Дело было, когда я был подростком и учился в училище на повара. Однажды наша группа поехала сдавать нормативы по плаванию в бассейн. Как известно, до плавания необходимо пойти в душ. Все мальчишки из моей группы направились туда. В душе я просто офонарел от того, что мне открылось: я воочию видел члены всех ребят из группы! Незабываемое зрелище. По дороге домой меня не оставляла периодическая эрекция. Как с ней бороться? А никак – спустить пар. Я вышел из метро и направился в общественный туалет. Там никого не было. Очень хорошо. Я зашел в одну из кабинок. Чёрт – двери не закрываются на защелку!
Ну и ладно – я по-быстрому подрочу и поеду домой. Вжик – я расстегнул молнию на джинсах и достал свой набухший истекающий соком член. Вот бы еще джинсы спустить, да боязно – вдруг кто войдет, ведь дверь не закрывается? Но потом я решил, что услышу, если будут шаги, да и кабинку я выбрал самую дальнюю, так что шансы быть застигнутым за интересным занятием малы.
С такими мыслями я поплотнее прикрыл дверь, спустил джинсы до колен и стал одной рукой гладить себя по промежности, молодым, полным спермы, яичкам, и упругой попке. Еще я послюнявил палец и чуть ввел себе его в дырочку. Это обостряло сексуальные ощущения – проверено на опыте. Головка моего члена была уже совсем мокрой от смазки, я убыстрял темп, сопел, как паровоз, а член хлюпал в моем кулаке. Вспоминая увиденные в бассейне члены одногруппников, я воссоздавал, я ласкал образ Ванькиного писюна. Ванюха был парнишка худенький, рослый (мое любимое телосложение), смуглый, носил светло-синие джинсы. Я, бывало, заглядывался ему между ног, представляя, что же там висит?
Сегодня я увидел прекрасный тоненький, но длинный член с отвисшими яичками, покрытый волосиками, но не ужасно волосатый, как у некоторых других ребят. Очевидно, что ему делали операцию в связи с тем, что кожица на его залупке не открывалась и поэтому Ванькина головка была немного оголена, словно вылезала из члена. Мне захотелось высунуть язык, встать перед ним на корточки и начать бешено облизывать Ваньке его член, яички, потом упругую худенькую попку. И сейчас, наяривая в туалете, я представлял, как облизываю Ванюху всего, потом поднимаюсь выше, к животу и груди, а он стонет и просит: «Давай, давай, поцелуй меня теперь… в губы».
Дело в том, что это было еще одним моим тайным желанием. Несмотря на свой подростковый возраст, я никогда еще не целовался по-настоящему: долго, взасос, в губы – с девчонками. Когда не умел, то стеснялся в этом признаться, и, когда дело доходило до такого интимного момента, как поцелуй в губы, я, к великому своему огорчению, переводил дело в другое русло. Ну, а потом, когда подрос, оказался заложником собственноручно созданной ситуации: ибо в 16-17 лет спросить у девчонки «а не научишь ли ты меня правильно целоваться?» было бы смерти подобно. Но однажды произошел интересный случай. Был у меня дружок Игорь. Добрый хороший пацанёнок.
И вот однажды, когда мы сидели у него дома, попивая отлитое тайком отцовское вино (а нам много не надо было в те годы, чтобы захмелеть), Игорек подошел ко мне и вдруг сказал: «Знаешь, я тебе хочу сказать, что у меня много друзей, но ты, Лёха, -самый лучший мой друган. Дай я тя поэтому поцелую!» У Игорька была такая черта: при малейшем подпитии он становился добрейшей души человеком, всех хвалил, расточал комплименты, и заканчивал разговор своей коронной фразой: «Дай я тя поцелую!». Причем относилось его предложение ко всем: девчонкам, ребятам, кошкам и собакам. Всех он целовал в щёчку с умилённым выражением на лице. Вот и в тот раз я приготовил щёку для поцелуя, но Игорёк вдруг приблизился к моим губам и я почувствовал, как его мокрый язычок скользнул в мой ротик, а потом сразу же вышел. Игорь с чмоком засосал мою верхнюю губу, крепко меня обняв.
Потом он отпустил меня, налил еще вина, а я ошарашено сидел, ощущая неизъяснимую сладость в груди и щекотание в области промежности. «Что это было? Как приятно! Что я такое говорю, меня ведь поцеловала не девочка, а ПАРЕНЬ, и мне приятно? Да, да! И наплевать, что это был парень!» - носились тогда мысли в голове. К сожалению, тот случай больше никогда не повторился, но я страстно хотел еще раз поцеловаться с парнем.
