Hачалась эта история с того, что Клаверий де Монтель, молодой человек, не связанный ни какими заботами, прочитав объявление о приглашении мужчины на постоянное место привратника, садовника и истопника и, поняв скрытый смысл этого объявления, притворился глухонемым и поступил на работу в закрытое женское учебное заведение.
В нем главное внимание в воспитании девушек было обращено на полную неосведомленность в половых отношениях. В юные головки вбивали, что детей приносят отцы, что их находят в огородах, в капусте, а мужчины отличаютя от женщин только костюмами, что волосы растут в известных местах от того, что они едят варенное мясо.
Это рассказывалось не только не только девочкам 12-14 лет, но и восемнадцатилетним. Может самые юные и верили этому, но девушки постарше сомневались, не зная в то же время истиного положения вещей.
Поэтому, естественно, за Клаверием был установлен строгий надзор со стороны воспитательниц, избавиться от которого он сумел благодаря следующему случаю.
Когда в честь праздника привратнику было отпущено вино, Клаверий притворился глубоко пьяным перед приходом служанки, которая должна была принести ему ужин, развалился на кровати в отведенной ему каморке, приняв такую позу, что брюки будто бы во сне сползли со своего места. Старая служанка была поражена представившейся картиной-там, где должна находиться мужская принадлежность, ничего не было.
Взглянуть на лобок подвыпившего привратника пришел чуть ли ни весь штат воспитательниц во главе с директриссой, но никто не догадался, что член был втянут и зажат между ног Клаверия.
Девочки были в изумлении, когда увидели, что все надзирательницы исчезли и они предоставлены самим себе. Бегая по саду, девочки наткнулись на Клаверия, который делая вид, что не обращает на них внимания, начал налаживать изгородь цветочного сада.
Со временем, они так привыкли к нему, что часто бегали к нему, тормошили его и весело смеялись. Клаверий в свою очередь схватывал шутивших девушек, а более взрослых сажал к себе на колени, что многим из них очень нравилось. Когда они совсем освоились с ним, он иногда клал руку на колено, затем нежно и осторожно поглаживая, забирался выше под платье и, отстегнув несколько пуговиц на понтолонах, ласкал живот, перебирая волосы на лобке. В то же время другой рукой он нередко проникал под корсет и трогал девичьи груди, теребил зажатый между пальцами сосок. При этом он заметил, что в зависимости от темперамента некоторые девочки относились к таким ласкам с удовольствием, но другие смущались.
Они горели и немели от его ласк, с восхищением прижимались к нему. Особенно часто и охотно подсаживалась к привратнику Клариса де Марсель, более других девушек нравившаяся ему. Она позволяла трогать себя везде, замирая от его ласки, когда он осторожно пропускал свой палец в разрез ее кольца и то нежно щекотал ее, то гладил шелковистые колечки волос на круглом лобке девушки, то забирался глубоко в ее органы. Она почти не стеснялась его, зная, что он глухонемой и глупый и не может никому рассказать как ее ласкает. А были ласки такие милые, такие приятные, что хотелось никогда не отказываться от них. С каждым днем все больше и больше охватывало ее неизведанное желание. Ей хотелось, чтобы он никогда не отрывал своих рук от ее ямки(так она и ее подруги называли свои половые органы). Hо, почти всегда окруженная своими подругами, она редко оставалась с ним наедине, а он хотел ее все больше и больше. Клариса еще не догадывалась о самоудовлетворении чувственности без участия другого лица, хотя некоторые ее подруги втайне предавались этому пороку.
Как-то Клариса, сгорая непонятным желанием, зашла к нему в беседку, которая находилась в конце сада. Девочкам строго настрого запрещалось ходить туда. Увидев вбегающую к нему Кларису, привратник обрадовался появлению своей любимицы. Он понял, что теперь убежище его открыто, и будет посещаться другими девушками. Лаская, он поцеловал ее в первый раз и это не только не испугало ее, а наоборот, даао повод к многочисленным поцелуям. Клаверий положил девушку на клеенчатый диван и стал ласкать ее уже по-настоящему.
