Так получилось (часть 11).
В соавторстве с Андреем Е.
"4. Игрушка обязана все свои проступки и прегрешения выносить на суд хозяина по мере их совершения, получать и отрабатывать наказания, полученные от Хозяина в точности с полученными инструкциями. Игрушка не может интересоваться причинами, просить об отмене или отсрочке наказания.
5. Игрушке запрещается говорить «нет», «я хочу» ( за нарушение данного правила следует наказание вплоть до лишения права быть игрушкой Хозяина)."
Проснулся около шести.
Дома никого. На столе записка от Аленки. Ты спал, мне стало скучно. Пошла к Оксане, скоро буду. Еда в холодильнике и на столе. Если, что звони. Люблю, целую.
Я набрал Аленку.
- Все нормально? Оделась как? Когда будешь?
- Да, все нормально. Я же только пришла! Оделась очень прилично. Даже брюки одела. Прости, но я не знала, когда ты проснешься. Можно я тут побуду. Или ты хочешь, чтобы я пришла?
- Хочу, конечно, но развейся, пообщайся с подругой. Целую во все места, - я отключился.
Поев, я посмотрел почту. Пришло новое письмо от Оксаны. Всего две строчки. Простите, но мама надавала кучу поручений, я ничего не успела. Обязательно выполню все ваши задания. Напишу позже. Простите, пожалуйста.
Хмыкнув, я закрыл компьютер. Решил съездить в магазин, кое-что прикупить вкусненького, устроить небольшой праздник, сегодня вечером.
Купив продуктов, заглянул в ювелирный отдел. В голову пришла одна идея и переговорив с продавцом, отправился на соседнюю улицу, в мастерскую. Она еще работала. Там мне быстро сделали все что надо. Рядом был и секс шоп. Я зашел и туда.
Когда возвращался к машине, с удивлением увидел, что прошло уже два часа. Решил позвонить Аленке, но она меня опередила.
- Приезжай скорее, тут такое случилось! – в голосе была паника
- Что? Вы живы? – спросил я первое, что пришло в голову.
- Да, живы, живы, приезжай, - в трубке раздался какой-то шум и писк. И она, явно не мне сказала: «Не дергайся, так надо». И опять мне.
- Приезжай к Оксане. Запоминай адрес.
Я помчался.
Звоню в квартиру. Аленка голая открывает мне дверь. Я к ней.
- Ты цела?
- Да, цела, цела, - а у самой в глазах паника. – Там Оксана…
- Пошли.
В комнате, на диване в длинной футболке Оксана. Стыдливо натягивает ее руками до колен. В глазах слезы. Тоже, вроде целая.
- Крови и оторванных рук и ног не вижу. Рассказывайте, что произошло. Аленка, отведя в сторону, рассказала.
Оксана, позвонила, попросила сделать фотографии. Мол потом объяснит, что и как. Та, любопытная, прибежала к ней. Стали делать фотки, слово за слово, Аленка рассказала, про ночные приключения. Разделась, естественно. Оксана, не осталась в долгу, сказала, что она давно не девочка. По словам Алены, тут она засмущалась, у них родилось такое настроение, и они стали сравнивать. Интересно было, есть ли разница от мужчины и от предметов, но ты понимаешь. Я сказал, зло, что пока ничего не понимаю. Она начала смущаясь, путано объяснять. Как я понял, они испытывали внутри себя пару резиновых игрушек, змею и дракончика. У кого легче входит. Я сказал, что понял, пусть продолжает. Потом Оксана, решила поделиться с подругой опытом, и рассказала, что ей больше нравиться делать это флакончиком от духов. У него там пробка такая, гладкая, с утолщением на конце. Она иногда даже с ним ходила по квартире, когда он внутри. Она принесла этот флакончик, и на глазах Аленки вставила его. А крышка была слабо закручена. Флакончик остался у нее в руках, а крышка внутри. И они не могут вытащить никак. Там, почему то, стало туго. Хотя Оксана и Аленка его могут нащупать пальцами. Я спросил, какой длины была крышка. Аленка показала мне на пальцах. Получалось около пяти сантиметров. Понятно. Я посмотрел на Оксану. У той полились слезы. Захныкала, что не хотела, что всегда было нормально…
- А почему в больницу не пошли?
- Нет! Не надо в больницу, вдруг мама узнает…
Что-то такое я читал, что у женщин может случится сокращение мышц влагалища. Нужно помощь ей расслабиться.
