Я всегда опекала Катьку, младшую сестру. И когда она позвонила в один из прекрасных вечеров, я без раздумий бросилась к ней. Катька удачно вышла замуж, и теперь они с мужем жили в пентхаузе в одном из новоиспеченных домов в центре. Голос сестры в телефоне был заплаканным, и к тому же я явственно различала странные посторонние звуки. «Минет она делает, что ли?» - подумала тогда я, не подозревая, насколько была близка к истине.
Катькин муж встретил меня в их огромной прихожей и, молча взяв за локоть, поволок в спальню. Кирилл был крупным мужчиной, что называется косая сажень в плечах. Я даже не успела скинуть туфельки на шпильках, сопротивляться Катькиному мужу решительно не представлялось возможным.
В спальне, возле огромного сексодрома, сидела Катька. Лицо ее было заплаканным, и слезы были обильными – две темные дорожки протянулись по щекам. Но самым странным было не это, а то, что ее лицо и грудь, почти обнаженная прозрачнейшей сорочкой, были залиты спермой. Дополнял картину синяк под глазом.
- Что здесь происходит? – я чуть не застыла в шоке, но Кирилл тупить мне не позволил, буквально швырнув на смятую постель.
- Ты знала, что твоя сестра – шлюха? – заорал Катькин муж. – Такая шлюха, что нашла не одного любовника, а трахалась сразу с двумя.
Я даже промямлить в ее оправдание ничего не смогла – сестра часто делилась восторгами от сразу двух мужчин.
- Я решил, - продолжил Кирилл уже спокойнее, - предоставить ей это удовольствие напостоянку. Только я с ней спать больше не буду, разве что для разнообразия могу кончать в ротик. А ты, Вика, займешь ее место на брачном ложе. Может, разницы и не замечу.
Мы с Катькой очень похожи – обе голубоглазые блондинки с роскошными, чуть вьющимися волосами. Только я более женственная с крупной грудью и крутыми бедрами. А сестра – ангел во плоти с безупречным ангельским личиком, маленьким ротиком и большущими невинными глазами. В последнее время она, правда, почти догнала меня в объеме груди – сделала пластику, причем такую, что с ее сиськами можно было играть, не боясь повредить импланты.
- Ты в своем уме, Кира? – я возмутилась и хотела встать с постели.
Кирилл без труда воспрепятствовал этому, положив лапищу мне на плечо, и строго посмотрел на жену.
- Вика-а, ну, пожалуйста! – жалобно всхлипнула Катька, разлепив губки в остатках спермы.
А Кирилл пояснил:
- По брачному контракту за измену она вылетит отсюда в чем мать родила. Кроме того, это ты нас познакомила. И плюс, эта сучка утверждает, что ты была в курсе ее похождений и даже не пыталась этому воспрепятствовать. Это справедливо?
- Нисколько!
- В любом случае, я тебя сегодня трахну. Зависит от тебя, насколько ты будешь послушной, настолько эта сучка продолжит свое безбедное существование. Только хуи теперь ей буду выбирать я. Так что будешь сопротивляться – завтра твоя сестра пойдет на панель, все равно ничего больше не умеет делать. Будешь делать все, как я захочу – для нее все обойдется. Но сегодня я тебя поимею – пускай видит, что всех подставила.
Кирилл дела в долгий ящик откладывать не стал – он так сжал мою грудь, что у меня едва не перехватило дыхание. Хорошо еще, что я была в плотном бюстике, иначе, боюсь, и синяк остался бы. В любом случае было неуютно – быть всерьез истисканной мужем сестры, да еще на ее глазах. Но возражать я не посмела, безропотно позволяя Кириллу исследовать свое тело.
- Раздевайся! – приказал мне Кирилл, когда ему наскучило забавляться с моей одетой грудью.
Я колебалась недолго – взгляд Катьки снизу вверх был такой жалобный, что я встала и скинула блузку с юбкой, оставшись в бордово-черном сексуальным комплектике и черных чулках с орнаментом по бокам.
В этом момент зазвонил входной звонок. Я непонимающе переглянулась с Катькой, а Кирилл оглядел меня так, что едва не поперхнулась – взгляд, окинувший мое тело, был плотоядный, и мне стало понятно, что меня сегодня оттрахают без всяких сантиментов.
- Все остаются на своих местах, - прикрикнул Кирилл и вышел.
Я была в таком шоке, едва держась на ватных ногах, что даже не успела перекинуться хотя бы словом с сестрой, когда ее муж вернулся в компании двух почти таких же здоровенных мужиков.
