Эту историю рассказал мне один знакомый. Представил себя на его месте и немного пофантазировал. И вот что из этого получилось.
Заболела жена. Кто не болеет? Но положили ее в больницу, а у меня на руках осталась трехлетняя дочь. И работа такая, что ни отгулов, ни отпуска сейчас не возьмешь. Куда мне с такой малюткой? Пришлось обратиться к теще с просьбой помочь в беде. Либо пусть к себе Катьку возьмет, либо к нам приедет, но что-то делать нужно. Теща приехала к нам.
Приходил с работы поздновато, играл с Катькой, общался с тещей. Она у меня женщина что надо. Родила Ленку, мою жену, едва ли не в восемнадцать и сейчас была в самом соку, даже не достигнув возраста "ягодки опять". И характером вышла. Спокойная, доброжелательная. И с зятем, со мной то есть, общий язык нашла быстро. Да у нас с ней и разница в возрасте не такая уж и большая. Ленка-то намного младше меня. Так что никаких трений не возникало, напротив, все было мило и прекрасно. Теща смотрела за Катькой, готовила, вела хозяйство. Так и жили.
Сдали объект заказчику, получили премию и нормальный рабочий день. Пришел домой рано. Играли с Катькой,привлекли к игре и тещу. Катька весело хохотала, догоняя бабушку, что бегала по комнате, на спине горячего скакуна, которого изображал папа. Держась за уши, чтобы не упасть с папиной, точнее с лошадкиной спины, колотила пяточками по бокам, пришпоривая скакуна. Шум, смех, радостные вопли дочери. Пришло время купания. Катька по всегдашней своей привычке устроила в ванне шторм и бурю.
Оба с тещей стояли мокрые и ждали, пока корабль с матросом Катькой пришвартуется к берегу. Мокрый халат облепил тещину фигуру, а фигура-то еще очень и очень недурна. Теща телосложением схожа с Ленкой, правда немного полнее, но это ее еще больше красит, придает очарование зрелой женщины. И лицом они схожи. Иной раз кажется, что две сестры - младшая и старшая. Груди у нее несколько больше Ленкиных, попа пошире. ну так Ленке до мамы еще почти двадцать лет, так что сровняются в будущем.
Да, мокренькая фигурка тещи навела на грешные мысли, тем более, что женщины у меня уже давненько не было. А теща, женским своим нутром почувствовав мой к ней интерес, быстренько утихомирила Катьку, извлекла ее из бурного океана и отправила нас спать, сказав, что ей надо переодеться в сухое, вон как захлюпали.
Катька спала, а мы с тещей сидели на кухне. С премиальных прикупил вина и вот сидели, дегустируя сей напиток, вели разговоры за жизнь. Слово за слово и перешли к семейным проблемам. Теща начала говорить, как она рада за свою дочь, какой ей хороший муж достался: любящий, внимательный, заботливый, ласковый. пусть уж зять не сердится и не обижается, ведь известно, что у матери и у дочери друг от друга секретов нет, потому она знает даже как у нас обстоят дела в постели.
Как посчастливилось Ленке иметь такого мужа-любовника, который и помоет женщину в ванне, до кровати на руках донесет, всю перецелует и поцелует даже ТАМ. Теща такого и в кино не видала, не то, что в жизни. Прожила жизнь с алкашом, который слова доброго не сказал, не приласкал. Только орет. Хорошо хоть руки не распускает. Нет, повезло Ленке, очень повезло. А ее муж припрется пьяным и спать. А если и понадобится ему кончить, так навалится как боров раз в месяц, пошмурыгает пару минут, воняя перегаром, спустит и н
а боковую. Никаких тебе поцелуев, слов ласковых.
Теща рассказывала, а по щекам ее текли слезы, губы искривились в горькой усмешке, нос покраснел. Она всхлипывала, утирала слезы тыльной стороной ладони и продолжала свое повествование. А я смотрел на нее и думал, что вот ведь нормальная баба, а счастья-то и нет у нее. А много ли надо женщине? И я начал утишать женщину, говорить, что все наладится, все образумится. Гладил ее, как ребенка, по голове, целовал . Она еще горше зарыдала. Присев перед ней на корточки, целовал ее плачущие глаза, собирал губами слезинки, текущие пощекам, целовал припухшие губы. В какой-то момент эти губы ответили на мои прикосновения, а еще через мгновение мы слились в поцелуе, совсем не родственном.
