Классным руководителем у нас была математичка - дама суровая и решительная, как сержант-сверхсрочник. Между прочим, плохого в этом ничего нет: с подростками только так и надо, а то они, как необъезженные лошадки, такого натворят, что мама, не горюй. К тому же свой предмет она знала отлично и преподавала замечательно, уж на что я ленивый, как порося, и то - с ее подачи - с удовольствием грыз уравнения. Короче, классная у нас была "в авторитете".
- Так, молодые люди, - классная прицеливающимся взглядом обвела своих подопечных. - Надо помочь Наталье Михайловне!
Привести в порядок химкабинет. Нужны три добровольца.
Я постарался съежиться до размеров молекулы - через час по "ящику" начинался "Этюд в багровых тонах" с Ливановым в роли Шерлока Холмса, но не тут-то было! Имелся за мной грех: если мне что-то поручали, я это "что-то" делал. Без дураков. И классная это знала.
- Первым добровольцем я назначаю Женю, - классная махнула рукой, даже не пытаясь сделать вид, что интересуется моим согласием, - а помогут ему девочки: Инна Голованова и Галя Савченко.
- А почему мы-ы-ы-ы?! - заныли девчонки.
- А потому, что все кончается на "у", - сходу отбрила классная. - Сегодня вы - завтра другие. Все, вперед! Не нервируйте меня!
Мы потащились на второй этаж, в кабинет химии. Химичка, Наталья Михайловна, явно предвкушала хороший вечер, поскольку не грузила нас детальными инструкциями, что да как убирать, а беззаботно кинула нам ключи от кабинета и лаборатории и упорхнула, пожелав нам творческих успехов.
Черт побери! Я обозрел поле деятельности и с угрюмым вздохом, "через не хочу", поставил девчонкам задачи. Галка прибирает столы, наводит порядок в лаборатории. В смысле, все банки-склянки, реактивы - по шкафам, в соответствии с маркировкой. Галка - аккуратистка, у нее даже фломастеры в пенале всегда уложены в порядке цветовой радуги: красный-желтый-зеленый-синий-черный. "Каждый охотник желает знать, где сидит фазан". Ага. Инне - полы.
- Воду я принесу. - Инка ничуть не обиделась, что ее назначили поломойкой, и этим мне страшно понравилась.
- Я тебе помогу, в четыре руки сыграем!
Она так очаровательно улыбнулась в ответ, что любая голливудская "кинозвезда" сдохла бы от зависти. Серьезно: эта тупая Анжелина Джоли, не моргнув глазом, заплатила бы миллион за умение ТАК улыбаться. Да, конечно! Родилась животным - женщиной не станешь.
У меня под ложечкой екнуло: что за чертовщина? Особым успехом у наших девчонок я не пользовался - да и не гнался за ним. Некоторые девушки мне нравились, это - да, и Галка и Инной входили в их число. Но я за ними не "ухлестывал", и девчонки тоже держались со мной "ровненько" - целовались иногда, но явного предпочтения мне никто не оказывал. Были на нашем школьном небосклоне "звезды" и поярче, голосистые, как петушки, умеющие растопырить перья.
У Гали были светло-русые, почти блондинистые, волосы ниже плеч, которые она скрепляла черным бархатным обручем. Курносая, с прелестным личиком, она обещала со временем стать классической, образцовой женщиной - уже тогда ее фигурка претендовала на модель для художника. В дополнение к школьному платью на ней были телесного цвета колготки и джинсовые босоножки на сплошной платформе.
Волосы Инны были темно-русые, густые, почти до середины спины, и она вставляла над ушками серебристые заколки из нержавейки. Она тоже была хороша, но по-своему: у нее при невысоком росте были очень длинные ножки, даже немного непропорционально. Не знаю, понимала она это или нет. Подозреваю, что да: ее школьное платье было настолько коротко подрублено, что при самом легком наклоне было видно попку. Под платьем были серые вязаные колготки и светло-коричневые кожаные босоножки, тоже на сплошной платформе, как и у Галки.
