Гарри Поттера и его мир придумала Д. Ролинг. Я просто играюсь с персонажами.
Нос Гермионы Грейнджер то судорожно втягивал воздух, то зарывался в клок светлых волос на лобке Драко Малфоя. Сам Малфой руками больно вцепился в её каштановые кудри, насаживая за них её бедный рот на свой член. С каждым движением он проталкивал свои 18 сантиметров глубоко в горло Гермионы, заставляя девушку давиться и пытаться вдохнуть. Драко прислонился к стене дома, прикрыв глаза и наслаждаясь всем.
«Конечно, грязнокровка сосёт так себе», - лениво подумал он, - «с Пэнси несравнимо. Ничего, скоро научится – тренировки у неё будут часто… Нет, но какой класс: Грейнджер, подруга Поттера и девушка Уизли, делает мне маленькое удовольствие ротиком...». Драко подумал, что это лучший день в его жизни. Потом передумал: лучшим будет день, когда он выебет во все три дырки и Грейнджер и Джинни Уизли, а Поттер будет знать об этом, но ничего не сможет сделать…
Справа от него вскрикнула другая девушка, а низкий голос парня гаркнул: «Получай, блядь!». Послышались шлепки тела о тело и вскрики-охи. Значит, Грег Гойл всерьёз занялся рыжей Джинни Уизли. Малфой подумал, что им надо быть тише, чтобы никто в Косом переулке не услышал стонов и криков из этого двора. Драко не хотел, чтобы прямо сейчас вся Англия узнала, как он опустил Грейнджер и Уизли. Сначала он поиздевается над ними, и только тогда остальные узнают обо всём…
Драко открыл глаза, взглянул снизу вверх на Гермиону и сказал с довольной улыбкой:
- Посмотри на меня, грязнокровка, я хочу смотреть тебе в глаза, пока твой рот привыкает к своему новому назначению…
Гермиона подняла на него умоляющие округлённые глаза, но её вид только больше завёл Малфоя. Она стояла на коленях прямо на жёстком булыжнике, напротив спущенных штанин Малфоя. Её раскрасневшееся лицо блестело от разных выделений: пот выступил на лбу, слёзы из заплаканных глаз сбегали к подбородку. Слюна блестела на всей длине стоящего колом члена Малфоя, который безжалостно трахал ротик Гермионы: его член то выскальзывал из алых губок почти по самую головку, то врывался внутрь так, что яйца Малфоя почти хлопали по подбородку несчастной гриффиндорки. Подбородок блестел от слёз и слюны: Гермиона давилась, кашляла, судорожно вдыхала, слюна стекала из уголков насилуемого рта и с подбородка капала на белую блузку, туго обтягивавшую пышную грудь Гермионы. Драко мог рассмотреть под прилипшей к коже блузкой светло-серый бюстгальтер.
Прицелившись, Малфой смачно харкнул: плевок угодил Гермионе прямо между глаз. Она попыталась отстраниться, но Малфой ещё крепче вцепился в её локоны, дёрнул на себя и насадил её тёплый мягкий рот и глубокую глотку на член. А потом плюнул ещё раз, и ещё один.
