...Юльку настигли на тропинке среди редких кустиков. Мы с Сашкой схватили её за руки, а Коля, не долго думая, полез к ней в трусы. Юлька ещё делала попытки вырваться, но Сашка одной рукой обхватил её за живот, прижал к себе, и она затихла. Тут подоспел и Серёжка, предоставивший нам одним гоняться за девчонкой.
- Вы чо, пацаны, здесь же всё на виду, давайте куда-нибудь в кусты, - оглядевшись по сторонам, сказал он.
Колька, как более сильный, сменил меня, и мы повели слабо упирающуюся Юльку назад к нашему пляжику, а оттуда - в заросли тальника, где уже не раз щупали её с Ленкой. Оказавшись на маленьком пятачке песка, мы остановились. Все посмотрели на Серёжку, ведь он старше всех, и вроде как гость, ему и начинать.
- Сначала вы, не люблю в сухой пизде ковыряться, пусть посильнее заведётся, чтоб была уже мокрая, - милостиво уступил он нам очередь. - Дайте-ка, я лучше её подержу.
Серёжка обхватил Юльку сзади, прижав её руки к телу, а Коля снова запустил руку ей в трусы. Юлька уже не вырывалась, а Серёжка стянул вверх лифчик купальника и облапил грудь. И всё время, пока мы трое щупали девчонку, он мял её голые грудки. Когда настала моя очередь, у Юльки между ног было уже мокро. Такое случалось и раньше, но обычно после того, как мы начинали щупать её уже по второму кругу.
После того, как я вынул руку из Юлькиных трусов и отошёл от неё, Серёжка, одной рукой придерживая Юльку за спину, встал к ней лицом. Хоть её уже никто не держал, Юлька не пыталась убежать.
Серёжка сначала, как и мы, пошарил у Юльки в трусах, правда, намного дольше, чем каждый из нас. Сквозь тонкие трусики хорошо было видно, как его ладонь уверенно мнёт и оглаживает Юлькину пиздёнку.
- Раздвинь ноги! - приказал он девочке, а когда ему показалось, что та развела их недостаточно широко, всунул свою ногу меж её коленок и раздвинул ещё шире.
- Молодцы, пацаны! Классно раздрочили, девка уже вовсю течёт! - сообщил он нам. - Ну, давай, снимай теперь трусы, - обратился он к Юльке.
Обычно Юлька к этому времени действительно уже добровольно спускала трусики, чтобы показать нам, что скрывается под ними. Правда, мы просили её не так грубо, как Серёжка, что-то вроде: "Юль, дай посмотреть", или "Юль, покажи: ", не называя того, что нам хотелось увидеть. Но в этот раз она неожиданно воспротивилась.
- Не буду, - тихо сказала она и ухватилась за резинку трусиков, - щупайте так.
Тогда Серёжка вдруг, сделав подножку, повалил её на песок и начал стаскивать с неё трусы. Наверное, от неожиданности Юлька позволила спустить их почти до колен, а потом начала отчаянно сопротивляться. Ей удалось подтянуть трусы обратно, и она стала спихивать с себя навалившегося Серёжку. Тот схватил её за руки и, вытянув над Юлькиной головой, одной рукой прижал их к земле, а другой опять взялся за трусы, но спустить их ниже колен не мог, так как дальше не доставала рука, да и Юлька всё время брыкалась.
- Подержите ей руки, - прошипел Серёжка, но никто из нас троих не шелохнулся, так всё было для нас неожиданно.
Серёжка поднял голову, увидел меня и приказал:
- Ну, что стоишь? Держи!
Я послушно взялся за Юлькины руки выше запястий и крепко прижал их к земле, а он, освободив себе обе руки, несмотря на то, что девчонка вовсю сучила ногами, стащил с неё трусы и отбросил их в сторону. Юлька тут же крепко сжала ноги, но Серёжка коленом разъединил их, встал между ними на колени, уже руками раздвинул ещё шире и спустил свои плавки, освободив довольно внушительный, как мне показалось, член, торчащий вперёд и вверх.