- Это мои одноклубники по Закрытому мужскому клубу. Марат и Виталий. Сегодня они будут трахать шлюху так, как она любит. А ты, Вика, будешь, не отрываясь, смотреть, как они делают это. В твоей головке должно уложиться, как вредно для здоровья мне изменять. Не забывай, ты теперь заменяешь мою жену в постели с поправкой на то, что твоя сестра – шлюха. – Кирилл повернулся к своим приятелям. – Эту будете трахать, а эту не трогать.
- ОК, - усмехнулся Марат. – Только как бы нам не перепутать их.
- Не вопрос.
Кирилл поднял жену, начавшую поскуливать, глядя на новых персонажей, развернул ее попкой и насильно наклонил. Потом задрал короткий расклешенный подол сорочки. Катькина попка была обтянута прозрачными кружевными шортиками, уверенно обрисовывавшими дольки пизденки.
Трусики оказались крепкими. Кирилл рванул их раз, другой, все тело сестры заходило ходуном от безжалостных движений, и материя не выдержала, оставшись лоскутами в огромной лапище. Я даже вздрогнула, когда сестра предстала в совершенно непристойном виде перед двумя незнакомыми самцами. Ее пизденка, полностью лишенная растительности, сияла аккуратными губками. Униженно поскуливая, Катька, впрочем, не посмела сопротивляться, и все увидели татушку на самом копчике. Витые узорные буквы гласили: «Твоя навеки». Я долго ругала ее, когда она побывала в тату-салоне. На что сестра возражала: «Я же не написала имени. И теперь любой, кто будет иметь меня сзади, будет проникаться моментом».
Парни прониклись, глядя на нагнутую в самой живописной позе сестру, с голой упругой попкой, с пизденкой, обещающей наслаждение, с татушкой, предполагающей вечное распоряжение дырочками. Брюки Марата и Виталия взбугрились в районе паха, похоже, они уже видели свои члены в этой аккуратной дырочке, а может и в лучиках ануса, также неприкрытого ничем и ясно различимого в ярком свете.
Кирилл хлестко шлепнул по выпяченной попке, и Катька с визгом отлетела, чтобы забиться между камином и полкой, на которой, как ирония судьбы, стояла большая свадебная фотография. Сестра с огромными от ужаса глазами смотрела, как парни раздеваются, не сводя взглядов с ее тела, едва прикрытого прозрачной ночнушкой. А когда парни обнажились полностью, ее глаза расширились совсем уж широко – до нее только сейчас бесповоротно дошло, что ее сейчас будут трахать два самца. Куда захотят, как захотят и так долго, как захотят. Ее желания в расчет больше не принимаются. Как, похоже, и мои.
Наблюдая, возможно такими же большими глазами, как у сестры, на два стоящих огромных члена, готовых к употреблению Катьки, я пропустила момент, когда ко мне приблизился Кирилл и схватил меня за промежность. От неожиданности я пискнула и подскочила. Однако было поздно – мне показалось, что трусики полностью запихнуты в меня на мужских пальцах.
- Ну, что она, - он кивнул вниз, указывая на то место, куда он грубо вторгся, - готова расплачиваться за твою сестру?
Я даже не успела ничего сказать, как Кирилл вытащил пальцы, а затем так рванул мои трусики, что они натянулись почти до пупка и режущей болью вонзились в мою пизденку, едва не разрезая ее на две половинки.
- Не слышу ответа!
- Да-да, - едва прошептала я, ощущая, как тесьма ранит мой клитор, - она готова.
Моего мучителя немного отвлек Марат. Катьке приходилось тоже не сладко. К этому моменту тонкие бретельки комбинашки были оборваны, и она упала к ступням сестры. И парни развлекались тем, что хватались за соки или промежность. Причем норовили оттянуть попавшую в захват плоть как можно дальше. Катька попискивала и, плача, повторяла: «Ну, пожалуйста… ну, не надо!» и пытаясь прикрыться ладонями и сжать бедра. Это было бесполезно – во-первых, все равно ее рук не хватало, чтобы защититься от бесцеремонного обращения; а во-вторых, когда парням было надо, они прикладывали силу, отводя изящные руки сестры. В какой-то момент Марат обернулся и спросил:
- Брат, ты уверен?
Кирилл обернулся, к моему облегчению, ослабив натяжение трусиков:
- Да, брат! И пожестче с этой шлюхой, не давайте ей спуску. Дырочки у нее все разработаны, сам видел на съемках частного детектива. Надеюсь, дадите ей прочувствовать, что надо было ценить мужа.