«Красота», - подумал Драко, глядя на мокрое лицо Гермионы Грейнджер. – «Чего не хватает? Разве только золотого дождя». Он, правда, не собирался настолько унижать Грейнджер… по крайней мере, сегодня. У него впереди ещё много дней и ночей, когда он с друзьями и всеми желающими будет развлекаться с грязнокровкой и рыжей предательницей крови, насиловать их и в рот, и в вагину, и в анус всеми возможными способами. Он снова прикрыл глаза и с гордостью вспомнил хитрость, которая превратила Гермиону Грейнджер и Джинни Уизли в рабынь его испорченного, больного воображения…
(час назад)
После того, как Гарри Поттер в битве за Хогвартс победил Волан-де-Морта, для Драко Малфоя настали плохие времена. Его, правда, не посадили в Азкабан – простили по молодости и только оштрафовали. Но его отец Люциус за все преступления сел на двадцать лет вместе с тётей Драко Беллатрисой Лейстрендж, которую в последней битве победила Нимфадора Тонкс. Нарцисса Малфой поспешила уехать из Англии «поправить здоровье». Драко остался один в своём поместье, где он целыми днями слонялся по комнате, напивался виски с такими же неудачниками-слизеринцами и мечтал о мести. Особенно он хотел отомстить Поттеру и Рону Уизли, которые теперь встречались с Джинни Уизли и Гермионой Грейнджер. Драко знал, что увидит их осенью: даже тем, кто закончил в прошлом году Хогвартс, надо было повторить последний учебный год из-за того, что война помешала нормальной учёбе.
27 августа сова принесла ему письмо. Драко выпил зелье от похмелья, продрал глаза и прочитал, узнав почерк Люциуса Малфоя: «Сын, мне удалось переслать тебе это письмо через подкупленного стражника. Я знаю, что сейчас для чистокровных настали тяжкие времена, но если ты не подведёшь, мы исправим ситуацию. Возможно, ты знаешь, что в прошлом маги иногда заключали магические контракты, которые делали одного мага полным рабом другого. Такие контакты не заключались уже две сотни лет, но законом всё ещё разрешены. Некоторым образом мне удалось заполучить такой контракт. Грязнокровка Грейнджер и рыжая Уизли подписали его, тебе осталось поставить роспись хозяина. Я осуждённый и по закону лишён права заключать такие сделки. Доверяю это тебе. Ты найдёшь контракт у нашего нотариуса вместе с другим моим письмом».
- Гойл! – крикнул Драко.
- Чего? – пропитым голосом из другой комнаты ответил его лучший друг Грегори Гойл, который гостил у Малфоя.
- Собирайся! Мы срочно идём в Косой переулок!
Через пять минут друзья телепортировались в Косой переулок к нотариусу Малфоев. Сгорбленный старичок вручил Малфою конверт. Открыв его, Драко увидел два листа пергамента. На первом было написано: «Сим документом Гермиона Грейнджер, дочь Дэна Грейнджера, и Джиневра Уизли, дочь Артура Уизли, передаются в рабство Драко Малфою согласно закону от 1012 года. Подписи рабынь: (тут были подписи Гермионы и Джинни да ещё маленькая клякса). Подпись владельца: … (пропуск)».
На другом листе было письмо Люциуса: «Драко, поставь свою роспись после слов «подпись владельца». После этого девки станут твоими. Тебе наверняка интересно, как я заполучил их подписи под документом. Самое интересное, что они сами не знают, что поставили их. Я расскажу тебе об этом позже: некоторые секреты лучше не передавать в письмах. Я хочу, чтобы ты и твои друзья сломали их и использовали как шлюх, да в общем-то такие как они и есть шлюхи. Но постарайся, чтобы об их рабстве узнали пока только несколько человек. Потом я объясню, зачем это надо: я думаю, рабыни помогут мне выбраться из Азкабана. Подробности потом. Пользуйся подарком, удачи, твой отец».
Рот Драко расплылся в мерзкой ухмылке. Он расписался и почувствовал, как через него прошла мощная магия. Тут же он почувствовал, что его новые рабыни где-то недалеко. Он сказал:
- Пойдём, Грег, у нас великие дела.
- Чё? – туповато пересросил Гойл – здоровенный амбал.
- Хуй в плечо! – рассмеялся Малфой. – Я тебе по дороге расскажу. Кстати, ты ведь по пьяни рассказывал, что хочешь выебать рыжую Уизли?
- Ну типа того, - смутился Гойл. – Не, она, конечно, с Поттером, но какая у неё жопа…
- Ну ты скоро сможешь проверить, какая, - улыбнулся Малфой…
В это время Гермиона и Джинни шли по Косому переулку и болтали о своих парнях.
