Здравствуйте, меня зовут Влад, мне 32. Вроде я нормальный парень, у меня благополучная семья, но тяга к онанизму привязалась ко мне так крепко, что и теперь, женившись на красивой, спортивного вида женщине, не могу прекратить рукоблудить.
То, как я озаглавил свою историю - не литературная прихоть, а фактическое положение дел. Сколько себя помню, одним из обожаемых мною занятий всегда было - остаться наедине и не спуская штаны, лечь животом на что-то мягкое. Помню себя с 3 летнего возраста, когда раз в день во время летней прогулки, я ложился ничком на траву, и облокатясь на руки, начинал тихонько поерзывать по траве, прижимаясь так, что мой крохотный, еще не стоящий стручок начинал вызывать у меня невероятно приятный зуд. Процедура эта занимала у меня минуту от силы. Это потом, когда я вырос, понял, наконец, что упоение от этого зуда называется оргазмом.
Кончать спермой я начал лет с 12, до этого возраста был только короткий 3 секундный спазм в районе гениталий. Мне очень нравилось это чувство. Став чуть старше я понял, что занятие, которым я упивался чуть не с самого рождения называется грубым и не романтичным словом - онанизм: Я был раздавлен и разочарован, мне так оно нравилось, что я долго не мог смириться с этой новой для меня истиной. Однако привыкаешь ко всему, привык и я. С дальнейшим взрослением мои утехи становились изощреннее: я перестал делать это в штанах и лежа на кровати животом вниз. Не снимая трусы, я доставал своего ненасытного дружка сбоку, просто натягивая трусы чуть повыше.
А когда я впервые попробовал спустить трусы до колен, и делать это не просто надавливанием на разбухающий член, а перешел на фрикции, то оргазм был ярче всех когда-либо мною испытанных. Мне не сразу понравились мои новые эксперименты, но уже скоро я занимался этим только в состоянии приспущенных трусов и с возвратно-поступательными движениями. Вскоре я увлекся просмотром разного рода журналов и, дождавшись, когда родители уходили на работу, брал семейный альбом, какие то фотоальбомы советских звезд и начинал фантазировать, снимал трусы полностью, положил их рядом на кресло, а сам располагался на полу все так же животом вниз. После того как возбуждение усиливалось, я вставал с пола и сосредотачивался на какой-то отдельной фотографии, начиная энергично при этом оттягивать крайнюю плоть вниз, к основанию члена и затем так же возвращая ее на место. Упиваться этим занятием я мог очень долго, не совру, если скажу что два часа в день на это уходило точно! Я подходил к окну, садился на табуретку, и наблюдал за проходящими мимо женщинами, не забывая при этом работать руками. Бывало, я просиживал часами после школы перед окном, упоенно надрачивая свою пипирку, представляя себе разные приключения эротического характера. Увидев сестру, возвращавшуюся из школы после второй смены или идущую с работы мать, я быстро одевался, относил стул от окна на кухню и делал вид примерного мальчика.
Моя родная сестра младше меня на два года. Зовут ее Кристинка. События о которых пойдет речь, имели место быть в то время, когда мне было 17, а сестре 15. Она нормальная девчонка, правда не отличница, в отличии от меня. Дома у нас, а жили мы в брежневке, было тепло и ходили мы по дому всегда в исподнем: я в ситцевых широких трусах, а Кристинка в обтягивающей трикотажной футболке и таких же трусиках. Друг друга мы не стеснялись и даже спали в одной комнате, конечно, на разных кроватях. В комнате у нас был свой телевизор, который нам разрешали смотреть допоздна. Если я засыпал, пока Кристинка принимала душ и переодевалась в ночную рубашку поверх трусиков, то приходя в комнату, она слегка приглушала свет, и поколдовав с кремами, расческой и прочими женскими хитростями выключала телевизор и ложилась в свою кровать, расположенную у противоположной стенки. Так было до тех пор пока онанизм не стал моей навязчивой идеей, не подрочив на ночь, я не мог уснуть. К тому же, не понятно почему Кристинка стала как то хорошеть в моих глазах, и у меня в голове стали кружиться порочные мысли на тему совращения своей сестренки. Естественно, я их отгонял, но все равно подсознательно Кристинка стала возбуждать меня.