Двое стояли посреди кухни и яростно целовались. Руки порхали по телам, ощупывая и оглаживая. Языки вели свой разговор, проникая в рот , губы ласкали губы. Халатик тещи сполз с плеч и теперь чудом держался на ее теле. В какой-то момент теща двинула плечами и халатик совсем спал, обнажив ее груди, немного обвисшие, но еще крепкие, пухленький животик. После ванны теща не надела лифчик и теперь ее груди, высвобожденные из плена одежды, сами упали в мои подставленные ладони. Я мял их, ласкал, не отрываясь от губ женщины. А потом присел немного и начал целовать соски, опустился к животику.Теща прижимала мою голову к себе, все шептала про какой-то грех, а я стягивал до конца халат и вот он упал совсем. Теща стояла передо мной, прикрытая лишь трикотажными трусиками. И сейчас эта деталь одежды была явно лишней.
Я потянул трусики вниз, обнажая лобок с рыжеватой порослью, спустил их почти до колен и страстно целовал животик, лобок, бедра. Потянув трусы еще немного вниз, спустил их до щиколоток и теща, переступила ножками через трусики, явно соглашаясь со мной, что они уже не нужны. Она стояла как Венера, вышедшая из морской пены. Тело зрелой женщины было прекрасно.
Полуприкрыв глаза теща просила меня не смотреть на нее, такую толстую и страшную. Женщина любит ушами и потому мои слова о том, что ее тело прекрасно, что оно - само совершенство, что еще очень и очень долго будет способно дарить радость и наслаждение мужчине, что не надо стесняться, а надо гордиться таким телом, такой фигурой. Говорил много еще чего, теперь уж и не упомню. Известно, что в этот момент язык мужчины становится без костей и слова сами льются, минуя мозг. А я все говорил, перемешивая свои слова поцелуями. А потом подхватил тещу на руки и понес в спальню. Она не сопротивлялась, отдавшись в полную волю мужчины. Обхватив меня за шею, целовала куда-то в ухо, что-то шептала.
Положив женщину на кровать, сам еще не раздевшись, вновь начал покрывать ее тело поцелуями. Целовал губы, шею, груди,живот, бедра и вновь губы. Теща лежала, слегка раздвинув ноги и я пальцем провел поее промежности, погрузил его в полуоткрытое влагалище, вынул, понюхал и лизнул, пробуя на вкус. запах был почти что Ленкин, а на вкус теща была немного другой. Еще раз погрузив палец во влагалище, вынул его и настойчиво сунул теще в рот, чтобы она попробовала, какого приятного вкуса ее киска. Она обсасывала палец, а я другой рукой уже гладил ее половые губы, клитор, что разбух и вылез, любопытствуя, из мантии розовой плоти.
Тещино влагалище было мокрым, горячим. Опустившись перед кроватью на колени, нежно поцеловал ее в эти полуоткрытые губы. Поцеловал так, как целуют ребенка, как целуют женщину в уголок губ или в глаза. Губы скользнули мотыльком, но теще этого хватило, чтобы напрячься, выгнуться и, раскрываясь, подставить под ласки свое сокровище, что женщины прячут от постороннего взора. А потом были ласки языком и губами. Описывать ее состояние - только время тратить зря. Это была рычащая пантера, это была трепетная лань, это был вулкан страсти и все одновременно. Она стонала и что-то выкрикивала, она рвала простыню и царапала мне спину, она была на пике блаженства.
Когда ее тело потряс оргазм, мигом очутился рядом с ней, прилег, обняв. Она натурально плакала, уткнувшись мне в грудь. А я гладил ее спину, плечи, целовал. Через некоторое время, так и не отрывая лица от груди, глухо проговорила, что она, конечно, сука и тварь по отношению к дочери, но она хочет еще. Помогла мне раздеться. Вернее просто сорвала с меня одежду и упала на спину, широко раскинув ноги и теперь уже полностью отдаваясь и наслаждаясь.