- Так ты спала с Роном? – спросила Джинни шёпотом.
- Несколько раз, - смущённо ответила Гермиона. – Но потом решила, что нам ещё рано переходить к таким отношениям. Сейчас у нас только петтинг, ну и иногда оральный секс, но я всегда контролирую, чтобы Рон не был слишком груб и не эякулировал мне в рот…
- У меня так же с Гарри, - сказала Джинни. – Я дала ему пару раз, но сейчас – только минет, и чтобы не спускал в рот…
- Эй вы! – окрикнул их Малфой из подворотни.
- Чего тебе, хорёк? – завелась Джинни. Гермиона промолчала, но схватилась за палочку.
- За мной! – приказал Драко.
Девушки почувствовали что-то странное: они не хотели, но зашагали к Малфою. Какая-то сила заставила их подчиниться. Они прошли за Драко в подворотню и оказались в маленьком дворике позади дома. Он со всех сторон был ограждён глухими стенами. У стены Гермиона заметила Грегори Гойла, который уставился на них жадным раздевающим взглядом.
- Зачем мы пришли сюда? – удивлённо спросила Джинни.
- Это Малфой что-то сделал, - прошипела Гермиона. – Слушай, хорёк, если ты... – она начала угрожать ему палочкой.
- Заткнись, - сказал Малфой. – И засунь свою палочку себе в трусы.
Гермиона немедленно замолчала, а руки потянулись вниз, к кромке юбки.
« Я же не сумасшедшая? Конечно, я не сделаю этого», - лихорадочно пронеслось у неё в голове. Но руки задрожали, и тут же дрожь пробежала по всему телу. Выполнить приказ Малфоя для неё было необходимо как дышать: чем дольше задерживаешь дыхание, тем больше хочется вдохнуть. Неожиданно она неуверенной рукой задрала свою юбку, показав Малфою и Гойлу стройные ноги и скромные светло-серые трусы. Левой рукой она оттянула резинку трусов, правой запихнула внутрь палочку и почувствовала, как шершавое дерево коснулось нежной кожи промежности. Она тут же опустила юбку. «Что я делаю?» - кричала она про себя. Её щёки пылали от стыда.
- Ты делай так же, Уизлетта, - скомандовал Гойл.
- Да я тебя,.. – крикнула Джинни.
- Стой! – скомандовал Малфой. - Уизли и Грейнджер, вы будете выполнять все приказы Грега, кроме тех, что противоречат моим или могут нанести мне вред. А теперь делай как сказано!
Джинни повторила всё за Гермионой. Правда, она смогла сопротивляться ещё меньше времени, а её трусики оказались ярко-красными.
- Реально бельё шлюхи, - расхохотался Гойл. Щёки Джинни стали ещё более пунцовыми, чем у Гермионы.
- А теперь слушайте, как сегодня полностью изменится ваша жизнь… - начал Малфой. – Вы знаете, что такое рабский контракт? Так вот, по такому контракту вы – мои рабыни! Читайте! – он кинул Гермионе пергамент с контрактом.
Гермиона проглядела его, изумленно посмотрела на свою подпись с маленькой кляксой и передала документ Джинни. Та чуть не лопнула от возмущения:
- Я этого не подписывала! Я не буду твоей рабыней и похер мне на эту писульку! – крикнула она и порвала контракт пополам. Обрывки с хлопком исчезли из её рук, и новый целый контракт появился в руках Малфоя.
- Его так не уничтожить, - ехидно улыбнулся он. – А чтобы ты убедилась в его силе… Рабыня, засунь руку в трусы и потри ей между своих булок!
Джинни посмотрела на него ненавидяще, но была вынуждена подчиниться: она задрала юбку уже сзади и сделала как сказал Драко. Слизеринцы и Гермиона видели, как её ладонь двигается сзади в трусиках, от этого их красная ткань натянулась и стала лучше видна палочка, засунутая в них спереди.