В какой-то прострации следил я за происходящим. Сейчас впервые на моих глазах будут ебать девчонку! У меня перехватило дыхание, и я почувствовал, как мой собственный член, и без того уже напрягшийся, упёрся изнутри в плавки, оттопыривая их. Серёжка тем временем уже лёг на Юльку, сунул правую руку между их телами и что-то там делал, а та, извиваясь, тщетно пыталась выскользнуть из-под него.
- Ноги, ноги ей держите! - почти заорал Сережка, и Сашка с Колей, бросившись на колени, схватили Юльку за лодыжки и растянули их в стороны.
Теперь мы уже втроём держали девочку, не давая ей пошевелиться. Серёжка, приподнялся на левой руке, и мне хорошо стало видно, как правой он начал водить членом по половой щели, раздвигая его головкой большие губы. И вот головка члена уже исчезла между ними. Похоже, что он нащупал ею вход во влагалище, потому что и ствол члена стал погружаться в Юльку, растягивая ей мокрые половые губы. И когда Серёжка засунул его примерно наполовину, он убрал руку и одновременно резко двинул задом, целиком загнав член в пизду. Он тут же вновь навалился на девочку и на какое-то время замер. Юлька тоже лежала под ним неподвижно.
- И, правда, уже не целка! - объявил он нам, а его голый зад медленно пошёл вверх, опять вниз.
Как бы приноравливаясь, Серёжка сделал несколько таких замедленных движений взад-вперёд, потом ускорил темп... Мне и в голову не пришло, что мы участвуем в самом настоящем изнасиловании. Я почувствовал, как ослабли Юлькины руки, которые я прижимал к земле. За всё время она не произнесла ни слова, сопротивлялась молча, только к концу борьбы шумно дышала.
Серёжка уже несколько минут ебал Юльку. Поскольку она уже не сопротивлялась, мальчишки отпустили её ноги и теперь, стоя на коленях по обе стороны от ебущихся, жадно глазели на них. Тут Юлька, освободив свои руки от моей ослабевшей хватки, обняла Серёжку, согнула сначала одну, потом другую ногу, приподняв коленки, и ещё шире раздвинула их. Я подошёл к мальчишкам и присел на корточки в надежде увидеть, как член входит в Юльку, но из-за её ног и Серёжкиного зада ничего не смог разглядеть. Вскоре Серёжка громко и хрипло задышал, и я заметил, как Юлька встречными толчками стала помогать ему. В очередной раз погрузив член в Юльку, Серёжка ещё сильнее прижался к ней, замер и по его телу побежали судороги. Я понял, что он спускает. Его тело обмякло, и секунд десять-пятнадцать он расслабленно лежал на девочке.
- Молодец! Люблю, когда девчонка брыкается, больше кайфа, - сказал он, поднимаясь и натягивая плавки. - Ну, кто следующий?
Мы молча переглянулись. Я взглянул на Юльку и невольно сделал шаг вперёд, оказавшись почти между её распахнутых ног. Я вовсе не собирался ебать её, ведь мы хотели только пощупать девочку, и внутренне я был к этому не готов. Мне просто очень хотелось заглянуть ей между ног. Ещё никогда Юлька не представала передо мной в такой откровенно бесстыдной, манящей позе. Обычно сомкнутые складки половых губ заметно разошлись, и ярко-розовая щель между ними сочно блестела внутри.
- Что, хочешь ты? - спросил Серёжка.
- Он ещё молодой, сначала я, - неожиданно выступил вперёд Коля и, отстранив меня, разместился между Юлькиных ног, спустил плавки и улёгся на неё. Он хвастался нам, что одна девчонка с его двора уже ДАВАЛА ему. Не знаю, врал или нет, но у него долго не получалось вставить в Юльку член. Тогда он опять встал на колени, взял его в руку, снова лёг на девочку и после некоторой возни заработал задом. Пробыл он на ней недолго, уже через пару минут кончил и уступил место Сашке.
