Мы жили вместе с Аней уже месяц. Столько же оставалось до намеченной свадьбы. Вопреки своему обещанию, отец сестер, узнав о помолвке, сообщил, что не приедет, но выслал солидную сумму денег.
Жили мы дружно, почти, как муж и жена. Исключением было только то, что спали мы в разных комнатах. Все мои попытки склонить невесту к близости наталкивались на непробиваемую стену. Моим неожиданным союзником стала Таня, которая при каждой встрече критиковала сестру за ее дурацкие принципы. Впрочем, бывала она у нас не часто. При этом, вопреки моим тайным надеждам, она ни разу не забыла надеть трусы. Зато этот интимный предмет туалета мне удавалось увидеть почти каждый раз. По этой причине я всегда радовался появлению сестры невесты. А также потому, что каждый визит сопровождался приятным церемониалом. Таня при встрече сначала целовала в губы сестру, а потом меня. Причем, готов поклясться, что пару раз сестренки задействовали при поцелуе свои язычки. Сам я такого себе с Таней позволить не мог, а сама девушка активности не проявляла.
Работал последнее время я много, и часто задерживался допоздна. Более того, меня предупредили, что со следующей недели я буду регулярно ездить в 2-3 дневные командировки в города, где внедрялись наши системы. Плюсом было то, что я из младшего специалиста стал просто специалистом, а моя зарплата увеличилась сразу на 30%, не считая щедрых командировочных. Так вот, однажды, придя домой поздно, я услышал на кухне голоса: моей Нюты и незнакомый, мужской. Заинтригованный, я прошел на кухню. Анька тут же бросилась мне на шею, поцеловала и чуть виновато поведала:
- Кость, это Сережа. Мой одноклассник…
Мы поручкались, после чего Аня поведала историю своего старого друга. У него были проблемы, он косил от армии. Жили они бедно, родственников не было, друзей тоже. Поэтому спрятать сына от призывной комиссии его родителям было негде.
- Ты не против, если он поживет у нас?
- Месяц, не больше, - добавил Сергей, - пока призыв не кончится. Я только спать тут буду, а днем – уходить. Мне, реально, больше некуда пойти. Я вам должен буду по гроб жизни!
Мне эта идея совсем не нравилась, поэтому я увел Аню в ее комнату для приватного разговора. Но она так просила, что отказать ей я не смог. Решающим доводом стало ее заявление, что Сергей будет жить в моей комнате, а я буду спать с ней. Короче, я согласился. Знал бы я, к чему это все приведет…
Первые 3 дня наш квартирант действительно не мешал. Он уходил в 7 утра и возвращался в 11. Я его практически не видел. Но и с невестой у нас ничего не вышло. Хоть мы и спали вместе – она была в глухой пижаме и ничего не позволяла. Таня тоже была против соседа, но, узнав, что теперь мы с ее сестрой спим в одной кровати – обрадовалась и усилила свое давление на Аню. А потом… меня отправили на 3 дня в командировку…
Дальнейшее повествование ведется от имени Ани
Первый вечер без моего Костеньки был ужасен! Я не знала, чем заняться, все валилось из рук. Я бы, наверное, сошла с ума, так мне не хватало моего любимого, если бы не Сережка. Он пришел в 10, веселый, бодрый. Сразу увидел мое состояние и сказал, что знает, чем помочь. Ушел куда-то и скоро вернулся с бутылкой ликера. Мы пили на кухне, он травил байки и анекдоты. Ему почти полностью удалось развеять мою грусть. Я даже начала смеяться. А потом… Видимо я давно не пила столько. Моя голова отяжелела, а затем - темнота…
Очнулась я на следующий день утром в своей постели, в своей пижаме. Попыталась собраться с мыслями, но не смогла вспомнить ничего из событий прошедшего вечера. Я не помнила, как мы разошлись, как я переоделась и легла спать… Ничего! Сереги не было. Приняв пару цитрамона, я кое-как привела себя в порядок, оделась и пошла на учебу.
