До 15 лет я рос обычным парнем с обычными увлечениями - девушки, спорт, техника и т.д. И тут случилась Чернобыльская катастрофа. Наш регион попал в зону загрязнения и родители в срочном порядке отправили меня из дому подальше к вдовой тётке в деревню в Тамбовской области. Посадили на поезд, дали строгие указания слушаться тётю. Меня должны были встречать в Тамбове на вокзале. Сойдя с поезда на перроне, я не увидел знакомых лиц, и отчаяние охватило меня - я не знал даже названия тёткиной деревни, не говоря уже про путь туда. Стоял на перроне и ждал, что ко мне подойдут знакомые. Пока я, как идиот, крутил задранной головой, мой чемодан растворился в неизвестном направлении! Подбежал к милиционерам, и они мне доходчиво объяснили, что за своими вещами нужно присматривать, и что шансы отыскать его приблизительно равны нулю. Однако отвели в дежурку и дали объявление по вокзалу о том, что я ожидаю своих родственников в дежурке. Пришёл не знакомый мне мужчина лет 25-ти и представился, что тётя сама не смогла приехать, а отправила его за мной, а по описанным ему приметам он меня не узнал - накладочка получилась. В общем, я таки добрался до деревни в объятия тёти и её дочери Наташи. Мне сразу же было велено идти в баню "отмывать радиацию". Раздевшись в предбаннике, я с удовольствием попарился. Выйдя одеваться, я не обнаружил своих вещей и позвал тётку.
- Твои радиоактивные вещи я сожгла, одень пока Наташин халатик и трусики - вы ведь одногодки и ростом одинаковые. А завтра я съезжу в райцентр и куплю тебе одежды.
Не ходить же голым! Оделся и пошёл ужинать. По поводу моего вида ни тетя, ни Наташа не сказали ни слова, как будто так и надо. На следующий день Наташа развлекала меня как могла. Показывала дом, усадьбу, фотографии затем попросила помочь по хозяйству, а поскольку в таком виде на улицу я выходить стеснялся, то занялся работой в доме - посуда, уборка. Вечером Наташа начала собираться на дискотеку и задала извечный женский вопрос: "Что одеть?" После продолжительных бесплодных попыток что-нибудь выбрать, она начала меня постепенно нервировать своими "Как ты думаешь?", "Мне подходит это платье с этими колготками?", "А если я так-то и так-то накрашусь?" Нормальный мужик это долго выносить не может, и я уверенно приближался к точке кипения. На втором часу сборов она выдала фразу, окончательно доконавшую меня:
- Давай я на тебе примерю и со стороны оценю, у нас же одинаковые размеры. Ну, пожалуйста!
После продолжительного моего молчания (сосчитал до десяти), я почти выкрикнул:
- Если от этого ты перестанешь задавать дурацкие вопросы, и это поможет ускорить процесс - давай!
Стиснув от злости зубы и в предвкушении окончания моих мучений, я шагнул ей на встречу.
- Вот и хорошо. Стань сюда. Сними халатик.
Я стал и демонстративно замер как статуя. В это время ко мне по очереди прикладывались всевозможные юбки, блузки, свитера, кофточки, платья, колготки, чулки. Потом она попросила надеть черные колготки, и пышное розовое платье. Нежный нейлон ласково обволок меня, а поскольку растительность на моём теле практически не растёт, то, посмотрев в зеркало, я увидел там не "ногги и заддницу", а стройные "ножки" и упругую аккуратненькую "попку" в женских трусиках под колготками. Шёлк платья скользил по телу, создавая непривычно приятные ощущения. Моё бешенство сменилось некоей растерянностью.
- У тебя нет грудей и от этого весь вид портится. Одень лифчик.
Помогла мне стянуть платье и ловко застегнула на мне лифчик, подложив в чашечки ваты. Затем платье снова водрузилось на место. Дала обуть босоножки на невысоком каблуке в тон платья.
- Ну-ка наклонись, пройдись, присядь. Да не раздвигай ноги! Очень хорошо. Осталось подобрать макияж.
Очень сложно передать мои ощущения в тот момент. Мне всегда нравились красиво одетые девушки. Нравилось гладить гладкие под капроном ножки и подглядывать при случае женщинам под юбку. А сейчас я был в ступоре и уже не знал, как комментировать Наташины действия. Раздражение прошло. Сарказм не лез в голову.
Усадив меня за стол и порывшись в своих полочках, она в мгновение ока нанесла мне макияж, приговаривая:
- Закрой глаза. Открой глаза. Поморгай.
Я опомнился лишь тогда, когда она накрасила мне губы и взбила причёску.
