Мне было 18 и я встретился с нею. Вообще-то познакомились с двумя девушками на пляже в подмосковном Красногорске мои друзья. Мы тогда много выпили компанией и гусарствовали - переворачивали на воде взятую на прокат лодку, "одалживали" водку и закуску в местном киоске-магазине у хачей. Все мы были студентами, закончившими первый курс. Я плохо помню, как добрался до дома.
А через несколько недель вдруг позвонили эти подруги. Встретился с ними. Сначала мы вдвоем с одним другом развлекали их разговорами, катали на лодке по туманному озеру, когда чуть накрапывал дождь. Было романтично. Когда мы уходили, я взял красивую девшку за руку и был почти счастлив вечером, прийдя домой. Я не называл это влюбленностью, но...
Потом я пригласил на свидание ту, которая была симпатичнее. Чего уж там - она была очень красива. Зеленые глаза, длинные волосы, груди, фигура чуть полнее 90-60-90 и пухлые щечки.
У тогда думал, что ей около 18. Вроде она говорила. Первый раз приглашать ее на свидание было стремно. Тогда я вообще первый раз приглашал на свидание. Никогда не думал, что мне повезет с этой юной красоткой, носившей мини-юбки, курточки, челку.
Встретилсись снова на озере. Пытался всячески ее очаровать... И у меня немного получилось, несмотря на мою неброскую в общем-то внешность. Не буду пересказывать наши разговоры, мои комплиметны и шутки. Впечатление, которое помню как сейчас и буду помнит всю жизнь: провел травинкой по ее босой ноге, узкой легкой стопе, провел вдоль пальцев. Сидя в тени на тарой деревняяой скамейке, она так и не поняла, что при этом чувствовал ее новый знакомый. Как я хотел дотронуться губами до ее ножки. В старину на Востоке по стопе судили а красоте женщины, я читал.
Она была девственницей, но моя неопытность мешала осознать этот очевидный факт. На прощание поцеловал ее в лицо. Потом она рассказывала, что это понравилось ей, а мои комплименты были "изысканы и необычны". Всего-то - например, я сказал, что она стала бы "королевой бала". На самом деле, разговоры и "дружба" с девками - дерьмо для латентных пидоров, я знал это уже тогда. Она была мне нужна была как женщина.
Кстати, ей оказалось всего 15. Только что исполнилось, в начале августа. Она закончила 9 класс.
Мы стали встречаться, целовались в губы, обнимались. Оторвать ее от глупой, некрасивой 18 летней подруги было не так уж сложно. Однажды мы встретились все вместе у меня дома днем. Ее подруга поняла без слов, наконец, что она не у дел. Кто-то пообещал познакомить ее с моим другом...
Однажды она убрала мою руку от свой груди под мокрым купальником: "не сейчас". Она не давала свою грудь, оставляя моим глазам колебания мокрой синей материи лифа. Однажды во время долгого поцелуя у меня в комнете я лег на нее и почуствовал как она горячеет. Если ты переспишь со мной, я уйду - говорила она. Я верил и боялся. Расстегивал дома или на пляже ремешки ее туфель. Дома поцеловал нежную кожу подошвы ее ноги. Она засмущалась.
Мы встречались еще три недели. Потом мы сходили в некий идиотский театр и бесшабашно поехали на троллейбусе под дождем в московский серебрянный бор. Было уже около 12. В парке никого не было, начиналась сильнейшая гроза. Она была в красивом платье старшей сестры. Мы дошли до песчаного пляжа и под канонаду грома она сама предложила купаться. Мы разделись в ночи под ливнем, я зашел в воду и поплыл, а когда вернулся на берег - мельком увидел ее груди. Идем обратно, она боится ночи и грозы, земляных червей, заполонившей лесные асфальтовые дорожки. Она идет босиком, просит нести ее. С радостью! Троллейбусы уже не ходят и мы ловим почти бесплатную попутку до моего дома. Там - чай с ложкой бальзама, звонок маме в Зеленоград (ее забитая жизнью интеллигентная и почти нищая мама вроде бы доверяла мне по рассказам дочери. Ее дочь пересказывала наши подчас "философские" беседы. По сравнению с прежними знакомыми-подростками ее дочери, озабоченными закомплексованными птушниками, это была дистанция огромных размеров).
Мы легли рядом на большом разложенном диване по дразными одеялами. Но тут же залезли под одно грется. Мы почти не спали, разговоры перемежались объятиями. Под утром я впервые дотронулся до ее груди. Увидел груди, крупные соски, россыпь родинок на левом. Поцеловал грудь. Она горячела. Остановился. Отдышавшись, она искренне поблагодарила.
А утром я был на седьмом небе от счастья. Она ходила по квартире почти как жена, в халате. Я ходил в магазин за корейским салатами. Вскоре она сама предложила помыться вместе в душе! Я видел ее голое тело, ее, совсем голую девочку под струями, с мокрыми волосами. Когда мы обнимались, подвесив душ, я провел рукой по ее лону. Провел пальцами по ее губам там, обнимая сзади, прижавшись к ее попе... Она боялась смотреть на мой член. Когда мы обнимались на кровати, взял ее гладкую по-женски налитую белую ягодицу. Нащупал ее анус. Мой палец вошел туда почти непроизвольно, крепко и упруго обняла тугая плоть девичьей задницы. Ее колени обняли мои бока, она сидела на мне. Стала целовать мой рот еще шире, я проник глубже. Хотя потом сказала, что ей это не понравилась. Она была девственницей, в этот вечер по дорогк домой она говорила, что "чувствует себя грязной", чуть не плача.
Когда через несколько дней я положил ее руку на свой член, она испугалась. Не знала что с ним делать. Сжал ее руку на члене. Движение без слов. Потом я понял, что она не знала"об этом" почти ничего, ограничиваясь популярными просветительским книжками. У меня не было опыта, но это другое дело - я вел ее, совращал. Она хотела, я трогал ее нижние губы, проникая внутрь, растягивая плеву. Она очень боялась. Думаю, понимала, что потеря девственности неизбежна, но бежала от этой мысли. Мои друзья думали, что мы уже давно... Хотя они в некотором роде боялись связываться с "малолетками" до 16.
Прошло три недели. Моя девочка научилась смотреть на член и даже ласкать его руками. В один из викендов у меня дома, села голой на член, не вставляя его, конечно же - подмяв по себя. Вдруг предложил вставить его на полсантиметра. Она боязно согласилась. Через несколько часов она потеряла девственность на ковре. Глупая, она думала, что мой член будет послушно двигаться, не ломая "цветок". Как это не смешно, но я сам так думал. Но после минуты обоюдного забытья я увидел ее красивое лицо, на секунды скорчившееся от наслаждения. Впервые кончила. Встал с нее и увидел немного крови на уже не девичьем бедре, ее порозовевшее, имзенившееся лицо. Она все поняла, но поговорили об этом мы только часа через два. Она была потрясена. "Ты теперь должен беречь меня!". Кстати, он не почувствовала боли вообще, по ее словам. Сказались недели "растягивающих" ласк. Это был и мой первый раз. По-настоящему мы трахнулись на следующие выходные. Через несколько минут ласк, я вошел в нее на всю длину.
А официально расписались в ЗАГСе мы только через 2 с половиной года, когда ей было 17, а мне 21. Она стала первой и последней.
(время действия - август-сентябрь 2000 г. ничего вымышленного)