Мы деловито зашуршали, только вот в атмосфере химкабинета носилось нечто невысказанное: У меня нюх на такие вещи. Я принес очередное ведро воды, когда Галя выскочила из лаборантской с восторженным криком молоденькой девчонки, над которой нет мамы. А то бы мама ей закатила добрую затрещину.
- Смотри, Инка, что я нашла!
В руках у нее были высокие женские сапоги, на молниях, на высоких "шпильках". Ясен пень, для девушки - находка "номер 1".
- Ой, дай померить! - защебетала Инка.
- Ага, разбежалась! А я?
О приборке можно было забыть как минимум на полчаса. Однозначно: Галя вытащила сапожки из личного шкафчика химички. Теперь все, пока девки не наиграются с новой безделушкой, ни о какой приборке не может быть и речи. Не дай Бог, кто-нибудь зайдет и увидит! Я достал из кармана ключи и запер кабинет изнутри. Типа, здесь нет никого. Все ушли нафиг. Тем временем Галя натянула сапоги и кокетливо повернулась передо мной, приподняв подол платья:
- Красиво, Женя? Тебе нравится?
Меня словно током ударило. Это что, засада? Чего они хотят, стервы? Между тем мой хвост уже, извините за натурализм, рвал трусы и стремительно взлетал в небо.
Нравится ли мне! Еще бы! Белые высокие сапожки, до самого колена, плотно обнимали девчачью ножку, и только на щиколотке шли "гармошкой", чтобы не стеснять движений. Галка прошлась вперед-назад, как на подиуме, картинно размахивая платьем. Честно скажу: я был зачарован. Инка не выдержала:
- Галя, имей совесть! Не все тебе одной!
Галя смилостивилась и присела на край парты. Вдвоем они быстро стянули с ног Гали сапоги, и Инна надела их на себя. Но Галке явно не хотелось терять мое внимание; она живо скользнула в лаборантскую и вышла оттуда в белых босоножках - чуть великоватых для нее, но они ей шли: два ремешка от пятки вверх-наискосок, образуя обруч над щиколоткой.
- Какие вы красивые, девчонки! Как принцессы! - я сказал это без всякой "задней мысли", но сработали мои слова, как спусковой крючок.
Негодяйки переглянулись. Ведра, тряпки, швабры - все было сразу же забыто.
- А почему мы красивые? - Инна мягко шагнула вперед, ко мне, откровенно играя бедрами, едва скрытыми коротенькой юбкой. - Тебе ведь не нравятся девчонки!
Я был в своеобразном шоке. Какого черта? Почему меня считают "плохим мальчиком"?
Подождите, заразы, сейчас объясню:
- Потому вы красивые, что у вас длинные ножки, - отпарировал я. - И на длинных ножках - красивые сапожки!
Я все еще пытался отшутиться. Получилось не очень в ритм, но, по крайней мере, в рифму. Инна остановилась и начала изучать свои ноги, как будто в первый раз их увидела. Чуть присела и провела ладошками по бедрам, поласкала коленки и попыталась провести руками по лодыжкам, но мешали училкины сапоги.
- Ой! - взвизгнула Инка. - Галя, твоя очередь!
- Почему мы красивые? - Галя шагнула вперед, кокетливо переступив училкиными босоножками.
У меня уже никакие стопора и предохранители башню не держали. Эти две мерзавки хотели поиграть во что-то вроде "кис-кис-мяу", только посерьезней.
- Потому, что ваши платья все хотел бы целовать я!
Ничего ...себе, экспромтик? Девчонки захихикали, прижимая кулачки ко рту, потом Галя, набравшись смелости, спросила:
- Женя, а ты можешь поцеловать мне ногу?
Она подобрала подол школьного платья и выставила мне на обозренье свою правую ножку.
- Я поцелую, - ответил я. - Только вы не трепитесь, хорошо?
Девчонки кивнули, как зачарованные. Я нагнулся, нежно взял Галкину ножку и поцеловал ее чуть выше колена, сквозь капрон ее колготок. Галка просто обмерла! Когда после долгого, сладкого поцелуя я поднял глаза, Галя лежала на парте, закрыв глаза, с полуоткрытым ротиком, сжимая ладошками грудь и тяжело дыша. Она кончила! От одного поцелуя в бедро! Инна грызла зубами костяшки пальцев.