- Водка дома есть? – спросил я у Оксаны.
- А, а…з..зачем?
- Есть или нет?
- Есть, в холодильнике.
Я повернулся к Аленке.
- Сходи, принеси, и рюмку захвати.
Она принесла водки. Я налил в рюмку грамм двадцать пять, дал Оксане.
- Давай, залпом.
- Я не могу… я никогда….
- Давай, а то придется залить тебе насильно. – Она давясь и кашляя, выпила.
Я опять к Аленке.
- Тащи одеяло и укрой ее. Я сейчас приду. – Спустился к машине. Взял виброяйцо, купленное сегодня. Оно могло пригодиться.
Вернулся к девочкам. Оксана лежала укутанная в одеяло. Уже не плакала. Щеки порозовели. Водка, видно, подействовала. Аленка посмотрела на меня с немым вопросом, мол, что дальше. А что дальше? Можно подумать я часто извлекал предметы оттуда. Обычно наоборот. Приходилось действовать по наитию. Я стал инструктировать Аленку.
- Надо, чтобы она расслабилась. Говори с ней, успокаивай. Погладь ее. Мол, все будет хорошо, и все в таком духе… Лучше, если она возбудиться. Выделиться смазка, легче будет вытащить. Я так понял, ты тоже пробовала нащупать пробку внутри?
- Да, - она выглядела растерянной, но паника прошла.
- И как она отреагировала на твои прикосновения?
- Стеснялась сильно, потом поменьше.
- Значит тебе и карты в руки. Сначала говоришь с ней, гладишь, потом пробуй ласкать. Но только мягко, аккуратно. В пол касания. Если у нас сейчас ничего не получится, придется в больницу.
- Я попробую, - кивнула она.
Оставив их одних, я вышел покурить на площадку. Провел там минут пятнадцать. Сильно не торопился.
Когда вернулся, увидел, что Аленка забралась к Оксане под одеяло, и, прижавшись к ней, что-то ей говорит. Ее руки, не торопясь, блуждали по телу подруги. Оксана лежала, закрыв глаза.
Я потихоньку приблизился к ним. Подумал, что с пацанами такое бы не прокатило. Сложно было представить на их месте двух парней. А девчонкам гораздо легче.
Тронув Аленку а плечо, я мотнул головой, ну, как мол? Она, высунув руку из под одеяла, показала мне колечко из пальцев. Типа, окей. Я кивком головы позвал ее.
Чмокнув Оксану в щечку, и сказав, что она сейчас придет, вышла ко мне.
- Как успехи? Продвигается, или нет?
- Не знаю, так лежит спокойно, чуть, чуть реагирует, но не думаю что совсем расслабилась.
- Ты ее везде гладила? Она смутилась.
- Сначала нет, только живот, потом да, и грудь и там.
- Клитор ласкала?
Она покраснела.
- Да.
- И как влага есть?
- Чуть, чуть. Что делать?
- Надо сильнее ее возбудить. Да, еще. В толщину пробка какая? – Она показала на мой большой палец. Значит сантеметра два с половино, может три. Плохо. - В общем, слушай. Сейчас ты пойдешь к ней, продолжишь ласки и начнешь рассказывать, что-нибудь эротическое. Фантазии свои, или еще что. Можешь рассказать про нас.
- Да, я рассказала уже.
- Это ты конечно поторопилась. Ты как рассказала, в двух словах? – Она кивнула. – А теперь с подробностями. Задавай ей вопросы по теме. Это тоже хорошо действует иногда. Потом попробуешь вот это, – Я дал ей устройство. – Включишь на самый медленный режим. Должно подействовать. А когда она будет сильно возбуждена, я надеюсь, это случится, то надо будет спустить ее на колени с дивана. Засунуть ей палец в попку и вытолкнуть оттуда. Поняла?
- Не знаю, получится у меня или нет?
- Получится, получится, не сомневайся. Я боюсь, что если это буду делать я, то ничего не выйдет. Она никогда не была с мужчиной. Это ее может напугать опять. Так, что иди. Я буду рядом. Иди, а я посмотрю на кухне масло. Попку надо же смазать.
Нашел на кухне бутылку оливкого масла, нагрел ее под струей горячей воду, чтобы оно не было холодным. Подошел к комнате, прислушался. С дивана раздавался прерывистый шепот, и небольшие охи. Дело продвигалось. Минут через десять прибежала Аленка. Она была возбуждена. Соски торчали как две кнопочки.
- Пошли, сделаешь это.
