плавно работая задом, глубоко погружал в её жаждущий рот член во вздутых венах, одновременно алчно всасывая её темный распухший клитор. Чтоб дождавшись низких стонов из заполненного рта, быстро перевернуться на ней и втолкнуть увлажненный ею ствол в подготовленное им текущее отверстие. Пристально глядя друг другу в глаза, дико улыбаясь, с шальным выражением на лице, понимая себя без слов, они ритмично сталкивались мокрыми телами, зная, что их последний оргазм будет взаимным. И так же точно знали, что у неё он будет не единственным.
По мере приближения поезда к дому Лада становилась все молчаливее и грустнее. Образ Андрея обретал зримые черты: они уже созванивались; не слушая её возражений, он собирался встречать её — были выходные. Она сидела на полке и смотрела в окно, Максим лежал головой у неё на коленях и удерживал её руку на своей груди. Каждый думал о своем. Муки совести терзали раскаивающуюся во всех глупостях Ладу. У хип-хопера нарастало раздражение от мыслей, что сейчас при нём его более удачливый соперник будет её целовать, обнимать, держать за задницу, а она счастливо повиснет на нем, изящно сядет в машину, купленную на заплаченные ей за секс-услуги деньги, расставит загорелые ножки и позволит лапать себя за коленки. Да ещё и будет тащиться от этого! Ему-то придется вызывать проститутку, чтоб облегчить распухшие яйца, а эта парочка будет кататься по постели, трахаясь так, как ему и не снилось. Как на экране, ему представились её тугие загорелые ягодицы, с удовольствием впускающие в себя замухрыжный отросток — что там ещё может быть между ног у её урода, которому повезло раньше. А вот ему она не дает в попку: не могу, потом, давай подождем... Он и дождался! Гастроли закончились, на носу новые съёмки — а ситуация с Лалой ещё в подвешенном состоянии. Его она хочет временами, а того — всегда, и страшно боится за их отношения. Интересно, что там такого необычного с их отношениями, кроме того, что и у него с этой горячей штучкой!? Придется ему все решать самому, раз она ни в какую!
— Лала, — позвал он её несколько раз, прежде чем она отвлеклась от мучительных раздумий и обратила на него отсутствующий взгляд. Он понял, где и с кем её мысли, но продолжил: — Сегодня встретимся? Ну, ладно, не сегодня. Завтра? Она едва качнула головой и вновь устремила глаза в окно, в сторону дома. — Кем он её заменит? Где возьмет подобную? Похожую на эту отчаянную азиатку, понимающую его с полувзгляда в постели? Приводящую его в неистовство кончиками пальцев и язычка? Он был убежден, что все у них сложится ещё лучше, не стой между ними тот. Максим поднял руку и положил ей на грудь: сквозь тонкий трикотаж топа нащупал сосок, помассировал его пальцем; тот затвердел и остро обозначился. Другой сосок после стимуляции проглянул сквозь ткань. В паху у парня заныло, потянуло; он сел, расстегнул брюки, погладил её по щеке и кивнул вниз. Она капризно протянула: — Зачем ты? Я переоделась. Попадем ли в туалет потом? Его рука со щеки передвинулась на волосы, провела, сжала в кулак и дернула её вниз, на пол. Сидя у его ног, она уперлась в его колени и некоторое время не двигалась с места, глядя куда-то в область его живота. Он вынул полутвердый пенис и медленно подтащил за волосы её голову к нему. Ему показалось, что в её глазах он прочел насмешку и жалость; потом она опустила их и приоткрыла рот.
Максим сдержанно кивнул её парню, когда раньше неё выходил на перрон. С нехорошей улыбкой наблюдал он вполоборота из-за спин ребят, как она, в свежем топе, повисла на нем в поцелуе, а он скользит обнявшими её руками ниже, ниже и замыкает их на аккуратной попке, обтянутой новыми, купленными им для неё шортами. Взявшись за руки и подхватив по чемодану, пара направилась к парковке; он с блуждающей на лице улыбкой — к стоянке такси.
Премьеру клипа на музканалах отмечали в клубе БМ вскоре после приезда труппы с гастролей. Были развешены баннеры с кадрами, приглашены VIP-гости, организован фуршет, на больших экранах демонстрировали клип. Пел БМ в окружении танцоров, выступали приглашённые гости. Лада увидела ролик впервые: волнения оказались почти напрасными, картинка была красиво снята, в меру эротична, клип предполагалось крутить на центральных каналах. Она понравилась себе: оказалась фотогеничной плюс мастерство оператора — девушка с обложки с восточным колоритом. — Как тебе? — обратилась она, спустившись в зал, к сидящему у стойки Андрею. — Ты -выше всяких похвал! Теперь вся страна знает, где твои потайные родинки, раньше — только я, — пошутил он. Лада искоса присмотрелась к нему, не желая заострять своё внимание на волнующей её реакции любимого. Кажется, и правда шутит. Пронесло... Ни одного провокационного вопроса. Режиссер не обманул: вошел не весь отснятый материал. Ну, и слава Богу! — Останемся или поедем? Мы уже закончили, теперь — фуршет, концерт и танцы. — Ты бы осталась? С ребятами? — Пойду, попробую отпроситься на завтра, объясню всё, — правильно поняв нежелание Андрея задерживаться, Лада направилась к директору группы.
