Полным ходом шла разработка Салымского месторождения. Буровики насиловали землю своими бурами, стремясь добраться до нефти, а наша комплексная бригада обустраивала месторождение, ведя выкидные, ставя КНСы и ЗУшки. Жили мы в саннои поезде, состоящем из балочков на полозьях. В таком же балочке были душевая, столовая и прорабская. Отработали, зацепили волокуши за трактора и поехалина новое место. Было нас чуть поболее тридцати, возрастом от двадцати до сорока пяти лет.
Двадцать -это я, сорок пять - Иван Карпыч Карасев. Кроме возраста я отличался малым ростом, хотя раньше и считал 170 вполне даже нормой. И еще весом. 59 килограмм не прибавляли мне авторитета. Все разговоры в свободное время велись вокруг двух вещей, которых остро не хватало на трассе: водка и бабы. Водки не было и взять ее было негде из-за "сухого закона", что свято блюли во время работы, а баб-с представляла повариха Кобра. Чтобы представить ее в постели с собой, мне бы потребовалось такое количество водки, что потом хоть самого еби.
Бабища лет шестидесяти, ростом выше ста восьмидесяти и весом пудов в девять. Коброй ее прозвали за быстрые руки, что ловко раздавали затрещины любителям потрогать женские прелести. Она взяла надо мной опеку, подкармливая меня, жалея по-матерински. Подсовывала лучшие кусочки, жалостливо вздыхала, глядя на то, как я поглощаю ее яства. А готовить она умела. Из тех продуктов, что нам завозили, умудрялась приготовить то, что и дома не ели. Казенную пайку мы разбавляли трофеями охоты, благо дичи вокруг немеряно, охотинспекторов нет и в помине, а ружье у каждого первого, то есть у всех.
В балочках перед сном треп шел о самом сокровенном, о той же водке и бабах. И как-то под большим секрктом мужики поведали мне, что у хантеек пизда расположена не как у русских, то есть не вдоль, а поперек. И если я не верю, то могу спросить хоть у прораба, хоть у Кобры. И что если посадить русскую на перила, она съедет со звуком "Вжи-ить!". а вот хантейка пробороздит со звуком "Бр-бр-ыть!". Это вроде как пальцем быстро провести по губам. Спрашивать я никого и ни о чем не стал,сомневаясь, но поверив мужикам на слово.
Чего в жизни не бывает, а я еще мало повидал, что бы судить обо всем.
На трассу привезли зарплату. Кассирша, раздав квиточки, заставив расписаться в ведомости и выдав все до копеечки, села в вертушку и убыла на следующий куст. Мы стояли, держа в руках деньги и чесали репу. Зачем на трассе деньги? Кормили под запись. Магазинов в ближайшей округе не наблюдалось. можно было бы купить у оленй ягеля или у песцов снега, только на хрена, если все это под ногами. Мужики собрались, подумали и отправили делегатов к прорабу с ультиматумом. В результате переговоров пришли к консенсусу.
Выбрали самых стойких и поручили им сгонять к хантам за спиртным, а остальным продолжать работу до их возвращения.
Составили список, собрали деньги и все это вручили мне, потому что я, как герой Высоцкого, " самый непьющий из всех мужуков". Посадили меня за рычаги ГТЛки и мы рванули. Ехать было недалеко, каких-то три сотни км. По местным меркам не расстояние, только вот ГТЛ не бежит шибче шестидесяти км в час. Иван Карпович показывл дорогу, сидя рядом со мной, мужики кумарили в десантном отделении. Иван Карпович говорил, что возьмем водки, выпьем и, если повезет, помочим концы.
Добрались затемно. Магазин был закрыт, но когда приезжают вахтовики, продавец всегда рада их обслужить. Месячная, а то и более, выручка за раз. Затарились. Поехали. Карпыч тыкал рукой, указывая направление, я дергал рычаги и вот мы лихо притормозили возле одного дома. ребята здесь уже были, хозяйка была знакома и приняла и нас как родных. Быстро пересчитав нас по головам, послала свою младшую сестру Катьку по соседкам и те прилетели мигом. Имена у них свои, а те, что нам назвали, это по паспорту.