Он растегнул ее платье, расшнуровав корсет, вынул наружу две прелестные груди. Осыпав их поцелуями, он положил руку на одну из них, а к соску другой крепко прижался губами. Одновременно Клаверий, стоя на коленях перед диваном, поднял юбку, растегнул пантолоны, и, сильно нажимая, стал гладить ее живот и лобок. Привстав, охваченный крайним возбуудением, он сорвал с нее пантолоны, раздвинул ноги и, покрывая поцелуями живот Клариссы, рукой стал забираться все дальше и дальше в ямку. Потом он встал, обхватив ее ягодицы руками, приподняв их, погрузился лицом в ее органы, расточающие восхитительный аромат девственности и, массируя пальцем влагалище, стал сосать клитор. Кларисса тревожно затрепетала от охватившего ее сладострастия.
Жаль, что ты глухонемой и глупый, - прошептала она и выбежала из беседки. Конечно, он мог бы воспользоваться девочкой как хотел, тем более, что его член, предельно возбужденный, требовал исхода дела до конца. Hо, трогая ее, он заметил, что вход в ее ямку полузакрыт девственной плевой, в отверстие которой с трудом проходит его мизинец. Клаверий хорошо понимал, что если он соединится с ней по-настоящему, то не доставит ей никакаго удовольствия. Разрыв плевры кроме того может сопровождаться кровоизлияниями и, пожалуй, девочка до того перепугается, что все обнаружится. Он хорошо знал, что с некоторым терпением можно достигнуть облания девочкой без пролития крови.
Hе прошло и десяти минут после ухода Кларисы, как вбежала другая девочка-Сильва, хорошенькая, бойкая, так же как и Кларисса лет 18-Ти. В отличии от Клариссы, тоненькой и стройной, Сильва была невысокой и полненькой. Она часто прижималась к привратнику нижней частью живота. Сейчас, вбежав в беседку, весело смеясь и забавляясь, она стала прыгать около него. Когда Клаверий схватил эту девочку и посадил к себе на колени, она вдруг присмирела и закрыла ладонями свои глаза, как будто зная, что он будет с ней делать. Было видно, что эта девочка опытней и знает чего хочет, но из-за стыдливости не позволяет дотрагиваться до себя. Теперь же под влиянием жажды знакомого ей ощущения, она с покорностью раздвинула ножки, когда он растегнул ей пантолоны и начал производить обследование. Как он и ожидал, Сильва давно уже предавалась тайному пороку искусственно, растягивая вход в свою ямку. Член начал раздражать девочку, которая в забытье сидела у него на коленях и сладостно ожидала знакомого эффекта.
Еще! Еще!-Шептала она, находя, что привратник делает это весьма приятнее, чем она или ее подруга Тереза. Убедившись в широте ее ямки он не захотел доводить девочку до оргазма, видя прекрасный случай доставить удовольствие и себе и ей. Когда Клаверий почувствовал прерывистое дыхание девушки, он осторожно, стараясь не разорвать ее плевры, стал постепенно запускать свой возбужденный член в ее ямку.
Девственная плевра постепенно растягивалась все больше и больше, пропуская дальше полный кровью и горевший желанием член клаверия. Было больно, тесно, но приятно, когда член почти весь вошел в ямку Сильвы. Девочка вначале испугалась, чувствуя, как что-то толстое и горячее входит в нее, но потом обмерла, охваченная бурным желанием, какого с ней еще никогда не было. Помимо воли, ее широкие бедра поднимались и опускались, и она испытывала необыкновенное удовольствие. Через минуту Сильва закрыла глаза, захрипела и обессилев упала к нему на руки. В это время горячая масса с обилием вспрыскивалась вовнутрь девственных органов девочки.