- Ты уже ебал кого-нибудь? - спросил меня Серёжка, когда тот устроился на ...Юльке.
- Нет ещё, - откровенно признался я.
- Слышь, Юль? Будешь ему целку ломать! - почему-то обрадовался он.
Сашка ебал Юльку дольше Коли, почти как Серёжка, и с каждым мгновеньем меня всё больше охватывал какой-то мандраж. Вот сейчас свершится то, о чём я так мечтал! Занимаясь онанизмом, в мыслях я представлял, что ебу девчонку, и почему-то почти всегда воображение рисовало именно Юльку. Не сказать, чтобы она мне так уж нравилась, скорее оттого, что я уже щупал её, видел без трусов, а главное, среди мальчишек ходил слух, что она ДАЁТ. Тем временем Юлька, закусив губу, раскинула руки, запустила пальцы в песок и стала сжимать их в кулаки и снова разжимать, а её колени мелко задрожали. Тут Саша с каким-то всхлипыванием кончил:
- Ну, давай! - хлопнул меня по спине Серёжка.
С бешено бухающим сердцем стоя над Юлькой, я уставился на вожделенное место между её ног. Половая щель разошлась ещё больше, чем после Серёжки, внутри неё всё сочилось влагой, набухшие губы, лобок, даже волосы на нём - всё было мокрым. Между крылышек малых губ отчётливо зияла дырочка влагалища, из которой к промежности и дальше вниз тянулся густой мутно-белый ручеёк.
- Ну, давай же! - вызвал меня из оцепенения срывающийся Юлькин голос.
Почти рухнув на неё, я стал тыкать член в Юльку и никак не мог попасть куда надо. И тут её рука обхватила член, и направила его во влагалище. Огненный жар, в который он погрузился, поразил меня, я и не представлял, что пизда внутри может быть так горячей. Несколько секунд я лежал неподвижно, ошеломлённый новыми, совершенно незнакомыми ощущениями, и испытывая невероятное наслаждение. Это неизгладимое чувство первого погружения в девочку и сейчас живёт во мне, словно всё произошло секунду назад, это едва ли не самое яркое и сладостное воспоминание в моей жизни. Подтолкнув меня лобком, Юлька напомнила о себе.
Как же неумело я действовал! Всё время боялся, что член выскользнет из пизды, и я не сумею вставить его обратно. Ещё одной головной болью для меня было вот что. Когда я занимался онанизмом, мне приходилось очень долго мастурбировать, чтобы спустить, а я почему-то считал, что девчонкам это надо делать быстрее. Только потом я узнал, что как раз наоборот - чем дольше, тем лучше, а тогда боялся, что Юльке надоест, и она просто прогонит меня прежде, чем я кончу. Вот такой я был зелёный и неотёсанный.
Юлька сомкнула руки у меня на спине, обхватила мои бёдра ногами и стала мне подмахивать, да так, что мне самому можно было бы и не двигаться. Член ещё больше отвердел и превратился в негнущуюся палку. Я чувствовал им скользкие стеночки влагалища, и оно оказалось не таким уж тесным, как я считал до сих пор. Раньше, когда я, щупая Юльку, засовывал в него палец, оно довольно плотно охватывало его. Сейчас же только у самого входа было какое-то колечко, слегка сжимавшее член, дальше он двигался достаточно свободно, а ведь член намного толще пальца. И глубина влагалища была вполне подходящей, только когда я загонял член по самые яйца, и наши лобки тесно прижимались друг к другу, он слегка упирался в его дно, а в головке, вдруг сделавшейся очень восприимчивой, вспыхивало острое щекочуще-сладкое чувство. Я заметил, что Юльке это тоже приятно, подмахивая, она старалась как можно глубже насадить себя на член.