- Всё! Давай посмотрим, что у нас получилось. Подойди к зеркалу, повернись разными сторонами, покружись. Ты у меня самая красивая!
В зеркале я увидел вполне созревшую 15 летнюю симпатичную девушку. У меня непроизвольно чуть-чуть прогнулась поясница, отчего попка эротично приподнялась. Стоящие вместе ножки в полупрозрачных колготках притягивали взгляд. От нахлынувшего вдруг волнения грудь часто вздымалась и в паху началось движение. В моей голове начался ураган, мысли пролетали одна за другой. "Это я-то, воспитанный настоящим мужчиной! Я, который терпеть не мог бабских глупостей, который всегда довольно небрежно относился к своему внешнему виду! Я теперь стою и откровенно любуюсь собой в женском наряде! И мне это нравится! Какой позор! А если кто-нибудь увидит? Стоп! Мне послышалось, или Наташа назвала меня в женском роде!!! Нет, надо это немедленно прекращать!"
Я повернулся к Наташе и уже приготовил подобающие слова, чтобы поставить её на место и тем самым укрепить собственное сильно пошатнувшееся мужское достоинство, но она уже с бледным лицом ложила трубку телефона. Я понял, что произошло нечто из ряда вон выходящее, и слова застряли в горле. Наташа упала на диван и разрыдалась. Сквозь сопли и всхлипы я слышал только:
- Он не придёт: Он меня бросил: У меня никогда не было ближе и родней человека: Мы с ним столько лет вместе:
Я подошёл и как мог успокаивал её.
И в этот момент мне вдруг захотелось, чтобы Мать-земля подо мной расступилась и мгновенно проглотила меня - в комнату вошла тётя! Я представил себе о чём она думает, и ни одно из направлений её мыслей мне не понравилось: дочь рыдает - значит я её обидел, я в платье - значит я педик. Меня парализовало, и повлиять на ход событий я не мог. Приласкав Наташу, она постепенно вытянула из неё суть случившегося, при этом всё нежнее на меня поглядывая. И сама заплакала
- Дима, присядь возле меня.
Я сел. Тётя обняла меня одной рукой, а Наташу - второй, прислонив к себе наши головы.
- Хорошие вы мои. В жизни не всегда случается то, чего страстно хочешь. Ты мечтала всю жизнь иметь сестричку, а я - вторую дочку. Ты росла сиротой без отца, потом у тебя появился этот парень, я видела, что ты влюбилась, и он для тебя заменил всех. Мне он тоже нравился, я даже попросила его съездить в Тамбов за Димой, и он с готовностью согласился. ("Ага, так вот это кто!" -подумал я) Но жизнь - коварная штука: Теперь у тебя чувство полного одиночества. Но мы - твоя семья и постараемся помочь тебе. Правда, Дима?
- Угу.
- Мама, почему у меня нет сестры?
Это был риторический вопрос, поскольку она прекрасно знала, что её отец умер вскоре после её рождения.
Постепенно Наташа успокоилась, а тётя занялась домашними делами. Я решил, что пора переодеться, ведь тётя должна была привести из города мне одежду, о чём я её и спросил....
- Нет, сегодня не удалось выбраться в город, совсем закрутилась на работе.
Когда я попросил Наташу помочь мне снять платье, она подошла, обняла меня и сказала:
- Не раздевайся, пожалуйста. Побудь моей сестрёнкой. Хотя бы один вечер. Мне так будет легче. Ты очень красивая.: Пожалуйста!
Я не знал, что ответить, но на фоне её переживаний мои проблемы показались пустяком, и я согласился. Она с искренней нежностью поцеловала меня в щёку, мне стало легче.
- А тётя? - спросил я.
Наташа ушла и вернулась со своей матерью.
- Наташа сказала мне, и я тебя тоже попрошу об этом. Ведь всё равно одежды для тебя нет и придётся ходить в женском. А если кто тебя и увидит, то в деревне ещё ни кто не знает, что ко мне приехал племянник, а не племянница. Тем более что у Наташи так хорошо получилось тебя одеть, что ни кто и не различит в тебе парня.
Обернувшись к зеркалу, я посмотрел на себя как бы со стороны и понял, что тётя права и её доводы прозвучали убедительно.
После мы пошли в сад на скамейку и там долго в темноте разговаривали с Наташей о жизни.
Был уже первый час ночи и Наташа пошла умываться и ложиться спать. Я сказал, что скоро приду. Очень хотелось посидеть в одиночестве и разобраться с мыслями, накопившимися за этот день.
