Помощь друга
После сильной аварии я с переломом позвоночника пролежал полгода в больнице, после чего ещё месяц дома. С помощью жены иногда начал вставать и с великими усилиями доходить до туалета. В пояснице всё ещё резкие боли, а ноги как ватные. Ничего не чуют. Маринка, моя жена, со мной изрядно помучалась, но терпеливо за мной ухаживала. Но видимо всему есть предел. Устала и она. Под глазами обозначились синие тени. Морщины. Участились срывы, стала нервной, какой то задерганной. Реагировала на каждую мелочь. Я понял в чем дело – больше полгода без секса. В последнее время, уже дома, пробовала при помощи миньета оживить моего дружка. Но тщетно.
Он лежал не вставая, как и я. После таких неудачных попыток она замыкалась, и общалась только с пятилетним сыном. Я вполне её понимал. Проку ни от меня, ни от моего члена нет. А ведь женщину надо постоянно удовлетворять. Наконец я не выдержал и позвонил другу.
– Привет Миша. Ты можешь подъехать на недельку или хотя бы дней на пять?
– А что случилось?
– Мишь, не по телефону. При встрече расскажу.
Мишка приехал через две недели.
– Нус, расазывай.
И я ему поведал о проблемах нашей семьи.
– Насколько я знаю, она тебе нравится, ты ей тоже. Твоя задача – заменить меня на постельном ложе, с недельку спать с Мариной. Если конечно ты согласишься. Может она успокоится после сексотерапии.
– Мда… Дела… Ну что ж. Долг платежом красен. Я согласен. Тем более Мариночка мне в самом деле нравиться. Такая аппетитная задница любому понравиться. Каждый захочет ей всадить.
Здесь я должен пояснить, о каком долге идет речь. Два года назад мне так же позвонил Мишка и попросил приехать к ним. Я был в отпуске, сел в машину и через пару часов был у них дома, в маленьком городке. Так же как и он, я спросил тогда в чем дело?
– Ты помнишь, Люда после родов сильно поправилась. Секс у нас был не часто. Она сосредоточилась на ребенке. Год назад, что-то в ней произошло. Она вдруг стала следить за собой, пошла на фитнес, в бассейн, иногда на баскетбол. Через полгода её было не узнать. Она похудела, наверное, вдвое. Стала гибкой, сбитной, подвижной и стройной. Ну, ты сам видел сегодня. Но не это главное. А главное в том, что у неё появились блядские замашки. Она стала направо и налево кокетничать, позволяет себя лапать. Ну а если гулянка, какая, с удовольствием дает гладить попу и сиськи. Особенно во время танцев.
– А не в танце как? – спросил я.
– Да запросто. Вертит перед мужиками попой, поддразнивая, чтоб шлепнули. Или выйдет с мужиками якобы покурить, и липнет к кому нибудь.–
– Так она же не курит!
– Так вот именно. А мужик не железный, тем более, когда к тебе липнет такая конфетка. Ну, приобнимет вроде бы за талию, а там рука выше и уже на груди. Или на попе. Она смущенно улыбнется, уберет руку, а потом опять что-нибудь придумает.
– Ты думаешь, она уже трахается на стороне?
– А хрен его знает. Пока думаю, нет. Но к этому идет. Вот я и хотел, чтоб было это, ни с кем попало, а дома, под контролем. – Мишка помолчал немного, а потом добавил – Ну что поможешь?
– С удовольствием, – и я вспомнил, как меня встретила Марина, как засияли её красивые глазики. – Кто же от такого лакомого кусочка откажется.
Людмила мне нравилась, порой до обожания. Красивая линия носа, круглые брови вразлет, красивые миндалинки глаз. Я позволял себе комплименты в её адрес, но не более того. Нельзя трахать жену друга. Табу. Это его женщина. Даже если ты теряешь голову при общении с ней. Иначе мир рухнет. Друзей не станет. А тут на тебе. Можно официально её ебать, ну или полуофициально. Тем более если просит друг. Так сказать полезное с приятным. С очень приятным. И таким лакомым.
– А как мы это сделаем? – спросил я.
– А тебе, скорее всего ничего и делать то не надо будет. Я с утра на работу, у меня четыре пары. До трех я на занятиях. У вас время валом. Людка, скорее всего тебя сама снимет.
Он как в воду глядел. Проснувшись утром, я умылся и прошел на кухню. А там… Картина маслом. В общем, все в порядке. Люда стояла у плиты и что-то строгала. Готовила, в общем. Ничего такого зазорного в этом нет. Это нормально, когда женщина на кухне готовит. Если бы не одно но. Как она была одета. Нет, нет, не голенькая. И штаны и блузка на ней были. Представьте себе такую картину. Молодая худенькая, стройная женщина, с копной вишневых кудряшек на голове, выразительными зелеными глазами, которые при виде меня, зашедшего на кухню, обрадовано заулыбались. Красивый ротик слегка томным голосом сказал нарастяжку:
– Привет, – глаза откровенно радовались моему появлению на кухне.