Виталий хмыкнул:
- ОК, брат! – и потянул Катьку за локоть. – Устраивайся на коленках, сучка, мой член давно хочет в твой ротик!
Катька испуганно поглядела на стоящие дыбом немаленькие члены и отчаянно замотала головой:
- Я не готова… Я не могу…
- Иди сюда! – Марат схватил сестру за волосы и бросил на пушистый ковер. Катька упала на колени и всхлипнула, увидев перед самым носиком два вздыбленных члена. Ее оханье было прервано членом Марата, забитым в маленький ротик. Не успели глаза сестры распахнуться во всю ширь от того, что неимоверно раздутая головка беспрепятственно скользнула между ее губами, как Виталий развернул ее голову. Катька что-то плаксиво пискнула, но тут же ее писк перерос в мычание, так как член Виталия не замедлил оказаться там, где только что был член Марата. А потом парни стали меняться, по очереди входя в пухлый ротик. Сестра только успевала всхлипывать между членами да бросать плаксивое: «…пожалуйста… не хочу… не так глубоко…».
Кирилл равнодушно отвернулся от своей жены, выполняющей жесткий минет двум мужикам против собственной воли, и обратился ко мне:
- Ну, а ты? Почему отстаешь от сестры?
Мне не хотелось больше, чтобы в мои нежные лепестки вонзались собственные трусики, поэтому я без колебаний опустилась перед Кириллом на колени. Чтобы не вызвать гнев мужа сестры, я сама быстренько расстегнула ширинку на его брюках и достала эрегированный член. Он был просто огромный, я даже впала на какое-то время в ступор.
- Ну? – грозно спросили сверху, и я поспешила взять багровую головку в ротик. – Тебе хорошо видно? Гляди, как эта шлюха отсасывает.
Кирилл немного повернулся, и я послушно скосила взгляд на парней, увлеченно засаживающих Катьке в ротик. При этом я не забывала посасывать толстое навершие, стараясь как следует ублажить мужчину.
Какое-то время мы с сестрой усиленно делали минет. Мне, несомненно приходилось гораздо легче – я по крайней мере сосала сама, плотно сжимая губки на толстом стволе и усиленно двигая головой. Катьку же просто трахали в ротик. По всей видимости, парни пришли к выводу, что она недостаточно усердна. И теперь ее белокурая головка каждый раз оказывалась в лапах того или другого парня. Больше сестра не могла дернуться, когда ей с размаху засаживали. Она страдальчески морщилась, зажмуривая глаза, кривилась, но беспощадные члены проникали глубоко, наверняка в самое горло.
А, когда член Марата был в ее горле, глаза сестры вдруг расширились так, что мне подумалось – они сейчас лопнут. И вдруг между бугристым стволом и растянутыми губками хлынула сперма. Парень рычал и вздрагивал мощными судорогами, крепко сжимая белокурую головку и насаживая ее все глубже. Каждый раз за его вздрагиванием лилась новая сперма, которая ложилась кольцом вокруг ротика сестры, текла по подбородку и капала на сиськи. Скоро и весь живот был в потеках, до самого голого лобка.
- Дай и мне, брат! – Виталий отодвинул Марата, и Катьке пришлось принять теперь и его член в ротик, из которого еще текла сперма.
Новая порция была не меньше предыдущей. Опять выпученные глазенки сестры, когда из ее ротика хлестала сперма. Виталий вытер член о Катькины груди и поглядел на Марата:
- Ты как, брат, готов продолжать?
- Вполне. Классная сучка со сладким ротиком. – Виталий поглядел на Кирилла, в этот момент внимательно наблюдающего за моими манипуляциями с его членом. – Как тебе замена, брат? Не прогадал? А то встанешь в круг с нами, когда начнем обрабатывать эту шлюшку всерьез?
- Не. Эта чистенькая. У нее сейчас даже мужика нет... А ротиком вытворяет такое, что Катьке и не снилось!
Катька опять заскулила, сжимаясь под взглядами повернувшихся к ней мужчин. Но ее быстро подняли и погнали шлепками пониже спины в душ, а я с удивлением обнаружила на ковре множество мокрых пятен. Это что же, Катька потекла?
