Елена Викторовна - частный преподаватель английского языка, миниатюрная молодая женщина. Она помогла мне "подтянуть" разговорный английский, когда я собирался в загранкомандировку и теперь, по возвращении, я решил поблагодарить ее. Я позвонил ей и она пригласила меня к себе домой.
Я купил торт, цветы и приехал к назначенному часу. Елена встретила меня в длинном платье и домашних сабо на невысоком каблуке, ее волосы были собраны на затылке, ее глазки были опущены в пол, но я все же заметил в них необычный огонек. Она промурлыкала себе под нос "раздевайтесь", взяла у меня цветы и пошла за вазой. Я, наполовину сняв ботинок, залюбовался ее грациозной походкой, ее шейкой и плечами, ее красивой фигурой, которую не могло скрыть даже длинное платье. Она обернулась и почти прошептала "ну что же вы, раздевайтесь, проходите". Я прошел в зал, осмотрелся и сел на диван, откинувшись и широко расставив ноги.
Мы сидели в зале, пили чай с тортом и говорили о моей поездке. Я достал фотографии, придвинулся к Елене и стал показывать их, комментируя. Она сидела рядом со мной, хрупкая женщина с выразительными глазами, в ее позе ощущалась некоторая скованность. Я чувствовал, что ее влечет ко мне, но она изо всех сил пытается скрыть это.
"Боже мой, какая прелесть!" - подумал я, "Она так чувственна! Я хочу сделать ей хорошо, сделать это по-своему... Но ее стеснительность явно помешает. Придется ее связать". К счастью, веревка, которой продавец щедро перевязала коробку с тортом, лежала недалеко. Увлеченный своими мыслями, я взял веревку и нож. Леночка сжалась и отодвинулась, ее глазки округлились от страха.
- Что... Что Вы хотите сделать со мной?! - едва слышно выдохнула она.
- Не бойся, моя маленькая! Я просто не хочу, чтоб твоя стеснительность помешала мне ласкать тебя - ответил я.
Не дав ей опомниться, я рассек веревку пополам, отложил нож и убрал тарелки с остатками торта на журнальный столик. Одним движением я оказался рядом с Еленой. Я схватил ее на руки и перенес на стол. Она лежала на спине, зажмурив глаза и как мне показалось, боялась даже дышать. Я взял пару подушек с дивана и подложил под нее. Привязав веревки к ножкам стола, я вытянул ее руки над головой и зафиксировал запястья.
Ее ножки безвольно свисали со стола. Я бережно взял правую ножку, снял с нее обувь и нежно поцеловал ступню возле самых пальчиков. Елена дернулась от неожиданности и снова затихла. Я подошел к ее голове и стал легкими прикосновениями гладить ее личико и шейку. Это понравилось ей, она стала вытягивать шейку и подставлять лицо под мои руки, по-прежнему не открывая глаз. Взяв ее руку, я стал массировать ладошку и пальчики. Дыхание Леночки уже нельзя было не заметить, она дышала тяжело и прерывисто. Я захотел раздеть ее. К счастью, платье застегивалось на пуговицы сверху донизу, я расстегнул его полностью и откинул полы. Бюстгальтера на ней не было. Плоский животик Елены, покрытый нежным пушком, слегка подрагивал. Я поднес голову к ее пупку, провел языком вокруг и "ужалил" ямку. Ее крепкие грудки возвышались соблазнительными холмиками с острыми коричнево-розовыми вершинами сосочков. Я погладил их пальцами, взял между большим и указательным пальцем и слегка покрутил. Лена издала едва заметный стон. Я слегка потянул за соски вверх, продолжая покручивать их, женщина выгнула спинку и потянулась следом, на ее лице играло блаженство. Продолжая "истязать" ее сосочки, я придвинул голову к ее промежности и провел носом по трусикам. Ее ножки раздвинулись и я двинулся дальше, ощущая ее бутончик сквозь трусики и наслаждаясь его запахом. Мои руки гладили ее животик, бедра, возвращались на грудки, и все повторялось сначала. Я наслаждался волшебным телом своей пленницы.
- Пожалуйста, возьмите меня, я не могу больше... - простонала Елена.
- Не торопись! Ты полностью в моей власти и я сделаю с тобой все, что захочу - твердо ответил я.
