Человек я, в общем-то, обычный, можно сказать заурядный. И жена у меня, Лена, не бог-весть какая красавица - несколько полновата, несколько старше меня, но, впрочем, вполне симпатичная и, главное, жизнерадостно улыбающаяся. Со мной она, по всей видимости, счастлива, по крайней мере, так говорит, и поползновений к каким-либо сторонним взаимоотношениям не испытывает, видно, и не было их никогда. А это, знаете ли, в отношениях мужчины и женщины многое значит.
И все бы хорошо, только крепко одолевала меня скука обыденности, как в ежедневном распорядке надоевших дел, так и в нашем с ней небогатом на выдумку сексе. Дело в том, что женщинам вообще как-то не с руки очень уж им интересоваться, а моя благоверная про него и вовсе могла не вспоминать, если я не "припру ее к стенке". Впрочем, удовольствие от него она получала не слабое - это уж точно могу сказать.
И все не покидала меня мысль о том, чтобы как-то ее растормошить в этом плане. И свинг ей хотел предложить, и лесби, да все никак. А вот про "третьего-не-лишнего" мужика как-то она сама то ли в шутку, то ли всерьез заикнулась, я - подхватил, настоял, укрепил в ней эту шальную идею и, можно сказать, вытащил клещами из нее согласие в виде "делай что хочешь". И я начал действовать.
Когда-то попадалась мне на глаза заметка в паршивой газетенке... "Сексуально одаренный мужчина предлагает свои услуги женщинам". Очень уж она мне понравилась лаконичностью своей формулировки, но больше всего - заманчивостью перспектив поприсутствовать во время процесса. А еще больше будоражило кровь осознание того, что участвовать в нем будет моя жена, а мне при этом, в лучшем случае, предоставится роль стороннего наблюдателя. И это еще в лучшем случае!
В общем, я набрал номер, перекинулся парой фраз, обозначил время, настоял на своем присутствии и повесил трубку. Как будто за спиной у меня выросли крылья - в ожидании этого дня моя кровь бурлила, растекаясь по жилам. Лене же я мимоходом обронил о дне и времени "Ч", она, по-моему, даже и не расслышала, или сделала вид, что не расслышала. Короче, приличия я постарался соблюсти.
И вот этот вечер настал. Я примчался домой рано, как только смог, чуть позже появилась и Лена. Она выглядела немного уставшей, но это обычное состояние при ее напряженной офисной работе. Я ей вскользь напомнил о том, что "сегодня вечером она ждет гостя", та криво улыбнулась, но едва заметная искорка в глазах все же промелькнула.
Гость не заставил себя долго ждать. Когда раздался дверной звонок, я скорее кожей почувствовал, как вдруг вздрогнула и волнительно напряглась моя жена. Открыв дверь и впустив его в прихожую, я наконец-то смог разглядеть этого чудо-мужчину. Обычный стройный спортивного вида парень со спортивной же наплечной сумкой. По-моему, он даже одет был как-то по-спортивному. "Рабочая форма одежды", - подумал я.
Как-то сбоку приставным шагом в дверном проеме появилась жена.
"Лена", - представил я и боковым зрением увидел, как она старательно пытается заглянуть ему в глаза.
"Алексей", - раздался мягкий, но чистый и располагающий к себе голос. Я увидел его открытое лицо, обращенное к моей жене, и понял, что, уже становлюсь тем самым "лишним".
"Черт", - подумал я, - "а еще тезка!"
Мы вместе прошли в гостиную. Он наметанным глазом окинул обстановку, поставил сумку рядом с хохломским столиком, достал из ее недр бутылку неплохого шампанского, блюдо с маленькими бутербродиками с красной икрой и какой-то зеленью. - "Это пригодится".
"Где у вас ванная комната?" - он был подчеркнуто вежлив и деловит.
Я проводил. Потом вернулся и постарался заглянуть жене в глаза - она отвела взгляд, а уголочек ее рта немного вздернулся.
"Только ты будешь все это время в нашей спальне", - неожиданно твердо сказала она.
"Ну уж нет", - подумал я, и... молча кивнул.
"А где у вас музыка?" - доставая компакт-диск, тихо спросил Алексей.
"Вы тут раззнакомьтесь, а я пока в кухне колбаски нарежу", - ретировался я.
Заиграла едва слышная медленная музыка, скрипнул от присевших на него двух тел диван, непонятно зажурчал разговор двух незнакомых людей - мужчины и женщины, моей жены.
Через 10 минут я появился в дверях гостиной с тарелкой, полной нарезанной снеди в руках, и тут же уперся в торс опершегося рукой о дверной косяк Алексея.
"Знаешь, Леш", - тихо, но ультимативно обратился он ко мне. - "Мы тут с Леной переговорили,... в общем... тебе в ближайший час лучше будет посидеть в спальне."
Придется довольствоваться только звуками.
Я хотел было что-нибудь возразить, но увидел за его спиной твердо стоящую с решительным видом Лену и понял, что сопротивление бесполезно.
Я отдал ему тарелку и удалился в спальню, благо дверь ее была хоть и непрозрачной, но все же стеклянной и располагалась как раз напротив арки - входа в гостиную. Я бухнулся на кровать и притворился, что сплю.
Какой к черту сон?!! А вы бы смогли заснуть, если к вашей жене пришел с недвусмысленными целями симпатичный парень, а вас выперли в спальню отдыхать.
Я превратился в слух.
Изредка шелест неспешного разговора сменялся цоканьем бокалов, потом слышна была только музыка и вдруг... какие-то невнятные плямкающие звуки.
Меня сдуло с постели и я прильнул ухом к двери. Да-да - именно плямкающие звуки поцелуев и легкое постанывание.