- А меня?! Женя, а меня?!!
Я с трудом привел в порядок голову. Какое там привел! Я забрался Инне под платье, нащупал резинку ее трикотажных колгот и потянул на себя. Ее ручки активно мне в этом помогали.
- Да, да, - шептала она.
Сдернув ей колготки до колен, до сапожек, я начал целовать ей бедра - изнутри, а она сжимала мне голову своими юными, слабенькими ногами. Я поднимался все выше, и теперь уже Галя, закусив кулачок, яростно мастурбировала себя под колготками. У Инны платье расстегивалось спереди. Несколько быстрых движений - и она вложила мне в ладонь свою твердую, как камешек, грудь. Одновременно я добрался до ее бутона и погрузился в него. Инна забилась, одной рукой прижимая мою ладонь к груди, а второй - пытаясь крепче прижать мои губы к своему влагалищу. Потом она ослабела, свернулась клубочком и закрыла лицо руками. Кто-то нежно потянул меня за рукав.
- Поцелуй меня! - Галя снова поднесла к моим губам прелестную ножку. - И еще: я хочу посмотреть вот здесь.
Пока я ласкал ее ногу, она в два счета расстегнула мне ширинку и извлекла наружу мой член. Она прервала ласки, сдвинувшись вниз. Член ее самым настоящим образом зачаровал.
- Такой странный! Такой большой! - она посмотрела на меня своими газельими глазами из-под длинных ресниц. - Женя, можно, я его поцелую?
- Конечно.
Галя сначала чуть-чуть прикоснулась губами к головке, потом сочно облизала ее, а потом захватила головку ротиком и начала со стоном насаживать себя на мой кол. Инка уже очнулась и, как зачарованная, смотрела на нашу игру. Затем вздрогнула, подскочила к Гале сзади и расстегнула "молнию" у нее на спине.
- Да! Да, подружка, да! - вскрикнула Галя, на миг оторвавшись от моего члена и сдергивая платье через голову вместе с рубашкой. Инна помогла ей сбросить платье, сдвинула вверх бюстик и сжала руками грудки. А я продолжил трахать Галочку в ротик.
Фонтан спермы ударил ей в горлышко, она конвульсивно задергалась, член выскочил изо рта, капли спермы полетели ей на лицо, на шею. Мы слились в тугой клубок: Инна продолжала сзади сжимать Галю, а я сжал их обеих. Инка подобрала языком и губами капельки спермы с лица и шеи Гали. Сама Галя, похоже, никого и ничего вокруг не видела - только постанывала и машинально ласкала себе руками грудь.
- Какие у вас, девчонок, странные груди, - сказал я. Не в силах себя перебороть, я отодвинул Галину ладошку и взял в рот ее маленький, твердый сосок. О господи! Она сразу прижала меня к груди обеими руками, изо всех сил, зашептала: - Еще, Женя, еще! Краем глаза я видел, как Инка ласкает Гале ногу, одновременно во все глаза глядя, как я целую Гале грудь.
Совершенно инстинктивно я скользнул пальцами Гале по резинку капроновых колгот, под трусики, и пальцы мои попали во влажную горячую щелку.
- О-о-о! Что ты делаешь! - Галя закрыла лицо ладошками, но меня уже было не остановить (да она и не хотела, чтобы я останавливался). Лаская одной рукой ее промежность, второй я массировал ее правую грудку, а ртом кусал, сосал и целовал левую. Галя, точь-в-точь как Инна перед этим, затрепетала и кончила.
- Женя, пока она лежит, побудем вдвоем! - жарко зашептали мне на ухо.
Я очнулся. Рядом присела Инна: совершенно обнаженная, кроме белых сапожек химички. Я вздрогнул; член снова начал толчками подыматься вверх, Инка моментально это заметила и ухватила его своими гибкими маленькими пальчиками.
- Я тоже хочу, как Галка.
Она опрокинула меня на парту и жарко, неумело схватила член губами. Впрочем, она быстро вошла во вкус и дальше сосала уже более уверенно; то ласкала, как эскимо, то погружала в себя на всю глубину!