Прокричав под оглушительную музыку тому в ухо свою просьбу и получив предварительное согласие на отгул, девушка пробиралась сквозь толпу обратно к парню, украдкой озираясь в поисках потенциальной опасности. Публика узнавала её, останавливала, пыталась что-то произнести одобрительное, но Лада, показывая, что ничего не слышит, кивала, улыбалась и двигалась дальше. Опасность столкнулась с ними нос к носу почти на выходе, у туалета, из которого вышла. Оглядев неуравновешенным взглядом обнявшуюся пару, БМ нарочито приподнято поинтересовался: — Уходите? Так рано? Как тебе кино (к Андрею)? Тот сделал ему комплимент. Пристально глядя на Ладу: — Правда, наша Лала хорошо смотрится на экране? Эротично? — Кто? — не понял Андрей. Лада поджала губы и отвернулась вбок. — Наша большая актриса, Лада. Так говорит режиссер: у неё большое кинобудущее, — насмешливо сверкнув глазами, процедил хип-хопер. — Значит, уходишь (это уже к девушке)? Ну, до завтра... — протянул он. — Завтра она выходная, — вдруг брякнул Андрей. — У вашей солистки день рождения! Она что, не говорила (увидев сомнение на лице рэпера)? Лада с опозданием дергала парня за локоть, он с удивлением смотрел на них обоих. — День рождения, значит... — протянул Максим, неприятно ухмыляясь. — Когда отметим? Так как Лада молчала, по-прежнему глядя в сторону, ответил за двоих Андрей: — Ну, завтра мы вдвоем, по-семейному. А после она... Наверное, угостишь ребят? Девушка кивнула, потянув парня сквозь толпу к двери; они уже не видели дикий взгляд БМ, брошенный в спину обнявшейся паре. Бормоча «по-семейному», он вразвалочку двинулся к директору и нагнулся к его уху.
После недолгого молчания в машине Андрей попытался прояснить ситуацию: — Я сказал лишнее вашему певцу? Ты не хотела? Почему? Лада, изобразив равнодушие на лице: — Да нет, я же сказала директору... А он... Максим... он про нас все равно никогда не помнит. Ему все равно, что там у кого... — Мне так не показалось. Он спрашивал о тебе в клипе, значит не все равно, значит — помнит... — Клип всем запомнился, его тяжело снимали, все выдохлись, вот и он тоже... — стараясь увереннее оправдываться, быстро проговорила она. — Как он тебя назвал? Лила? — Он напился, и может быть, не только... Я тебе рассказывала, мог и вообще не вспомнить моё имя и не узнать... — Лада прижалась к Андрею. — Ты скажешь, куда мы пойдем завтра? Или это будет сюрпризом до последней секунды? Андрей хитро улыбнулся: — До последней!
Охваченная полусонной сладкой истомой после утреннего сеанса секса, призванного стать талисманом удачи на предстоящий день, бродила Лада по квартире, наводя порядок к вечеру. После обещанного сюрприза она рассчитывала на романтический ужин при свечах и сейчас соображала, что ещё предстоит купить по-быстрому в ближайшем супермаркете. Звонок в дверь заинтриговал: начался сюрприз?! В глазок виднелись цветы, и она без раздумий распахнула дверь. Рядом с курьером с букетом и пакетом стоял БМ собственной персоной и, со словами «С днем рождения!», протиснулся между ней и цветами в дверь. Неприятно удивленная Лада, расписавшись, закрыла дверь за курьером и потащила тяжелую сумку в кухню. Там оказалось столько еды, что хватило бы на 3 праздника вдвоем.
Она разбирала упаковки, когда сзади её обнял рэпер: — Давай быстрее! Или у нас времени много? По-хозяйски запихав еду в холодильник, не слушая протестов девушки, он повлек её в комнаты: — Показывай, где ты хочешь. Это все? Всего 1 комната? Такая маленькая? А вам здесь не тесно? Золотой мальчик, родившийся с серебряной ложкой во рту, иронично озирал скромную хрущевку. Подтащив её к разобранной постели, хранящей тепло тел пары, хип-хопер, нездорово сверкнув глазами, с усмешкой произнёс: — Раз больше негде, придется, где обычно. Ведь он здесь тебя трахает? Или вы это называете — любит?
