Привет, Глеб.
Зиму я саму по себе не очень-то и люблю, за ее темноту, это приводит меня в уныние, хотя все же иногда бывают такие дни, что я просто в восторге от этих зимних вечеров, от яркого пронизывающего солнца, хоть это и бывает редко, но очень здорово. Всех больше я не люблю просыпаться, как буд-то ночь и что спрашивается в такой период времени вообще вставать, надо спать, но будильник говорит о другом, что уже семь часов, надо встать, умыться, навести блески, что бы все девчонки ахнули, а Генка, то есть Гена заходя в лифт снова пялился на меня, он всегда так делает, как буд-то больше не на кого смотреть, и все же мен приятно наводить этот макияж, как буд-то я делаю это для него.
Сквозь зон я услышала трель своего будильника, специально настроила его на щебет птицы, не очень громко но приятно, представляешь, что уже лето правда еще рано, но лето. Я открыла глаза. Таймер уже включил в аквариуму свет, и рыбки медленно метались у кормушки, их красные хвосты как в невесомости парили, они мне очень нравятся, смотришь на них и думаешь, что это совсем иной мир, как буд-то ты подсматриваешь за кем-то, оно такое чужое, наверное это меня и привлекало, не только их красота, а не доступность для меня, ведь я никогда не смогу вот так плавать.
Высунув нос из под одеяла, я сразу поняла, что на улице похолодало. Вреде бы и тепло, но я чувствовала почему-то, что холодно, опять одевать эту кучу одежды, ох… Мои плечи инстинктивно сжались, голова как у улитки пошла в низ под одеяло, и никуда мне вовсе не захотелось, да и не хотелось идти. Почему-то в этот момент мне вспомнилась моя мама когда она приходила по утрам будить меня, а я иногда правда, что бы не идти в школу искала предлог, то заболела, то голова кружится, то озноб, ну хоть, что то, что бы не вставать с постели в этот черное утро. Но мамы не было, и подойти некому было. В голове вертелись мысли, совесть говорила о том, что уже пора вставать, а второе я говорило, да ну эту работу, каждый день одно и тоже и кому она вообще нужна, бумаги, бумаги.
В голове и в правду вертелись куча мыслей, это было похоже как буд-то смешали несколько клубков с шерстью, у каждой ниточки есть начало и конец, но сейчас они представляли собой просто кучу спутанных ниток. Так и в моей голове мысли все спутались. Сред и них были остатки вчерашнего разговора с Верой, моей подругой, что приходила ко мне вечером и делилась своими впечатлениями о командировке, тут же были мысли, что были похожи на пунктиры, они отражали политику, которую я умудрилась посмотреть по программе «Время». Там было много мыслей и я ни как не могла разобраться с ними, что бы лишнее выкинуть, а нужное оставить. Только я начинала о чем-то конкретном думать, как тут же вклинивалась другая мысль, и я практически сразу теряла предыдущую нить.
Так я пролежала некоторое время, но это не помогло, а наверное наоборот усугубило и я поняла, хочу я того или нет, но придется вставать, что бы избавиться от этой каши в голове. Я прикрыла глаза, стало легче как буд-то некоторые из них потерялись, испугались темноты, но появились новые. Стало легко. Какая-то мысль, почему-то мне показалось, что она розовая, как шелковая лента проскользнула вдалеке, но ее яркий цвет сразу привлек меня и все остальные мысли просто напросто перестали существовать. Я не могла сказать о чем эта мысль, она просто была и все, я чувствовала ее настроение, ее тепло, но о чем она так и не могла понять. Лента еще несколько раз скользнула и пропала. Мне стало даже обидно, что вот так и все, нет ее. Я открыла глаза, снова закрыла, но розовая мысль больше не появлялась, за то она меня успокоила.