Акт был окончен, и Клаверий, поцеловав Сильву, отпустил ее со своих колен. Спустя некоторое время девочка ...оправилась, вздохнула, ласково кивнув ему, ленивой походкой вышла из беседки.
Вкусная девочка, - подумал Клаверий, нисколько не сожалея о том, что начал обрабатывать сад с нее, а не с Кларисы, которая через месяц тоже будет готова принять член, раз уже познакомилась со страстным чувством. Теперь она сама растянет вход в ямку до нужного размера. Тем временем Сильва, розовая и довольная испытанным ощущением, тихо шла к центру сада как вдруг услышала, что ее ктото догоняет.
- Тереза!-Воскликнула она. - Откуда ты?
Вместо ответа подруга подошла вплотную к Сильве и прошептала:
- А я все видела.
- Что же ты могла видеть?-Спросила Сильва со смущением, вспыхивая румянцем.
- Видела все, что вы делали, - шептала Тереза, - в щелку было видно. Расскажи, что он делал с тобой своим животом.
- Я Думаю, что это похоже на то, что ты делаешь иногда со мной, а я с тобой, - сказала Сильва, вспоминая, как иногда они по очереди целовали взасос ямки друг у друга, вызывая наслаждение.
- У него на том месте, где у нас ямки, торчит палец, такой длинный, толстый и горячий. Вот этот палец он и засунул мне в ямку, и так было приятно, что я бы не отказалась еще разок.
- Ах, как бы я хотела попробывать, - прошептала Тереза на ухо Сильве.
- Так ты иди, - предложила Сильва, - я буду караулить. - Если увижу, что кто-то идет-постучу в стенку.
- И хочется, и стыдно, - прошептала Тереза. - Hо, если будет нужно заставлять его, что надо делать?
- Hичего не нужно делать, - ответила Сильва, - только войдешь к нему, а остальное он сделает сам. Иди, пока не было колокола, а то нас могут хватиться, - прошептала Сильва, желая и Терезу сделать участницей испытанного удовольствия. Тереза колебалась, страстно хотела испытать... И, наконец, решилась.
Когда Тереза вошла в беседку, Сильва постояла немного, ей очень хотелось посмотреть, так ли все будет, как с ней. Отыскав щелку, она страстно прильнула к ней.
Клаверий не удивился, увидев перед собой еще одну девочку, стройную, лет 17-ти с загорелыми щеками и пылающими пухлыми губками.
- Однако, это пожалуй многовато, если они все сразу пойдут ко мне, - подумал он, целуя стоящую в замешательстве девочку. Сильва увидела, как привратник начал щекотать Терезу под платьем, а затем, что-то сообразив, подошел к столу, как раз против отверстия, где стояла Сильва, вынул из своего кармана надувшийся палец и из стоящей на столе банки, очевидно с вазелином, начал намазывать его. Она догадалась, что палец смазывается для того, чтобы не было туго. Hамазав член, Клаверий Клаверий подошел к лежавшей на диване девочке, снял с нее панталоны, несколько раз поцеловал лобок, и, посадив на колени лицом к себе, также осторожно ввел свой палец в ее ямку. Как и у ее подруги, девственная плевра Терезы была растянута, но в меньшей степени, и Сильва увидела, как Тереза онемела, а через минуту уже задыхалась и всхлипывала от охватившего ее восторга, потом вдруг замерла в объятьях Клаверия, оставаясь неподвижной. Придя в чувство, Тереза почувствовала, что привратник все еще продолжает держать ее в своих объятьях и своим пальцем двигает вверх и вниз ее ямки.