Я приподнял ее бедра, стянул трусики и раздвинул ножки. К моему удовольствию, ее лобок был чисто выбрит, крупные малые губки скромно смотрели на меня темно-красным бутончиком. Я любовался им с полминуты и не решившись прикоснуться, сначала жарко дыхнул на него - бутончик едва заметно "поморщился" в ответ.
Безумная мысль посетила меня. В моем кейсе в отдельном кармане была смазка, презервативы и пара стерильных перчаток. Я сходил в прихожую и принес все это в зал. Елена с любопытством и тревогой взглянула на пакет с перчатками, но я только улыбнулся в ответ. Я снял сабо с ее левой ножки и поставил обе ножки на стол подошвами, так, что пальчики ног оказались у самого края стола, а темно-красный бутончик слегка раскрылся.
Я надел перчатки и выдавил на правую перчатку смазку, почти четверть тубы. Обильно смазав лепестки бутончика, я раздвинул их и ввел сразу два пальца, смазал внутри и добавил третий палец. Большим пальцем я непрерывно теребил ее клитор, а средним массировал "точку G". Она лежала, запрокинув голову, выгнув спину, тяжело дыша и громко постанывая.
Я заметил, что руками она сильно сжала свои небольшие грудки, а пальчики ног то сжимались к подошве, то растопыривались, то выписывали замысловатые фигуры. Я ринулся на кухню, набрал стакан льда и вернулся в зал, к столу, где лежала моя пленница. Положив кусочек льда на язык, я стал водить им по пальчикам ног прелестной женщины. Я складывал губы трубочкой, обхватывая отдельный пальчик и посасывал его. Иногда я проводил языком по подошве, Леночка отвечала стоном. Не забыл я и о своей смазанной перчатке, введя четыре пальца в жадно раскрывшееся лоно и медленно лаская его изнутри. Все эти испытания стали для Леночки сладкой, но невыносимой пыткой.
- Остановитесь, я прошу вас! Я не могу более выносить это - прерывисто выкрикивала она, мечась на подушках настолько, насколько позволяли веревки. - Возьмите меня, я умоляю вас!
Я тоже не мог держаться более, все, что я с нею делал, дико возбудило меня, мое тело просто горело, кровь стучала в ушах. Я отвязал ее и перенес обратно на диван, положив на живот. Я сорвал с себя пиджак, брюки и плавки, быстро надел презерватив и раздвинув нежные ягодицы женщины, резко вошел в ее обильно смазанное влагалище. Лена забилась подо мной. Я накрыл ее собою и мягко, но плотно прижал к дивану, просунув под нее правую руку и прижав клитор средним пальцем. В погасшем экране телевизора я увидел наши отражения - крепко сложенного мужчины в рубахе и носках, и миниатюрной женщины, точнее, ее головы и ног, согнутых в коленях и устремленных подошвами в потолок. Мужчина, казалось, беспощадно утрамбовывал непрерывно кричащую женщину все глубже в диван, ее голова беспомощно ездила по подушке, но ее пяточки упрямо прижимались к ягодицам мужчины. Я заглушил ее сладострастный крик, вставив два пальца левой руки в рот - обезумевшая Леночка стала жадно сосать их, сдавленно рыча и воя. Носом я отодвинул ее волосы и стал целовать изящную шейку, изредка поднимаясь к уху, чтоб поцеловать или слегка укусить. Вскоре она стала метаться подо мной так, что я с трудом удерживался наверху! Дернувшись еще несколько раз, Леночка обмякла и безжизненно затихла на подушке. Через пару секунд кончил и я. Она лежала молча, я лежал сверху, накрыв ее, но поддерживая свой вес на локтях и коленях, мой член оставался внутри женщины. По ее щеке катились слезы. Я осторожно отодвинул волосы с ее щеки и стал нежно целовать влажную кожу.
Прошло несколько минут...
- Леночка, я чем-то обидел тебя? - не выдержал я ее молчания.
- Нет,... нет! Наоборот, так хорошо мне еще не было! А слезы... Не обращай внимания, - прошептала она, слегка улыбнувшись и вытирая щеку ладошкой. - Я и сама не знаю, отчего я плачу.