Впрочем, я старалась не отвлекаться, с вынужденным энтузиазмом ублажая Кирилла. Мой язычок исследовал увитый взбухшими венами ствол, мои губки то скользила по члену, то посасывали чудовищную головку. Муж сестры взрыкивал и иногда подавал бедрами. И когда я однажды случайно подняла глаза, встретившись взглядом с взглядом Кирилла, то покраснела – судя по удовлетворенному виду, мой ротик вполне успешно заменял ротик Катьки.
Между тем парни пригнали обратно поскуливающую сестру. Теперь они не только прикладывались к ягодицам, но и щипали за чувствительные места. Катькины соски разбухли и покраснели, горя вишневым цветом.
- Меняем диспозицию, - приказал мне Кирилл и, не успела я подняться с колен, сорвал с меня сначала бюстик, а потом трусики, бросив их к обрывкам бывшего Катькиного туалета. Меня заставили забраться прямо в туфельках на постель, головой к самому краю сексодрома, чтобы, по словам мужа сестры, ни одна подробность Катькиного наказания не укрылась от моего внимания. Я безропотно выполняла приказы Кирилла, встав раком, улегшись на груди и высоко вздернув попку.
Сестру в это время насадили на член Виталия, улегшегося на ковер почти перед самым моим лицом так, что я видела, как ее нежные лепестки неимоверно растягиваются на толстом стволе. Катька еще пыталась сопротивляться, отталкивая Марата, норовящего опять засунуть член ей в ротик. Но парень быстро решил это мелкое недоразумение. Слабые руки сестры и так не могли помешать, но когда ей скрутили их за спиной обрывками собственной сорочки, Катька вовсе не могла ничего противопоставить грубой мужской силе. Марату снова не надо было, чтобы ему сосали, он просто хотел трахать сестру в ротик. К чему и приступил.
Виталий же принялся подбрасывать бедра вместе с сидящей на члене довольно инертной Катькой. Толчки были жесткие и сильные, и сестра, подлетая на члене, жалобно мычала. Все ее тело жило и извивалось между двумя членами – Марат удерживал белокурую голову в жестком захвате так, что если она находилась в одном положении, то нижняя часть ходила ходуном под напором Виталия. А иногда Виталий принимался, подхватив Катьку под ягодицы, трахать ее быстро и часто. В этом случае сестра широко открывала рот и сдавлено жалобно мычала в такт движению члена внутри. Этим в свою очередь пользовался Марат, забивая член ей в горло по самые яйца, а заодно шлепая ладонью по уже покрасневшим грудям.
В это время я, конечно, не была оставлена в покое. Меня трясло по нескольким причинам: во-первых, я страшно боялась в скором времени получить в себя огромный член Кирилла; во-вторых, прямо перед моим носом два мужика практически насиловали сестру; в-третьих, пришло осознание, что я только что отсасывала мужчине на глазах двух других. И мало того, меня сейчас на их глазах трахнут раком.
И когда к моим бедным лепесткам приставили что-то большое и огромное, я тихонько завыла, вторя терзаемой рядом сестре. Член Кирилла был слишком большим для меня, и никак не хотел входить в меня, не смотря на все его болезненные усилия по ввинчиванию.
К сожалению, муж сестры быстро нашел выход: он взял с прикроватной тумбочки крем и сунул его под нос. Отчетливо понимая, что от меня требуется, я безропотно взяла баночку и, сгорая от унижения, принялась мазать себя между ног. Кириллу показалось этого мало, и он заставил меня густо покрыть кремом и свой член, а потом забрал баночку и тщательно, глубоко входя пальцем, смазал мой анус.
Я покорно стояла кверху попкой, пока Кирилл проделывал со мной все это. А потом он приставил член к входу в мою пизденку, и резко нажал, протискивая член в узкое отверстие. Дополнительная смазка сделала свое дело – огромный поршень, преодолев первое сопротивление, вошел сразу и на всю длину, раздвигая что-то слишком узкое где-то глубоко у меня в животе. Если бы я просто стояла раком, я бы точно упала на груди, а так как я и так лежала на них, то просто закрыла руками лицо, воя от ужаса. Он меня порвал! Огромный агрегат ворочался во мне, а я только поскуливала, лишь стараясь раздвинуть колени пошире, чтобы хоть чуть-чуть ослабить чудовищное растяжение пизденки. Но Кириллу было этого мало. Он вцепился в мои ягодицы пальцами, как ястреб, и принялся насаживать меня на свой кол. Да еще со словами: «Так не пойдет, ты не видишь, как твою шлюху ебут!» меня схватили за волосы и заставили отнять лицо от ладоней. Я едва понимала, что со мной происходит, что происходит передо мной, так как меня продолжали иметь на всю длину члена, с оттягом и мощным ударом за ним.
