Проснувшись, я увидел перед собой потолок с резным узором. Мысль первая – где я. Мысль вторая, с улыбкой, – у Юры с Юлькой. Это мои друзья. Я вчера к ним приехал в гости. У них двух комнатная хрущёба с проходным залом. Семейное гнездышко у них в спальне, а меня положили в зале. Я посмотрел на часы. Почти шесть. Спать не хотелось. Я сладко потянулся, хрустнули суставы. И тут моего слуха донеслись звуки какой- то возни, невнятные голоса, смешки. Два Ю проснулись, подумал я.
На короткое время шум стих, а затем моего слуха донеслись ритмичные поскрипывания деревянного основания ложа любви, характерные только для вполне определенного рода занятий. Потом к этим звукам присовокупилось прерывистое дыхание и сдавленные стоны. Трахаются, с завистью подумал я и представил себя на месте Юрки. Юлька мне нравилась. Определенно. Среднего роста, с задорными и веселыми глазами. Никогда не унывающая. Подвижная, словно ртуть. «Ещё» – услышал я тихий, но ясный возглас Юли. Но тут всё стихло, звуки прекратились, и через короткое время из спальни послышались шаги. Я, дабы себя не обнаруживать, ну типа, что я всё слышал и знаю, прикрыл глаза и незаметно для себя, пока Юрка собирался на работу(отозвали), приснул.
Снова я проснулся от хлопка закрываемой входной двери. Вспомнив давешние звуки, я заулыбался. Тут на пороге появилась хрупкая Юлькина фигурка в легкомысленном коротеньком халатике голубого цвета. Её каштановые волосы были собраны в два хвостика по бокам головы, на которых красовались два огромных белых банта. Вот те на. Знатная картинка. Ни дать ни взять, а- ля школьница. В глазах горели шальные огоньки, лицо задорно сияло. Её настроение мгновенно передалось и мне.
– Подъем!... Доброе утро! – закричала Юлька задорным звонким голосом. И после короткой паузы:
– Всем встать, – и опять повторила – всем встать!
– А кому всем- то, – услышал я свой недоуменный голос.
– А вот всем. Всем кто может встать, или у кого может! – голос торжествующе дурашливо- мажорно гремел.
Подбежала, сорвала с меня одеяло и скомандовала:
– Марш в ванну.
Когда я умытый вернулся, то обнаружил Юльку в своей постели. Одеяло натянуто по самое лицо. И два огромных белых банта сверху. Рядом в кресле валялся ненужной тряпицей голубой халатик. Юлькино лицо выражало бурю задора и желания с небольшой примесью испуга – а вдруг я не приму игры. М да. Попробуй не прими. Ведь я сам всегда её хотел. А тут на тебе, готовое, на блюдечке, с бантиками. Такая картинка и мертвого поднимет, не то, что молодого кобеля. Подойдя к дивану, я откинул одеяло, под которым обнаружил голенькую Юльку. Стройное тело, красивая и широкая грудь небольшого размера. Руки сомкнулись на лобке. Картинка та ещё. Совершенно не двусмысленно мне давали понять, что будет дальше. Пока я стягивал с себя трусы, Юлька протянула ко мне красивые, картинно изломленные в порыве страсти руки:
– Иди ко мне, – сказала она. Её лобок при этом открылся, и я увидел, что Юлька вовсе не голенькая. Точнее, не совсем голенькая.
Оказывается, её руки скрывали не лобок, а трусики. Но такие крошечные. Манюсенькие. Размером не белее спичечного коробка. От этого миниатюрного клочка материи вверх к бедрам тянулись в разные стороны две тоненькие ниточки. От такой умопомрачительной картины у меня тяжело забухало сердце, член моментально встал. Нет. Он даже не встал, а стремительно взлетел, вскочил. За ту секунду, которой мне хватило, чтобы лечь в постель. Когда я снимал трусы, он еще лежал. А когда ложился, он уже стоял колом и звенел будто рельс. Буквально, за одну, ну максимум две секунды. Вот это боеготовность! – гордо позавидовал я себе.
