Мы с Андреем встречались уже год, когда он решил сделать мне предложение. Но я не собиралась соглашаться: мне было всего 19, я хотела посмотреть мир, жизнь. Создание гнёздышка не входило в мои планы. А Андрею было уже 26. Как он говорил, «в таком возрасте мужчины начинают задумываться о семье». Родители настояли на браке. Все дело было в деньгах – моя семья никогда не шиковала, а Андрей – предприниматель, причем успешный. С ним бы я ни в чём не нуждалась. Пришлось согласиться. Я и сама стала настраивать себя на мысль, что мы будем жить долго и счастливо, и что я обязательно полюблю его… когда-нибудь.
Свадьбу наметили на октябрь, хотя предложение было сделано в феврале. За эти месяцы Андрей хотел закончить строительство нашего дома, дела привести в порядок, чтоб на меня потом больше времени оставалось. Я стала понемногу готовиться к свадьбе, как случайно встретила свою первую школьную любовь – Максима… Мы встречались, когда мне было 15, а ему 17. Это была настоящая романтика: мороженое, цветы из сада, признания в любви, прогулки под дождём… С Андреем все иначе: мы ходили в рестораны, на скучные фуршеты, я ни разу не могла одеть при нём или его знакомых кеды или жевать жевачку. Мрак, в общем… Встретив Макса, мы вспомнили старые времена, он пригласил меня в гости в воскресенье. Мы ели пиццу, запивали какой-то газированной дрянью, смотрели старые фотографии и смеялись. Так весело мне давно уже не было. И, наконец, Макс серьёзно посмотрел мне в глаза и потянулся к моим губам. Я не смогла устоять… Его повзрослевшее тело, его страстные глаза и горячее дыхание… Они в один миг свели меня с ума! Я стала жадно впиваться в его губы, шею. Я стянула с него одежду, и, когда он остался без белья, попросила его встать передо мной:
- Я хочу на тебя посмотреть… - прошептала я и устроилась поудобнее на диване.
Максимом нельзя было не любоваться… За прошедшие 4 года, что я его не видела, он вытянулся до 180 см роста, когда-то у него были сутулая спина, плоская грудь и мягкий живот. А теперь передо мной стоял настоящий мужчина. Никто бы не устоял. Я села на край дивана, Макс встал ближе. Глядя в его глаза снизу вверх, я стала целовать его член, а потом взяла его в рот и не хотела выпускать. Я помогала себе языком, губами, руками, водила головкой по подбородку и губкам, вводила член в горло и резко вынимала, сжимая сильнее губы. Я так старалась сделать ему приятно, что минут через 5 мой ротик устал, а Максим больше не мог ждать. Он встал на колени, помог мне снять одежду, его страсть сменилась на безмерную нежность, так даже было лучше… Я легла на диван, а Макс, продолжая стоять на коленях уже сбоку от меня, не спеша целовал меня с головы до ног, при этом, не дотрагиваясь до самых чувствительных зон. Я лежала с закрытыми глазами и стонала от удовольствия: это ни в какое сравнение не шло с тем, как это происходило с Андреем. Андрей был страстным любовником, но только до первого моего оргазма… Потом он, видимо, считал, что уже достаточно с меня и кончал, а я нередко уходила в ванную комнату и мастурбировала в душе, чтобы высвободить ту энергию, что не нашла выхода с Андреем. А какие чудеса проделал Макс, когда делал мне кунилингус! Это было равносильно тому, чтоб я умерла и родилась вновь!
Когда мы перешли к самому сексу, я уже была в полуобмороке. Макс положил меня на ковер и лег сверху. Я вскрикивала каждый раз, как он резко вводил в меня свой член, и тихо стонала, когда он водил им не спеша вперед-назад. Он не сводил с меня глаз, все время смотрел в глаза, следил за каждой моей эмоцией. А когда я вскрикнула, выгнулась дугой и вцепилась в его плечи ногтями, он крепко держал меня в объятиях и плотнее прижимался пахом к моему лобку. Я испытала оргазм и стала немного приходить в себя. Когда я открыла глаза, увидела улыбающегося Максима. Он так смотрел на меня, как будто это был самый приятый женский оргазм в его жизни! Тем вечером это был не последний наш секс, и не последняя наша встреча… На целых 5 месяцев я забыла о своей предстоящей свадьбе. Все приготовления взяла на себя сторона моего будущего супруга. Я занималась сексом с Максимом 5 дней в неделю, а с Андреем лишь раз. Иногда я задумывалась, почему Андрей не требует большего, но мысли о Максиме перекрывали любые другие мысли.
Настал день свадьбы. К этому времени Максим уже все знал, и даже попытался отговорить меня от брака, но было поздно и мои родители не захотели бы даже слушать об этом. Когда мы с Андреем подъезжали к ЗАГСу, я не выдержала и разревелась. Я сказала, что изменила ему, стала просить прощения, а Андрей неожиданно спокойно проговорил: «Я знаю, Света, я всё знаю. И про Макса твоего я знаю, и что из-под него последние полгода не вылезала, и что трахал он тебя каждый день. А вечером ты со мной виделась, как ни в чём не бывало. Я всё о вас знаю...» Я сидела с огромными заплаканными глазами не в состоянии рационально понять, что я только что услышала. А Андрей вытер с моего лица слёзы и открыл дверцу машины. Весь вечер я была сама не своя. Я поймала себя на мысли, что не так уж хорошо я знаю своего мужа, как человека… Меня это сильно напугало, и не зря… На следующее утро я проснулась от головной боли. Я выпила много шампанского, чтобы не думать о том, что Андрей в курсе всех дел. Однако, когда я очнулась и попыталась потереть глаза рукой, я ощутила боль в запястье – моя правая рука была связана цепью, но к счастью, не кровоточила. Я была в нашем новом частном доме, в комнате на первом этаже, где стояли тренажёры. Цепь показалась мне знакомой – она раньше была на шее огромного сторожевого пса породы алабай у дома Андрея. Я вспомнила, как Андрей говорил, что освободит Рекса, только если тот умрёт. Я присматривалась к цепи, чтоб найти на ней слабое звено, и попытаться освободиться, но на ней я нашла только засохшую кровь. Я испугалась и стала осматривать себя – вдруг это моя кровь? Но я была цела. Позже я узнала, что Андрей убил своего Рекса в то же утро… В комнате было темно и внезапно из противоположного угла послышался голос: «Проснулась, Светочка?» и включился свет. Он, казалось, ослепил меня на время, но глаза быстро пришли в норму. В углу напротив сидел Андрей как всегда спокойный, деловой, уверенный.
