Дела семьи
Ожидающий нас папа, не стесняясь сына, поцеловал меня и, прибавив, что заждался, направился в спальную, пригласив меня. По дороге он произнес, что думает, я буду не против, если брат позднее присоединится к нам. Бросившись к отчиму и обняв его, я умоляла не звать Ли и не добавлять мне мучений. Удивленно глядя на меня и на него, отец спросил сына, почему он ещё не решил этот вопрос со мной, ведь он дал ему указание. Ли пробормотал, что было слишком мало времени, да ещё мой парень… Недовольно глядя на меня, папа прибавил, что ему казалось, что мы обо всем договорились, и он не видит преград для участия сына в делах семьи. «Дела семьи» - вот как назывались наши ночные забавы!
Я отбежала от них и закричала, что они преступники и мне ненавистны. – Реши с ней вопрос! – бросил брату папа и поднялся к себе. Ли схватил меня за руки и за волосы и потащил наверх, в свою комнату. Швырнув на кровать, он что-то искал в компьютере и открыл видеофайл. Притиснув меня за волосы к монитору, он удовлетворенно наблюдал, как текут у меня слезы от просмотра ролика домашнего видео с мамой и папой. Это не была съемка камеры видеонаблюдения, ролик был хорошего качества. – Много их? – я. – Много! – брат. – Ты выставлял их где-нибудь? – я. – Папа поместил сюда, - сайт для onlineобщения тех, кто любит наблюдать и одновременно мастурбировать, лица слегка размыты. – Папа пообещал, что откроет мамино лицо и пошлет в Россию? – я. – Ты сама все знаешь, я пытался тебе сказать. Ни к чему устраивать спектакль!
Я побрела к отчиму, он читал газету лежа. – Ты сегодня порадуешь меня? – Как обычно, папочка. Я заканчивала делать минет, когда сзади меня обняли руки, и теплое большое тело брата прижалось ко мне. Сжав меня, он терпеливо ждал, когда отец подаст знак, что он достаточно возбужден. Папа схватил меня за волосы и поднял с колен. Они разложили меня поперек большой кровати и встали с разных сторон. Папа оторвал от постели мои бедра, ввел в меня член и, держа мои ноги на весу, заскользил во мне. Ли устроил мою голову между своих коленей, запрокинул её и втолкнул пенис мне в рот. Больно не было, неудобно и противно, но я привыкла и к этому. Долго они меня долбили с 2-х сторон, Ли заполнил мой рот спермой первым. Отец, устав стоять, оперся ногой на кровать и, непрерывно стимулируя мой чувствительный бугорок, довел меня до криков и оргазма. Брат лег рядом со мной и жадно ловил каждый мой вздох, каждый крик. Когда я замолкала, он присасывался к моему рту долгим поцелуем, когда я металась от охватывающих меня сладостно-болезненных конвульсий, он гладил меня по шее и груди, чувствительно сдавливая их. Они знали, как возбудить женщину до полной потери сил! Отчим показывал брату, как пульсирует мое влагалище, как дрожит, темнеет и увеличивается клитор, рассказывал, как ощущает пальцами тонкие вибрации моей дрожащей плоти. Предложил смотреть, как потечет из меня его сперма и мои выделения, и Ли, самодовольно улыбаясь, смотрел, как прижатая к паху отчима я принимаю его семя, как из оставленного и растянутого им отверстия вытекает тонкая струйка белой жидкости. Наконец я свела затёкшие ноги и поплелась в душ, чтоб быть готовой к следующему сеансу любви. При выходе из ванной, меня ослепили вспышки телефонной фотокамеры . Это Ли обновлял свой фотоальбом моими свежими изображениями.