- Ты, что, вообще, я же объяснял тебе.
- Пошли, пошли, все нормально, я тебе потом объясню.
Захожу в комнату. На коленях, у дивана стоит, оттопырив попку, Оксана. Футболка задрана до самых подмышек, скрыв голову и руки. Аленка присела около нее, зацепила пальцами ее соски и стала играться с ними.
- Он пришел и смотрит на тебя, - стала нашептывать она. Ты ему нравишься такая, покорная. Раздвинь ноги, он хочет разглядеть тебя получше – она шлепнула подружку по клитору. Та застонала. Раздвинула ножки еще.
Я опустился около девушек на колени и погладил Оксану попке. Не смотря на то, что мне предстояло сделать, вид двух голых девчонок возбудил меня. Аленка в это время вовсю терзала губки подружки правой рукой, растягивая их и, даже, пощипывая. Левой рукой она ласкала себя. Я не торопясь гладил Оксану по попке, по губкам, встречаясь с рукой Аленки. Девочка была сильно мокрая.
Смазав палец маслом, я приступил к «операции». В начале я погрузил его немного, всего на одну фалангу. Девушка дернулась. Но я властно придержал ее. Она расслабилась, давая мне возможность проникнуть дальше. Аленка смотрела во все глаза на меня и на подружку. Даже ласкать ее бросила. Правда, левой рукой продолжала неторопливо себя ласкать.
Засунув палец почти полностью, я сразу почувствовал, где кончается пробка. Положил вторую руку на живот Оксане, прижав его. Она оказалась зажата между моими руками. Начал понемногу выталкивать пробку. На удивление, она пошла легко. И, еще к большому моему удивлению, Оксана застонала. Она ловила кайф! Вот пробка показалась на сантиметр, вот на два, когда она вышла наполовину, то я перехватил ее рукой и медленно вытащил полностью. Она действительно была очень гладкой и скользкой. Было бы трудно ее вытащить другим способом. К тому же, на ее конце было шарообразное утолщение.
Оксана продолжала стоять на коленях, дернулась вроде как изменить позу, но я не отпустил ее. Увидев на диване вибропулю, я взял его и, достаточно грубо, всадил в ее мокрую дырочку. Включил на пульте мощный режим. Она стала извиваться и стонать. Я повернулся к Аленке. Та сидела на полу, раскинув ноги, и ласкала себя быстрыми движениями. Глаза у нее были прикрыты. Но иногда она бросала взгляд на подружку.
Я поднял ее, она не сопротивлялась. Перекинул ее стройное тело через боковину дивана, спустил шорты с трусами и резко вошел в нее. Я трахал ее грубо и сильно, наплевав на нее. Мне нужна была разрядка, поэтому я почти насиловал ее. Не забывая об Оксане, я переключил несколько режимов. Она билась под свой футболкой. Одну руку она, все таки высвободила, и ласкала себя.
Почувствовав, что сейчас кончу, я вышел из Аленки, развернул ее и опустил на колени. Также грубо засунул свой член ей в рот. Она не сопротивлялась. Только опустила руку себе между ног, продолжая ласкать себя. Мне хватило, буквально, двух движений у нее во рту, чтобы кончить. Она стала пить мою сперму, и одновременно кончала, издавая, что-то вроде рычания.
Оксана, окончательно, забившись в судорогах, затихла. Сказка окончилась. Я переводил дух.
Отправив девчат в ванную, я пошел на кухню, вымыть руки и приготовил всем кофе. Вскоре в дверях появились обе подружки. Оксана была в домашнем халатике, Аленка в банном, наверное взяла в ванной.
- Так садитесь пить кофе, и слушайте меня. Вы теперь поняли, что вас одних оставлять нельзя? Вечно влипаете в какие то истории.
Аленка дернулась сказать, что это не она, а Оксана, но я ее остановил.
- Сегодняшняя история произошла при твоем непосредственном участии. Так что не будем. Хороши обе. Поэтому установим определенные правила, которые помогут избежать разных эксцессов. Аленка поручена на три недели моей опеке. А так, как вы очень близко общаетесь, то под контроль надо брать обоих. Согласны? Вижу, что согласны. Так Алена, не делай страшные глаза. Я попозже расскажу, как мы будет жить дальше. Все будет нормально.