Через некоторое время, как в доме погасли огни, я услышал сзади шорох кустов и шёпот:
- Наташа:
Меня опять как молнией поразила мысль: "Это её парень, Сергей! Он думает, что видит Наташу, ведь платье то её, а в этой темноте лица различить не может. Но он вёз меня из города и знает меня в лицо. Позору не оберёшься. Как потом людям объяснять? В деревне молва расходится быстро."
В это время он подсел на скамейку и обнял меня и начал шептать слова примирения. От него попахивало алкоголем. Темнота была такая, что я с такого расстояния не мог различить его лица, это меня немного успокоило, значит и он моего тоже не видит. Я решил выждать и улучить момент вырваться в дом. Он всё сильней и сильней меня прижимал, одну руку положил мне на колени.
- Не зачем было из-за меня так коротко стричься, - сказал он, погладив меня по голове.
А его рука всё дальше и дальше продвигалась под юбку.
Мне было приятно от необыкновенного поглаживания моих бёдер. Я молчал. Он воспринял это как знак тихого примирения и встал передо мной. Положил одну руку мне на макушку и сказал:
- Давай в знак примирения.
С этими словами второй рукой он расстегнул свою ширинку, находившуюся напротив моего лица, которое я старался не поднимать, чтобы не быть узнанным. Оттуда с неимоверной быстротой выскользнул член с размерами гораздо больше моего. "Мама родная, что это он собирается делать?" Хотя я сам прекрасно знал ответ на этот вопрос:
- Ну, чего ты? Тебе же это нравится. Не бойся, никто не увидит за этими кустами. А до свадьбы я на другое и не претендую.
И стал всё настойчивее приближать мою голову к своему агрегату. "Что делать? Что делать?" - крутилось в голове. "Меня хотят трахнуть в рот как девку!". "Интересно, что чувствуют женщины, когда их трахают?". От этой шальной мысли вдруг появилась какая то истома и тепло внизу живота. И я решил: "Будь, что будет. Притворюсь Наташкой и дальше, всё равно он никому не скажет."
Я приоткрыл рот навстречу его вздыбленному горячему члену. Через мгновение я уже обхватил его губами и начал потихоньку посасывать. Водил языком по головке, вспоминая, как мне это делали девушки, и что я при этом испытывал. Я знал, как лучше нужно делать, чтобы было приятнее. Я обхватил рукой у основания ствола и начал подрачивать. Он раскачивался мне навстречу и своей рукой на моём затылке задавал темп, стараясь проникнуть поглубже в горло, однако я не позволял это сделать, так как моя правая рука ограничивала его введение. "Господи, что я делаю? Сосу у парня настоящий мужской член! Я же мужик. Видел бы меня кто-нибудь из знакомых!". Но тут вмешалось Альтер-эго "Ну и ничего страшного, никто ничего не узнает. Немножко пососёшь и все. Ведь ты же сейчас стараешься разыграть роль девочки, чтобы скрыть свой позор, ну так и веди себя как девочка-соска. Лучше старайся, чем быстрее это закончится, тем для тебя же лучше!". Второй рукой я начал массировать яички, что бы поскорее довести его до оргазма. Он начал прерывисто дышать, а его член в моём рту затвердел как камень, резким движением он убрал мою руку со своего члена и с размаху засадил мне его весь в горло. Я уперся носом в лобок. Он вынул его и снова засадил на всю длину. Меня потянуло на рвоту, я задыхался. И вдруг вспомнил подслушанный женский разговор о том, что в этом случае надо сделать вид как будто стараешься проглотить большой кусок еды. Я сделал глотательные движения, и стало свободнее. Вдруг он разразился. В мой рот хлынул поток спермы так, что щёки мои раздулись и часть её протекла сквозь плотно сжатые губы мне на подбородок. Следующим толчком он опять засадил мне в гланды, я сделал глотательное движение и сперма протекла внутрь меня.
Мой член просто разрывался. И было стыдно признаться самому себе, что мне это нравится. Моё сознание было разделено на две части, причём угнетённая мужская его часть была забита куда то в угол и подавала тихие возгласы протеста, в то время как женская сущность просто ликовала, поддерживаемая плотскими животными инстинктами. Внутренний голос говорил: "Теперь я уронил своё достоинство, я не мужчина. Как я смогу с этим жить?" Вторая половина сознания твердила: "Ну, вот и всё, ничего страшного не случилось. От тебя же не убудет. Признайся, ведь было приятно ощущать себя послушной соской с хорошим членом самца во рту. Ты так сексуально причмокивала и старалась доставить наивысшее наслаждение партнёру, хотела понравиться ему, а это - чувства и действия настоящей женщины." Я где то читал, что у каждого мужчины хоть раз в жизни но подобное случается.