День был как день, наверное он мало чем был похож на остальные, мы часто делаем одно и тоже, это и есть работа, но иногда, что-то меняется и приток новых идей дает тебе огромный приток энергии и все вокруг меняется, уже не так скучна работа, и все выглядит по иному, есть смысл и цель, но после и это меняется и ты снова ждешь очередной идеи, что бы ее воплотить в жизнь и все начинается с начало.В пятницу намечалась корпоративная вечеринка. Сперва я к ним не могла привыкнуть, порой они напоминали мне собрания с бокалом шампанского, а после я начала чувствовать прелесть в этом. Что можно сказать на вечеринке, не скажешь в рабочей обстановке. После таких вечеров сотрудники становились мягче, особенно легче входить в коллектив новичку, именно им тогда я и была. Я всего боялась, людей, их взглядов, их должностей и мыслей. Но мой начальник Олег Васильевич, лет за пятьдесят толстый мужчина, но живой, ломал мои стереотипы представления как о начальстве, так и о самой компании. После первого же вечера я подружилась практически со всеми, только Ирина Петровна очень полная и потная женщина из планового отдела разработок и Ирина … отчество так и не запомнила, странное оно у нее по моему татарское, она не худая, но горбится и по этому напоминает молодую старушку. Вот с ними у меня ничего не получилось, они смотрели на меня как на врага, и порой казалось, что если бы рядом никого не было бы то готовы были меня укусить. Вечеринка это прекрасно, и даже маленькая цель.
Я шла домой и нюхала холодный воздух. Он совсем не похож на летний, не смотря на то, что кругом много машин, но гари не чувствовалось, она замерзала. Совсем по иному чувствовались духи, на морозе они становились звонкими, кто этого не понимал то так душился, что на улице это воспринималось как тонкий и нежный аромат, но стоило их обладателям зайти в помещение, аромат начинал таять и превращаться в настоящую газовую атаку, вот именно так и душилась Ирина без отчества.В общем день был прекрасным. Вечером я с Верой, моей однокурсницей и ее мужем Игорем сходили в кино на фильм «Гладиатор». Я давно на него хотела сходить, но одна боялась, рассказывали, что много криви, а я боюсь ее и вот сегодня нам удалось посмотреть его. Игорь как маленький мальчишка после фильма пересказывал его добавляя в рассказ сюжета свои реплики в роде «а он после его… ну и что, на до было… и тогда…, нет он был не прав вот если бы… и бух…», смешно было его слушать со стороны, а мне было грустно. Вера пыталась узнать мое мнение о фильме, но я молчала, не могла ничего пока сказать, слишком много «но».
Пришла я домой уже поздно, посмотрела на часы и ахнула, почти двенадцать ночи, и даже не успела почитать. Я грустно посмотрела на книжку, что оставила прямо на подушке, но делать было нечего, завтра рано вставать и много дел, а пара страниц, что я прочитаю только растравят мое любопытство. По этому я убрала ее подальше, что бы она меня не дразнила.Рыбки уже давно спали, и спят ли они вообще да же знаю, они кажется всегда плавают, вот и сейчас когда я включила слабый свет, они как тени скользили среди растений. Я любила пить кофе и не важно когда, после него я прекрасно засыпаю. Вскипятила чайник, налила кофе, взяла чашечку и пошла в постель. Утро было такое же черное как и вчерашнее, мысли так же путались, как буд-то их спугнули и они сейчас метались ища выход, но сегодня на улице было теплей и по этому я отбросила в сторону одеяло. Легкая прохлада коснулась меня, руки дернулись к одеялу, что бы укрыть себя, но я сознательно задержала их. По телу шли мурашки, они щекотали, хотелось свернуться, или хотя бы просто пошевелится, но я терпела, в этом была своя прелесть. Выждав минуту я все же набросила на себя еще теплое одеяло. Можно ли вообще описать эти чувства когда я укрылась. Я легла на бочек и прижав ладошки к щеке закрыла глаза, было так приятно, что я решила еще пару минут полежать.