Так прошло с месяц. Я привык к этим мыслям, и перестал обращать на них внимание, считая эти фантазии нормой для взрослеющего юноши.
Вот однажды, Кристинка, пошла на День Рождения своей подруги, и немного там задержалась. Я же к этому времени уже принял душ, лег в свою кровать, и включив бра, едва освещавшее комнату, перевернувшись как обычно на живот, снял трусы и положил их на тумбочку в изголовье. Сам закутался и слегка подрачивая свою бледную, но уже толстеющую от потискиваний пипирку, начал обыгрывать какой - то сюжет соблазнения девочки из параллельного класса, не заметив как в полумраке комнаты начал проваливаться в сон. Проснулся я от какого то шума в прихожей - это пришла Кристинка. Пробуждение застало меня в состоянии истомы, очевидно как результат не удовлетворенного онанизма. Я перевернулся на бок, спиной к стене, было жарко, и закинул одну ногу поверх одеяла, оголив бедро. Вдруг я вспомнил, что лежу без трусов. В это же мгновение в комнату зашла моя сестра. Меня спасло только слабое освещение. Не желая привлекать ее внимание, я решил переждать, когда она снова выйдет из комнаты, чтобы мне прикрыть свою голую задницу. Через едва приоткрытые ресницы, я начал наблюдать за Кристиной. Ощущение того, что я подглядываю за ней начало меня заводить. Она, стараясь не разбудить меня, стала тихонько переодеваться прямо в комнате, встав полуоборотом ко мне. Я видел как она скинула с себя блузку и стянула джинсы, оставшись в нижнем белье. После этого она мельком взглянула на меня и убедившись в том, что я сплю, расстегнула лифчик и сняла трусики, оставшись полностью обнаженная. Мой член тут же вскочил, и к своему ужасу, я понял, что, раскутываясь, заправил его автоматически между ног и теперь, если зайти с тыла, можно увидеть мое торчащее орудие чуть пониже двух полушарий ягодиц. Я очень возбудился и почувствовал как мои яички набухают. С другой стороны, я был очень испуган, какой позор, если моя младшая сестра застанет меня в таком ракурсе. Тем временем, Кристина совсем успокоившись по поводу того, что ее может кто - то увидеть обнаженной, подошла к кровати, села на край и стала расчесывать волосы. Даже при таком скудном освещении мне открылись некоторые детали ее девичьего тела, которое так близко я никогда еще не видел. Ее широкие бедра в сидячем положении приняли вид совсем уже оформившихся женских, бледный подтянутый животик, крепкие грудки среднего размера, с торчащими сосочками и бритые подмышки - все что мне удалось разглядеть: Тут моя сестра встала с кровати, положила расческу на тумбочку и повернувшись ко мне спиной, наклонилась и стала разбирать свою постель прямо нагишом!! Я был вне себя от возбуждения. Я приподнял с кровати голову и зачарованно смотрел на голый зад своей пятнадцатилетней сестры. Тонкая талия подчеркивала ее достаточно широкий таз с крупными налитыми ягодицами, колышущимися от движений. Особенно мне бросилась в глаза широкая промежность Кристинки с двумя толстыми ложбинками половых губ и вьющимися оттуда волосками. Сердце мое забилось бешено, я не сдержался и начал поворачиваться на другой бок. В это же мгновение мне пришла безумная мысль проверить свою сестру на порядочность и я, преодолев смущение и отдав себя на волю случая, перевернувшись, лег спиной к сестре, оттопырив попу и не раздвигая ног, скинул с себя одеяло окончательно. Словно во сне, шумно причмокивая и протяжно потягиваясь, я замер, ожидая действий Кристинки. В комнате воцарила тишина, я услышал как испуганная возможностью внезапного пробуждения брата, Кристинка набросила на себя одеяло и села на свою кровать.