– Привет, – ответил я.
На хозяйке были кипельно белые штаны из полупрозрачной материи, которые туго, в облипку обтягивали её соблазнительную попку и красивые стройные ножки. От колен они падали вниз колокольчиками клёшей. Сзади, у пояса, резко просвечивала белая галочка трусиков, вне которых попа сияла розовым отливом кожи. Когда Людочка поворачивалась ко мне передом, на лобке просвечивали кружева тех же трусиков. Надо сказать, что в таком снаряжении попка любой женщины выглядит очень соблазнительно. В тон брючкам была и не длинная сорочка на выпуск. Тоже белая, полупрозрачная, со светло серой клеткой. Сквозь рубашку читался белый бюстгальтер.
Три верхние пуговицы расстегнуты, так что внизу видна перемычка лифчика и краешки чашечек. Из них выпирали вперед и вверх соблазнительные сисечки. Им было явно тесно под этой рубашкой. В общем, видок тот ещё. Так ходят женщины и девушки гулять вечером в парк или на набережную, но никак не на кухню, готовить завтрак. При том явно было заметно, что Людочка не столько готовит еду, сколько вертится, стараясь принимать выгодные и соблазнительные позы. Ну что ж. Её затея удалась. Любой молодой мужик хочет всегда, а тем более с утра, когда гормоны прут наружу из всех щелей и эрекция автоматически является повышенной. А тут ещё такое кино показывают.
Не прошло и минуты, как я подошел к Людочке сзади, и со словами:
– Какая прекрасная и соблазнительная у тебя попа, так и хочется потрогать её руками, – положил ей руки с боков на ягодички. Люда замерла, перестала помешивать ложкой салат, но моих рук не убрала. А спросила игривым голоском:
– А что, у меня только попа красивая? – мои руки уже скользили вверх по талии и приближались к грудкам, упакованным в тесный лифчик. Люда снова не остановила моих рук. А в ответ я скал:
– Не только. У тебя красивые стройные ножки, соблазнительные грудки, шикарная фигура, – ладони уже мнут груди, – тоненькая, как у девочки талия, – руки отправились по животику вниз,– огромные, прекрасные глаза, – одна рука остановилась на пупке, другая нырнула под пояс брючек. Люда втянула в себя живот, помогая моей руке двигаться дальше. И вот уже пальцы ощутили шелк лобка и влажные губки.
– Быстрый ты какой сегодня. Уже и в трусы залез.
– Разве ты не хочешь этого? Тогда я уберу руки.
– Хочу-у. Продолжай. Я так давно хотела.
– Кого? Меня?
– Всех! И тебя тоже. Когда ты приехал, я так обрадовалась, как школьница. Я всю ночь представляла тебя в своих объятиях. Плохо спала. Утром не могла дождаться, когда ты проснешься.
Я развернул её к себе лицом и впился в губы. Некоторое время мы целовались взасос и крепко сжимали друг друга в объятиях. Одежда на нас была полурасстегнута. Во время перерыва между очередными поцелуями Люда сказала:
– Чего мы здесь на кухне. Пойдем в постельку.
В спальне я попытался стянуть с её бедер штаны с трусиками, но это оказалось не просто. Штаны не снимались. Очень тесные.
– Подожди, я сама, – услышал я голос Людочки. Она принялась стягивать с себя брючки, а я тем временем стянул свои штаны с трусами сразу. Член стрелой прыгнул вверх. Голенькие мы кинулись друг другу в объятья и снова целуясь, рухнули на постель. Мы оба уже сильно завелись,... поэтому в постели без лишних движений и суеты я деловито залез на нее, и она с удовольствием направила моего малыша к себе в норку. Это был наш первый секс, но все получилось легко и быстро, будто мы старые и привычные любовники. Отдохнув, мы трахнулись ещё раз. И только потом вернулись на кухню готовить. Люська одела более подходящий для этого короткий халатик.
После обеда прикатил Мишка и я, подмигнув, показал ему большой палец.
На завтра все повторилось, точнее продолжилось. Вот так мы и жили всю неделю. Днем ебал Люську я, ночью Мишка. Она была на седьмом небе от счастья.
Через месяц после моего возвращения домой, мне позвонил Мишка и поблагодарив, сказал, что Люда успокоилась немного. Я сказал, что если надо, приеду еще.