После третьего оргазма, лежа на измятых и скомканных простынях, говорила, что никогда не верила рассказам женщин о полетах в постели с любимым мужчиной. Но теперь убедилась сама, что такое возможно. Она уже побывала на седьмом небе и просто счастлива, что я показал ей такой полет. А теперь она немного устала и хотела бы, чтобы и я слетал туда и потому, раздвинув ноги, настойчиво потянула меня на себя. Сама, взяв член рукой, направила его в свою раскрытую щель. А когда я погрузился в нее, охнула, подняла ноги вверх и положила их мне на плечи. И я ворвался. Победители в захваченном городе не ведут себя так, как действовал я. Соскучившись по женскому теле, я рычал и буйствовал. Загонял член до самого упора, до самой матки, бешено двигал им во влагалище, стараясь заполнить каждый уголочек и закуточек этого пространства. И теща взвыла в очередной раз, содрогнулась в экстазе.
Редко так бывает, что сразу, впервые, мужчина и женщина кончают одновременно. У нас получилось.
Лежали, обнявшись. Я, выплеснув накопившееся напряжение, лениво поглаживал тещино тело. Она, запустив руку промеж нас, держала член, будто боялась, что он исчезнет. Водными процедурами пренебрегли, просто было так хорошо, что не хотелось вставать и куда-то идти, что-то делать.
Среди ночи проснулась Катька и захныкала. Подскочили вместе с тещей и рванулись в детскую. Напоив дочь, теща наклонилась над ее кроваткой и что-то напевала, покачивая Катьку. Ее попа, блестевшая в полумраке комнаты, ее покачивающиеся груди не оставили равнодушным член. Тем более, что осталось еще большое количество спермы, не выплеснутое в первый раз. И я, подойдя к теще, хозяйским движением раздвинул ее ягодицы, нащупывая вход в заветную пещерку. Она раздвинула ноги и еще ниже склонилась над кроваткой внучки, не переставая напевать. А я, теперь уже ласково и нежно, вошел в мокрое, горячее и ждущее меня тещино влагалище, стал двигаться там, придерживая тещины бедра. От моих толчков, глубоких и размеренных, она подавалась вперед, ее груди качались. Вскоре голос ее стал прерываться, песня сбиваться с ритма, а потом она замычала сквозь стиснутые губы, застонала.
Ленка всегда кончала по несколько раз, пока я доберусь до финиша. такой вот долгоиграющий. И теща успела кончить, а я еще и не разогрелся. Повернув тещу к себе, целовал ее, обняв за плечи. Она обхватила меня за шею и стояла навытяжку, на цыпочках. Так и дошли до спальни, не размыкая объятий. Рухнули на измятую постель. И я, целуя тещино тело, говорил примерно так:
- Какое-чмок!-сладкое тельце! Как-чмок!-мы его любим! Какие-чмок!-прелестные-чмок!-титечки! Какие-чмок!-тверденькие сосочки! Какой-чмок!- прелестный животик! И какая-чмок!-мокренькая-чмок!-писечка! И как-чмок!-она-чмок-ждет-чмок!-чтобы в нее-чмок! воткнули!
Ну и воткнули.
Утром, когда я вышел на кухню, теща готовила завтрак. Катька еще спала. Теща была веселой, счастливой. Она легко двигалась и даже что-то напевала. Стоя в дверях, пожелал ей доброго утра и с удовольствием наблюдал, как играют под халатиком ягодицы, как ходят туда-сюда бедра. И член немедленно отреагировал, оттопырив трусы и подав знать, что он не против нанести визит своей знакомой вагине. Когда теща наклонилась у стола, задрал ей халатик. Как и ожидалось, трусы на этот раз теща посчитала излишними и я, не встречая препятствий, смачно поцеловал ягодички, что пухленькими булочками показались из-под халатика.
Опять же властно, на правах победителя, проник промеж ног и убедился, что после бурной ночи там ничего не пропало, что все на месте. Теща стояла, замерев. ожидая, что с нею будет делать дальше ее хозяин, ее владелец. А он, несильно надавив на спину, принудил тещу согнуться ниже и начал поглаживать ее промежность, пальцами проникая в повлажневшее отверстие, а потом, оттянув резинку трусов и обнажив член, головкой провел промеж срамных губ и даже недалеко протолкнул эту самую головку, чтобы член мог пожелать доброго утра своей новой знакомой.