Так прошла минута. Поняв по моему монотонному ...сопению и размеренному дыханию, что я в глубоком сне, Кристинка встала с кровати и подошла ко мне. По шороху застилаемого одеяла я понял, что она снова полностью обнаженная. Как я и предполагал, ночник, хоть и светил скудно, но то, что может интересовать девочку в ее 15 лет, она разглядела даже в темноте. Я догадывался, что для моей сестры, мужские гениталии - загадка, и знал, что в лучшем случае, она видела их в учебнике биологии. Пауза, которая воцарила в темноте нашей комнате затянулась, Кристинка тупо глядела на мою голую попу и эрегированный член с бордовой головкой на его конце, не зная что ей предпринять. Я подсознательно почувствовал как в ней борются два противоречивых чувства: стыд и желание. Победило второе. После непродолжительной паузы, моя голая сестра присела рядом моей кроватью на корточки и стала рассматривать мой зажатый между ног пенис: Я, находясь спиной к своей сестре, не мог видеть ни ее лица, ни рук, но я чувствовал похоть, которая в ней зарождалась. Она аккуратно, очевидно уже не зная как побороть свое желание, провела пальцем по моему венозному члену. Я задрожал от возбуждения, но понимал, что если нарушу конспирацию - все пропало. Затем, потрогав его чуть смелее, она стала ласково поминать его рукой. Зажатый между моими бедрами пенис, только частично был доступен для любопытных глаз Кристинки. Я не знал тогда, что от степени возбуждения зависит сила эрекции. Это был мой первый раз, когда я почувствовал, как от нежных поглаживаний рук своей сестры мой хуй как будь-то онемел и слегка раздулся. Кристинка тем временем входила в раж и принялась уже не поглаживать, а просто неспешно дрочить моего дружка. Я обалдел. Как может девчонка сидеть абсолютно голая посреди комнаты и надрачивать у своего брата?
После двух минут таких фрикций, моя сестра вдруг прекратила стимуляцию руками и я, с замиранием сердца, ощутил ее горячее дыхание в районе своей жопы, а еще через мгновение, слегка раздвинув мою попу, она широким движением языка медленно провела им по моему анусу и вниз к яичкам, после чего ее горячий язык заскользил по моему зажатому между ног хозяйству: Совсем уже теряя рассудок от нахлынувшей страсти, моя сестра аккуратно приподняла мою ногу, согнутую в колене, перевернула меня на спину, и замерла, наблюдая за мной и пытаясь понять, насколько крепко я сплю. Я продолжал ей подыгрывать: Мой пенис, освободившийся от придавливающей его ноги, мгновенно вскочил вертикально и даже чуть к пупку, покачиваясь и слегка пульсируя, открывая моей сестре вид на мою мошонку. Кристинка, встав на колени и облокатясь на кровать, медленно просунула голову мне в пах, и начала исследовать языком мои вздувшиеся тестикулы. Тишина полная, едва слышны только причмокивания Кристины. Такого кайфа у меня еще никогда не было! Ее язык скользит по стволу вверх и вниз, почти до ануса, где начинаются ложбинки ягодиц. Я начинаю постанывать и слышу как начинает мычать моя сестра: Еще мгновение и я кончу, но чтобы спасти ситуацию я делаю вид, что просыпаюсь. Кристинка тут же метнулась к своей кровати, наспех укрывшись одеялом. Я же продолжил дело, начатое моей сестрой, и принялся рьяно дрочить на глазах ошалевшей сестры. Кончил я буквально за десять секунд, с бешеной амплитудой надрачивая свой обслюнявленный хуй. Задержавшись на мгновение, я взглянул мельком на притворявшуюся спящей сестру, и спустил тугим, липким залпом в ее сторону, заливая ее одеяло: Потом, тихонько вздохнув, я перевернулся на другой бок, изобразив как будь-то этот приступ страсти был во сне. Смущения друг перед другом с утра мы не испытывали, значит каждый думал, что обманул другого! Такой расклад устроил, надо полагать обе стороны. Только вот через неделю, я задержался на тренировке и пришел домой позднее обыкновенного. Зашел в нашу с сестрой комнату, и увидел ее спящей на кровати без одеяла, с закинутой ногой и непрекрытой курчавой киской наружу.
20.01.06.