И вот теперь Мишка практически с той же миссией приехал ко мне. И хотя я не вставал с постели, и не мог наблюдать происходящее вне моей комнаты, было заметно оживление Мариночки при появлении гостя в доме. Я думаю, они даже и целовались на кухне. Потому как их среднестатистический и ничего не значащий треп внезапно стихал, на какое то время, а потом возобновлялся снова. Я этому был только рад. Мариночка резко изменилась. Я давно не видел её улыбающейся и тем более, звонко смеющейся. Всё складывалось как нельзя лучше.
Небольшой сбой получился вечером, когда уже ложились спать. Марина постелила Мишке в зале, на угловом диване и он ушел спать, взяв почитать на ночь «Войну мага» Перумова.
Марина пришла в нашу спальню и начала развязывать пояс пеньюара, готовясь ко сну. И тут я ей и говорю:
– Марина, иди к Мише.
– Зачем? – удивленно спросила супруга.
– Он приехал помочь нам. Он пока будет вместо меня. В нашей постели. С тобой.
– Ты что! Совсем свихнулся?!
– Марин. Ты не кричи. Ведь ты же не железная. Ты же давно хочешь, и меня пробуешь реанимировать. А он не встает. Ведь я же вижу, как ты злишься после этого. Иди. Тебе надо. Миша ждет. Я ему позвонил и он приехал. Для этого. Иди.
– Как? Ты ему позвонил, чтобы он приехал сюда трахать твою жену?! Твою половину?! Да ты не просто инвалид, ты ещё и негодяй.
– Но ведь ты же обрадовалась, когда он приехал.
– Обрадовалась, – сказала Марина уже тише. – Но все равно, это свинство.
– А ведь вы целовались!
– А откуда ты знаешь… – и осеклась.
Тут я крикнул Мишке, а когда он зашел, сказал:
– Миш. Забирай Марину, а то она сама боится. Бери её за руки и веди к себе.
Мишка подошел к Марине, протянул ей руку, она протянула свою навстречу и сказала:
– Ну, Витечка, тогда не обижайся. Я буду громко стонать. Ты сам этого захотел.
Было видно, что решение ею принято. Она повернула в мою сторону голову и с улыбкой, помахав рукой, сказала:
– Пока-а, – и добавила уже Мише, решительно вытолкав его из спальни, – Пошли.
Как только за ними закрылась дверь, я, на ноутбуке, который лежал рядом на тумбочке, запустил гляделку.
Накануне приезда, по моей просьбе, знакомый установил в зале Веб камеру с микрофоном, а провода протянул ко мне. Камеру мы отрегулировали так, чтобы был виден диван. Поэтому, сейчас я на экране мог видеть всё происходящее в зале. Над диваном горел бра. Все было хорошо освещено. Вот они зашли, закрыли за собой дверь и сразу кинулись друг к другу в объятия. Ну вот, а ещё упиралась. Сразу видно, целуются уверенно, днем явно тренировались. Это не первый поцелуй между ними. Вот Миша развязал завязки пеньюара, Марина тряхнула плечами, и он упал к её ногам. На жене остались лифчик и трусики. И то и другое вполне бытовое, и вовсе не сексуальное. Ведь она не собиралась к Мишке. Хотя, как знать. Любовники снова сцепились в поцелуе. Они уже изрядно завелись и прерывисто дышали.
– Ты божественна, – услышал я Мишкин голос.
– Спасибо. Я так этого ждала. Весь день. Я думала он никогда не кончится. Я так хотела тебя. Думала придти к тебе потихоньку ночью.
– Видишь, как все разрешилось.
– Да. Это даже лучше, чем я думала. И не надо тайком. Хотя, тайком так романтично. Но целуй же меня, целуй.
Вот те и раз, подумал я. Значит, эта сцена в моей комнате была разыграна только для отвода глаз. Вот и верь после этого женщинам. Не поймешь, когда они искренни, а когда притворяются.
Тем временем, на пол упал лифчик. В этой детали туалета они более тоже не нуждались. Открылись груди моей жены. Сроду не думал, что со стороны они так хорошо смотрятся. Такие аппетитные. Мишка припал к ним. Жена снова застонала и прогнулась назад. Боже!
Как она прекрасна. Особенно, в объятиях другого мужчины. Каким сокровищем я, оказывается, обладаю. Мишины руки опустились по спине вниз на попу, там зацепили трусики, и, насколько можно, стянули их вниз. Открылась голенькая попа жены. Какая она хорошенькая, со спущенными трусиками. Мишка вовсю мял руками обе половинки попы без трусиков. Потом Марина стянула вниз Мишкины трусы, а заодно и свои. Большой ли у него член, я не увидел, ракурс не тот. Они снова, уже совершенно голенькие стоя сосались. Их руки, как змеи, извивались и переплетались в немыслимые узоры. Сердце мое учащенно забилось, громко забухало. Марина за руку потянула Мишу в постель, легла на спину, и раздвинув ноги произнесла взволнованным шепотом:
– Иди… Иди скорей. Хочу…. Тебя…– Миша лег следом сверху. Было видно, как он рукой орудует внизу, направляя член в Мариночку.