Развернув тещу к себе лицом, крепко, так, что у нее перехватило дыхание, поцеловал и, приподняв, усадил на кухонный стол. Положил на спину и откинул в стороны полы халата.
Теща скользила по столу и только руки, крепко сжимающие ее бедра, не давали ей соскользнуть совсем. Ее руки метались, то хватая себя за грудь, выпавшую из халатика, то скользили по столу, в поисках чего-то неизвестного, то пытались дотянуться до меня. А я вгонял в нее свою плоть, шлепая животом по ягодицам. Теща застонала, выкрикнула что-то и кончила, опередив меня. И я усилил натиск, стремясь догнать мамочку Ленки. Скоро проснется дочь и негоже ей наблюдать, как ее папа имеет ее бабушку на столе. Вот и я разрядился.
Смеясь, подмывались. Теща, присев в ванне, отбивалась от моих попыток помыть ее влагалище, сама пыталась помыть меня. Для двоих ванна была тесновата, но места для баловства хватало вполне.
Потом, когда теща, так и не одевшись, наклонившись вытирала пол, что мы,балуясь залили, старался прихватить ее за попу, за влагалище. она шутливо отбивалась, но явно была довольна.
Завтракали чинно. Вымыв замузганое личико дочери, собрались в больницу к маме. Ленка радовалась, глядя на наше единение. Тихонечко просила не обижать маму. Потом, уединившись, о чем-то шепталась с матерью, пока мы с Катькой собирали листья в больничном скверике.
Дома теща рассказала, что дочь просила ее приглядеть за мной, дабы я не сорвался куда налево. И если уж возникнет такой момент, что я буду готов сорваться, (пусть только мама не обижается и поймет), попросила заменить ее , временно исполняя обязанности жены. Ей, конечно, стыдно говорить об этом, но она всегда считала мать своей подругой и больше ей обратиться с такой просьбой не к кому. А поиски на стороне чреваты возможностью увода из семьи хорошего мужика. И теща пообещала сделать все, о чем попросила дочь.
Уложив спать Катьку, легли, как супруги, в одну постель. Теперь наше сношение было неторопливым, но все таким же страстным. В теще проснулась женщина и эта женщина пыталась воспользоваться шансом, посланным ей судьбой. Вечером, перед сном, мы с тещей обсуждали на кухне (где же еще?) просьбу Ленки. И я плакал, нисколько не вру. Как она любила меня, если решилась на такую просьбу?! И теща плакала, радуясь за свою дочь, за то, что у нее такой муж.
Ленку выписали из больницы. Теща уехала. О чем она рассказала Ленке и что утаила, я не знаю. Только Ленка стала часто посылать меня к матери под предлогом помощи. И когда я возвращался, она ни о чем не спрашивала. Только вот секс в этот день у нас был столь бурным, будто Ленка срывалась с цепи, будто изголодалась. И еще заметил, что мои командировки к теще совпадали с Ленкиными месячными.
Через какое-то время Ленка сама призналась мне, что подтолкнула маму в нашу постель, что немного ревнует, но, глядя на то, как мама расцвела, радуется за нее и не сколько не жалеет о содеянном. Ведь и ей меня хватает с избытком, а иногда даже бывает лишней моя активность. Хватает и маме и мама очень благодарна дочери за ее позволение попользоваться излишками. Только вот Ленка беспокоится, что я привыкну к маме и разлюблю ее, свою жену. Целуя, успокаивал, что дороже их с Катькой для меня нет никого на свете.
А спать с тещей мы не перестали. И часто, когда теща гостила у нас, Ленка сама посылала меня к ней, вначале насытившись до конца. И осталось только упасть в постель втроем. Но все что-то тормозило. А однажды, после застолья по поводу какого-то праздника, это произошло. И небо не упало на землю,и земля не разверзлась под ногами. Глядя на секс друг друга, женщины искончались, получая оргазм от малейшего прикосновения. Сплетение тел, когда не поймешь кто кого и как ласкает. Праздник секса, песня страсти.
А потом тесть сгинул по пьяной лавочке. теща перебралась к нам. Ее дом оставили под дачу. Примерно через год-полтора забеременела Ленка, а потом и теща. И теперь у Катьки сестренка и братик, который еще ей и дядя.