Теперь они поставили меня на четвереньки, Ли припал языком к моему влагалищу, а отец приставил к моим губам сморщенный пенис. Ли знал толк в кунилингусе: он так яростно сосал мою нежную плоть, что я не могла как следует делать минет, стонала и выпускала изо рта член. Решив, что достаточно возбудил меня, он вставил в мое влажное, дрожащее от вожделения лоно такой же толстый, как у отца, член и забился в нем. Они умели ублажать женщину самым наилучшим образом! Я была более чем удовлетворена и измучена до крайности. Кажется, они фотографировали меня, пока я билась под ними. Я толком и не соображала, погружаясь в оргазмы и медленно выбираясь из них. Ли отвел меня к себе и, накрывая одеялом, произнес, что поздравляет меня с началом настоящей взрослой жизни, я прошла тест и полностью вошла в семью. Он надеется, что я не сглуплю, как мама, бросившая их и оказавшаяся в нищете. Если я буду благоразумна и благодарна, моя жизнь и далее будет комфортной. И ещё он рад, что у него такая горячая сестренка. Почти не слушая его, крайне утомленная, я заснула.
Утром перед школой он постучался ко мне и, сказав, что хочет меня, повлек к кровати. Я предупредила, что здесь видеонаблюдение. – Не будем расстраивать папочку, пусть это будет наш секретик, как тогда, - и потащил меня к себе. Быстрый минет уже эрегированного пениса, и он, стоя и закинув мою ногу себе на плечо (у меня хорошая растяжка – замечает он), вталкивает в вагину твердый член. Стукая меня спиной о стену, держа прижатой к груди мою ногу, не отрываясь от моего рта, неспешно скользит он во мне и, замечая, что я ничего не чувствую, поднимает меня верхом на себя. Подходит к зеркалу и предлагает понаблюдать, как легко он натягивает на свой член мое эластичное отверстие, как крепко держит меня за попку, как легко она умещается в его больших ладонях, как дотягивается он до моего сфинктера и, разведя ягодицы, вставляет в него палец и с трудом вводит его вглубь. Стимуляция ануса ничего не прибавила к моим ощущениям, только дискомфорт, но насаживая меня на себя под разными углами, с разным темпом, он каким-то образом возбудил мои эрогенные зоны. В зеркале на моем запрокинутом лице была написана гамма позитивных эмоций, он крепко сжимал мои прижимающиеся к нему ягодицы. Быстро уложив меня на постель, он выдернул член и, намазав мой сфинктер моими же выделениями, засунул мне в попку палец. С трудом подвигав и вынув его, далее он попробовал ввести мокрый член. Я отбивалась и не далась. – Ты хочешь оставить попку для папы? – удивился он. – Не хочешь попробовать со мной? Тебе бы понравилось! Вложив член между нижних губок и сжав их руками, велев обнять себя ногами за бедра; так он закончил совокупление, выплеснувшись мне на живот. Без всяких эмоций я встала со смятой постели и пошла в школу.
Познание нового мира
Вечером я сама позвонила моему парню и сказала, что хочу быть с ним. Он отвез меня в мотель, там прошли чудесные 2 часа близости. Ничего общего с постельной повинностью в семье. Райан был ласков, боялся сделать мне больно и смутить меня чересчур откровенными ласками. Секса было много (Райан неутомим), и он был весьма однообразен. Удовлетворение я изображала, но все равно я бы желала отдаваться кому хочется и когда хочется, чего я была лишена теперь. Но разве наша жизнь не состоит частично из невыполнимых желаний!?
Счастливые, договорившись здесь бывать, выходя из мотеля, мы нос к носу столкнулись с братом. Мы смутились, что-то бормотали про туалет, в который мы заехали по дороге. Райан строго посмотрел на нас, произнес, что будет лучше, если мистер Эштон не узнает о том, что его несовершеннолетняя дочка бывает в мотелях, хоть и случайно, и что он разыскивает меня – папа велел привезти меня домой. Ли был так важен в роли обеспокоенного старшего брата, что это могло показаться забавным, если бы не было чистым лицемерием.