Я начал облизывать его член дочиста и в этот момент в доме загорелся свет, а один луч упал на моё лицо, увлечённый работой я не придал этому значения.
- Вот это да! Ты кто? - прошептал Сергей, поспешно пряча член, испачканный помадой и застёгивая ширинку. Затем присел на корточки и пристально взглянул на меня почти в упор.
- Дима, Наташин брат?... - проговорил он удивлённо и растерянно.
До меня дошло, что меня разоблачили, он меня узнал. От стыда я покрылся испариной.
- Что всё это значит? Что за маскарад? Ты, что со странностями? - посыпались вопросы. Потом сел рядом на скамейку и долго пристально смотрел на меня. Я понимал, что бежать в дом уже бессмысленно, всё равно завтра будет знать вся деревня. Необходимо было решать проблему на месте и как-то договориться с ним о неразглашении. Сергей поднялся, походил взад и вперёд, затем подошёл ко мне присел передо мною на корточки, взял мои руки в свои на моих коленях и сказал:
- Ну, давай выкладывай, моя нечаянная любовница, всё начистоту. Что будем делать?
Похоже, он тоже боялся огласки с моей стороны, ведь могут посчитать, что он тоже нетрадиционной ориентации.
Я решился и подробно всё рассказал.
По ...окончании рассказа я почувствовал облегчение. Теперь всё расставлено на свои места, мне скрывать нечего. Оставалось только договориться о сохранении теперь уже нашей общей тайны. Мужская моя сущность почувствовала себя уверенней. Сергей сидел и молча разглядывал и поглаживал мои руки, лежащие на коленях.
- У тебя красивые, прямо девичьи ножки, - сказал он и начал поглаживать мои колени, постепенно поднимаясь всё выше к ляжкам и старался залезть под юбку.
После случившегося моё тело воспринимало мужские руки на себе с удовольствием, нисколько не противясь. Я решил расставить все точки над i, закрыть тему и разойтись.
- Сергей, давай договоримся, что никто ничего не узнает: - предложил я.
- Давай, согласен, но мне нужны гарантии, что ты не проговоришься.
- Какие тебе нужны гарантии? Я на всё согласен.
- Я хочу тебя трахнуть как настоящую женщину, тогда ты точно уж будешь молчать.
Сказанное ошеломило меня. "Ни за что я на это не соглашусь. Это невозможно! Хватит уже! Что, я шлюха какая-нибудь? Да я лучше застрелюсь. Он не посмеет. Я сейчас дам ему по морде пятнадцать раз, а дальше будь что будет!" Вторая половина сознания говорила: "А что, трахаться - так уж по полной программе. Тем более, назад уже пути нет. Ты не сможешь жить так, как раньше. Ощущения тебе понравились. Следуй желаниям твоего тела и всё будет в порядке. Будь женщиной до конца. Завтра начнётся новый день и всё станет на свои места, будет как прежде. А сегодня ты попал."
От его ласк моих ног мне стало необыкновенно приятно, истома охватила меня, поднимаясь с низа живота всё выше, делая моё тело расслабленным и податливым.
- Стань раком, - сказал Сергей, как бы приподнимая меня со скамейки и разворачивая к себе спиной.
Неожиданно для себя я развернулся и уперся руками в спинку скамейки с широко расставленными ногами. Опустив голову, я старался ни о чём не думать, а лишь отдаться на волю чувствам и принять его ласки.
Он тем временем задрал юбку мне на спину и нежно обглаживал мои ягодицы. Затем засунул пальцы под резинку колготок и спустил их до колен, потом медленно отправил туда же и трусики и начал мять мой оголённый зад, раздвигая половинки и проводя пальцем между ними. Каждый раз, когда он касался моего ануса, по мне пробегала волна наслаждения, отчего моя спина прогнулась, выпятив попку так, что открылся свободный доступ к дырочке. Сергей смачно и метко плюнул мне на анус и начал надавливать пальцем на него, постепенно просовывая его вглубь и массируя стенки. Так миллиметр за миллиметром он весь оказался в моём заднем проходе. Круговые движения доставляли мне массу удовольствия. Затем он его вынул, ещё раз плюнул и теперь уже двумя пальцами проделывал ту же процедуру. Когда два пальца оказались внутри, он начал вращать ими и раздвигать в стороны. Так продолжалось минут десять, в доме уже погас свет. Когда пальцы были извлечены из меня, послышался ещё один плевок, но на заднице я его не почувствовал. Вдруг я ощутил прикосновение твердого, тёплого и влажного члена к моей приготовленной дырочке.