Далее, всё развивалось со скоростью урагана. Никакой прелюдии или предварительных ласк. Мы и так были не просто готовы, а полны нетерпимости. У меня понятно – утренняя эрекция, самая стойкая, а Юлька недотраханая. Жажда секса нас переполняла. Мы бросились друг на друга, как самые голодные и ненасытные. Наши тела сплелись. Кто стянул с Юльки трусики, я или она, не помню. Все как в тумане. Буря страсти! Мы сплелись в немыслимом танце тел. СТРАСТЬ! И ничего более.
Первая четкая картинка. Я на Юльке. Юлька спине. Ножки раскинуты в стороны. Мой член входит в её лоно. Из её груди вырывается сдавленный стон... Все- таки, чертовски приятно первый раз входить в женщину. Тем более, такую обалденную. Ощущать, как головка раздвигает стенки влагалища, и при этом испытывать неописуемое чувство щекотки и блаженства, сосредоточенного на самом конце члена. А головой при этом осознавать, что ты только что вошел, ещё даже не полностью, в самую прекрасную и желанную женщину. Молодую, сочную, аппетитную. Которую всегда хотел. Но было нельзя. А тут внезапно оказалось – можно.
Я начал движение. Она подалась мне навстречу. И почти сразу глубоко задышала. У неё оказались крепкими и сильными мышцы влагалища. Она меня ими крепко сжимала. Там. Внизу. Её таз при этом ходил ходуном. Подкидывала она меня чуть не до потолка. Столько страсти я ещё не встречал. Все- таки, как приятно иметь женщину, которая этого хочет сама. Буря ни с чем не сравнимых эмоций. Вот мы уже на пике. Она громко стонет в такт толчкам моего члена. Вот и финал. Юля вся напряглась, сильно сжала и напрягла ноги и с громким стоном кончила. Расслабилась и откинулась на подушку. Лоно стало мягким и податливым и очень нежным. Член как будто в мягкое приятное масло входит. Я вышел из Юли и положил стоящий колом член на её нижние губы. С полминуты полежав, я снова направил дружка туда, где ему стоячему и должно быть. И странное дело, я ведь всего тридцать секунд, как вышел из этого влагалища. Я же там был! И не просто был, а получал наслаждение. А вот теперь снова вхожу, как будто это другая женщина. Ничего слабого или ватного нет. Её киска снова плотная, упругая, желанная.
Я сразу начал делать размашистые, с большой амплитудой толчки. Она уже кончила, и я заботился только о себе. Когда я с неимоверным наслаждением кончил в её лоно она попросила меня не выходить. Так и задремал я на ней с членом внутри. Когда проснулся, то обнаружил, что член полулежит, находясь в её прекрасной пизденке. Я немного подвигался в ней, а руку положил сверху на её грудку. Ладонь рефлекторно сама сжала Юлину сисечку. Она тоже проснулась. Мы посмотрели друг на друга и счастливые заулыбались.
– А ты классно ебёшся.
– Это ты классно ебёшь!
– Ты обалденная женщина.
– В чем?
– Во всём.
– Конкретно.
Я вышел из Юли и лег, облакотясь на локоть, чтобы было её всю видно, рядом.
– У тебя обалденные красивые грудки, несравненные ни с чем стройные ножки, нежное лоно, сладкая киска и маленькая проказница пизденка. Голенькая. Красивой формы попка. Я обожаю всех вас.
– Как красиво ты говоришь. Приятно слышать о себе такое.
– А Юрка, что, разве тебе этого не говорит?
– Он берет меня привычно. Как должное. Обо мне почти не беспокоиться. Сам кончил и хорош.
– Странно. А я всегда считал тебя, если не богиней, хотя бы феей. И всегда хотел. Я вообще без ума от тебя. Ты вся такая. Я и сейчас ещё не совсем верю, что это ты со мной лежишь голенькая, и я только что любил тебя. Был в тебе. Имел тебя. Нежно ебал!
– О как хорошо! Говори ещё. –
– Ты несравненна. Всегда хотел тебя. Хотя бы поласкать руками.
Целовать, прикасаться к грудкам, трахать, ебать, иметь!!!
– Так еби если хотел,– сказала Юлия и после паузы добавила задумчиво:
– Странно. Всегда хотел и никогда не просил. Ну почему?
– Но ведь ты Юркина жена.
– Ну и что?
– Ну, как что. Нельзя жену друга. Нехорошо это.
– Хорошо, нехорошо. С него не убудет, не бойся. И вообще! Ты за него сильно не переживай. Он своего не упустит!