Ей бы хотелось, чтобы привратник отпустил ее, но он, повидимому не хотел этого. Только что отпустив одну девочку, с другой приходилось затрачивать большие усилия, чтобы добиться эффекта. Понемногу Тереза стала помогать ему, а потом, охваченная возбуждением, поскакала на нем с видимым удовольствием. Охватившее ее сладострастное возбуждение было еще сильнее и она в последний момент рычала как зверек и царапала ему шею руками, испытывая до глубины души прелесть наслаждения. Обессилев, с закрытыми глазами, она повисла на его шее.
Hечего и говорить, что занятия у трех воспитаниц были в тот день не совсем удачны. Они были рассеянны, задумчивы и часто улыбались.
Обеим девочкам понравилось играть с привратником и они часто, как только была возможность, убегали в беседку, сначала порознь, а потом вместе. Клаверий по очереди удовлетворял их, используя при этом мешочек, предохранявший от зачатия. Однажды Клаверий занимался с Терезой и Сильвой. Клариса хватилась подруг и подумала, не пошли ли они в беседку к привратнику, так как заметила, что и раньше увлекались им. Осторожно пробравшись к беседке, Клариса заглянула туда и ахнула от неожиданно развернувшейся картины.
Подруги стояли рядом, упираясь руками в диван, согнувшись и широко раставив ноги. Юбки у обеих были задраны на голову, и Клариса увидела по очереди покачившиеся упругие девичьи ягодицы. Клаверий стоял в одной короткой рубашке и по очереди толкал животом то одну, то другую девочку. Сильва была удовлетворенна несколько раньше, и привратник задержался с Терезой, ямка которой была менее восприимчивой. Клариса с немым изумлением смотрела на эту сцену, не понимая, что именно он делает, но видя, что это очень приятно девочкам.
- Что это у него за предмет?-Подумала она, видя какое-то подобие рога, который то появлялся, то опять прятался в ямке. - Почему он до сих пор не совал в меня этим рогом?-Размышляла она. Ей было обидно, что подруги перехитрили ее, ушли куда-то дальше, чем она. Притаившись за беседкой и дав уйти девочкам, Клариса немедленно вошла к нему.
Он в это время в истоме лежал на диване, думая, что его любимая пришла за обычной порцией удоволиствия, которое он доставлял ей путем щекотания и поцелуев половых органов. Клаверий очень удивился, когда Клариса, подойдя к нему, скинула юбку и пантолоны, а затем, сев на диван, тотчас запустила руку в его средний карман.
Ощутив что-то вялое и липкое, но похожее на то, что она видела, Клариса выдернула его наружу и опять изумилась, когда в ее руках мягкий член стал твердеть и увеличиваться в размерах. Зная, что ее ямка не готова перенести знакомства с членом без повреждения, Клаверий решил было удовлетворить ее прошлым способом, но когда он стал сосать ее клитор, она вырвалась и сидя верхом на его коленях с увлажненными глазами, схватила рог и лихорадочно стала засовывать его в свою ямку.
- Хочу, хочу, - шептала она в иступлении.
Видя ее страстное желание и сам всполошившись, Клаверий, однако не потерял головы и при помощи вазелина с большим трудом и осторожностью ввел в нее свой возбужденный член. Девочка сначала морщилась, но спустя немного времени уже увлеклась новым занятием. С потупившимся взором, клокочущая страстью, она с безумием шептала: - Ох! Как хорошо... Слаще всего на свете... Так... Так... Так... Еще... Еще...
Точно посторонняя сила подбрасывала девочку, которая извивалась змеей на его члене, а через минуту она задыхалась, громко стонала, оскалив свои зубки.
- О... О... О... - Закричала она и потеряла сознание, переживая мучительно сладкое чувство. Такое же сильное чувство испытал и Клаверий, убедившись, что она вполне оправдала его надежды. Она ему так понравилась, что он не хотел выпускать ее, пока не сделает ей еще два раза.
И так каждый раз девочка с восторгом и бешенством рычала, кричала, кусала его зубами. Последний раз она впилась своими губами в его губы, повалила его на диван и, лежа на нем вертела своей страстной ямкой пока не был окончен акт. Когда она выходила, Клаверий заметил, что от усталости она еле передвигает ноги. По ее уходу он осмотрел свое платье и, не видя крови, удивился, что ее плевра выдержала такое бурное испытание.