Ладу охватила ярость, как тогда, в первый раз насилия над собой. Она так неистово отбивалась, защищая дорогое ей место, полное счастливых мгновений, что он никак не мог стащить с неё домашний костюм. Она кричала, что не даст ему растоптать всё, что он и так почти все разрушил, что он обдолбанный ублюдок и она ненавидит его, что она 1000 раз пожалела, что не ушла из группы, что она — круглая дура и уходит от него сейчас. Никак не могший раздеть и унять её, быстро вошедший в крайнее возбуждение и неукротимое бешенство, парень, с трудом скрутив её, стукнул несколько раз о стену боком и головой. Испытывая боль, она перестала сопротивляться и обмякла в его руках. Сильно сдавив её в кольце рук, дыша куда-то ей в шею, Максим мстительно произнес, что она, конечно, может попробовать уйти, но не раньше, чем заплатит неустойку по условиям договора. Срок её контракта ещё не истек, и она немедленно окажется ответчиком в суде. И в черном списке столичных танцоров, которых никто не возьмет на работу. Он ещё добавил, где она сможет устроиться и куда её возьмут с удовольствием, намекая на занятия проституцией, и весело рассмеялся своей грязной шутке. Раздевая её, стоящую в столбняке, с болью в гудящем затылке, он прибавил, что никому не будет лучше, если в день рождения он изобьет её, заставит нервничать её соседей, слышащих крики, и возбудит подозрения Андрея, заметящего её синяки. Стащив с неё последнюю полосочку стрингов, он разделся сам.
Вытерев слезы с её щек, он поцеловал её и толкнул на кровать. Встав над её запрокинутым лицом на колени, он парой пощечин вынудил её раскрыть рот и впустить туда сморщенный пока пенис. Прижавшись промежностью к её лицу, входя в безудержное исступление, распаляя себя, он щипал и мял её груди, шлепал их до покраснения. Затем с силой разведя её ноги, помяв ляжки, погрузил пальцы в распахнутое отверстие. Ритмично вжимаясь в её лицо, с подобной же размеренностью он глубоко вгонял в увлажнившуюся вагину почти всю руку, довольно слушая её стоны. Вынув мокрую кисть, он подтянул к плечам согнутые ноги Лады и, как-то изогнувшись на ней, прильнул губами к её анусу. Крепко держа за ягодицы, облизав ей промежность, он загнал ей в зад сперва один палец, потом другой и принялся растягивать узкий проход. Выдернув изо рта крепкий ствол, он встал у кровати, приподнял её за разведенные бедра и, смазав сфинктер её же выделениями, упруго вошел в гостеприимно раскрывшееся перед ним отверстие.
Последующие несколько часов он ожесточенно овладевал ей, попеременно вбиваясь в зад и в рот, чередуя эти способы. Принятые стимуляторы сделали его неутомимым; он раскупорил принесенную бутылку спиртного и, приостановивши ненадолго фрикции в ней, вливал в себя алкоголь, становясь безудержным. Встав над ней на кровати и уперев её на плечи, он опускал к груди её согнутые ноги и долбил её зад, приседая на расставленных ногах. Выдернувшись из неё, он рывком поднимал её и погружал дрожащий член в готовно раскрытый рот девушки. Прижав её голову к паху несколько раз, он вновь подхватывал её под коленки и тянул бедра вверх, чтоб опять впустить увлажненный ствол в призывно расширенное отверстие.
Отдыхая, он придавливал её к постели, не давая отойти в ванну, говоря, что его заводит запах спермы, смешанный с запахом её соков. Не желая дать ей традиционное удовлетворение, он измучил её влагалище кунилингусом, доведя её до изнеможения. Заставив её приподняться на локтях и смотреть вниз, он, насадив её ягодицы на пенис, пальцами развел нижние губки и чувствительно хлопал по ним ладонью, стараясь попасть по дрожащим раскрытым малым лепесткам и острому приподнятому клитору. Её крики только усиливали его буйный восторг; заставив гореть влажное распахнутое лоно, он на минуту отвлекался на глубокие фрикции, чтоб, приостановив их, вновь ощутимо похлопывать её между ляжек. Она обессилено валилась на спину и, кусая руки, крупно дрожала от непереносимых ощущений диких оргазмов, неизменно следующих за манипуляциями его жестоких пальцев. По её мнению прошло уже много часов, а он все никак не мог насытиться ей. В низу её тела неприятно ныло и свербило, отверстия пульсировали и, как ей казалось, не закрывались, во рту не проходило ощущение его спермы. Она шепотом просила его уйти, а он вновь мастурбировал себя, прикидывая, как расположить её на смятой постели. Взяв её последний раз на четвереньках, по-животному, он то толкался в её анус рукой, то — членом, напоследок залив ей лицо семенем.
Притащив её в душ и собственноручно отмывая от своих следов, он насмешливо поздравлял её с днем рождения и, посерьезнев, предложил: — А может, пора кончать с этим дерьмом? На её непонимающий взгляд пояснил: — Ну, с ним... Здесь... Ты и я... Мы могли бы вместе... Нам же хорошо вдвоем!? Ну, что ты здесь делаешь? Это что, твоя жизнь? Приходя в себя и обретая ясность мышления под струями воды, Лада осознавала весь соблазн подобного предложения, но не менее ясно видела и исходящую от него опасность. Испугавшись за себя и за Андрея, она постаралась не встречаться взглядом с ожидающим ответа рэпером и выскользнула из ванной. Собирая мокрое постельное бельё, уже одетая, девушка держалась спиной к собирающемуся хип-хоперу, но, провожая его, вынуждена была поднять на него глаза. — Ну так как, Лала? Ты подумаешь? Ты нужна мне! — последние слова Максима Лада слышала из-за закрываемой за ним двери.