Вот, наконец, то получилось. Никогда не думал, что со стороны это хорошо видно. Его задница сделала движение веред и вниз, при этом Марина издала вздох-стон:
– А-а А-ах Ха Аа.
Понятно, вошел, подумал я. Ну а дальше, как в кино. Он её трахал, она стонала, порой громко, извивалась под ним, подмахивала. Мишкины руки тоже не стояли на месте. Света от бра хватало, ракурс хороший, план средний, не мелкий. Мне все хорошо было видно. Я лежал и смотрел, как мой друг ебет мою жену. Мое сердце громко бухало. Бух, бух, бух. В груди и животе все полыхало огнем. Так волнительно было смотреть, как ебут мою жену, и с какой страстью она отдается этому мужчине, какой она от этого получает кайф. Это было видно по её лицу.
Картину дополняли, ставшие уже громким, стоны, которые очень красноречиво говорили о получаемом от секса наслаждении. Ведь это её первый секс более чем за полгода. Стоны жены уже были слышны без микрофона, через дверь. Во мне все горело. Жар по всему телу. В голове шум. Но не от досады. Волнительно это всё было как-то. И вдруг… вдруг я понял, что у меня стоит. Я руку вниз, и точно, эрекция есть. Ура! После аварии в первый раз. Я думал, что он больше не встанет. Я радовался и чуть не визжал от восторга. Стоит! Стоит! Снова стоит! На экране трах продолжался. Моя рука дрочила член. Я откинул одеяло и гордостью посмотрел на свой, стоявший писюн. Стоны с экрана и из-за двери подбавляли эрекции и волнения. Вскоре я кончил, сперма разлетелась по животу, я ветер её носовым платком и уснул, не досмотрев секс шоу до конца.
Проснувшись среди ночи, я увидел темный экран. Выключили свет. Я поставил ползунок прокрутки на начало, и снова все пересмотрел. Как они зашли, как целовались, как трахались. Теперь увидел новые мелкие подробности. Потом досмотрел то, что проспал – как они кончали. Послушал их около сексуальный треп и снова заснул. Проснулся, уже светло. Включил ноут. И вовремя. Они только проснулись и лежа ласкались. Потом снова трахались, ещё сексуальнее чем вечером. Все мои эмоции снова повторились. И снова эрекция. К тому моменту, как Мишкина задница дернулась в последнем толчке мой член стоял уже уверенно. Он слез с нее, и Марина пошла в туалет. Когда вышла, я позвал её. Она вошла, и я продемонстрировал стоящий член. Марина почти закричала:
– Ух ты! Неужели? Вот это да! Дела. – С этими словами подошла ко мне и стала устраиваться на мне, садясь на член. И я снова, после долгого перерыва, почувствовал тепло женского лона.
– Только не сильно, – сказал я.
– Ну конечно,... – радостно ответила моя супруга. Она потихоньку сжимала свои мышцы, стараясь сильно не прыгать на мне. Мне было безумно хорошо. Я снова ебусь. Ура! Мой член стоит. Я в женщине. Я ликовал. У меня снова начала гореть поясница и ноги стали теплее, а в голове бухало. Член распирало от желания кончить. Что я и сделал. Ура! Я кончил. У меня стоял. Я был в женщине. Снова. Ура!
Утром, в смысле, позже утром, меня усадили на кресло-каталку и сказали, мол, хватит балдеть.
Раз у тебя встает, то и сам можешь вставать. За завтраком все смеялись, шутили, обсуждали прошедшие сутки. Я показал им свое ноу-хау. Они сначала деланно обиделись, а потом снова смеялись. Типа хеппи энд. Или его самое начало. После завтрака они снова хотели, было уединится для секса в зале, но я попросил сделать это при мне.
– Желание больного – закон. И завалились оба ко мне, на наше семейное ложе. Мне снова немного досталось.
Через три дня Миша хотел уехать, но Марина не отпустила:
– Ты такой хороший. Так хорошо любишь. Не уезжай, потрахай еще. Мне так хорошо было. А то Витя ещё очень слаб.
А я добавил:
– Миш. Спасибо тебе. Выручил не только Марину, но и меня. Я когда звонил, хотел, чтобы Марине стало легче, о себе не думал. А получилось, что и сам поправился.
– Ты главное, теперь ходи больше, чтобы кровь в области таза циркулировала.
Уехал Мишка только через неделю. Его Людочка стала волноваться. Названивать Видно женское сердце почуяло.