3. Татьяна (дородовое влечение)…
Так периодически мы с ней трахались. За все остальное время до родов мы перепробовали с ней все мыслимые и немыслимые позы. Время летело незаметно. Приближалось время родов, однако они, похоже, мало заботили Татьяну, так как она продолжала с неистовой силой хотеть. И мы трахались! Я обожал трахать её пизду! Эту сочную большую пиздень взрослой беременной самки! Моя рука уже спокойно хозяйничала внутри влагалища, не встречая ни малейшего сопротивления ее хозяйки. Примерно через полтора месяца, а значит примерно в 37 недель, у нас была очередная встреча. Сама по себе встреча не отличалась от всех ранее, но у этой была одна особенность.
Я пришел к ней и принес продукты, которые я помогал в течение всего этого времени покупать. Разгрузившись от сумок, мы некоторое время стояли и целовались с ней прямо в коридоре. Она была счастлива моему приходу, так как это говорило о том, что сегодня я буду ее в очередной раз трахать.
- Ну, подожди! Подожди… - шептала она, продолжая меня целовать и сильно прижимаясь ко мне большущим беременным животом. – Дай мне нацеловаться! Поди с выходных не виделись…Чего не приходил то? Или уже не нравлюсь? Мишенька!
- Скажешь тоже! – возражал я. – Как ты можешь мне не нравится, когда у нас такой безбашенный секс! Твоя большущая пиздень – это рай для меня!
- Мишенька! Ты мой заинька! А то я уже о плохом стала думать… - засмеялась она.
- Ах о плохом!? – воскликнул я. – Ну-ка, покажи мне свое беременное пузо! – скомандовал я.
Татьяна, улыбаясь, распахнула халат, и огромный живот предстал перед моими глазами.
- На, заинька, смотри,! – с готовностью произнесла она, оголяя живот. – Нравится? Я вся твоя! Трахни свою мамочку! Свою беременную и развратную мамочку!
- Мммм…- зарычал я, слушая ее слова и смотря на этот опустившийся большой беременный живот этой сучки. – Иди, налей чаю своему господину! –командовал я. – А я пока в душ схожу.
Таня с готовностью поспешила на кухню. Я быстро принял душ и, запахнувшись в бывший халат её мужа, прошел на кухню. Татьяна голая сидела на табурете, а ее опустившийся живот лежал между раздвинутых ног, доставая до табурета. И вот эта сидящая сучка смотрела на меня с такой невообразимой похотью, что просто невозможно было устоять. Однако, я взял себя в руки и начал пить чай.
- Вкусно? – улыбаясь, спрашивала она, лаская пальчиком темные околососковые ореолы.
- Да! Очень! – отрывисто отвечал я.
- А посмотри-ка сюда, дорогой… - на распев произнесла она.
Я посмотрел на нее и обалдел! Она положила правую руку под низ живота и приподнимала его, оголяя вид своей гладенькой пизды и показывая вытекающую из нее смазку и льющуюся на табурет.
- Ого! – воскликнул я.
- Видишь я же потекла… – улыбаясь, говорила она. – Чем ближе роды, тем ее больше…
Тем временем я пил чай. Внезапно Татьяна стала с табурета и, встав на колени, распахнула мой халат и взяла уже давно стоявший член в рот.
- Мммм…- услышал я чавкающие и довольные звуки.
Для этой самки не существовало слова нельзя, а было только слово хочу и трахай. Мне все труднее и труднее было сдерживаться. Я уже старался не думать о ней, но каждый раз мои мысли возвращались к ней и ее беременности.
- Мммм…Какой он напряженный… Ну-ка, иди к мамочке… Дааа… Таааккк… Молодец! Мммм… Мамочка расслабит…
Я уже не мог сдерживаться и с этими словами я выстрелил всю накопившуюся за выходные порцию спермы ей в рот. Услышав приятное чавканье и ее легкий смех, мне стало тоже смешно.
- Ну ты, мать, даешь!
- Нееет! Это ты даешь! – рассмеялась она. – Вон сколько накопил! Я, наверное, уже обедать не буду.
- Танюшка! Спасибо тебе! – смеялся я, чувствуя облегчение в яйцах.
Татьяна поднялась с колен и, размазав капнувшие капли спермы по груди, поцеловала меня.
- Танюша! Ты прелесть! – произнес я, целуя ее.
- Ну, ты допил чай? – лукаво спросила она.