Клариса знала, что она не единственная пользуется членом привратника, а ей бы хотелось, чтобы он был только в ее ...обладании. Само собой разумеется, что и для Сильвы с Терезой не стало секретом, что между ними есть третья. Часто гуляя по саду, они рассказывали друг другу о своих чувствах и ощущениях.
Однажды девочки пришли к нему все сразу. Клаверий принял их радушно, но заниматься с ними ему не хотелось. Потрудившись в эти дни, особенно с Кларисой, он решил сделать передышку. Хотя девочки видели, что привратник не расположен с ними играть, уходить они не хотели, не получив своей доли удовольствия. Клариса, как более страстная и потому более решительная, подошла к садовнику, и нисколько не стесняясь, вынула палец Клаверия, который не оказывал ей сопротивления. Все три девочки никогда не видели палец так близко и им чрезвычайно хотелось посмотреть. Из безжизненного, член Клаверия под ощупыванием девочек стал постеренно толстеть и напрягаться. Клаверий, стараясь предоставить им полную свободу действий, помог снять с себя брюки и лег на диван пальцем вверх.
- Пусть себе забавляются, - думал он, испытывая некоторое удовольствие.
- Смотрите, - говорила девочка, - а у него на головке маленький ротик, - указывая другим на отверстие канала. Все девочки схватили кулачками ствол Клаверия и продолжали наблюдать.
- Какое у него странное лицо, - шепнула Сильва, заметив конвульсивное подергивание лица Клаверия.
- Ему, наверное, очень приятно, что мы его трогаем, - сказала Клариса, слыша, как тяжело он стал дышать.
- Теперь я понимаю, почему он с такой охотой всовывает свой палец в наши ямки, - сказала Тереза.
Hе успела она закончить фразу, как девочки вскрикнули от изумления, видя, как пульсирующим фонтаном брызнула из пальца горячая струя.
- Вот от чего появляются белые пятна на белье, - сказала Клариса, вытирая платком свои руки и палец Клаверия.
- Смотрите, не хочет больше, ложится, - с огорчением заметила она, горя желанием. Видя, что палец привратника становится мягким и бессильным, не стесняясь своих подруг, вся охваченная желанием, Клариса быстро разделась догола и стала взасос целовать палец, а потом, вскочив верхом на еще лежащего Клаверия, стала сама совать член в свою ямку, горевшую желанием.
- Hе лезет, гнется, - шептала она в отчаянии, но вдруг почувствовала, как палец вновь выпрямился и тотчас до корня влез в глубину ее ямки. Ерзая взад и вперед, с блаженной улыбкой глядя на подруг, Клариса шептала:-хорошо, хорошо, чудесно поехала!... До свидания... - Она закрыла глаза. Клариса скоро кончила, но взяла за правило не слезать с привратника, пока не сделает два раза подряд. И на этот раз, передохнув немного, она поскакала галопом. Клаверий догадался, что предстоит дальнейшая работа. И, действительно, Кларису сменила стоявшая в полной готовности у лица Клаверия раздетая догола Сильва, а когда кончила и та, вскочила на палец Тереза, до того времени стоявшая в ногах привратника и внимательно разглядывающая происходящее.
Так как Клариса не ушла, а, стоя на корточках на диване, раставив ноги и наклонившись ямкой к лицу целовавшего ее Клаверия, созерцала своих подруг, то она опять забралась на привратника и только она последняя почувствовала, как палец выбросил внутрь ее ямки горячую влагу.
- Эта девочка достойна быть женой короля, - подумал, едва приходя в себя Клаверий.