- Три лучше, будто туалетной бумагой вытираешь жопу, - скомандовал Малфой.
«Какой ужас», - думала Джинни. – «Я на глазах у подруги и этих мразей делаю такое. Знала бы – получше вытерла бы попку, когда в последний раз была в туалете». Шершавая палочка царапала снаружи её половые губки, а ладонь ходила в жаркой влажной впадине между ягодиц.
- Достань руку, обнюхай пальцы, - сказал Драко.
Джинни поднесла пальцы правой руки к сморщенному носику и вдохнула. Мерзкий терпкий запах чувствовался, но к счастью не сильно.
- Оближи.
Джинни робко облизнула средний и указательный палец и скривилась от горького привкуса. Но ей пришлось тщательно обсосать пальцы, стерев с них маленькие коричневые пятнышки.
- Босс, может, ближе к делу? – не утерпел Гойл.
- Грег, ты дикарь, я тебе показал такое шоу, - сказал Малфой, который любовался унижением Джинни. – Ладно. Грязнокровка – на колени передо мной. Уизлетта – слушайся Крэбба.
Гермиона робко опустилась перед Малфоем, почувствовав коленями холодный камень. Малфой задрал мантию, спустил штаны и показал ей выпуклость в чёрных шёлковых трусах.
- Да, грязнокровка, у чистокровных магов длинные хуи, хотя к твоему Рону это не относится. Смотри, что ты сейчас возьмёшь в рот, - он спустил трусы, и его длинный тонкий член закачался перед лицом Гермионы. Она в отвращении отодвинулась.
- Соси, - выплюнул Малфой.
Гермиона дрожащими пальцами взялась за тёплый член, отодвинула крайнюю плоть и медленно обхватила головку губами. Драко зажмурился от удовольствия, почувствовав её тёплое дыхание и влажные губы. Гермиона нервно сглотнула, и её передёрнуло от мерзкого солоноватого привкуса. Она выплюнула член.
- Забыл сказать, - рассмеялся Малфой. – Я вчера ебал пару подружек, и так и не помылся после этого. Но ты помоешь меня своим ротиком – привыкай, тебе это придётся часто делать.
«Чем скорее он кончит, тем скорее отпустит меня», - лихорадочно подумала Гермиона. Стараясь не вдыхать запах и не сглатывать, она взяла в рот сразу десять сантиметров члена Драко и начала сосать, ритмично впуская-выпуская его в свой рот, иногда пробегая языком по стволу, как по леденцу. Она чувствовала тонкие жилки под горячей кожей. Как она не старалась, неприятный вкус его члена и сока других женщин на нём заполнил её рот, заставив морщиться. Только через пару минут он прошёл, когда она слизала и проглотила все выделения. В принципе, сосать Драко было не сложнее чем Рону – член Рона был только чуть-чуть меньше. К несчастью для Гермионы, Драко не планировал обойтись с ней мягко.
- Гойл, покажем шлюхам, как с ними будут обращаться, - крикнул он другу.
- Ага, - крикнул Гойл, перекрикивая визги Джинни Уизли. Гермиона скосила глаза и увидела, что Гойл схватил Джинни сзади, прижав её спину к своему мускулистому торсу. Он уже расстегнул её мантию и задрал джемпер, и теперь стянул к шее красный лифчик и грубо лапал её маленькие белые упругие груди. Он мял её сиськи в больших ладонях, оставляя на нежной коже красные пятна. Вдруг он сильно щипнул Джинни за твёрдые торчащие соски, и она взвизгнула как сирена.