- А теперь напрягись, как будто хочешь пукнуть.
Я так и сделал, и в этот момент меня пронзила острая невыносимая боль. Я замычал. Сергей одним резким движением засадил свою головку и тут же вынул и тут же начал ласкать пенисом вход, слегка надавливая. Меня одновременно оглушали боль и удовольствие. Казалось, что я весь превратился в анальное отверстие - других своих частей тела я не ощущал. Постепенно боль поутихла. Я почувствовал, как меня сзади сильно взяли за бёдра и в анус постепенно начал входить член. Я опять вдохнул и напрягся. Теперь Сергей делал это медленно, миллиметр за миллиметром, то отступая, то вновь продвигаясь внутрь. Вскоре я почувствовал прикосновение его яиц к моей промежности и понял, что насажен на кол полностью. Моё очко пульсировало. В таком положении он замер на некоторое время, видимо, давая мне привыкнуть. И начал медленные фрикции. Меня душила боль. Однако к моему удивлению болезненные ощущения постепенно отступили. Теперь не создавалось большого сопротивления для движения члена во мне. Возникло чувство наполненности. Мой член уже давно стоял, но на него никто не обращал внимания. Мне стало тепло и приятно. Своими руками он задавал темп и вскоре я приспособился двигаться в такт его движениям. Подвигав попой в разные стороны, я нашёл положение, в котором каждое проникновение доставляло мне массу удовольствия.
Меня посетила мысль: "Посмотри на себя со стороны: стоишь раком, спина прогнута, юбка задрана на спину, трусы и колготки спущены на колени, ноги расставлены, голова опущена, на губах застывшая сперма, очко раздолбано, а сзади стоит малознакомый мужчина и имеет тебя по полной программе. А тебе это нравится, ты даже сладострастно постанываешь и подмахиваешь! Какой же ты мужчина? Ты - самая натуральная блядь, которой только что сломали целку и ебут без стеснения." Меня захлестнул стыд, который быстро был подавлен удовольствием. Я начал ощущать мелкую приятную дрожь в промежности, быстро распространявшуюся на всё тело. Перехватило дыхание, сердце кажется остановилось. Ощущение реальности внезапно исчезло. Мой организм начал биться в конвульсиях. С губ слетел короткий крик. И из моего члена брызгала сперма. Вскоре я опять вернулся к действительности и подумал: "Боже мой, это же был оргазм!!! Настолько мощный, которого я ни разу не испытывал, казалось, я чуть не умер. У меня такого не было ни с одной девушкой. Самое странное, что при этом никто не касался моего члена! Значит я кончил по-женски!!! Ну и кто я после этого?"
Удовлетворённый, я захотел слезть с этого кола, который продолжал меня раздалбывать. Сергей, кажется, понял мои намерения и обхватил меня покрепче. Теперь он уже драл меня только ради собственного удовольствия в бешеном ритме. Я осознал разницу между самкой и самцом: девочке нельзя уйти, пока самец не насытится ею. Я покорно стоял и дожидался окончания акта. Ради интереса я попробовал сжимать и разжимать свой анус.
- О да! Вот так! - послышалось сзади.
Мгновением позже меня изнутри обожгла струя тёплой жидкости и дикая вибрация в анусе. Он излился и замер, насадив меня по самые яйца. Прилёг мне на спину. Обнял за талию и, поглаживая по голове, зашептал.
- Молодчина. Красавица ты моя. Теперь ты даже не девушка, а нормальная женщина с нежными умелыми губками и разработанной попкой. Всех женщин трахают в задницу и в этом нет ничего страшного, ты ничем не отличаешься от них в этом.
Мой любовник вынул член, обтёр его об мои трусики, застегнул ширинку, нежно похлопал меня по попке и сказал:
- Одевайся и иди домой. Я своё слово сдержу - никто ни о чём не узнает, - и ушел через забор.
Я натянул(а) колготки и пошёл(ла) домой. Идти было несколько не удобно, поскольку из растянутого ноющего ануса сочилась на ноги сперма. Приходилось ноги расставлять пошире и оттопыривать задницу.
Раздеваясь у себя в спальне через дверь я увидел, что Наташа смотрит на меня из своей комнаты.
- Я всё видела. Когда ты долго не приходила, я выглянула в окно, чтобы тебя позвать и увидела эту картину. С ним у меня окончательно все решено. А с тобой давай договоримся: с этого момента ты для меня навсегда сестрёнка Диана и ведёшь себя соответственно, а я никому не расскажу про то,... что было. А теперь иди подмойся, одень ночнушку и ложись спать.
Мне ничего не оставалось, как принять её условия.