"Никогда. Больше никогда. Никогда больше не буду какать" .
Мысли путались, съеживались, уступая все больше места во всем теле боли. От боли хотелось замереть и не двигаться, она заполняла все тело - и вместе с тем казалось, что все тело уменьшилось, исчезло - остался только маленький участок прямой кишки, разрываемый болью от проходившего через него огромного куска кала.
"Больше никогда на свете я такого не перенесу. Лучше совсем не какать. Чем это терпеть. Я и не смогу терпеть. Я сейчас умру".
Казалось, весь внешний мир перестал существовать, ничего не было слышно, ничего не видно - так вслушивался Саша в происходящее в его организме, всматривался - ему казалось, что он видит себя изнутри - в то, что происходило сейчас там, внизу. Время остановилось, точнее, казалось бесконечным. С того момента, когда он почувствовал, как что-то зашевелилось, закопошилось в нем, призывая его отправиться в туалет, прошло только около получаса, но ему казалось - это вечность. Он ведь еще не сразу понял, о чем пытается сообщить ему этим неясным неудобством его организм- привычный к запорам и слабительным, Саша давно уже не ходил в туалет сам и не очень помнил ощущения позыва. Однако сегодня что-то произошло - и хотя он всего четыре дня назад принимал слабительное и какал - пусть не так много, как хотелось бы, но все же некоторое количество плотных маленьких комочков ему удалось тогда выжать из себя - хотя прошло всего (для Саши - всего!) четыре дня, Саша совсем не ожидал необходимости идти в туалет сегодня.
Пожалуй, завтра или даже послезавтра он бы выпил слабительного и спокойно сходил в туалет. Однако что-то произошло с его организмом, и сегодня вдруг он ощутил позыв. В первый момент он даже попытался сдержаться, однако желание становилось все сильнее, и он отправился в туалет. Там он сел - и понял, что желание еще не есть осуществление, что то, что это желание вызывает, находится еще весьма глубоко в его кишках. Поэтому ему пришлось довольно долго массировать живот, напрягаться и тужиться, постепенно проталкивая кал все ниже и ниже. Однако чем ближе к заднему проходу он продвигался, тем больнее становилось внутри. И вот сейчас, когда кусок кала, по ощущениям имевший сантиметров десять в диаметре, близок уже был к Сашиному анальному отверстию - хотя и не достиг еще его - боль стала уже невыносимой.
Наконец кал подступил к заднему проходу, и Саша стал усиленно тужиться, выдавливая его из себя. Казалось, кусок кала разрывал его. Силы кончились, и Саша расслабился, откинувшись на унитазе. Струйка пота, выступившего от напряжения, стекла по виску. Саша решил, что больше этой пытки ему не вынести, и пора прекратить это бесполезное занятие - однако при попытке встать и сомкнуть анус он почувствовал, что это невозможно - кажется, огромный мяч застрял в самом заднем проходе, не давая ему закрыться. Но и это еще не все - к своему огромному удивлению, Саша почувствовал, как начинает напрягаться его член, как будто потуги проталкивали не только кал по его кишке, но и кровь в его поднявшийся подрагивающий жезл.
Передохнув и поняв, что другого выхода нет, Саша собрался с силами и снова стал тужиться. Каждое длительное усилие, сопровождаемое кряхтением и стоном, продвигало его ношу лишь на миллиметр. Прошло, наверное, еще полчаса, пока ему удалось выдавить из себя хоть что-то - теперь он мог потрогать это что-то пальцами и убедиться, что кусок кала, торчащий из его попы, действительно огромного размера, твердый и сухой. Саша попытался ухватиться за него пальцами и вынуть. Ему это частично удалось, однако оказалось, что если этот способ опорожнения и не требует сильного натуживания, то для заднего прохода он еще больнее. Все же ему удалось вытащить кусок кала еще немного, после чего - с передыхами и из последних сил - предчувствуя, что конец уже близок - он потужился, долго и сильно, еще четыре или пять раз. Во время последнего усилия он почувствовал, как что-то внутри него напряглось уже без его воли, и рефлекторное сокращение вытолкнуло наконец ужасный кусок в унитаз. Взглянув вниз, он увидел черный цилиндр, напомнивший почему-то батон докторской колбасы - только короткий. Окончание долгого и мучительного процесса наполнило все его тело блаженством, эрекция к этому моменту была уже такой сильной, что нескольких движений рукой хватило Саше, чтобы бурно излиться себе на живот.
Заполняя карточку, врач подозрительно посматривал на Сашино лицо, покрывшееся прыщами после вчерашних мучений в туалете.
- Запорами не страдаете?
- Нет.
- А поносами?
- Нет, что вы.
- Ммм: Странно: И стул каждый день?
- Ну не каждый: - Саша пришел к врачу совсем по другому поводу - просто нужна была справка - и этот интерес к его интимным подробностям казался ему странным и излишним. Врать не хотелось, однако и рассказывать правду было как-то неудобно.
- Ну дня через три, четыре:
- Три-четыре!!! - Глаза врача округлились, он даже забыл про то, что надо писать в карточке. - Три-четыре - и вы говорите, что у вас нет запора?! А что, сами в туалет ходите, или как?
- Ну: В общем: Слабительное пью.
- И помогает? Всегда?
- Да нет, не всегда, но чаще всего. А если не получается - на следующий день какое-нибудь другое пью.
- И давно вы так живете?
- Да всегда: - Саша понял, что врач не отстанет, пока не выведает все подробности его жизни, и решил рассказать все сам, чтобы быстрее освободиться. - То есть когда маленький был - не помню, а лет в двенадцать меня мама из туалета не выпускала, пока не: покакаю. Я там сидел, потом сбегал. А по субботам она мне давала таблетку, и в воскресенье я спокойно какал.
