Не помню точно, когда я начал думать о ней, наверное, лет в двенадцать. Первые фантазии связаны с ее ногами, не знаю даже почему, ну может быть из-за того, что они были всегда доступны. На них можно было смотреть, их можно было даже потрогать не явно конечно, а как-то невзначай, то ли в шутку, щекоча, ну, в общем, возможность была. Конечно, она не ходила там, в ажурных чулках с поясом, не носила мини и все такое прочее, все было строго и чинно, но от этого то меня и трясло. Именно тогда я стал извращенцем. Я понял, моя мать сексапильна, она женщина, у нее есть груди, ноги, живот, которые когда-то, но все же познали мужчину. Смешно все это звучит, конечно, но ведь я был ребенком. Вся ее непоколебимая благопристойность в моем воображении становилась абсолютной непристойностью. Она сидела в теплой вязаной кофте читала книгу, я же видел ее голой с размазанной по губам помадой в очках залитых спермой, и такие видения преследовали меня постоянно. Я рос, и со временем мне стало не хватать того, что я видел, хотелось чего-то большего, я стал подсматривать. Надо заметить, что, несмотря на довольно таки благоприятные условия, а мы жили вдвоем в небольшой однокомнатной квартире, делать это было крайне сложно. Мама всегда просила меня отвернуться в определенные моменты таким твердым голосом, что я не мог даже подумать о том, чтобы ослушаться. Единственной возможностью оставалась ванная комната. К сожалению, никаких окон или, запланированных для таких как я "хороших" мальчиков, отверстий в стенах в ней не было, поэтому я просто-напросто расширил напильником щель под дверью, так чтобы увеличился угол обзора. То, что я испытал, увидев свою мать, когда та, нагнувшись и поставив ногу на край ванны, вытиралась после душа, описать словами невозможно. Это было что-то. Кровь в лицо. Пульс сто пятьдесят и мелкая дрожь. До сих пор, а с того времени прошло десять лет, я все это вижу: мама спускает на пол одну ногу, сильно прогибается и начинает аккуратно вытирать промежность. Я рассчитывал увидеть ну может быть грудь, если повезет, а в двадцати сантиметрах от моей бессовестно подглядывающей детской мордочки было что-то умопомрачительное: заросшее густым черным волосом влагалище, задница да еще с мокрой красной дырой, белые груди, и все это - моя неприступная мамочка, которую все окружающие зовут не иначе, как Галина Сергеевна. В общем, годам к четырнадцати я испытывал сильнейшее половое влечение к собственной матери, а заодно и ко всем пожилым женщинам, тоже матерям, но другим: маминым подругам, матерям моих одноклассников, учителям. В голове сформировалась некая галерея из этих женщин. Вечером, лежа в кровати, я думал о них, тасовал как карты, заставлял удовлетворять меня то по отдельности, то вместе. Одна из наиболее сильных фантазий тех лет - банальная баня (на самом деле даже ни разу в жизни не был), где я "мылся" со всеми своими персонажами. Оргазм происходил в тот момент, когда мама подводила меня к стоящим раком учительницам, раздвигала одной из них отвислые половинки, вставляла мой член и, стоя на коленях, смотрела на мою работу, а я потом долго кончал ей в лицо. В то время я стимулировал себя порнографией. Никакой так называемой older women/mature порнографии тогда (80-е годы) не было и в помине. Все, что я мог тогда достать - это черно-белые карты (продавали глухонемые на выходе из метро Белорусская) и пару потрепанных журналов непонятного года выпуска и происхождения через своих приятелей, но все равно это было здорово. Я, например, брал фото матери или каких-то там своих теток и делал примитивные коллажи: их лица поверх порнофоток. В 90-е пришло видео, но опять таки ничего интересного для меня не было. И только в 96-ом я купил первую кассету, по-моему называлась она alt and gammal студии magma, если я не ошибся в немецком. Сразу же затрепал ее до дыр. Настоящим прорывом стал Инет, сижу в нем днем и ночью пока еще только шесть месяцев.
Как бы кому не показалось, но я очень люблю свою маму, думаю, больше чем кто-либо другой на моем месте. Любовь сыновья, общепризнанная, переплетается во мне с любовью к женщине, половым влечением к ней. Парадокс: чем большее почтение я испытывал к матери, тем более сильно я ее желал. Конечно, жизнь развела нас, я отслужил в армии, женился, мама тоже вышла замуж и стала жить у мужа, нормальная как у всех жизнь. Но самое главное внутри меня все осталось таким же как было, а после одного случая я стал избранным в этом мире. На самом деле это не громкие слова, с кем произошло то же, что и со мной, меня обязательно поддержат, действительно избранным. Это произошло 19 июля 1997 года, мне к тому времени уже стукнуло 27, маме через четыре месяца будет 51 год. Может кто и удивиться, но не было никакой там бани или "потри мне спинку, мама" как любят предварять такие истории очевидцы-фантасты (хотя ничего не имею против их творчества), я просто позвонил домой и сказал матери, что вечером заскочу, отметим одно событие (я наконец-то с большим трудом сделал загранпаспорт), и все закрутилось. Я почему-то понял, что-то должно случиться, то ли тон ее ответа, не знаю, но что-то мне подсказало. Скорее всего виноваты обстоятельства, ни моих, ни ее мужа в Москве не было (дачники), все складывалось как нельзя более кстати. Я заехал за ней на работу, купили бутылку CAMРARI, дыню и домой. Стратегический план был таков, кстати, советую всем соратникам: во-первых, после рюмки я за руль ни ногой, и мама это знала, значит, была вероятность того, что мне удастся остаться на ночь. Во-вторых, на трезвую голову бабу уложить в кровать несколько сложнее, чем после двух-трех рюмок сладкого, но крепкого напитка, а собственную мамочку тем паче, только так можно притупить психологические установки - табу и тому подобное. В-третьих, я стал ухаживать за ней, подавал руку, поддерживал за талию, говорил комплименты. Это совсем не страшно - сказать; "мама, я тебя люблю больше всех? у тебя интересная прическа? ты великолепно выглядишь, похудела?" и все такое прочее. И это сработало, она не отталкивала меня, начала немного кокетничать. Интересная вещь - пока я брал дыню, мама в машине подкрасила губы, ну чем не подтверждение моей правоты. Кстати, это я сейчас все так расписываю, как под микроскопом, а тогда это были не мысли, а какие то горячие волны внизу живота, которые подсказывали мне, что делать. Меня вела природа.