- Да! – произнес я окрепшим голосом.
- Может же займешься мной? А то беременным тоже нужно матку расслаблять.
- Конечно, дорогая! Иди на диван и приготовь ложе для господина! – приказал я. - Сейчас я всерьез займусь твоей маткой.
Татьяна, сексуально виляя задом, поспешила к дивану. А я, допив остатки чая, вышел следом. Диван был разложен и красиво застелен.
- А ну! Подойди-ка ко мне, мамочка! – приказал я. – Дай-ка я пощупаю твое пузо!
Таня послушно подошла ко мне.
- Смотри, сынок! Смотри, какое оно большое! – подыгрывала она мне. - Какое большое пузо у твоей беременной мамки! Потрогай его!
С этими словами она взяла мою руку и положила себе на живот. Я почувствовал твердость матки и внезапно ощутил шевеление плода.
- Ого! – воскликнул я.
- Да, мальчик мой! Да! – радостно крикнула она. – Он шевелится!
Татьяна вся светилась от счастья!
- А ты не хочешь его ощутить поближе, сынок? – лукаво спросила она.
- То есть? - не понял я. – Намекаешь на…
- Фистинг! Да, мой родной! – опередила она меня.
Я немного поколебался, но взял себя в руки.
- Ну-ка мамка! Ложись на диван и раздвинь ноги! – приказал я.
- Да, сыночек! Как скажешь!
С этими словами она улеглась на диван, на котором были разбросаны разные «игрушки».
- Что? Фистинг любишь, да? – лукаво улыбнулся я.
- Очень, Мишенька! Ты же сам знаешь…
- Дай-ка я рассмотрю твою дырень, из которой так лилось на кухне, - деловито произнес я, разводя пальцами половые губы.
Я был прав. Из дыры просто лилось! Я погрузил в нее три пальца и они покрылись слизью, которой после этого не стало меньше.
- Мишенька! У меня для тебя один сюрприз… - лукаво произнесла она.
- Какой сюрприз? – строго спросил я.
- А вот ручку засунь полностью и узнаешь!
- Раздвинь ноги пошире! – скомандовал я. - Готова? Принимай!
Я стал погружать свою руку в эту мокрую дырень. Погрузив без проблем кулак полностью, я почувствовал шейку матки. Однако что-то в шейке стало другим. Разжав кулак внутри я почувствовал нечто! Указательным пальцем я хотел упереться в маточный зев, однако шейка уже была немного приоткрыта. Я был вне себя! Вот это удача!
- Ну как, сыночек? – произнесла она сквозь стон. – Хороший сюрприз мамочка приготовила?
- Да! Это классно, мамочка! – радостно воскликнул я.
- Ну… Ммммнннн…Я знала, что тебе понрааа…витсяааа… - стонала она.
- Здорово, мамочка! Вот это да! – радовался я, продолжая играться с шейкой.
- Аааааа! Ооооййййй! – вскрикивала Татьяна. – Даааа! Потрахааайййй шейкуууу… Расслабь… Ооооооойййй…! Ааайййй…!
- Да! Вот тааааккк! Давай снимем тебе напряжение в матке. Я пальцем рсширяю маточный зев у моей беременной мамочки… - деловито произнес я, копаясь в её широко открытой пизде. - Дааа… Таааккк… Классно!
- Ааааааа! Аааааййййй! – стонала она, сжимая руками простынь. – Аааайййй! Уууухххх…! Ооооййййй…
- Дааа! Легко идет! Уууххх… Ну класс! Сейчас я уже пальцем буду гладить мамочкино плодное яйцо! Вот такк… Дааа…! Воттт ттаааккк… - возбужденно произносил я, погружая свой палец в открывающийся зев шейки.
- Дааааааа… Дорогоооййййй!... Ммммааааааа…Погладь его, сыноОООчек! Ооооо…Йййй… Аааааййййй!...
Мой палец уже почувствовал, как расширяется шейка и вдруг фаланга прошла вглубь, и я почувствовал твердую стенку плодного яйца! И принялся аккуратно его поглаживать.
- Аааааайййййййй! Оооооооойййййййй! Мммммааааааа… Маааммооочкиии..!
- Ооо! Да…! Классноооо! – возбужденно кричал я, расширяя зев и продолжая поглаживания и тычки. – Я уже у тебя в матке, мамочка! Дааа… Дддаааа, дорогая…!