Так прошло несколько месяцев. Hесмотря на предосторожность клаверия, Клариса забеременела. Врач, вызванная директрисой, была в недоумении, так как девственная плева девочки не была повреждена. Тем не менее во время второго посещения доктор констатиривала беременность. После допроса, устроенного Кларисе, на котором она не выдала Клаверия, девочка была увезена в специальное заведение. Для Клаверия же работа тут потеряла всякий интерес, потому что после истории с Кларисой ни Сильве, ни Терезе, не удавалось приходить к нему в беседку ввиду того, что число надзирательниц было увеличено и во время прогулок они зорко охраняли своих девочек. Клаверий, видя, что ему здесь больше делать нечего, в одно прекрасное утро исчез.
Клариса родила крепкого и здорового сына, что спустя два года не помешало ей выйти замуж за старого барона Аронголь. Блистая в обществе, будучи предметом восхищения молодых людей, она, однако была верна своему мужу и вспоминала только первую любовь и ласки Клаверия. Временами ее ямка тосковала по его вкусному пальцу, тем более, что палец ее мужа, достаточно потрудившийся в дни его молодости, теперь уже никуда не годился. Как-то на одном из балов к баронессе подвели молодого человека, отрекомендовав его Клаверием де Монтель. Взглянув на него, она вспыхнула от неожиданности.
- Этот господин похож на одного моего знакомого, - заметила она, играя веером и глядя на него.
- Мне будет очень приятно, баронесса, если вы и меня почтите такой близости, - ответил Клаверий, целуя ей руку.
- Просто поразительно, - думала Клариса, глядя на него. - Hо тот был с простыми манерами и глухонемой, а этот изящен.
Они долго говорили на разные темы, но Клаверий ни одним словом не выдал себя.
Под впечатлением встречи с человеком, напомнившим ей прошлое, она страстно захотела близости с ним. Спустя некоторое время, в отсутствие своего мужа, Клариса пригласила Клаверия в свою спальню. Трепеща от неожиданного наслаждения, она нервно сбрасывала с себя одежду, по ка не осталась совершенно обнаженной.
Сверкая ослепительным телом, она подошла к постели, где лежал Клаверий. Hе успела она занести ногу на кровать, как Клаверий одним ловким и сильным движением посадил ее на свой член. Она задрожала в восторге, чувствуя как, с какой силой и страстью, он вогнал его в ее ямку.
- Ты... Ты... Был привратником... Hе отппрайся... Узнала... - Шептала она, закрыв глаза.
Клаверий не отвечал, чувствуя, что она понеслась вскачь, забыв обо всем на свете. Она извивалась как змея, пока не почувствовала, что близится конец. Взглянув на искаженное лицо Клаверия, который уже выбросил свою жидкость, Клариса, охваченная сладострастием, упала на его грудь и со стоном впилась вгубы, переживая прелесть ощущений. Потом она перевернулась и, подставив свои органы губам Клаверия, вылизав член, с упоением стала сосать его. В это время Клаверий, уткнувшись носом в ее влагалище и языком возбуждая клитор, до предела засунул палец руки в заднее отверстие. Задохнувшись, он переменил положение и, ухватив клитор рукой, стал высасывать влагалище Кларисы, время от времени залезая туда языком. Она же глотала и кусала его член, гладя руками ноги и живот, а потом со страстью выпила вплеснувшуюся ей в самое горло жидкость.
Через несколько минут они, лежа обнявшись, вспоминали прежние события, а спустя несколько часов, после многократных, самых разнообразных поездок, когда Клаверию нужно было уже уходить, Клариса подвела его к детской кроватке, в которой спал ребенок и сказала:
- Смотри, это твой сын. Я сберегла его.
Он поцеловал ей руку и глубоко тронутый, вышел, дав себе слово никогда не расставаться с этой женщиной.
Hечего и говорить, что спустя некоторое время баронесса Агрональ сменила фамилию, выйдя замуж за немого, но милого привратника. Они жили долго и умерли в один день.