Поэтому, сейчас собираемся и едем к нам домой. Ты Оксана, до весны, часто ночевала у Аленки? Так? Поэтому, это не будет выглядеть странным. Звони маме, отпросись. Алена, вымой посуду и наведи марафет на кухне. Оксана, дуй в комнату наведи там порядок. Устройство притащи сюда, я его упакую. Водку тоже верни на кухню. Возьми, что тебе необходимо на один день. Все, без разговоров, вперед.
Девчата занялись делом. Оксана принесла вибропулю, и спросила про фотографии. Что с ними делать.
- Готовые есть?
- Две только.
- Берите фотоаппарат с собой, там разберемся, - она ушла.
Аленка мыла посуду, и вытирала со стола.
- А что ты халат одела, на тебя не похоже?
- Не знаю, после ванной, что-то зябко стало. Как я справилась? Хорошо?
- Отлично, просто отлично! Кстати, как ты решила вопрос с моим участием? Ты хотела рассказать.
- А, ты же сказал, расскажи ей что-нибудь. Вот я стала ей говорить, что она тебе очень понравилась. Что, когда ты смотрел ее фотки, у тебя стоял, как железный. Еще, что тебе нравиться шлепать по голой попке. Рассказала, как ты меня отшлепал. Сочинила, что ты хотел бы и ее выпороть. В таком духе, короче… Правильно?
- Да, молодец. Слава богу обошлось.
- Володя, - она посмотрела мне в глаза, - А я тебе больше не нравлюсь? После вчерашнего, я думала, что ты теперь часто со мной делать так. Я, даже, пока ты спал, сделала две вещи, за которые меня можно отшлепать. А она тебе больше нравится? Я у нее выпытала, по чьему заданию она делала фотки. Ты ей и фотки заказываешь, и задания даешь. А мне нет. Чем я хуже? – она подошла ко мне и посмотрела снизу вверх.
- Что за фантазии, - обнял я ее. – Ты для меня такая же желанная, и соблазнительная. Теперь, даже больше стала. Ты это наверное заметила там в комнате? Будут тебя и задания и фотографии. Я сегодня, специально для тебя купил две вещи, одну ты видела, вторая лежит в машине. Просто, потом ты поймешь, что, вытащив ее из той беды, жалко было оставлять одну. У нее сложились достаточно близкие отношения с тем «маньяком». Хоть и виртуальные. Она сильно зависела от него. Не скрою, будь она толстая и жирная, желания у меня бы не было. Хотя, в этом случае, ничьего внимания она бы и не привлекла. Так, что не переживай.
- Правда, правда?
- Правда, правда.
- А можно еще спросить? Только не знаю как. Тебе нравиться пороть девушек, и приказывать им, как мне вчера. Или как Оксане. Я и раньше это встречала в сети. А сегодня посмотрела специально. Тебе нравиться, когда тебя слушаются и подчиняются?
- Да, мне это нравится. И это естественно. Когда женщина подчиняется мужчине. Во всем. Только мужчина несет ответственность за свою женщину. Тогда все нормально. К сожалению, сейчас эти понятия размываются. Но об этом не сейчас.
- А тебе понравилось, как я выполняю твои задания? – я кивнул. – мне тоже, - продолжала она. – Вчера, на остановке, и сегодня там, в комнате, у меня возникло какое то чувство, что я это не я. Мне это понравилось, ты же видел.
- Видел, почувствовал. Давай дома продолжим, а теперь беги одеваться. Я купил продукты. Хотел устроить праздник вечером. Боюсь, что они могут испортиться.
Вскоре они появились. Аленка и в правду была в низких брючках. Над поясом прогладывалась кружевная резинка трусиков. Сверху на ней была одета коротенькая футболка, обнажающая ее животик. Соски нагло просвечивались сквозь тонкую ткань.
Оксана была в широкой юбке, чуть выше колен, и в топике из жатой ткани. Ее грудь, еще меньше, чем у Аленки, едва проглядывалась под ней. С собой она несла небольшую сумку.
Ехать было не далеко. Дома я озадачил своих девчат ужином. Благо ничего готовить не надо было. Только разогреть, или открыть.
Через полчаса у них и у меня было все готово. Мы сели за стол. Аленка, как всегда была голой. Только на поясе болтался серебристый шарфик, завязанный узлом сбоку. Он ничего не закрывал. Оксана была в своем топике и шортах. Но шорты были короткие и широкие. Было видно, что под ними простые белые трусики.
Я достал шампанское из холодильника. Напиток был для них обоих не новый. По чуть, чуть они его пробовали на семейных праздниках. Налили. Я сказал тост, что мы пьем за важные события, которые случились в нашей жизни, за эти дни. Выпили. Поели.