Вот и сейчас, стоя в туалете, со стоячим мокрым членом в руке, я представлял (если вы еще не позабыли) своего одногруппника Ваньку и фантазировал, как он просит меня поцеловать его во влажные губы. Один палец у меня был в попке внутри, другой рукой я яростно дрочил член, наращивая темп. Джинсы уже упали с колен на самый пол, я буквально трясся от страсти, охватившей меня и стоял, отвернувшись к стене.
Повернув голову к двери, я увидел ужасную картину: дверь в мою кабинку чуть приоткрылась, а снаружи в туалете стоял пацан лет 25. У него была расстегнута ширинка, и он подглядывал за мной, дроча свой член! Мне представилось, будто я стою на сцене в театре, все прожектора направлены мне в область паха, зрительный зал полон и рукоплещет мне: «Браво, бис! Ай да молодец!» Несколько секунд я не знал, что делать и застыл статуей с членом в руке, правда, вынув палец из попы. Всего несколько секунд… Они показались мне вечностью… Но парень, стоящий снаружи, к счастью, быстрее меня сообразил, что делать: он юркнул ко мне в кабинку, плотно затворил дверь, подложив бумажку из кармана и оказался прямо передо мной.
Признаюсь честно – я испугался. Никогда в жизни я еще не стоял с незнакомым старшим парнем в кабинке общественного туалета. Я присел, желая схватить спавшие до пола джинсы с трусами, быстро их натянуть и выбежать прочь из кабинки. Но парень нежно обхватил мою шею, стал гладить мои ушки, запустил пальцы в волосы и тихо-тихо заговорил: «Ну что ты, что ты… Не бойся меня, я тебе ничего плохого не сделаю… Успокойся, успокойся, всё будет хорошо…» Парень гладил меня, нежно ласкал шею, а, повернув голову, я обнаружил перед глазами его расстегнутую ширинку и торчащий член. Тоже тоненький.
Между тем парень нежно приподнял меня под мышки.
Мои брюки так и остались лежать на полу: от его ласк я расслаблялся, чувствуя, что будет что-то интересное. Я не ошибся. Парень спустил свои джинсы тоже вниз, стал тереться, прижиматься к моему мокрому члену, а руками ласкал мою спину и попку. Его голова лежала на моем плече и он шептал мне на ушко возбужденно: «вот и хорошо, сладенький мой… какой же ты сладенький… мальчишечка ты мой… я хочу тебе сделать приятно…» Я почувствовал, как в тот день с Игорьком, что улетаю из этого мира на волнах кайфа. Я откинул голову, тяжело задышал и приоткрыл ротик. Губы парня оказались рядом, он целовал меня, его язык был в моем рту, я сосал его язык, губы – я улетал, исполнилась моя мечта.
И какой же это был кайф! И я не знаю, что мне нравилось больше: поцелуй, его ласки или слова, что он шептал мне на ушко… Потом парень присел на колени, пристроился сзади и стал облизывать мне попку, залезая языком даже в дырочку. А затем вставил палец в попку, и его палец вошел очень легко (смазка, должно быть). И вот парень встал, прислонился ко мне сзади, и я почувствовал, как в мою дырочку что-то входит. Он засовывал член в меня! Я снова испугался (а вдруг будет больно, и вообще я никогда толще пальца ничего себе в попу не засовывал). «Нет, я не хочу, хватит, всё» - запротестовал я. Он сзади зашептал в ушко: «Хорошо, мальчик мой, сладенький мой, я дальше не буду, только досюда».
Я понял, что парень засунул в меня свою залупу и теперь дрочит свой член, не вводя его дальше. Вдруг он будто упал на меня, выдернул член из меня (я услышал смешное «чпок!») и по моей попе потекло что-то горячее! Он обспускал меня! Бляха-муха, и мне это нравилось! Я почувствовал, что мой кайф рвется наружу, схватил свой член, пару раз дёрнул его и стал стрелять белой спермой на стену туалета. О, какой же это был кайф! Я чувствовал, что сердце буквально вырывается наружу.
Тот случай я не забуду никогда. Интересно,... мог бы кто-нибудь повторить его для меня теперь, спустя годы? Только где-нибудь уже в уютной обстановке. Если что, пишите мне на bisexual-alex@yandex.ru