- Андрей, что это значит?! Развяжи меня!
- Вот покажешь мне, как трахалась с дружком своим, и, может быть, смилуюсь.
Я не знала, что думать! Голова раскалывалась, рука болела, все тело ныло от сырости в комнате. Казалось, что хуже уже не будет, но Андрей показал мне в последующие дни, что это только начало… В скором времени я уверенно пришла к выводу, что Андрей – сексуальный извращенец. Можно было бы подумать, что он мстит мне за измену, но, казалось, моя неверность только была поводом, чтоб со спокойной душой терзать и унижать меня после свадьбы… С того дня я ходила голая только с цепью, привязанной к ноге, готовила кушать, сама же была вынуждена есть то, что бросал на пол Андрей. Если хотел, просто подходил сзади, ставил на четвереньки или к стене и, не церемонясь, насиловал. Я никогда не занималась анальным сексом, и, когда однажды Андрей со всей силы вставил в мою попку свой немаленький член, у меня пошла кровь. Вызвал врача, заплатил ему больше чем нужно, шепнув, что это не должно выйти за пределы дома. Врач приходил почти каждый день в течение 2-3 недель, чтоб лечить меня, и получал за это большие сверхурочные. Конечно, Андрей не остановился только на этом случае, и ещё несколько раз силой принуждал к аналу. Я билась в истериках, задыхалась от слёз, лишь бы не повторять пройденное. Но он настоял на своём и всё-таки приучил к анальному сексу. Точнее, мне пришлось через силу себя преодолеть, чтобы больше не было больно. Однако, Андрей как будто специально делал мне только хуже с каждым разом. И так неделя за неделей. Я несколько раз в день была вынуждена пить его сперму, терпеть его любовь к жесткому сексу. Спала в тренажёрном, тоже в цепях. А когда мы выходили из дома в гости или же к нам кто-то приходил, я надевала кофты с длинными ...рукавами, чтобы скрыть шрамы и ссадины. Мне было очень стыдно от одних только мыслей, что меня насилует собственный муж. Моего лица Андрей не трогал, говорил, что «влюбился когда-то в это лицо с первого взгляда». Мне казалось это насмешкой.
Он неоднократно приводил от 1 до 5 проституток, заранее напоив их до свинячьего визга, чтобы они не сопротивлялись ему. Они устраивали оргии у меня на глазах. Он трахал их часами, а они только этого и просили. Андрей заставлял их заниматься лесбийским сексом, мастурбировать, сидя передо мной. Или подвешивал за руки одну из них к крюку для боксёрского мешка в потолке, и, не отрывая от меня глаз, насиловал так долго и с такой силой, что изнеможденная и полуобморочная женщина падала без сил на землю, когда ее отвязывали. Однажды одна путана попыталась втянуть меня в их оргии. Она стала трогать мою грудь и засовывать руки между моих ног (я всё ещё ходила по дому голая или в порванной старой рубашке Андрея). Увидев это, мой мучитель схватил за волосы эту проститутку и с силой отбросил её от меня, прокричав: «Она только моя! Если ещё раз хоть одна блядь притронется к ней, я всех вместе живьём закопаю!» После этих слов Андрей прогнал их, допил бутылку водки и ушёл спать…
У меня то и дело возникала мысль, что надо заявить на него, но меня останавливали мысли: Андрей – известный богатый человек; мне, в конце-то концов, очень стыдно перед родными, перед людьми. Как я буду смотреть людям в глаза?! Так прошёл целый год… Я за этот год 2 раза беременела, но после пары-тройки «сеансов» грубого секса, шла кровь и я теряла ребёнка.
Как-то мы были в гостях у его родителей. Мама, надо сказать, была просто душкой, обращалась со мной, как с родной дочерью. Вот она-то и увидела у меня на запястьях ссадины от цепей и Андреевых рук. Слава Богу, она не стала устраивать задушевных разговоров с сыночком, а сразу позвонила в полицию. После осмотров у нескольких врачей, психологов, судебных работников Андрея изолировали от общества… Был суд, к счастью, справедливость восторжествовала и деньги не сыграли и малой роли в этом деле. Андрею дали (как мне кажется, мало) 4 года строгого режима. Я реабилитировалась в течение года. Но осталась бесплодной…
Сейчас Андрей вновь на свободе. Я добилась того, чтобы ему не было позволено приближаться ко мне и на расстоянии пушечного выстрела. Дальнейшей его судьбы не знаю. Зато у меня всё стало налаживаться: мы с Максимом женаты уже 1,5 года, у нас замечательная двухгодовалая девочка. Мы удочерили её через год после свадьбы. Максим не даёт меня в обиду, обходится со мной как с королевой и не делает ничего такого, что напоминало бы мне о прошлом…