Вдруг Гермиона почувствовала, как Малфой запустил пальцы в её густые волосы. В следующую секунду он дёрнул её голову и насадил её на хуй по самые яйца. Головка с навернувшейся белой каплей проскочила в горло, Гермиона попыталась отпрянуть, но Драко не отпускал её голову. Её горло сводил рвотный рефлекс, из глаз брызнули слёзы от грубого вторжения и боли в выдернутых волосах. Драко ослабил хватку, позволив блестящему от слюны члену наполовину выскользнуть из ротика, а потом насадил её горло на свой длинный член ещё раз. И ещё раз. И ещё. И ещё раз, едва давая Гермионе времени на вдох, заставляя её давиться хуем, заставляя покрытые светлыми волосиками яйца хлопать по её мокрому подбородку.
(возвращение в начало).
После того, как он заплевал её лицо, он позволил Гермионе немного отдохнуть и перестал трахать её рот.
- Грейнджер, дрочи себе тоже, - сказал он.
Не выпуская члена изо рта, Гермиона просунула руку в трусы. Пальцы пробежали вдоль щёлки между ног, чуть раздвинули губки у её вершины и нашли маленький клитор гриффиндорки, который и начали осторожно натирать. Всё это время Гермиона продолжала сосать твёрдый член Драко, причмокивая, всхлипывая и шмыгая носом. Наверно, она уже умоляла бы его о пощаде, если бы ей не мешал хуй во рту.
Рыжая Уизлетта визжала в стороне, иногда срываясь на стон. Драко обернулся и довольно улыбнулся: Гойл не терял времени даром.
Грег давно стянул с Джинни мантию и джемпер, а теперь сделал то же и с нижним бельём – вся одежда валялась измятой на булыжнике двора. На эту груду одежды Гойл бросил почти голую Джинни – на ней остались только носки с чулками. Девушка стыдливо обхватила колени руками, а Гойл быстро скинул штаны с труселями. Его член был короче члена Драко – 15 сантиметров, но гораздо толще. Джинни с ужасом и ненавистью смотрела покрасневшими глазами на пенис слизеринца, зная, куда он скоро войдёт.
- Шлюха! На спину! Подними ноги к плечам и покажи свою пизду, - скомандовал Гойл.
- Грег, не ори так, - сказал Малфой, - а то нас услышат.
Гермиона и Джинни в ужасе переглянулись и посмотрели в сторону подворотни, через которую они прошли. Они поняли, что кто угодно может зайти в этот двор и увидеть сосущую Малфою Гермиону и Джинни, разлегшуюся на земле в позе «выеби меня». Она подчинилась приказу и выставила себя напоказ: подняла ноги к плечам и взялась за них руками. Теперь все могли видеть не только её белое тело и маленькую грудь с веснушками, но и всё между растопыренных ног - аккуратно подстриженную полоску рыжих волос, а под ней бледно-алую щель между чуть приоткрытых половых губок и ещё ниже чёрную дырочку ануса. Джинни отвернула горящее от стыда лицо и прикрыла его прядями рыжих волос.
Гойл грубо навалился на неё сверху со своим запахом пота и перегара, вдавив девушку в жёсткий камень. Он раздвинул пальцами её влагалище, открыв его как рваную рану, пристроился и уверенным толчком загнал в Джинни первые сантиметры своего члена. Стон вырвался у Джинни между плотно сжатых губ. Она закрыла глаза, но чувствовала каждым клочком нежной кожи своего влагалища, как Гойл выждал немного, чуть вышел из неё и снова вставил, уже на пару сантиметров глубже. Он медленными, но резкими толчками насаживал её на хуй, будто вбивал клин между двух полен, и наслаждался паузами, в которые Джинни ожидала неизбежного вторжения. Её пизда была тугой, и даже самому Гойлу было больновато втискивать в неё свой толстый член. А Джинни судорожно выдыхала, когда Гойл подавался назад, и издавала какие-то хрюкающие звуки, когда он врывался в неё.
Гойл уже загнал хуй до упора в рыжую рабыню: волосатые яйца хлопнули по промежности Джинни. Но очевидно, ему самому не нравилось драть рабыню с такими усилиями. Поэтому он снова начал щипать и мучать её твёрдые соски, а ещё сказал:
- Расслабься, шлюха, и представь, будто тебе очень нравится, когда тебя так ебут.