Почему-то мыслей не было, они испарились или испугались этой прохлады, но в голове было чисто, мне не хотелось ни о чем думать, хотелось просто полежать. И тут я снова увидела ту самую яркую розовую ленту, в темноте она была одна и именно по тому, что была одна, она так ярко светилась. Я постаралась присмотреться к ней, она была далеко и казалась чужой, но в то же время мне казалось, что я ее очень хорошо знаю. ...Я чувствовала ее настроение, ее тепло. В груди как то все заныло, были знакомые чувства, но какие, я не могла припомнить их, но очень знакомы. Лента кружилась как в каком-то танце, она делала круги, рисовала спирали, она то ускоряла свой бег, то как в замедленной съемке повисали в пространстве. Лента так же внезапно пропала как и появилась и все стало очень темно, даже казалось, что пропал звук, только звон в ушах выдавал себя в этом мире, а больше ничего не было. Я лежала с закрытыми глазами и пыталась думать, но ничего не получалось. Я как маленький котенок который только, что игрался с бантиком и в друг его убрали, я озиралась по сторонам ища розовую ленту, но ее нигде не было. Я прижала руку к груди, стараясь сохранить то чувство, что возникли минуту назад. Мне не хотелось открывать глаза, я и так все видела. Горячая ладонь лежала на груди, она жгла меня, с трудом я начала приходить в себя и осознавать, что до какой степени горячая ладонь, она не просто была горячей она обжигала. Стоило мне подумать об этом слове, как инстинктивно я приподняла руку, как буд-то она действительно меня обожгла. Я открыла глаза и с недоумением посмотрела на ладонь, потрогала ее ладонь как ладонь, ну может чуть теплее чем обычно.
На следующее утро все повторилось и на следующее опять. Я начала привыкать к розовой ленте, но она меня не подпускала близко, как буд-то боялась. Стоило мне всматриваться в нее, как она тут же удалялась, все так же плавно извиваясь в пространстве. Она меня интриговала, но большей частью не она, а то чувство, что она создавала во мне когда появлялась, и чем ближе она была ко мне тем эти чувства были все сильней. Они были очень знакомы, но я так и не могла разобрать, что это за чувства. Лишь только в субботу, после той самой корпоративной вечеринки, я лежала утром, я знала, что спешить некуда, но проснулась по привычке. Я еще и не дремала, но и не проснулась, находилась в каком-то таком состоянии между сном и реальностью. Мой мозг работал отчетливо, он мыслил и рассуждал, как буд-то я разговаривала сама с собой. Лента выскользнула из ниоткуда так близко, что я даже испугалась. Она оказалась очень широкой, я смогла рассмотреть на ней клеточки ткани, но в движении они сливались и казалось, что она не просто переливается, а еще и отражает меня саму. Себя я в ней не видела, лишь только какой-то смутный образ, то есть фигуру, но в ней я узнала себя, прическу, осанку и даже цвет волос.
Я не знаю, спала ли я в этот момент, но наверное да, поскольку мои мысли работали с такой скоростью, что описать их не могу, слишком было много всего. Что такое сон и реальность? Говорят, что сон это продолжение реальности, то о чем ты думал оно имеет продолжение в наших снах. Я не знаю так ли это, возможно. Но почему-то очень часто во сне происходит то, о чем ты и не думал, оно само происходит, то ты герой, то банкир, какое отношение я имею к банкиру, я не люблю этот вид бизнеса. А иногда я становлюсь в виде простой женщины которая, что-то делает, какие-то чертежи, а после убегает, мчится на машине, что это? Как бы я не пыталась, но ответа на свои сны я не могла найти, даже порой было обидно.Лента продолжала скользить как по экрану, я не поворачивала головы, поскольку боялась упустить ее из виду, она сама залетала за меня, а после снова появлялась, то с верху, то с боку, то где-то вдалеке, но она всегда была где-то тут. В какой-то момент я заметила, что их уже не одна, а две. Меня это не удивило, но стало трудней смотреть, я уделяла внимание то одной, то другой, но как не странно той, что была ближе всего ко мне. Их танец продолжался все так же медленно и изящно, мне хотелось их коснутся, я протянула руку в перед. Ленты взметнулись в верх, и тут же устремились к моей руке, как буд-то они видели, как буд-то у них были глаза.
Прикосновение прошло не заметным, я ожидала чего-то большего, но его не было, однако за этим разочарованием через какое-то мгновение я почувствовала, что во мне нарастало. Что? Я не могла этого сказать, просто нарастало и все, буд-то в нутрии, что-то росло, я чувствовала это, и только от этого ощущения мне становилось здорово, захотелось улыбнуться и закричать.А после все пропало, и ленты и темнота, лишь осталось то внутреннее ощущение. Я замерла в надежде, что все вернется, но прошли секунды, и чернота постепенно сменилась сияющим светом, он не резал глаза, а просто заполнял все вокруг белым светом. А после я почувствовала прикосновение. Прикосновение руки. Это было так необычно, поскольку во сне все происходило иначе, я ни когда не чувствовала во ни запахов, ни вкуса, ни прикосновения, но сейчас оно было. Кто-то нежно коснулся моей спины, и это была ладонь. У меня и без того были закрыты глаза, но я постаралась закрыть их и во сне, и это удалось. Я видела себя со стороны. Я скользила вокруг своего тела, а за спиной стоял мужчина в черном костюме, строгий галстук и часы. Он нежно гладил мою шею, спину, руки. Рассматривая себя со стороны я почувствовала его теплые губы, поцелуи. Мне хотелось растаять.