- То есть раз в неделю?
- Наверное. Сейчас уже не помню. Но мне кажется, что все остальные дни я там сидел просто так, безрезультатно.
- Понятно. А потом, сейчас?
- А сейчас я один живу, слава богу, никто за мной не следит - когда чувствую, что давно не опорожнялся, пью таблетку на ночь и утром иду в туалет.
- Легко опорожняетесь?
- Ну: - Саше вдруг вспомнился вчерашний кошмар. - По-разному. Иногда почти само выходит, а иногда тужиться приходится. - Подробность описания вдруг заставила Сашиного дружка ожить и зашевелиться в штанах.
- Сегодня сильно тужились?
- Вчера.
- Удачно?
- Да как вам сказать: Нет, конечно, все удалось, но до сих пор немного болит. - "Немного" было сильным преуменьшением. Боль в анусе со вчерашнего дня так и не прошла, и Саша ощущал ее при каждом шаге.
- Давайте посмотрим. Снимите брюки и трусы и встаньте на кушетку на колени. - Врач кивнул на стоящие у стены кушетку и стул, а сам пошел к раковине, мыть руки и одевать резиновые перчатки. Саша не рассчитывал на такой поворот событий. По инерции он медленно пошел к стулу, держась за пряжку на ремне брюк.
- Доктор, а может, не надо? Ничего, само пройдет.
- Вы не бойтесь, я только посмотрю.
Саша понимал, что это только успокаивающая отговорка, но все же разделся ниже пояса ...и подошел к кушетке. К этому времени врач был уже готов и стоял рядом.
- Встаньте на колени. Так, хорошо. Теперь наклонитесь и обопритесь на локти. Поднимите таз повыше. Так-так.
- Ой. - Руки в перчатках раздвинули ягодицы и замерли, видимо врач действительно осматривал Сашин анус.
- Не зажимайтесь. Я пока ничего еще не делаю, просто смотрю. Правда, ничего хорошего не вижу, знаете ли. Ваше счастье - геморроя у вас еще нет. Зато есть трещины.
- И что это значит? - Сашин голос звучал придушенно из-за неудобного положения.
- Это значит, что вы порвали себе задний проход, как рвется женщина при родах. Так что лечиться вам надо срочно.
- Чем?
- Сейчас: так: - Врач отпустил Сашины ягодицы. - Не шевелитесь.
Саша слышал, как врач отошел на несколько шагов, потом скрипнула дверца стеклянного шкафчика. Потом он снова подошел к Саше и прикоснулся к его анусу - на пальце, обтянутом перчаткой, была какая-то мазь. Он смазал вокруг, втер мазь в сомкнутое колечко заднего прохода. Убрал палец. Саша с облегчением подумал, что все кончилось. Однако через пару секунд опять почувствовал прикосновение мази. Сжался.
- Расслабьтесь. Ну же, не зажимайтесь. Я должен смазать внутри.
Саша перестал сжимать задний проход, но полностью ему расслабиться не удалось, и когда палец попытался проникнуть внутрь, он натолкнулся на полное сопротивление. Врач начинал сердиться.
- Я вам что сказал, молодой человек? А ну расслабляйтесь. Больно же будет.
- Я пытаюсь. Не могу.
- Ладно. - Доктор вздохнул и убрал палец. - Пукните.
- Что?! Я не хочу.
- Ну поднатужьтесь, представьте, что вам надо покакать.
Саша удивился, но стал старательно тужиться. В этот момент палец доктора мгновенно проник в его прямую кишку. Почувствовав это, Саша опять сжался и подался тазом вперед, одновременно и выталкивая настойчивый палец, и пытаясь сползти с него. Однако доктор крепко придерживал его за плечи, продолжая смазывать внутренности.
- Тише, тише, не дергайтесь: Вам же потом будет легче. Небось болит попа-то, а? Ну то-то же. Терпите, юноша, терпите.
Сейчас мы вам там все смажем, оно и заживет.
Доктор приговаривал, успокаивая Сашу, пока не закончил.
- Ну вот и все, юноша. - Доктор вынул палец медленно и плавно, в довершение еще раз помассировал анус снаружи и стал стягивать перчатки. - Одевайтесь.
Саша стал торопливо одеваться. А доктор тем временем вымыл руки, сел за стол и опять начал что-то писать.
- С сегодняшнего дня утром и вечером будете делать клизму, потом вставлять свечу - вот рецепт. И каждые два часа смазывайте, надеюсь, вы поняли, как это делается. Сегодня у нас четверг? Придете в понедельник, покажетесь. Саша забрал рецепт, отправился в аптеку. Купив свечи и мазь, он вышел из аптеки, но тут вспомнил, что доктор произнес еще одно страшное слово - КЛИЗМА. Он остановился в нерешительности, потом побрел обратно в аптеку. КЛИЗМА. Мать пугала его этим всю жизнь, но ни разу не осуществила угрозы. То есть один раз, кажется, она ставила ему клизму, лет в пять, наверное - потому что Саша помнил жуткий страх, но совсем не помнил самой процедуры. А теперь ему предстоит по предписанию доктора делать ЭТО самому. И ведь что самое ужасное - Саша очень туманно представлял, как это делать. И чем. Так что придется все равно вернуться в аптеку и спросить у них этот жуткий прибор.
- Вам себе или ребенку?
- Себе.
Саша побледнел и едва прошелестел это - ему казалось, что молоденькая девочка-продавщица смотрит на него и видит, как он СЕБЕ делает клизму. Однако она опустила глаза, назвала сумму и вручила ему пакет, содержимое которого было стыдливо прикрыто какой-то бумагой. Саша сунул пакет в сумку и отправился домой.