Внезапно она выпустила мой член изо рта и потянулась ко мне.
- Я хочу по-другому. Как взрослые, понимаешь?
Хотя наши девки и притворялись "большими", в глубине души они, конечно, еще оставались девочками, как и мы - мальчиками. И в горячке Инка просто проговорилась.
Я перевернулся на парте, Инка оказалась подо мной и немедленно обхватила меня ногами. Острые каблуки ее сапог царапали меня сквозь брюки, ее горячие руки сжимали мне шею, но член безошибочно нашел ее пещерку, и я задохнулся от сладостного ощущения прекрасной женской плоти. Ее лоно было таким тугим, таким плотным, половые губы туго схватили мой пенис упругим, гладким колечком, массируя его с каждой фрикцией. Она обхватила мою голову и прижалась ко мне ртом, горячо, но совсем неумело! Я, в силу некоторых причин, уже умел целоваться по-настоящему, я осторожно разжал ей губы, провел языком по зубкам, помог ей расслабиться, проник в рот и начал ее целовать по всей программе, одновременно проникая в ее лоно. По-видимому, внутренняя поверхность бедер была у нее особенно чувствительной, потому, что она постоянно как бы перебирала ногами, толчками сжимая мне поясницу.
- Да! Да! - едва слышно простонала он, прижимая мою голову к своей молоденькой, крепкой груди и выгибаясь "мостиком".
Я почувствовал, что на моем члене появилось второе "колечко". Инна закрыла глаза, она тяжело и быстро дышала сквозь полуоткрытый рот, ничего вокруг не слыша и не видя. Но я-то еще не "улетел" - я посмотрел вниз и увидел, что мой член стискивают пальчики Гали. Она присела на корточки возле нас, одна рука сжимала меня, вторая тискала и мяла собственную грудь.
- Все, прощай, крыша, - успел подумать я. С усилием оторвав от Инки правую руку, я схватил Галю за волосы, притянул ее головку к себе и впился в ее губы. И мы все втроем забились в долгом, мучительно сладком оргазме.
- С ума сойти, - Инка закрывала лицо ладошками, не в силах целиком прийти в себя после всего происшедшего. - Что мы наделали?!
Галя, наоборот, была на грани щенячьего восторга, как маленькая девчонка, удачно нашалившая в отсутствие родителей. Мы с ней в четыре руки затеребили Инку.
- Одевайся, глупая! Ты чего?! Все нормально, все здорово!
Насчет "нормально" я уверен не был, а вот насчет "здорово" - это было точно.
- Иди сюда, - я отнял от лица ее ладони и поцеловал ее глаза, губы, щеки. - Все нормально! Вы такие классные, было так здорово! У тебя там так чудесно!
- Правда?
- Конечно, правда! А сейчас одевайся, пока нам всем тут головы не поотрывали.
Инка ...еще раз неуверенно всхлипнула, но уже в следующий миг начала с помощью Гали торопливо снимать сапоги химички и натягивать свою школьную форму. Она удивительно быстро пришла в себя, и, когда через полчаса к нам заглянула классная (дверь в кабинет я к тому времени отпер), мы уже добросовестно громыхали партами и скамейками, завершая уборку.
- Как успехи? - бодро поинтересовалась Михайловна.
- Еще пять минут, - через плечо ответил я, переставляя на место парту.
- Вижу, времени даром не теряли, - классная наметанным глазом окинула помещение. - Галя, а это что такое?
У женщин необычайно, ненормально наметанный глаз на тряпки. Лично я бы, например, вряд ли заметил, что Галка не в своих босоножках. Но классная спалила ее сразу.
Галка покраснела вплоть до выреза на платье.
- Я только померить взяла, - смущенно проворковала она. - Вы Юлии Петровне не говорите, хорошо? Я сейчас на место поставлю!
- Да уж будь любезна, поставь, - металлическим голосом прозвенела классная. И смягчилась. - Ладно, не скажу.
- Ну ты дура! - прошептала Инка, когда классная удалилась по коридору. И обе стервы, не сговариваясь, захихикали.