Стол собрали быстро. Мужики свернули первую головку и опрокинули. Между первой и второй перерывчик не большой. А там и третья подкатила. Пришло время основательно закусить. Я уже давно закусывал и потому был сыт. В самом начале хозяйка предложила нам сходить в баню, да мужики отказались. А я вот решил попариться. Спросив разрешения, я пошел. Во след мне прокричали, что пришлют Катьку спинку потереть. Обычный пьяный треп.
Лежал на полке, расслабившись, положив голову на руки, вбирал в себя жар. Скрипнула дверь. Бочком в баню протиснулась Катька. Мальчишачья фигурка, смугленькая, небольшие титечки задорно торчат вверх и в стороны. на ней были надеты какие-то рейтузы, непонятного цвета и размера. Глаза увидели Катьку, мозг еще переваривал информацию, а инстинкты уже сработали. Мою задницу приподняло над полком не хуже автомобильного домкрата.
- Ты чего? - прохрипел я.
Спину мыть - просто ответила Катька.
Клянусь, я ничего не делал. Руки, едва Катька придвинулась в зону их действия, сами сгребли ее и подсунули под меня, по пути сорвав и отбросив в стороны рейтузы. Головка сама нашла вход и потянула за собой весь член. Задница запрыгала, вгоняя и вытягивая его. Катька только попискивала, но ноги на моей спине скрестила и даже подмахивала. Разрядился быстро, но не ощущал падения напряжения в органе. раз так, то поехали на второй круг не вынимая. Теперь уже подольше, наслаждаясь процессом.
Было жарко и наши тела покрывал пот. Животы хлюпали друг о друга, в Катькиной пизденке тоже все хлюпало. даже в ложбинке моей задницы стояла вода. Вот и приехали. Катька, выбравшись из-под меня, залепетала
- Пани епаца нися, пани мыца ната!
Ополоснулся, вылив на себя пару шаек воды. Катька тоже облилась, поплескала из ковша на промежность, подмываясь. Шлепнул Катеньку по попе и вышли в предбанник. Катенька, наклонившись, начала выбирать свою одежду. Ее попа, округлившись, маячила перед моими глазами. Я сидел на чурочке и потому прекрасно видел чуть растопыренные губки, а ее попа чуть не упиралась мне в лицо. В низу живота произошло какое-то шевеление. Дружок тоже разглядел Катькины прелести и поднял головку, присматриваясь и принюхиваясь.
Подхватил Катьку за живот, надавил на спину, заставив согнуться сильнее и рывком вошел в нее.
Снова пришлось мыться. Вышли в предбанник и тут я вспомнил рассказ мужиков. Присел перед Катькой на корточки, запустил руку в промежнось, ощупывая и разглядывая ее пизду. Наебали! Все как и у других! Катька, расставив ноги, смотрела на меня непонимающим взглядом:"Чего ему еще надо?" Отпустил ее. Оделись, пришли в дом. Судя по довольным рожам баб и мужиков, по состоянию их одежды, концы помочить успели все. Меня встретили гомоном выкриками типа, хотели уж тягач посылать, застрял в Катьке и прочую похабщину.
Кто-то спросил
- Сколько палок кинул?
Я не успел раскрыть рот, а Катенька выкинала вперед руку с тремя пальчиками. мужики взвыли.
- Орел! Богатырь! Ебарь! В сучок пошел!
Далее в том же духе. Меня усадили за стол, наплескали водочки половину стакана, заставили выпить и закусить для восстановления сил. Мне еще везти их домой, на трассу. Закусывая, зачем-то сказал
- А вы ведь меня обманули.
- !!??!!
- И вовсе у хантеек пизда не поперек, а вдоль, как у русских!
Мгновение тишины взорвалось грохотом падающих на пол тел. От хохота звенели стекла, подпрыгивала посуда на столе. Бабенки не могли взять в толк, что так развеселило этих огромных, бородатых русских.
Привез всех благополучно. О моих подвигах на сексуальной стезе узнали все. Как и моей проверке расположения пизды хантеек. Мне предлагали проверить Кобру, но она сказала, что если надо будет, то и без сопливых разберется, а такому ебарьку грех не показать и не дать. И добавила, что указчикам хуй за щеку. Спорить с ней и оговариваться никто не рискнул.
Я перестал быть молодым и стал полноправным членом бригады. А Кобра иногда согревала меня. Оказалась она не такой уж и суровой. И орган у нее был маленьким, не по росту и комплекции. нам хватало.