– Так ты знаешь о его похождениях?! И спокойно об этом говоришь?
– Я знаю всех или почти всех его шлюх.
Я наслаждался моментом. Этой полубогиней- женщиной. Принцессой. Женой моего друга. Для которого она привычная дырка, куда ...можно утром сунуть член и снять синдром спермотоксикоза... Я наслаждался прикосновением к её нежной коже, сладкими изгибами тела. Мой нижний друг несильно раскачивался в стоячем положении. Юля это заметила.
– Я хочу посмотреть его, – встала на колени задом ко мне, наклонилась к члену, и поцеловала его.
– Спасибо милый. Ты такой хороший. Я люблю тебя. – и это всё к нему, моему малышу.
Затем провела язычком по головке, развернулась, перекинула ногу через меня и села верхом на член. Сачка началась. Впрочем, скакала она не долго. Больше она двигала тазом взад- вперед, сжимая влагалище… И вот уже она громко стонет, близка развязка. Ещё немного и Юля начинает кончать. Громкие стоны, почти крики. И в этот момент (Закон сохранения комбинированной подлости ещё никто не отменял) звонит её мобила. Надо отдать должное её выдержке. Закончив испытывать оргазм, Юля немного отдышалась и взяла с тумбочки трубку:
– Да!... Белье вешаю…Конечно…А как же… Верхом на нем… Ну всё! Хватит выдумывать! Пока, пока – и дала отбой в трубку. С члена при этом она не слезла.
Потом наклонилась ко мне и спросила:
– А почему ты в попку не просишь?
– А что, дашь?
– Не- а.
– Почему?
– Не люблю. Мы с Юркой дважды пробовали, не моё это. Нет, если ты хочешь, я потерплю. Просто член потом в говне, ни в рот не взять, ни в руки. Это надо идти в ванну. С мылом его мыть. Всё желание трахаться отпадет.
– Я тоже больше люблю по прямому назначению. В писечку. Хотя тоже пробовал в попу. Для моего члена женское влагалище интереснее её прямой кишки. Я обожаю, когда девушка лежит на животе, попой кверху, ножки врозь, а я сверху на ней. Животом прижимаюсь к её ягодичкам. А член в не в попе, а в киске. Вот это полный кайф.
При этих словах Юля слезла с члена и легла рядом на живот. Ножки в стороны. Снова мне сигнал. Я не раздумывая, лег сверху и стал искать вход в пещерку. Юлина ручка мне тут же помогла найти верную дорогу. Я вошел и быстро кончил. Люблю эту позу. Зачем мне попа. В смысле анал.
Отдохнув и помывшись, Юля пошла кухню, а меня отправила со списком в магазин.
Когда я вернулся, то застал её что- то строгающей за разделочным столом. На ней были неглубокие синие в обтяжку джинсики и желтая футбока-топик. Верх брючек совсем не скрывал начало разреза на ягодичках попы. Картинка просто умильная. Я выгрузил продукты и подошел к девушке сзади. Прижавшись пахом к её сладкой попе, руками обнял за животик. Правая рука при этом спонтанно полезла под резинку штанов и сразу нашла бритый лобок. Штаны едва прикрывали женские прелести. Ладонь только наполовину была в брюках, а пальцы уже нащюпали вход в лоно. Мой друг опять зашевелился и встал. Я расстегнул пуговицу на штанах Юли и стянул их вниз, почти до коленей. Юли призывно отклячила оголённую попу, и насколько возможно раздвинула ноги. Присогнув колени, я снова вошел в это несравненное лоно.
И снова блаженство траха несравненной женщины. Но полусогнутые ноги быстро устали, и я понял, что в этой позе я не кончу. Тогда я вышел из неё, снял до конца её джинсы с трусиками и положил на спину на рядом стоящий обеденный столик. Войдя, начал быстро её долбить.
– Меня ни разу не трахали на обеденном столе. Кайф, – сказала Юля и кончила. Следом кончил и я, потому как был уже на грани.
Потом мы привели себя в порядок. Потом готовили ужин. Потом пришел Юра с работы и мы ужинали втроем. И даже не перемигивались с Юлей. Вели себя, как ни в чем не бывало. Секса у нас больше с ней не было, но этот запомнился на всю жизнь.