Вечером Сережка явился в 7 часов. Но сегодня он выглядел как то странно: был молчалив и сосредоточен. Я не стала приставать, сказала, где найти ужин и ушла к себе. Через полчаса он сам постучался ко мне.
- Ань, нам надо поговорить…
- Да? Конечно. Садись.
- Я должен тебе кое-что показать…, - он вытащил из кармана смартфон и начал тыкать пальцем в экран, - смотри.
Я взяла телефон, и мое сердце ухнуло в бездну. На экране была я. Смеющаяся и абсолютно голая я стояла на коленях перед голым Сергеем и держала в руке его торчащий член!!!
- Эт… Ч-что это?!, - только и смогла вымолвить я
- Сама видишь… Дальше смотри, - невозмутимо ответил парень и показал, куда ткнуть, чтобы пролистать фотки.
Следующий снимок был сделан сверху. На нем я сосала член Сергея, погрузив его в рот на 2/3.
- И последний…
На третьем снимке было только мое лицо: довольное и все залитое спермой.
- Эт-того не может быть! Откуда это?! Это не я!
- Это ты, Анюта…
- Сотри немедленно! Как?! Как это могло быть?!?!
- Можно подумать, я тебя заставлял? Посмотри на свое довольное личико! А стирать? Зачем? Думаю, твоему жениху будет интересно узнать о тебе ВСЮ правду. Ведь ты его обма…
Я попыталась вырвать телефон из его рук, но Сергей оказался ловчее. Он одернул руку и спрятал телефон в карман.
- Отдай! Немедленно! Ты не сделаешь этого!!!, - я набросилась на этого человека, которого считала своим другом, с кулаками.
Но силы были неравны. Он грубо бросил меня на кровать и жестко заявил:
- Не сделаю, если ты сама этого не захочешь!
- Я не хочу! Прошу! Сотри!!!, - я уже не могла сдерживать рыданий.
- Просишь? Ты и вчера просила: «Сереженька, выеби меня в рот!»
- Не-ет!!! Этого не было!
- Было! Ты напилась и сама набросилась на меня! Умоляла порвать тебе целку. Скажи спасибо, что я пожалел тебя!
- Нет! Ты врешь!!!
- Ты фотки видела? Заметила, что ты жертва насилия? Я – нет!
- Что?! Что ты хочешь от меня?
- Пока ничего. Придешь ко мне в комнату через полчаса. Голая!!! Не бойся, целочку твою не трону. Просто я хочу, чтобы ты повторила вчерашнее, но не в пьяном угаре, а в здравом уме. Добровольно! Придешь и попросишь: «Сереж, можно тебе отсосать?». Отсосешь, а потом я сотру фотки, и мы обо всем забудем.
Он ушел, оставив меня рыдать в подушку. Через 20 минут слезы кончились. Я не видела другого выхода, поэтому трясущимися руками разделась и пошла к своему мучителю. Тот лежал, уже голый, поперек кровати. Слова колом застряли в моем горле:
- С-сереж… Можно… т-тебе… отсосать?
- Конечно, Анют! С удовольствием! Иди ко мне, мой дружок уже заждался.
Мое сознание помутилось. Как в тумане я подошла к нему, расположилась между ног и взяла ненавистный член в рот.
Парень подбадривал меня самыми грязными словами:
- Да! Хорошо! Соси его хорошенко, шлюшка! О-о! Как здорово! Вижу, тебе тоже нравится.
Я почти не слышала его слов, но вскоре, к своему ужасу ощутила, что моя промежность начинает увлажняться! Не знаю как, но этот урод как-то понял про изменение моих ощущений. Он резко вывернулся из-под меня и зашел сзади. Какой стыд!!! Ведь я стояла перед ним раком абсолютно голая, выставив напоказ все свои прелести. Но от этого стыда меня всю охватила еще большая истома сладострастия. Я прямо ощущала, как во мне в неимоверном количестве выделяется влага и выступает наружу! Стекает по ногам!!! Сергей тем временем грубо сунул свою руку мне между ног.