Я начал разговор.
- Как я уже говорил вам, вы не справились со своей свободой. И поэтому лишаетесь права быть самостоятельными. Я беру вас под свой контроль.
Алена, да ты тоже. Хочешь пример, пожалуйста. Ты, пытаясь реализовать свои сексуальные фантазии и желания, спровоцировала затяжной конфликт в своем доме, с самым близким тебе человеком. В результате два месяца и ты, и твоя мама испытывали стресс. Правильно? Вот так. Про Оксану помолчим.
Ничего в такой ситуации нового нет. Если мы посмотрим внимательно, то поймем, что в жизни, как и в природе равноправия нет. Развивать эту тему не будем.
Поговорим о том, как это будет выглядеть. На вас будут наложены определенные ограничения. На ваше поведение дома, на улице, при посторонних людях. Ограничения будут касаться вашего поведения, одежды и сексуальной жизни. Эти правила будут преследовать несколько целей, научить вас следовать установленным порядкам, обезопасить вас, познакомить вас с важной сферой большого мира. Я говорю о сексуальных отношениях, познать которые вы пытались самостоятельно.
Эти правила вами принимаются добровольно. При нарушении будет следовать наказание. Наказания будут разные, в зависимости от нарушения и от моего желания. Понятно, что правила буду устанавливать я. Взамен вы получите мою ответственность за вас. Со всеми вытекающими последствиями. Пока все понятно?
- А какие ограничения? – спросила Оксана. Аленка молчала, но смотрела заинтересованно.
- Узнаете чуть позже, их не много.
- А наша свобода и самостоятельность будет сильно ограничена? – опять Оксана. Вот, что значит отличница. Правильные вопросы задает.
- Да, сильно. Особенно сексуальной жизни.
- Как сильно, - включилась Аленка. – Как в тюрьме?
- Нет сильнее, в тюрьме заключенные ограничены в основном в пространстве.
- Я поняла, - сказала Оксана, – Вы говорите о … Она не стала заканчивать предложение.
- Нет, не сучках, если ты это имела ввиду, - ответил я глядя на нее, - Она покраснела, - Это перебор будет, да и банально... Я говорю об игрушках. Вы будете моими игрушками. А я, соответственно, вашим хозяином.
Оксана опустила глаза. Казалось, что у нее покраснели даже кончики ушей. Я посмотрел на Аленку. Она тоже не смотрела на меня. Но дыхание у нее было учащенным.
- Итак, давайте выпьем за то, что мы благополучно миновали первый этап разговора. Я вижу, что принципиальных возражений у вас нет? Алена? Оксана?
Они помотали головами. Мы чокнулись и отпили по глотку шампанского.
- Тогда познакомьтесь с правилами.
Правила для игрушки.
1. Хозяин всегда прав. Просьба Хозяина равносильна приказу.
2. Приказ не обсуждается, а выполняется немедленно. После выполнения приказа Хозяин может прокомментировать его значение, если сочтет нужным.
3. Проступок или ослушание наказывается Хозяином по его усмотрению. Прощение возможно только после наказания.
4. Игрушка обязана все свои проступки и прегрешения выносить на суд хозяина по мере их совершения, получать и отрабатывать наказания, полученные от Хозяина в точности с полученными инструкциями. Игрушка не может интересоваться причинами, просить об отмене или отсрочке наказания.
5. Игрушке запрещается говорить «нет», «я хочу» ( за нарушение данного правила следует наказание вплоть до лишения права быть игрушкой Хозяина).
6. Игрушка благодарна Хозяину за любое его действие по отношению к ней.
7. Игрушка не может лгать Хозяину. Игрушка обязана отвечать Хозяину на прямо поставленный вопрос.
8. Игрушка не может провоцировать и поощрять какое-либо внимание к себе со стороны кого бы-то ни было, а особенно мужчин, в присутствии и отсутствии Хозяина.
9. Игрушка обязана постоянно носить знак отличия с именем ее Хозяина.
10. Игрушка обязана следовать в одежде требованиям Хозяина. Хозяин утверждает одежду своей Игрушки для светского и «домашнего» использования.
11. Игрушка надевает нижнее белье, только с разрешения Хозяина.
12. Игрушка не может обсуждать свои отношения с Хозяином ни с кем, кроме случаев, разрешенных Хозяином.
13. Круг общения игрушки определяет ее Хозяин.
