Дело было в Нижнем, тёплым июньским утром 1986 года, когда мне едва стукнуло 16.После двух недель практики на Автозаводе я изрядно устал. По вечерам не было сил ни погулять с одноклассницей Юлькой, ни даже поиграть с встающим на всё-всё-всё другом. Я закрывал глаза и видел мрачный цех, горы металлической стружки и лужи мерзкого машинного масла... Стоп! Хватит! Отдыхать!
В субботу, ровно в 5 утра я побросал в рюкзак донки, взял ключ от сарая и в два прыжка очутился в подвале. Дорогу до нашего сарая я проходил вслепую: десять шагов вперёд до угла, шесть - влево... Я вытянул вперёд правую руку. Раз, два... Оппс! Я вздрогнул: рука наткнулась на чью-то джинсовую куртку, а хриплый голос произнёс:
- Попался, птенчик!.. Серёга, тут ещё один!
Из темноты донеслось:
- Давай его сюда!
Я рванул к выходу, но споткнулся...
Три или четыре пары рук подхватили меня и потащили вглубь подвала. Я пинался и дёргался, но что может сделать шестнадцатилетний мальчишка с кучей дюжих и возбуждённых мужиков?
- За каждый звук получишь пузырь в жопу. Понял меня, ублюдок? - сказано вполголоса, понято мгновенно...
В одном из тупичков подвала, прямо на полу горела свечка. Блики облизывали грубые доски сараев, мрачные силуэты и... голого одноклассника Генку из четвёртого подъезда. Его руки и ноги были связаны так, что он принимал позу пловца на старте.
- Раздевайся, птенчик!
- Отпустите меня!.. Я никому ничего не скажу! - прошептал я.
- Заткнись, урод!.. Ты и так ничего никому не скажешь! - сказал тот, кто поймал меня, - А за то, что открыл свой рот, я тебя накажу!
Тут я получил сильный удар в ухо и упал.
- Раздевайся, сучара! - чьи-то мощные руки сдирали с меня тренировочные штаны, плавки, футболку, кроссовки...
Я не питал никаких иллюзий. Понятно, что к 16 годам я уже начитался рассказов об изнасилованиях, но никак не мог понять, как это в попку может войти чей-то член, если даже маленький баллончик из-под дезодоранта туда не входил? Неужели меня сейчас будут трахать? От одной этой мысли было и больно, и стыдно.
- Раком, падла! - крошечный фонарик, работающий от ручного рычага, зажужжал и вспыхнул прямо перед моими глазами. - Мить, а он очень даже...
- Открой рот, цыпочка, и сделай дяде чмок-чмок! - перед лицом возник истекающий спермой и пахнущий дерьмом член с наколкой в виде пчелы, фонарик погас.
Я попытался отползти в сторону, но получил ещё один удар в ухо:
- Стоять, ублюдок! - при этом сильные пальцы открыли мой рот, и в ту же секунду в нёбо воткнулся чей-то член, член как член, не такой огромный, как в порнофильме, но этот член был Первым...
Я подавился... Член лез в горло, и я совершенно на мог дышать. Меня стало рвать, а член всё лез и лез... Сзади вспыхнул свет:
- Братаны, вы только полюбуйтесь на эту попку!
- Вау!.. - член вылез из горла.
- Птенчик, тебя уже трахали в попку? Можешь ответить.
- Нет...
- А ты туда что-нибудь вставлял?
- Да... Баллончик от дезодоранта... Один раз...
- Зачем?
- Хотел понять, как туда входит член.
- А это зачем?
- Не знаю...
- Птенчик, а ведь ты пидор! А если ты пидор, подними попку повыше!
Я даже не успел пошевелиться, как по самой дырочке прошла рука с едким вазелином, а внутрь вошёл чей-то палец.
- Ааааааааааааааааххххх!.. - было очень больно.
- А кому сейчас легко, Птенчик? - палец вышел из попки, где-то в темноте чмокнул вазелин, и - ааааааооооооооопппс! - в меня вошло два пальца.
- Паши, подведите сюда второго! - сказал Серёга, и два невидимых Паши подтащили ко мне полудохлого Генку, а сам Серёга зажужжал фонариком - Смотри, тварь, какая должна быть жопа!
Генка замычал, а еле удержался, чтобы не заорать от воткнувшегося в меня члена.
- Паша, это ты, что ли?
- Ага!.. - самодовольно хмыкнул невидимый Паша и стал ритмично рвать мои внутренности, и в это же время в мой рот вошёл ещё один член.