В общем, мы сидели на кухне часов до девяти, и я постоянно думал об этом. Основная проблема для меня - как начать. Это должно было быть не резко, но в тоже время не слишком медленно и расплывчиво. Я постоянно создавал какие-то околосексуальные ситуации, рассказал несколько откровенных анекдотов, пару раз в шутку прижался всем телом, обнимался, но начало не приходило. Наконец мама прилегла на диван, у нее кружилась голова от вина. Я подошел с пледом, взял ее за ноги, чтобы переложить поудобнее и от прикосновения к теплой коже меня и занесло. Я сел рядом, ее ноги лежали у меня на коленях, нагнулся и стал их целовать. Мама мягко высвободилась, подтянув колени и слегка раздвинув ноги. Я, даже не думая, тут же ткнулся лицом в открывшуюся мне промежность. В ту секунду я почему-то решил, что мама сделала все специально, она была без трусов, значит хотела. Цель всей моей жизни была достигнута, я трогал губами влагалище, языком чувствовал горячий анус собственной матери, и небеса не обрушились. Я ласкал ее не больше минуты и сразу же вставил. Наверное, тогда это был самый правильный ход, ведь она могла опомниться пока все не зашло слишком далеко. Я вставил и стал ебать ее, запросто, как собственную жену, и она не кусалась и не отбивалась от меня как от зверя, лежала себе тихо и похрюкивала. Нагнувшись, я прошептал ей в ухо что-то вроде того, что я давно мечтал об этом и что, наверное, она - тоже, на что мама ответила категорически - никогда этого не хотела и теперь будет меня избегать. Мы разговаривали как обычно, если не думать о ...том, что мой член по-прежнему торчал в ее влагалище. Зазвонил телефон. Такая вещь неприятна, когда дома трахаешь законную супругу, а тут я совсем испугался, реальность могла отрезвить мать и испортить ситуацию. Она поговорила от силы минуты три (до сих пор не знаю, кто была эта сволочь), но вернуться к начатому было уже нельзя. Мы пошли на кухню пить чай. Самое интересное, мы разговаривали так, как будто ничего между нами не произошло. Пришло время идти спать, и мама спросила, где мне постелить. Я ответил, что спать будем валетом, а иначе уеду пьяным. Она засмеялась, сказала, что ей достался тот еще сыночек, и разложила диван. Мы все-таки легли валетом, и я сразу же стал лизать маме пятки. Мы словно повторяли предыдущие действия: раскинутые ноги, straigНt sex, но, если первый раз еще можно было принять за случайность, то сейчас меня хотели. Я взобрался на мать как кобель на суку. Все длилось минут двадцать, и то, если бы я не пил, то кончил бы мгновенно. Из всего того, о чем я мечтал больше десяти лет, я смог поцеловать мать в губы (ей это явно не понравилось, но языком поработала), полизать ей между ног и сами ноги, потрогать и поцеловать ее груди, вставить хуй ей в рот, обычным образом трахнуть и все. Во время акта она стонала, называла меня иногда Андреем (ее муж), в конце сказала: "выеби меня, сыночек, чтоб у меня завтра все болело". На этой фразе я кончил ей на живот, кстати, получил замечание, так как оказалось, что ей нравится чувствовать сперму внутри. Пока она мылась, я заснул.
Теперь об избранности. То, что я пережил, в нашей человеческой природе есть явление уникальное, необычное. Но это для человеческой природы, но не для меня. Да, я вступил в половые отношения со своей матерью, ну и что здесь криминального. Она же не будет от меня рожать, нарушая там какие-то генетические коды, мы просто получили удовольствие друг от друга. Наша жизнь внешне не поменялась, все по-прежнему. К сожалению, такого рода сексуальная ориентация, а я повторяю, МНЕ НРАВИТСЯ СОВОКУПЛЯТЬСЯ С СОБСТВЕННОЙ МАТЕРЬЮ, осуждается чрезвычайно. Инцест всех отпугивает, мне кажется, я знаю почему, все думают о сексуальном насилии. Отличайте, пожалуйста, отношения отцов-садистов с малолетними дочерьми от полюбовных отношений. Инцест по желанию - это здорово. Я думаю, что при стечении обстоятельств, любой желающий может трахнуть мамочку, просто некоторые не признаются, что хотели или хотят этого. Вот вы, например, готовы ли со стопроцентной гарантией сказать, что, если ваша мать, сексапильная пожилая женщина, вихляя, как уличная блядь, бедрами, подойдет к вам на каблучках и, шурша прозрачным капроном, прижмется всем телом, готовы ли вы сказать, что в штанах ничего особенного не произойдет? Я думаю,что - нет.
Р.S. Знаю по себе, что тем более веришь написанному, чем суше и официальнее текст. К сожалению, образование не позволяет, все время хочется, ввернуть какой-нибудь литературный оборот. Поверьте, все это правда, до последнего слова. Мы живем в Москве. Прошу прощения, если кого покоробила ненормативная лексика в моей истории.