14. Отношения Игрушки с ее родственниками (включая родителей) определяет ее Хозяин.
15. Тело Игрушки принадлежит Хозяину. Она может им распоряжаться только с разрешения Хозяина. Игрушке запрещено заниматься самоудовлетворением без разрешения хозяина
16. Игрушка имеет право обратиться к хозяину и докладывать о своих потребностях, чтобы его Игрушка могла функционировать и далее. Удовлетворение потребностей Игрушки находится на усмотрении Хозяина.
18. Игрушка обязана в отсутствии Хозяина, иметь при себе мобильный телефон, чтобы Хозяин мог в любой момент узнать о ее занятиях и местонахождении.
17. Игрушка имеет право прервать отношения с Хозяином, без права просить об их возобновлении.
Я закончил говорить.
- Если есть вопросы, можете задавать.
Первой подняла руку, как в школе Оксана.
- Про родителей. Как я должна буду с мамой?
- Очень просто, я определяю, как. Для тебя конкретно, как всегда. Она ничего знать не должна. Соответственно про белье. При ней ты его носишь.
- Еще вопрос. Про белье, при маме я ношу трусики, а так?
- В других случаях мы оговорим отдельно. При мне однозначно, нет.
- Мне сейчас снимать?
- Сейчас не надо, ты еще не моя игрушка. Ты должна подумать и принять решение, попозже.
Аленка спросила.
- Хочу узнать про проступки. Если я что-то нарушу, я сама должна буду сказать тебе, так? И как с мамой?
- Да, сама, даже если я не узнаю про твой проступок. Ты с мамой можешь все обсуждать и разговаривать обо всем.
- А какую одежду я должна буду носить, «домашнюю» (это как?) и в свете? – опять Оксана.
- Свет, это условное название окружения, когда меня нет, и когда ты не выполняешь мое задание. То есть дом, магазин, улица. Когда ты со мной, или выполняешь мое задание, то обо всем забочусь я.
- А если у меня нет соответствующей одежды?
- Значит, ты ее получишь от меня, или получишь деньги на ее приобретение.
- А какой знак я должна буду носить? – спросила Аленка.
- Увидишь, - кратко ответил я, - Есть еще вопросы? Если нет, то давайте молча поедим. Вы подумаете, и примете решение.
Когда, мы убрали тарелки, и приготовились пить чай с тортом, Оксана сказала, что приняла решение.
- Пошли тогда в комнату поговорим, - мы вышли.
- Я согласна на все. Только у меня нет денег ни на одежду, ни на все остальное… Простите.
- По этому поводу не переживай. Я же говорил. Есть ряд вопросов. Ты хорошо подумала. Аленку видишь, в чем она. А ведь в любой момент могу подойти к ней, взять ее за грудь, или погладить там. Или заставить при тебе сделать мне минет. Понимаешь? Готова ты к этому?
- Да! Я готова! Знаете, как я завидую Аленке. Когда она рассказывала про вас, то я хотела на ее место, очень! Я готова!
- Хорошо на первый вопрос ты ответила. Теперь раздевайся совсем.
Путаясь в одежде она быстро все с себя поскидывала. Стала передо мной, прикрыв лобок ладошкой.
- Руку убери!
Она убрала. Я подошел к ней, положил руку на ее грудки. Защепил ее сосок пальцами.
- Значит, тебе вот так нравится?
- Да.
Я поиграл с ее сосками, оттягивая и пощипывая их. Положил руку ей на щелку. Она была очень мокрая. Взял, зацепил ее губки и потянул на себя. Она вслед за мной сделала пару шагов.
- И так нравится? А кто сказал тебе волосы на лобке удалить?
- Я сама, когда стала фотографироваться.
- Ладно. Встань на четвереньки. Раздвинь ножки.
Я подошел сзади и легонько шлепнул ногой по ее влажной щелке. Она только глубоко вздохнула.
- Ты и так согласна?
- Да.
- Хорошо, - я оставил ее в покое, сел на диван, - ласкай себя.
Одной рукой она стала яростно тереть себя.
- Я беру тебя. До завтра, дома, на тебе не должно быть никакой одежды. Разрешаю прикрываться ладошкой. Что хочешь. Но за каждый раз будешь получать один удар по своей щелке. Разрешаю поласкать себя три раза. Но о каждом разе должна рассказать мне. И лучше, если ты это сделаешь в присутствии кого-то.
На последних моих словах она кончила, упав на ковер. Я встал и, не глядя на нее, вышел.