Приснилось, что я буферастая старшеклассница, которая обещала двум парням дать себя голой помацать в волю, если они меня красиво унизят. Сначала на большой перемене, я наклонилась в коридоре якобы, чтобы застегнуть туфлю, и пробегая, они задрали на мне юбочку так, чтобы все увидели роскошные фиолетовые трусики. Малышня захихикала, а постарше теперь будут всё время дрочить, вспоминая мои ляжки. Второй раз – около торгового центра они изобразили «акул» - пробегая, стянули с меня до колен белые трусики. За это ушла с ними в кусты, расстегнула рубашку, подняла маечку и дала лапать сиськи.
Потом приспустила трусы и подняла юбку. Один парень сунул руку между ног: «мокренькая» и дал мне облизать свои пальцы. Я проснулся со страшным стояком. Сон был чудесным, но я не кончил. Надо было додрочить. Я представил, что загораю на берегу речки, на меня выходит мужик с уголовными наколками, приказывает снять плавки и лечь жопой кверху. Я выполняю его приказ, смазываю себя кремом для загара. Он ложиться сверху и начинает сильно трахать. Тут я сильно кончаю и иду в сортир. Там встаю перед унитазом, спускаю до колен мокрые пижамные штаны и нажимаю на спуск. Из потоков воды появляется водяной.
Он садится на унитаз, а я к нему на колени. Я целую его колючие щёки. Его рука ласкает мой член. – Что для тебя самое острое, малыш? – Облизать третий подряд член, вынутый из моей выпоротой жопы! – Так хочешь порки, а мягче? – Чтобы лежать в кровати со здоровым парнем и дрочить ему, рассказывая как я у него буду сосать. – Тебя нужно отправить в лес к моему другу – лесовому, тот тебе оттрахает за милую душу и подарит магические майки. – С тем же эффектом? – Он любит по-сильнее: в белой майке ты будешь стоять у него без трусов прямо на улице, в черной – тебя выпорют на глазах всего класса или всей деревни, в желтой – засунут головой в писуар… Ого, как у тебя встал – любишь жесть? А легче приключение не можешь представить? – Ну, вот остров – гарем мальчиков. Совсем молоденькие – носят девчачьи сарафанчики, их называют женскими именами, но их можно только ласкать и гладить.
Постарше - носят одни длинные майки. Их можно лапать, и они сосут старшим. Старшие ребята ходят в длинных белых трусах, что значит, что у них чистые попы – им сосут младшие, но трахают в попу взрослые парни в джинсовых шортах… - А ничего из кино ты себе не представляешь? – Мне очень нравится «Приключения Электроника»: когда хулиган нападает на мальчика-робота в шортах и думает, что тот потерял штаны от страха. Я когда смотрел по видео, представлял, что я - Сыроежкин и за мной гонится второгодник.
Я думаю, что спастись можно только унизившись и, забежав за угол, снимаю школьные брюки. Когда меня догоняют, я в смешных зеленых трусиках. Что, Сыроега, штаны потерял от страха?! – хохочет мой преследователь. Нет, это я себя позорю для унижения, чтобы простил и не бил! – Для унижения? Для унижения снимай трусы и вставай на колени, тогда прощю! Я – Сыроежкин – встаю на колени, спускаю трусы и говорю: я – говнюки и засранец. Мне очень хочется, чтобы мне разрешили бежать домой в трусах, а не без них. И ещё в фильме про Электроника я балдел от сцены, где хулиган ловит Сыроежкина на лестнице и начинает тискать, спрашивает: Ты у на сегодня кто – сыроухин, сыропопкин?
Ищешь надежный секс-шоп, который доставляет все товары в срок и не подписывает, что внутри посылки? , тут и цены не кусаются, и доставка куда угодно!
И тут я ему, который больно щиплет меня за жопу, говорю: хочешь, я штаны сниму, чтобы тебе удобнее было меня щипать? А, покоряешься, Сыроега, снимай и трусы тоже! – Только давай пойдем на чердак, а то увидят здесь голого – Валяй! Мы идём на чердак и я – Сыроежкин, снимаю рубашку, штаны и сатиновые трусы. Остаюсь в одной майке. – Что, покорился? - Да, я – раб! – Ты - моя рабыня, рабыня Изаура, нагнись! И водит своим хуем по моей жопе…. Вот так я представлял. Тут водяной сжал мой член и я кончил. Он провёл мне по животу своим членом и облил меня пеной. И исчез.
Я колебался, какие надеть трусы. Вот черные «порочные» и пойти в полицию. Я представил, как меня со спущенными трусами хлещут ремнём опера и снимают на мобильные. А потом, в расстегнутых штанах вталкивают в камеру и говорят: этот – сосёт. А я говорю: ментам не сосал, а вам – честным пацанам всем доставлю удовольствие… Нет – это слишком сильно. Я надел белые «раздевальные» и светлый спортивый костюм.
Направился на вокзал. Я представил, как меня окружают бомжи (а лучше – молодняк) и велят всё снять, а потом, как я в опорном пункте голый, прикрывая левой рукой пах, пишу объяснение хихикающим полицейским, пока отец не привезет одежду. От этого встал как железный. Тут на переходе, уже почти под переключение на красный свет, мимо промчалась девчонка на роликах. Она рванула сумочкой и задела мои штаны. У них лопнула резинка и они упали. Я даже не успевал их поднять и так и бежал через улицу в спущенных штанах.
Настроение подвергаться раздеванию у меня пропало и я, придерживая рукой штаны, побрёл домой. Тем более, что всё случилось - я был раздет посередине улицы. Когда я вошёл в тёмную арку по пути во двор, в спину мне что-то уперлось и я услышал: руки вверх, фраерок! Я испуганно поднял руки и треники тут же свалились. Молодой парень заржал: что, фраерок, от страха штаны потерял, может еще и обосрался? Сильная рука сорвала у меня сбоку ксивник, и грабитель ушёл.
Когда я вернулся, дважды оказавшись без штанов, стояк был жуткий. Я надел зелёные трусы и длинные шорты. Пошёл в парк. Внезапно меня схватили. Пахнущая табаком ручища зажала рот, а другая завернула руку. Хриплый голос прошептал: Быстро снял штаны и раком, а то плохо будет! Значит, я попал к настоящему маньяку. Расстегиваю шорты и наклоняюсь. На спину мне наваливается туша; чувствую, как с меня сдирают трусы.
Вот в меня врывается толстый член и начинает дергаться. Я лижу его руку, которой он закрывал мне рот – надо показать полную покорность, тогда поебёт и отпустит. А то, кто его – маньяка, знает. Что, педрила, лижешь? – Я ваш раб! – Раб? Знаешь, что должен делать раб? – Ходить голый и в ошейнике, обращаться к хозяину, вставая на колени, а хозяин его порет и унижает по всякому…. – Хочешь, чтобы тебя выпороли? Да! – А как тебя унизить? – Чморением – обоссыте меня! Я понимал, что обоссанную жертву – смешную и вонючую - больше трахать не захотят.
Жирный насильник мне не понравился и я не хотел, чтобы он потом уволок меня в своё логово, где бы приковал к батарее и совал мне в рот член вынутый из моей грязной жопы, или приказал бы мне прийти на это место завтра… Значит, пороть и чморить?! Тут он в меня кончил. Как всегда от обильной спермы меня прослабило. Я вывернулся из рук, сел на корточки у его ног и стал срать. Ну и вонища! Толстяк подтянул свои грязные джинсы и быстро ушёл. Я вытерся носовым платком (хорошо он оказался в кармане шорт) и пошёл домой стирать трусы.