Сон, он на то и сон, что в нем только я и больше никого, ник то не увидит меня, ни кто не узнает о чем я думаю, что вижу, что чувствую. От этой только мысли мне стало так спокойно. Мои руки опустились, плечи ослабли, напряжение пропало, и я растворилась сама в себе. Я медленно вращалась вокруг себя, лица его я не видела, наверное по тому, что мне было не интересно это, но я очень четко чувствовала его руки, тепло. Мой взор скользнул по кругу и вернулся на прежнее место, но сейчас я чувствовала уже другое, он был не один, их было двое и оба в черных костюмах, это было странно, но именно так. На их фоне я выглядела белой поганкой, только сейчас я поняла, что на мне уже нет одежды, не знаю была ли она вообще, не помню, но сейчас ее не было. Я смотрела не на них, а на себя, мне стало интересно свое тело, не ужели оно у меня вот такое. Ход мыслей был прерван, его разорвали, прогнали. Внутри все горело, хотелось расплавиться, мне не хотелось не двигаться, вообще ничего делать. Они это поняли в ту же секунду как об этом я подумала.
Их было двое, но почему двое? Один целовал меня в губы, и я ему отвечала, он гладил мой живот и я подставляла его ему, другой обнимал со спины, и я плотней прижималась к нему, он коснулся моей груди, я чувствовала ее. А после. А после мы просто обнимались и целовались, я не смотрела на них, но я видела все, как буд-то я подсматривала сама за собой, а после я обратила внимание на то, что как перед камерой красуюсь, поворачиваясь то одним боком, до другим, то вытягивая руку в верх, то вдоль тела. Я не просто смотрела я еще и чувствовала. А после один из них согнул мои ноги в коленях, приподнял их как буд-то хотел коснутся ими моей груди, сел напротив меня, взял мои ноги за ступни поднял из в верх, а после развел их в разные стороны. В какой-то момент я попыталась сопротивляться, то ли стыд заставил, то ли, что-то иное. Их руки были сильными, если вообще можно сказать, что-то о силе, их руки даже не дрогнули, как буд-то я ничего и не предпринимала. А после вернулась уверенность и спокойствие. Ведь это сон, а во сне может быть только сон. Мои мышцы ослабли и я опять растворилась в себе.
Я смотрела со стороны. Мой полет продолжался, он то замедлялся то ускорял свой путь. В нутрии то нарастала животная страсть, то отходила. Мне хотелось досмотреть, но чувства мешали, и в какой-то момент и потеряла мысль. Все потерялось. Все. Голова кружилась, хотелось открыть глаза, но открыв их я снова видела себя, и опять их руки касались меня и снова чувства захватывали меня и снова я проваливалась сама в себя. Это был не танец, и не фантазия, это был сон. В конце концов я увидела ленту, она так быстро пролетела передомной, что я даже немного испугалась и по этому быстро открыла глаза. Я смотрела на потолок, ресницы хлопали не переставая, буд-то мне в глаз попала соринка. Я не понимала, что происходит, и почему я лежу. Пока я собиралась с мыслями, все пропало. Вот только, что?... Я так и не могла понять, что?
Сон имеет странные свойства, пока мы спим, мы все отчетливо помни, проснувшись, мы тоже помним, но проходит порой всего несколько минут, а порой и секунд, и все пропадает, как буд-то ничего и не было. Странное это состояние. Игра ума, плод воображения, или все это наши выдумки и ничего не было. Но сон был и я его еще какое-то мгновение помнила, но с каждой секундой в памяти стирались очередные моменты. И в конце концов ни чего не осталось, только слабый образ и то сильное ощущение которое я испытала. После я часто про него думала, но уже добавляя в него свои дополнительные оттенки, нюансы, свои пожелания, но чувства остались прежними.
Елена Стриж (5 июня 2005 г.)
elena_strizh_@mail.ru
пишите буду вам благодарна.