- О-о! Да ты вся течешь, шлюшка! Я ж говорил, что тебе нравится! Может хочешь, чтоб тебя выебали?
Разум на миг вернулся ко мне. Ведь я понимала, что если Костик поймет, что я не девочка, это станет крушением всего.
- Нет! Только не это!!!
- Не ссы! Достанешься мужу целенькой.
Он снова упал на кровать.
- Соси дальше, шлюшка! Можешь даже подрочить себе. Видишь, какой я добрый?
Мой разум не мог позволить мне продолжать это омерзительное занятие. Но тело, охваченное похотью, уже не слушалось. И вскоре я вновь страстно сосала член отвратительного мне человека и яростно ласкала себя между ног. Сергей больше ничего не говорил. Он только стонал и мычал. Вскоре он, наконец, выпустил в меня мощную струю теплой жидкости, которую я, с постыдным удовольствием начала сглатывать. В тот же миг чудовищной силы оргазм накрыл меня, и я потеряла сознание…
Очнулась я в одиночестве, лежа поперек кровати Сергея, с рукой, зажатой между ног. Самого мучителя в комнате не было, зато из душа раздавались звуки льющейся воды. Я осмотрелась. Его телефон лежал на кресле. Я тут же вскочила и начала лихорадочно пролистывать фотки. Не найдя нужных, я удалила вообще все файлы, отбросила от себя ужасный прибор, упала на живот и снова заплакала от стыда и унижения…
- Ну-ну, крошка, не плачь…, - в комнату вошел Сергей
- Пошел на хуй!, - непроизвольно вырвалось у меня.
- На хуй ты у меня пойдешь, золотка! Фотки стерла?
- Все стерла…
- Да на здоровье, - глумливо засмеялся он, - у меня лучше есть.
С этими словами он подошел к приоткрытому шифоньеру и вытащил оттуда спрятанную видеокамеру.
- Отличное, наверное, получилось кино.
Меня охватила ярость. Шторки упали. Я вскочила, схватила с тумбочки массивный будильник, и с животным ревом бросилась на шантажиста. Но он перехватил мою руку и так сильно сжал, что я выронила будильник и скрючилась от боли.
- Детка, ты уже поняла, что наши игры не закончились…
- Ты обещал, что больше ничего не будет!!!
- Я обещал стереть фотки и обо всем забыть! Я слово держу. Фоток нет, и я забыл, что было вчера. А вот про сегодня… мы не договаривались!
- Сволочь! Урод!! Мерзавец!!!
- Ну-ну… Может и так. А ты – шлюха! Текла сегодня, как дырявая бочка! Тебе нравилось! Не обманывай себя.
Сил на истерику больше не было. Наступило какое отупение и безразличие. Я села на кровать, уже не обращая внимания на свою наготу.
- Успокоилась. Молодец! Значит слушай сюда. На записи ты сама пришла ко мне и попросила отсосать. И твой Костик поверит этой записи, а не тебе. Так?
- Да…
- Я, как и обещал, проживу у вас еще 25 дней. Я больше не буду делать никаких записей. Хватит и этой. И эту сотру через 25 дней. Ты будешь примерной чистенькой невестой для своего рогатого женишка. А для меня – шлюхой и давалкой. Целку твою не трону, а вот попку – распечатаю. Готовься. Буду ебать тебя в рот и в жопу, когда захочу и сколько захочу. И только попробуй выдать меня или сказать нет. Все поняла?
- Да…
- Тогда повтори!
- Я – твоя шлюха и давалка, - безразлично повторила я, - можешь ебать меня в рот и в попу…
- В жопу!!!
- …и в жопу, когда захочешь и сколько захочешь.
- Умничка! А теперь иди спать. Разбудишь меня в 7 утра миньетом!
- Да…
Ночью я долго не могла заснуть. Передо мной, как живые, стояли картины моего падения. Я ненавидела себя, но снова возбудилась. Уснуть я смогла, только дважды удовлетворив себя…