Юлькины пальцы крепко вцепились мне в спину, её встречные толчки стали чаще и размашистей, и когда наши лобки расходились, головка иногда даже выскальзывала из влагалища. Но - напрасно я боялся! - то ли Юлька так ловко вновь подставляла мне свою волшебную дырочку, то ли член сам находил обратную дорогу но, легко раздвигая входное колечко, он опять устремлялся в жаркую сладостную глубину. По бёдрам девочки, обхватившим мои ноги, побежала мелкая дрожь, она перестала подмахивать и сильнее прижалась ко мне своей голой грудью. Её ноги дрожали всё сильнее и сильнее, пальцы заскребли у меня по спине. При каждом погружении члена Юлька стала коротко, с придыханием постанывать: "А: а-а: а-а: ". А когда головка упиралась в донышко влагалища, колечко у его входа сжималось крепче, как бы не желая выпускать член из своих объятий. Это продолжалось с минуту или даже дольше. Но вот её объятья ослабли, волны судорог, пробегавшие по её ногам, стали гаснуть.
Несмотря на всю свою дремучесть, я всё-таки смог сообразить, что она кончила, но решил, раз она меня не гонит, не останавливаться и попробовать всё-таки спустить самому. Некоторое время я старался один, но скоро Юлька вновь стала подмахивать, с каждым разом усиливая свои толчки, потом всё повторилось - судорожная дрожь её ног, короткие вскрики на выдохе, а в пизде сделалось настолько мокро, что стало хлюпать. Только на этот раз, когда её тело снова отдыхало от конвульсий оргазма, я наконец-то тоже кончил и впервые испытал неописуемый взрыв мучительного блаженства, когда спускаешь в живую горячую плоть девочки, а не себе в кулак. Я долго лежал на Юльке, не в силах сразу встать, пока он не выпрямила свои ноги, и я просто перевалился через одну из них на песок. Меня охватило какое-то сложное чувство одновременно и удовлетворения и опустошённости и благодарности к девочке, доставившей мне такую неземную радость, и почему-то стыда перед ней и перед мальчишками, глазевшими на нас. Я кое-как заставил себя встать и натянул плавки, стараясь ни на кого не смотреть.
Тут же Серёжка вновь оказался на Юльке.
- Не надо, я больше не хочу, - она попыталась столкнуть его, но Серёжка не обращал на это внимания.
- Ну, пожалуйста, не надо, я потом сама дам, - слабым голосом умоляла Юлька, и он смирился.
- Ну, ты даёшь! - поднимаясь, обратился ко мне Серёжка. - А говорил, что в первый раз. Так здорово отодрал девчонку, что она в себя никак не придёт!
Юлька, вытянув сжатые ноги, с закрытыми глазами расслабленно лежала на песке. Услышав Серёжкины слова, она медленно приподнялась, поправила стянутый им с груди лифчик и поискала глазами трусы. Найдя, отряхнула приставший к телу песок, вытерла трусами у себя между ног и надела их.
- Ну, как, клёво было? - спросил её Серёжка.
Юлька не ответила.
- Я же видел, тебе понравилось, вон как стонала!
Юлька снова промолчала.
- Ну, пошли купаться, - позвал всех Серёжка.
Мы вернулись на пляж. Никакие разговоры как-то не клеились, мы искупались, поиграли в волейбол, правда, Юлька играть не захотела. Потом играли в карты, в дурака, ещё раз искупались.
- Ну, что, пацаны, ещё по палке на дорожку? - спросил Серёжка. - Юль, ты обещала!
Я увидел, как у мальчишек разгорелись глаза. Юлька поднялась с подстилки.
- Подстилку возьмите, а то на голой земле неудобно, - только и сказала она.
Не знаю, почему, но я сказал, что мне не хочется, и остался. Я стоял и смотрел, как они шли к кустам.
Мне показалось, что их не было целую вечность, и всё это время воображение рисовало картину, как Юлька, обхватив руками и ногами кого-то из мальчишек, машет ему навстречу попкой и стонет "А: а: а-а: ", как подо мной. И я ругал себя, что не пошёл со всеми. Только спустя минут сорок, если не больше, они, наконец, показались из кустов.