Усадив меня в дорогую машину и простившись с Райаном, уехавшем на подержанном пикапе, брат объехал мотель и вернулся на стоянку. Велев мне следовать за ним, он направился туда, откуда мы только что вышли. Я осталась в машине; оглянувшись, он вернулся и, открыв дверцу, стал бить меня по щекам. Я закрывалась, а он спрашивал, как я объясню синяки в школе и Райану. Я крикнула, что пойду. Обняв меня за талию, поцеловав и назвав умницей, брат повел меня в номер. Потискав меня в душе и возбудив мастурбацией, он заставил облизать свои мокрые пальцы и, подведя к кровати, сам сел, а меня поставил задом перед собой. Оперев меня на стул, он раздвинул мне ягодицы и без предисловий приступил к стимуляции ануса. Торопился быть первым по введению меня в мир анальных радостей! Долго лизал и толкал языком сфинктер, вставлял пальцы и расширял тугое отверстие. Решив, что пора, стал проталкивать смазанный член в смазанный анус. Было больно, но терпимо, я не кричала, стеснялась незнакомого места. Он хвалил меня, комментировал, сколько ещё осталось ввести и, наконец, возвестил, что всё. Спросил про мои впечатления, прибавил, что, правда ведь, не больно и даже приятно, и начал медленные неглубокие толчки. Держал меня то за талию, то за локти, то за бедра и на каждом толчке тесно прижимал к паху, говоря, что нужно растянуть дырочку. Повернул меня к кровати, осторожно, чтоб не вывалился пенис, поставил на четвереньки, навалился на мою спину сверху и охватил пальцами груди. Больно сжимая их, что-то шептал в ухо о чудесных ощущениях от моей тесноты, о следующем разе, о своих давних мечтах обо мне, о том, что он первый и я должна быть счастлива. А я терпела его тяжесть и пыхтение и думала о том, что счастлива была бы сейчас рядом с Райаном в старом пикапе. Я легла грудью на кровать, равнодушно воспринимая тянущие и распирающие мой зад толчки. Скорее бы он устал! Видя, что я заскучала, братец просунул под меня руку и вложил её между нижних губок. Я приподняла бедра, и после недолгой стимуляции увеличившегося холмика он вложил мне в рот мокрые пальцы. Вскоре и он придавил меня трясущимся телом.
В последний день пребывания у нас Ли папа привычно позвал меня к себе. Усадив меня, полураздетую, к себе на колени, показал на мониторе, как он пополняет банковскую карточку мамы. Я не знала об этом и, честно говоря, не ожидала от него. В доме постоянно велись разговоры, что мама неблагодарная, поэтому сама себя оставила без средств и вынуждена работать. То, что в России мама и так все время работала, не принималось во внимание. Главное, что здесь она подло бросила папу, сделав его посмешищем перед соседями! А ведь он так много сделал для нищей российской беженки! То, что мы не были ни нищими, ни беженцами, не упоминалось. Я принялась было благодарить папу за помощь маме, которой нелегко жилось, оставшись одной. – А знаешь, почему я ей помогаю? – как-то нехорошо спросил он. Отвечать не хотелось, но я все же посмотрела на даты пополнения карты: да, первым был день после моего дня рождения, когда отчим сделал меня любовницей. – Не хочешь поблагодарить меня, ведь я не бросил маму, как она меня? Я обняла его и поцеловала, постаравшись вложить в поцелуй несуществующие чувства.