- Делайте фотку! - вспышка осветила подвал, но я ниего не увидел, кроме месива голых тел и окроваленного Генки.
- Птенчик, ты просто прелесть!.. За это ты получаешь приз!.. Геннадий, ну-ка отсоси у Птенчика! - Генка повозился в темноте и нехотя припал к моему члену.
И в этот момент мне показалось, что задница совсем не болит, более того, мне чертовски приятно. Я стал двигаться в такт трахающим меня Паше и Серёге, Генка зачмокал и я... со стоном кончил за пару минут.
- Эта шлюха кончила! - это был Митька, - А кто ей разрешил? За это, Птенчик, ты будешь наказан!
Сзади опять зачмокал вазелин, и в мою дырку упёрлось холодное стекло бутылки.
- Пожалуйста, не надо бутылкой! Вы мне всё порвёте! Лучше трахайте меня в попу и в рот, сколько хотите, но не надо бутылкой!.. - мою речь прервал удар в ухо.
Голова упёрлась в стенку сарая, по спине ползали мурашки (впрочем, это могло быть крысиное дерьмо с пыльного пола), а в задницу лезла "чебурашка". Я ныл и ревел, боль отключала мозги...
- Вить, не лезет...
- Ничё, в следующий раз влезет!.. Серый, пододвинь матрас!
В темноте зашуршал матрас. Меня подняли и усадили на кого-то лежащего, не забыв ввести в ноющую дырку член.
- Нагнись!
Я нагнулся. Сзади зашуршали и - аааааааааааоооооппп! - в мою задницу вошёл ещё один член, а в рот - ещё один, уже обмякший. Вспышка - и фотоаппарат увидел работающие во мне поршни. Всё это было менее больно, чем проникновение бутылки, но тоже не сахар. Члены заёрзали в моей попке и где-то через минуту кончили.
- Мить, у тебя пиво осталось? Дай глотнуть!
- На...
- Ну как, хорош на сегодня?..
- Ага... Только я ссать хочу... Эй, Крокодил Гена, ты где?
Генка застонал в углу, и там же зажурчал бывший литр пива.
- Вкусно, падла?
- Угу!.. - не думаю, что Генке было действительно вкусно.
- Тогда - десерт. Сейчас Птенчик трахнет Крокодила, а Крокодил - Птенчика, и мы вас отпускаем, мальчики. Крокодил, в позу!
Генка послушно встал раком, а я стал теребить свой предательски висящий член.
- Что, Птенчик? Не стоит? По бутылке соскучился?..
Выручил Генка:
- Давай я у тебя пососу! - в самом деле, помогло. Минут через десять работы под вспышки фотоаппарата я разрядился,... и тут же на меня набросился Генка... Оппаньки!.. Кто бы мог подумать, что у этого хмыря такой гигант?.. Я ныл, а Генка всё работал, работал и работал, не обращая никакого внимания на вспышки и восторженные вопли Паш, Митьки и Серёги. Десять минут? Двадцать? Тридцать?.. Ну сколько же можно?.. Уффф!..
- Хорошо, сучата... Вы заработали свободу! Надеюсь, вы понимаете, что вас выгонят из школы и всяких там комсомолов, если увидят эти фотки? - Митька говорил добрым голосом Санта-Клауса. - И вот вам домашнее задание. Птенчик должен разработать попку под пивную бутылку, а Крокодил Гена... А для Крокодила Гены у нас есть непыльная работёнка завтра вечером.
- Серый, у тебя камера на ходу?
- На ходу.
- Крокодил, ждём тебя завтра в семь вечера у входа в подвал... И не ссы: больно больше не будет! Всё, идите на хер отсюда...
Мы кое-как оделись и вышли из подвала. Ласково светило солнышко, на кустах чирикали ни о чём не подозревающие воробьи...
Что было потом?
Парни из подвала больше не появлялись. Меня тянуло в подвал, и я несколько раз я натыкался на Генку, играющего со своим членом на ТОМ МЕСТЕ, и мы разряжались по очереди друг в друга, не говоря ни слова... В школе и во дворе мы делали вид, что ничего не происходит... Потом я уехал в Москву, а Генка остался в Нижнем, теперь у него своя фирма где-то на Свердловке. Поговаривают, что на самом деле он работает жеребцом, осеменяя богатых туристов и "новых русских"... Что касается меня, то я уже больше не смог заниматься сексом с женщинами. Странно, я мечтал о повторении того случая в подвале, но ничего подобного больше не случалось. Сознательно или нет, я выполнял и перевыполнял своё "домашнее задание", и теперь в мою попку легко входит бутылка из-под шампанского.
А толку?..