- Урод, - прошептала Джинни, но невольно ещё шире раздвинула ноги, подчиняясь приказу. Гойл нацелил на неё палочку и пробормотал заклинание, которое немного расслабило мышцы Джинни и увлажнило её вагину.
Тем временем Малфой возбудился до предела, наблюдая за изнасилованием Джинни. Гермиона продолжала покорно сосать ему, и Драко почувствовал, что вот-вот кончит. Он резко оттолкнул от себя Гермиону.
«Неужели всё?» - подумала Гермиона, но Драко тут же сказал:
- Снимай трусы, грязнокровка. Да и юбку тоже.
Гермиона быстро скинула юбку. Подцепив резинку трусов, она остановилась.
«Не хочу. Не буду. Я лучшая ученица в Хогвартсе за 50 лет. Надо быть сильной и бороться», - в панике думала она.
Ей удалось бороться секунд 20, потом она резко стянула трусики и кинула их к ногам вместе с застрявшей в них палочкой. Драко осмотрел добычу: лобок Гермионы был хуже ухожен, чем у Джинни – пизда была не совсем волосатая, но порядком заросшая каштановыми волосами. Драко схватил Гермиону за плечи, развернул и вжал спиной в стену дома.
- Обхвати мою талию ногами, - прошипел он в ухо девушке.
Гермиона смогла выполнить приказ только со второй попытки, когда Драко помог, поддержав её за ягодицы. Впрочем, «поддержав» - мягко сказано, он впился пальцамив её пышную попку, и Гермиона почувствовала, что у него довольно длинные ногти. Теперь она повисла на Малфое – её длинные ноги обхватили его туловище над бёдрами, руки обвили шею, а спина прислонилась к каменной стене. Малфой приставил головку члена к вагине Гермионы и засадил в неё свой член так же резко, как до этого засаживал его в рот девушки. Первыми движениями приспособился к необычной позе и стал методично долбить, замирая от удовольствия, когда его хуй проскальзывал в тугую пиздёнку гриффиндорки.
Гермиона ойкнула, когда Малфой проник в неё, но в целом ей было не больно – член Малфоя был тонким, хорошо смазанным слюной самой Гермионы, да и она сама порядком возбудилась, пока мастурбировала по приказу Малфоя. Ей было стыдно признать, но ей даже понемногу нравился этот секс… если бы она была в позе удобней, может, она смогла бы кончить. Сейчас она больше старалась удержаться на Малфое, который бешено вбивал себя в неё и тяжело дышал с закрытыми глазами. Поверх его плеча Гермиона посмотрела на другую пару. Джинни широко раскрытыми глазами смотрела в небо и тихо постанывала, но, кажется, не от боли. Ягодицы Гойла часто-часто дёргались вверх-вниз между расставленных бёдер Джинни – похоже, он смог выйти на нормальный темп, потому что Джинни тоже расслабилась.
Действительно, Джинни было противно так думать, но боль почти ушла, и она даже начала немножко чувствовать болезненное удовольствие, когда Гойл входил в неё. А теперь он делал это не редкими рывками, а сновал туда-сюда как смазанный поршень, издавая кряхтящие звуки. Джинни поймала себя на том, что сама постанывает, и яростно стиснула губы.
Малфой заметил, куда смотрит Гермиона, и тоже посмотрел на Гойла и Джинни. Эта картина завела его ещё больше, подтолкнув нарастающий оргазм. Драко испытал это мучительно-приятное ощущение – когда ты вот-вот кончишь, остаётся несколько движений, и удовольствие от максимального напряжения может быть и побольше самого оргазма. В эти секунды он наслаждался и узкой щёлкой Грейнджер, и зрелищем Грега, который грубо трахает беспомощную Уизли, и уверенностью в том, что в ближайшие недели он трахнет гриффиндорок много раз, и секс будет ещё интереснее, чем в этот раз. Он представил, что может сделать со своими рабынями – и, не выдержав, начал кончать внутрь Гермионы.