– Скоро ты окончишь школу. Уедешь к ней? – начал он разговор. – Да, она же ждет меня, я хочу помогать ей! – я. – Думаешь, учиться дальше или пойдешь работать? – опять странный вопрос. Я, конечно же, собиралась учиться в колледже и не ожидала никаких сложностей с этой стороны. – Да, учиться в колледже… - не понимая, к чему он ведет. – Надеюсь, мама оплатит твою учебу, раз вы с ней все решили, - равнодушным тоном. Мои руки дрогнули на его плечах, он же ласково поглаживал меня по спине. Оплатить сейчас мама могла лишь свой быт, да и то со скрипом. – Ты не передумаешь насчет дальнейшей учебы? – вкрадчиво, поднимая наверх мою ночную майку. Со смутным ощущением разбитых надежд, замерев, я держала руки вверху, пока папа нежно поглаживал мои приподнявшиеся груди. Я опустила руки к нему на плечи, он приступил к пощипыванию и покручиванию сосков. Его рука сдавила мне шею, он не прекращал тянуть мои ноющие соски и потянулся к лицу губами. Я отвечаю на долгий поцелуй и приоткрываю губы, куда тотчас же устремляется его язык. – Ведь ты хочешь в колледж, или тебе по душе работа санитарки в госпитале? – мама, наверное, обыкалась в своем вагончике от столь частого упоминания. Его рука настойчиво разводит мои ляжки и отодвигает резинку шортиков. На словах «да, я хотела бы учиться» его палец потер мою промежность и устремился к отверстию. Крепко держа мою грудь и двигая пальцем в мокром влагалище, папа заботливо замечает, что посещать колледж удобнее отсюда, ближе, чем из того городка, в доме все необходимое для учебы, да и ему удобнее было бы платить за обучение, если б я жила с ним, а не непонятно где. Двумя пальцами он сдавливает клитор и тянет его вверх, я задерживаю дыхание и терплю, боясь закричать. Да и что скажут мои новые друзья по колледжу, узнай они, что я живу в вагончике. Вобщем, я должна обдумать этот вопрос и поставить его в известность. Ещё поцелуй взасос. Папа отпускает горящий клитор, последний раз проводит пальцами между нежных складок и, вынув мокрую руку из штанишек, вытирает её о мою грудь. Шлепает меня по попке и отпускает в душ. Под струями воды я осознаю, что мною вновь манипулируют и я не знаю способа избежать этого. В постели меня встречают уже раздетые папа и братец; Ли поздравляет меня с принятием верного решения насчет колледжа, прибавляя, что другого случая выучиться у меня не будет. Говорит, что будет помогать мне заниматься. Я грустно улыбаюсь, и папа просит не давить на меня: после совета с мамой мы обе примем верное, устраивающее всех решение.
Папа садится к спинке кровати и устраивает меня стоящей на коленях перед собой. Я догадываюсь, что сейчас произойдет и искоса смотрю на Ли; он понимающе улыбается и после поцелуя подставляет моим губам свое висящее достоинство. Повторяется все, что произошло в мотеле несколькими часами ранее, включая ещё одного партнера. Я стойко терплю папин язык и пальцы в моей попке, затем упорное постепенное проникновение толстого органа туда. Он удобно устроился на согнутых ногах, прижавшись к моим ягодицам, и, как и братец раньше, начал с неглубоких толчков. Ли крепко держал меня за виски и размашисто толкал в меня член, то глубоко вводя его, то почти вынимая и снова проникая им в горло. Папа увеличил темп и силу проникновения, стало больно, как-то тяжело внизу. Простонав, как тесно и хорошо в попке у доченьки, папа прижал меня к животу. Он лег, ободряюще посмотрев на сына; Ли перевернул меня задом к себе и опять с трудом ввел член в мигом затянувшееся отверстие. Папа с сыном решили, что систематические «анальные упражнения» сделают мою заднюю дырочку эластичной. А пока им приходилось с нажимом продвигаться там. Папа лег под меня, стоящую на четвереньках, и принялся массировать мою вагину руками. От воздействия его ловких пальцев у меня запылало жаром между ног; я застонала, потом закричала от невыносимо-приятного возбуждения во всем теле. Кончивший брат вышел из меня, и папа прильнул губами к моему извергающемуся отверстию и быстро слизывал текущие соки. Меня колотило внутренними токами, бьющими снизу. Отчим уложил меня рядом, крепко обнял и сказал, что никуда не отпустит свою сладкую девочку. Уже вымывшиеся, мы проследовали к компьютеру, и я, следуя его указаниям, пополнила мамин счет очередной небольшой суммой (конечно, не раскрывая мне пароля и кода карты).