Я бесшумно приоткрыл дверь и в образовавшуюся щелку смог разглядеть краешек дивана, на котором сидела моя жена. Перед ней на коленях стоял Алексей и покрывал жаркими любовными поцелуями ей лицо. Ее голова была повернута набок, глаза закрыты.
"Быстро же они", - удивился я про себя.
Тем временем Алексей переходил на обнаженную шею и верхнюю часть груди моей жены. И тут Лена стала медленно поднимать голову, я поспешно закрыл дверь.
Смешанная катавасия чувств неистовствовала в моей душе. С одной стороны, я давно этого хотел - увидеть свою жену, упивающуюся страстью с другим мужчиной, а с другой стороны, подтачивало какое-то зарождающееся ощущение нашей разобщенности.
Через пять минут из-за двери стали раздаваться Ленины стоны. Я снова приоткрыл дверь. В гостиной почти ничего не изменилось, кроме того, что Ленина блузка теперь была расстегнута полностью, живот и грудь обнажены, коротенькая юбочка скатана к талии, а трусики мирно покоились рядом. Алексей опустился ниже и теперь плямкающие звуки раздавались откуда-то между Лениных ног. Она с силой обхватила его голову и ритмично прижимала ее к своей промежности, нашептывая... "Боже, как хорошо, еще, пожалуйста, еще...".
Она вдруг выгнулась, напряглась, застыла на мгновение в такой неестественной позе и, обмякнув, сползла по спинке вниз. На Алексея это не возымело никакого действия, он продолжил ее целовать, разве что поднявшись от влагалища к груди.
"Действительно профессионал", - пронеслось у меня в голове.
Из-за двери раздались звон бокалов и отрывистые женские смешки. Потом громкое... "иди ко мне!".
Я ...занял наблюдательную позицию.
Лена полуголая с широко расставленными босыми ногами сидела на диване, между ее ног с обнаженным торсом стоял Алексей. Жена обнимала его за талию, обхватывала его ягодицы и прижималась щекой к паху. Потом вдруг отдернулась, запустила свои ладони между тканью и его телом, и я увидел, как медленно брюки Алексея поползли вниз. И тут из-под резинки как на пружине к ее лицу качнулся ОН.
ОН даже еще не весь "проснулся"! Но ОН был таким, что не только Лена впала во временный ступор и с округлившимися глазами молча смотрела на это чудо природы, но и я, позабыв о конспирации, открыл дверь нараспашку.
Нет, ОН был не гигантской длины, как об этом пишут в плохих неправдивых выдумках. Он был чуть более нормальной полагающейся этому органу длины, но необыкновенно велик в диаметре. Женщины это чувствуют интуитивно, какой именно инструмент принесет им большее наслаждение.
Я же пришел от этого зрелища в тихий ужас... я осознал всю мелочность своих притязаний на доставление удовольствия прекрасному полу, когда на свете существуют подобные "красавцы". Мой инструмент, конечно, ни в какое сравнение не мог идти с этим великаном. Я чувствовал себя приниженно и оскорбленно. Я сделал несколько бесцельных шагов вперед и был замечен женой. Она холодно на меня посмотрела, но так же она могла посмотреть и сквозь меня, словно я сделан из стекла, словно ничего эмоционального мой вид для нее уже не значил. Ни один мускул не пошевелился на ее лице. Она перевела свой взгляд на Алексея и прошептала лишь одно слово... "Хочу!"
Дальше был лишь шелест трущихся друг о друга тел. Ее руки скользнули по его спине на ягодицы, пальцы впились в их округлость, губы нашли головку, его ствол исчез в лоне ее рта, а ее глаза закрылись и уже не открывались до самого финала. Жадное чмоканье и лишь одно желание - заглотить - овладело моей женой.
Алексей был более чем сдержан и холоден. Руками он к ней не прикасался. И я понял, что ничем больше не мог бы он еще жарче распалить эту топку желаний. Такая нарочитая отстраненность заставила ее резко встать, и все так же, с закрытыми глазами, сплести оба запястья у него на шее и потянуться ножками к его талии. Он все понял без слов. Через секунду Алексей прочно сжимал ее ягодицы, а она, нашептывая лишь одно слово "хочу", направляла его напряженное орудие к себе внутрь. И вот она попала. Обнимает его за шею, присаживается, плотнее обхватывает ножками его талию. Он не спешит. Вошла лишь головка - гортанный выдох жены, одна треть - "а-а-а-а-х", назад - две трети - "о-о-о-о-х", назад - до конца - вопль боли и вожделения.
Потом снова, потом быстрей.
Я стою в метре от этой странной ничего не видящей вокруг себя совокупляющейся пары чужих, но так неистово совместно сжигающих себя людей. В голове у меня пусто, в душе - наковальня, сам я возбужден и подавлен одновременно. Я для них не существую. Я подхожу и дотрагиваюсь до напряженных яичек Алексея, я провожу ладонью от копчика до промежности своей жены - меня нет. Это горнило сжигает гигантские запасы нерастраченной страсти и дуновение слабого ветерка не изменит процессы в нем.
Жена откровенно кричит и стонет, гримаса страсти искажает ее лицо. Мне кажется, что даже живот ее вздувается, когда Алексей глубоко проникает в нее. И вдруг из его глубин раздается звериный рык, изо рта жены хрипение - последний страшный удар внутрь ее тела и побелевшие от напряжения голые горячие тела валятся на диван...
Он потом долго извинялся, говорил, что это его первая профессиональная оплошность, что он никогда до этого не позволял себе кончать при половом акте с клиенткой, что все расходы возьмет на себя. Я кивал, жена не воспринимала эти слова вообще - стояла со стеклянными глазами и смотрела на мужчину перед ней, теперь я знал, на ЕЕ мужчину.
Через полгода мы с ней развелись.