Мальчишки опять пошли купаться, а Юлька, расстелив принесённое назад покрывало ...(то самое, на котором её только что ебали!) , как-то устало опустилась на него и легла, разбросав в стороны согнутые в коленях ноги. Я стыдился взглянуть на неё, тем более заговорить (а о чём, спрашивается, я мог бы говорить с ней сейчас, когда и я и она знали, чем она только что занималась с мальчишками!) . И я бросился со всех ног в воду, окунувшись с головой. Ребята отплыли к противоположному берегу, я не поплыл к ним, с ними мне тоже не хотелось сейчас общаться. Нырнув пару раз, я вылез из воды.
Юлька лежала с закрытыми глазами, и я, пока шёл к ней по песку, не мог отвести взгляда от её купальных трусиков, отчётливо обрисовывавших всё, что было под ними, даже достаточно широкую бороздку между половами губами. Там, между её распахнутых ног, на светло-голубой ткани темнело влажное пятно. В это время Юлька открыла глаза и перехватила мой взгляд. Она села и, не сводя ног, посмотрела туда же. Потом взглянула мне прямо в глаза и, как мне показалось, как-то виновато улыбнулась.
Юлька дождалась, когда мальчишки вылезут из воды, направилась к берегу и зашла в воду. Проплыв всего пять-шесть метров, тут же повернула назад. Уже идя к берегу, она остановилась, когда вода оказалась ей чуть выше пояса. Ребята не обращали на неё внимания, я один, сидя на песке, не сводил с неё глаз. Держа руки под водой, Юлька наклонилась, погрузившись в воду по самые плечи, что-то там сделала и снова выпрямилась. Тут она заметила, что я смотрю на неё, ей это явно не понравилось, и она развернулась ко мне спиной, так и не вынимая рук из-под воды. Её локти задвигались взад-вперёд навстречу друг другу. И тут до меня дошло - она сняла трусы, и сейчас отстирывает то злополучное пятно на них. Ведь это же сперма! Сколько мы её сегодня влили в Юльку! Целых семь (как позже выяснилось, даже восемь!) порций, мальчишки по две и я одну. Конечно, она вся в ней не поместилась и вытекла, когда они возвращались из кустов. Мне припомнились пятна засохшей спермы, особенно заметные на тёмной или цветной ткани трусов, остающиеся после особо уж приятных сновидений (онанируя, я спускал или в носовой платок - поди, отличи от соплей - или в ладонь, после чего смывал) . Видимо, Юльке это тоже было известно. Наконец, так же под водой, она надела трусы и пошла к берегу.
- Зря не пошёл, было ещё лучше, - делился со мной Сашка по дороге домой. - Она сама догола разделась, мы тоже. Знаешь, как кайфово, когда оба голые! А Серёжка, пока мы с Колькой её ебали, заставил себя за хуй держать. Он хотел, чтобы она в рот взяла, а она ни в какую, говорит, тогда совсем не дам, а так согласилась. Представляешь! Мы ебём, а она в это время его дрочит.
- Он что же, не ебался с ней? - почему-то обрадовался я.
- Почему не ебался? Отодрал, как миленькую, аж два раза. Сначала самый первый, а потом, после нас с Колькой, ещё раз засадил, у него же опять встал, пока она его дрочила. Эх, она и орала под ним во второй раз!
- Что, больно было?
- Наоборот! Он же во второй раз быстро спустить не мог, так она успела за это время раза три кончить.
- А с вами?
- С Колькой не знаю, а со мной, точно спустила, знаешь, как мокро в пизде стало, я после этого тоже сразу спустил.
Наши с Юлькой дачи были дальше всех, поэтому в конце мы остались с ней вдвоём, и весь остаток пути провели в полном молчании. Мне отчего-то было стыдно, и я мечтал побыстрей дойти до забора их дачи.
- Пока, - коротко бросила Юлька, закрывая за собой калитку.