- Аааааааайййййй! Ооооойййййй! Аааааааааа! – было мне ответом.
- Агггаааа! Таааккк! Вот такк…! – продолжал я действовать. – Терпи-терпи! Да, мамочка! Дааа...! Хороший ты мне подарок приготовила сегодня!
- Аааааа! ААААаааааааа! Ммммаааааамммммаааааа! – кричала она, держась за низ живота.
– Терпи-терпи, мамочка! – кричал я, не ослабляя свой напор.
- ...Ааааайййй! Ооооойййй…! Терплю, сыночек…! УуууууууййййййАААА…! Дааа…! Делай так…! Дддаааа...!
– А сейчас я буду разминать твою шейку, мамочка! – возбужденно произнес я.
- Да, сыночек, я готова… - услышал я. – Только дай я немного лягу повыше.
Она приподнялась и поудобнее улеглась на подушке. Я вытащил палец из зева и начал двумя пальцами разминать шейку.
- Ааааааа! Боооольнооооо! – вскрикнула Татьяна и схватилась за мою руку. – Аааааааайййййй!
- Нееет! Ну-ка, убери руку! – скомандовал я. – Терпи, мамочка! Терпи! Твой сыночек хочет посжимать шейку матки у своей мамочки!
- Ооойййй! Больнооооо! – кричала Татьяна и хваталась сперва за живота, а потом за мою руку, но потом, видимо вспоминая, отдергивала её и сильно сжимала свою грудь.
В результате грудь ее стала красной, и выступило молозиво.
– Ааааййййй! Не так сильнооооо! Аааааайййййй! Мммаааамммоооочкиии…! – кричала она и с силой сжимала простынь.
- Опаньки! – радостно вскрикнул я. – Молозиво пошло! А ну-ка, мамочка, сжимай свои сиськи! Подои их! Давай!
Татьяна, корчась в гримасах боли и блаженства, с силой стала сжимать и оттягивать своё набухшее вымя, извлекая на свет капли желтоватой жидкости.
- Давай-давай! – подзадоривал я её. – Дои своё вымя! Если мне понравится как ты их доишь, я перестану разминать шейку!
Я увидел, как Татьяна с неистовой силой и со стенаниями, с неистовой силой стала сжимать свои титьки, производя дойку.
- Не халтурь, мамочка! – крикнул я. – Когда доишь, то оттягивай их, чтобы я видел! Или ты хочешь чтобы я сильнее сжимал шейку?
- Нннееееттт! – крикнула она и стала с силой оттягивать сиськи.
Она сжимала их полностью и с силой оттягивала к низу. Я ослабил нажим на шейку, поскольку просто обалдел от кайфа.
– Так, сыночек? – спрашивала она, продолжая доить себя. – Ты только шейку не сжимай больше. Хорошо? Больно, сыночек…!
- Хорошо! – ответил я и проверил размер расширенного зева.
Я просто был поражен! Зев шейки у неё был открыт на две фаланги и, если бы я был абсолютно без тормозов, то спокойно зашел бы туда двумя и тремя пальцами. Но внутренний стопор останавливал меня.
- Давай я подою тебя, мамочка, а ты засунь свои руки в пизду и поработай там сама.
С этими словами я добавил смазки во влагалище и начал доить её вымя. Молозива уже не было, но сам процесс завораживал.
- Оооохххх! – стонала она. – Как же ты у меня тут всё расширил, сыночек! Просто вселенский простор!
Я посмотрел на пизду. Она засунула туда обе руки и лежала, закатив глаза, в полном блаженстве. Поупражнявшись с её дойками, я расцеловал её и минут двадцать после этого ласкал её груди и вздрагивающий сокращениями живот. Потом мы опять лежали и целовались.
А, спустя пять дней, Татьяна поехал в роддом. Я навестил её в палате. Она вышла, немного пошатываясь и придерживая живот. В комнате для свиданий никого не было. Она подошла ко мне и принялась жадно целовать. Мы закрыли дверь. Она встала, облокотившись на стол и подставив мне свой зад. И в такой позе я ввел свой член и, немного погодя, кончил в неё. Потом она сделала мне минет и после этого она села на край стола, а я, приподняв одну ногу, ввел свой инструмент и вновь кончил. Вернувшись домой, я узнал, что сегодня вечером у Татьяны отошли вода и, спустя три часа, она благополучно родила мальчика. Вот так!
(продолжение следует…)
Анатолий Аллюров