Гойл тоже был готов – Джинни почувствовала, что его толчки стали более глубокими и беспорядочными.
- Ёбаный Мерлин! – крикнул он и проник особенно глубоко, снова причинив Джинни боль. Тут же она почувствовала, как в её влагалище ударили тёплые струи спермы. Гойл дёрнулся несколько раз и остановился. Его блестящий от спермы член выскользнул из Джинни.
Малфой тоже излился в Гермиону и отпустил её. Он поднял её трусики и обтёр ими от спермы свой пенис. Гойл увидел это и сделал так же, использовав трусики другой девушки. Джинни встала, пошатываясь, и заметила, как из её вагины по ноге стекает сперма Гойла. Она посмотрела на Гермиону – та стояла, обессилено прислонившись к стене, и по её бёдрам тоже ползли мутно-белые капли спермы Драко Малфоя.
Драко тоже заметил всю эту кончу и скомандовал:
- Грязнокровка и предательница крови! Я запрещаю вам беременеть от кого угодно до тех пор, пока я не отменю этот приказ.
- По-твоему, этот приказ сработает? – устало спросила Гермиона, которая даже в такой момент оставалась немного всезнайкой и хотела знать как можно больше обо всём.
- Сработает, - улыбнулся Драко. – Ваша биология теперь тоже подчиняется мне – если я прикажу вам не дышать, вы задохнётесь. А сейчас я приостанавливаю ваши женские процессы – у вас пока не будет критических дней, чтоб вам ничто не мешало работать своими пёздами, - он подумал, что ещё можно приказать рабыням, и усмехнулся парочке идей. – Кстати, я запрещаю вам сообщать о нашей сегодняшней встрече и о контракте кому-нибудь ещё. Вы не откроете никому правды никаким способом. Я запрещаю вам давать Поттеру и Ронни Уизли – пускай потерпят. Наврите им что хотите, если они спросят, почему вы с ними больше не трахаетесь.
- Малфой, - умоляюще начала Джинни.
- Молчать! И последнее – я запрещаю вам смывать или счищать нашу сперму с ваших тел и из ваших писек.
- Малфой, это мерзко! – крикнула Гермиона.
- Привыкай, грязнокровка, тебе часто придётся ходить со спермой парней на теле, - ответил Драко. – Но если вам не нравится, у меня есть вариант – вы уберёте сперму своими пальцами и отправите её себе во рты. Дамы, если не нравится ходить грязными – тогда съешьте всю кончу, и всё! Ладно, я всё сказал – дам вам время подумать о вашей новой жизни. Увидимся в Хогвартсе! Учёба в этом году будет очень необычной… Пошли, Гойл!
Слизеринцы телепортировались, оставив гриффиндорок полуголыми во дворе у Косого переулка. Какое-то время девушки молчали, пытаясь понять, что же с ними произошло. Потом стали быстро напяливать одежду.
- Что будем делать? – спросила Джинни, надевая красные трусики прямо на испачканный спермой лобок. Она стыдилась посмотреть Гермионе в глаза и думала, что её подруга так же стыдится.
- Никому ничего не скажем, - ответила Гермиона. – Хотя мы и так ничего не сможем сказать, этот урод нам запретил… Мы не подписывали этот контракт, надо выяснить, как там появились наши подписи и опротестовать его. Иначе, - её голос сорвался. Джинни подошла и сочувственно обняла подругу.
- Пошли отсюда быстрее. Надеюсь, нас никто не видел, - сказала она.
И девушки почти бегом скрылись с места, где над ними надругались двое заклятых врагов. Им оставалось надеяться, что это был первый и последний раз, когда Малфою удалось надругаться над ними.