Парни развлекались таким образом, что в одном ритме буравили нас с сестрой. И мы с Катькой вопили/мычали в унисон. А иногда нас заставляли самих насаживаться на члены У Катьки это получалось лучше. Она вовсю скакала, тогда, как я, закусив губку, едва двигала навстречу мужчине попкой. В наказание я получала палец в попку. Ощущение инородного предмета в анусе заставляло меня двигаться быстрее, но за сестрой я не поспевала.
Наконец Марат с Виталием снова принялись накачивать Катьку спермой. Причем мне показалось, что она сама усиленно насаживается на член ротиком, а ее живот подрагивает в такт мощным толчкам спермы.
Вслед за парнями кончил и Кирилл. Когда он взорвался во мне, я второй раз за вечер подумала, что сейчас буду разорвана. Меня наполнило сразу на весь объем, казалось, сейчас сперма выльется изо рта. Огромный член пульсировал во мне, а жесткие пальцы продолжали насаживать и насаживать мое безвольное тело на бугристый кол...
Когда помутненное сознание прояснилось, я по-прежнему стояла раком. В развороченном, неимоверно растянутом влагалище пульсацией отдавалось сердце. И еще какая-то сладкая пульсация продолжала толчками выплескивать сперму из пизденки. Это, что же, я умудрилась кончить?! Катька лежала передо мной, раскинув ноги, также испачканная спермой от ушей до колен. Руки ей развязать не спешили. Тем не менее, на ее, перемазанном белесыми потеками, лице блуждала удовлетворенная улыбка.
Долго нам разлеживаться не дали – приказали идти в ванную.
В дальнейшем, парни уселись перед камином, попивая пиво. Но нам покоя не давали. Согласно распоряжениям мы с сестрой лежали на сексодроме, развратно раздвинув ножки. И когда кому-либо из мужчин приспичивало потыкать в нас членами, мы были обязаны сразу поднимать ножки повыше и призывно их раздвигать. Так что парням оставалось только лечь сверху и немного нас потрахать. Соответственно, если поднимался и подходил Кирилл, это была обязана делать я, если Кирилл или Марат – то Катька. Причем ее трахали теперь только в попку.
Самое ужасное происходило, когда к нам направлялись все трое. Катьку тогда клали спиной на живот одного из парней. Она торопливо вводила его член в попку, другой вставал перед ней, и ее цепкие пальчики вставляли второй член в пизденку. Сестру начинали безжалостно трахать в две дырки, а она только елозила ступнями по простыням или широко расставляла вытянутые ножки, пытаясь принять такое положение, когда разрывающие ее члены, входили наиболее легко и глубоко. Кирилл же врывался в меня, разом вышибая весь дух. У парней это называлось «ударная пятиминутка». Мы с сестрой даже повизгивать не могли – настолько жестко, в пулеметном ритме нас имели. Ко всему прочему Кирилл заметил, что как только он просовывает язык мне в рот, заставляя меня его посасывать, я начинаю кончать. Он радовался, как ребенок, повторяя, как сладко пульсирует моя узкая пизденка на его члене.
Кончилось все далеко за полночь, когда нас сестрой снова напичкали спермой. Парни хорошо выложились, поэтому жидкости было немного, и мы, как и было приказано, проглотили все до капли…
Муж моей сестры проводил Марата и Виталия, а когда вернулся, приказал нам с Катькой, еще только переводящих дух после ублажения самцов:
- Утром меня разбудить в 7-30. Ты, сучка будешь сосать, пока я окончательно не проснусь, а ты, Вика, после этого сядешь на мой член.
- Слушаемся, - сказали мы с сестрой, а Катька потом спросила: - А карту ты мне разблокируешь?
- Разблокирую. Только не расслабляйся – к выходным братаны купят разных игрушек, будем их на тебе опробовать.
- А я? – пискнула я.
- А ты готовь попку. Сегодня сил до нее добраться не хватило…
Кирилл вышел в душ, и Катька, томно потягиваясь, игриво заметила:
- Ничего так вечерок провели. Да?
- Дура ты, Катька, - ответила я, только сейчас с трудом сводя ножки и чувствуя, как подо мной хлюпает от моих и Кирилла соков. – А обо мне ты подумала?
- А что? Разве мне показалось, как ты от удовольствия заходилась? Под моим мужем, между прочим.
- А ты не слышала, что нам готовят на выходные?
Катька промурлыкала:
- Думаю, это будет забавно…