Именно в такой день отец повез меня к бабушке в деревню. Сопротивлялся я отменно: ещё бы, ведь в городе оставалась любимая игровая приставка да телевизор с мультиками. А у бабушки был из развлечений только огород, на которой я лазил, чтобы тайком поесть клубники сверх того, что мне обычно перепадало. Ничего себе отдых! Я надулся и всю дорогу смотрел в окно. Даже пятёрки за второй класс не помогли!
Приехали мы под вечер, и я тут же был водворён в большую комнату пить чай, от которого вкусно пахло смородиной. Чего-чего, а заваривать чай бабушка умела! Выпив две чашки, я похлопал себя по животу и, несмотря на уговоры покушать ещё что-нибудь, отправился во двор. Вечер в июне начинается где-то часов в десять, и в это время люди ещё вовсю занимаются своими делами или просто отдыхают на воздухе. Через сетку забора я увидел наших соседей тётю Машу и дядю Сашу и помахал им рукой.
-- Тёть Маш, Димка дома?
-- Дома, ужинает,-- кивнула та.-Завтра погуляете, сегодня поздно уже.
Димка - мой единственный друг в этом посёлке. Ему семь лет, на один год младше меня, но мы всегда гуляем вместе, даже в пруду купаемся одновременно. Я послонялся ещё немного туда сюда по участку и отправился спать. Встал я рано, когда часы ещё показывали восемь. В сенях, как всегда, стояла на своём месте кадка с ключевой водой, откуда я и напился с помощью ковшика, а потом прямо босым выбежал на двор ополоснуться под умывальником. После завтрака я с нетерпением стучался в дверь соседей, предвкушая встречу с Димкой.
-- Поднялся?-удивилась тётя Маша.-Раненько. А Димка ещё спит. Поди-ка, побуди его.
Я снял шлёпки и прошёл по мягким коврам в комнату Димки. Тот лежал на кровати в одних трусиках и блаженно посапывал. Я поднёс к его носу два пальца и слегка сжал ноздри. Димка дёрнулся и с недовольным возгласом открыл глаза. Увидев меня, он сел на кровати, потянулся.
-- Завтракать пора,-- заглянула к нам тётя Маша.
-- Не хочу я завтракать,-- буркнул Димка и попытался вновь закрыть глаза, но я потянул его за руку.
-- Пойдём купаться!
-- Не отпустят,-- Димка зевнул.
-- Отпустят.
И действительно отпустили. На пруду, кроме нас, никого не было. Надо сказать, что в густых зарослях у берега у нас с Димкой было потайное место, где мы всегда скрывались от тех, кто нас искал не вовремя. Там же мы загорали. Мы макнулись пару раз и забрались в потайное место. Подурачившись и рассказав пару анекдотов мы вдруг замерли, услышав совсем рядом шорох травы.
Звук приближался, и когда стебли раздвинулись, мы увидели Кольку. Он был известным в деревне задирой и всегда водился со старшими потому что уже исполнилось тринадцать, но иногда приходил к нам. В том году он научил нас как нужно трогать письки и сосать их у других. Мы даже один раз попробовали у него, но нам не понравилось и больше так делать не стали.
-- Привет!-Колька опустился рядом с нами на корточки.-Денис,-- это он обращался ко мне,-- ты вчера приехал?
-- Ага,-- кивнул я.
Колька заметно вырос, и мы теперь могли достать ему только до груди. Неизменными остались только лохматые волосы да драные джинсы.
-- Купались?-Колька окинул взглядом наши ещё не успевшие высохнуть тела и стал расстёгивать джинсы.
Небрежно кинув их рядом, он толкнул вниз цветастые трусы, и мы не смогли оторвать глаз от его длинного члена, вокруг которого уже начали расти волосики. Колька, гордый произведённым впечатлением, посмотрел на нас:
-- Ну чего, пососёте?
Мы с Димкой переглянулись, а Колька ехидно улыбнулся:
-- Чего вы как девчонки! Стесняетесь, что ли?
Мне вдруг действительно захотелось взять в рот его толстый член и, встав, я шагнул к Кольке.
-- Давай Дениска!
Я встал на колени перед ним. Колька подёргал кожицу на своём члене, чтобы тот вырос и отвердел и только после этого мне было доверено его облизать. Оказалось, что теперь в рот можно было взять гораздо больше головки, дальше которой у нас дело не шло в прошлом году. Обрадовавшись этому, я отсосал член где-то до середины и выпустил, чтобы перевести дух. Пока я сосал, моя писюлька в трусах выпрямилась и стала как струна. Я её несколько раз потрогал, чтобы не оттопыривала трусы, Колька заявил:
-- Скоро сам кончать будешь.
Я гордо посмотрел на Димку, хотя и не понял, что сказал Колька и поднялся с колен. Димка занял моё место. Хотя он был и меньше меня, но тоже старался взять в рот как можно больше. Колька закатывал глаза от удовольствия и поглаживал Димке голову до тех пор, пока тот не встал.
-- Понравилось?-спросил я у него.
-- Угу,-- кивнул Димка,-- только маме не говори.
-- Ладно,-- я прикрыл глаза от солнца рукой и посмотрел на Кольку гордый, что мы не ударили лицом в грязь.
-- Если кто будет обижать - говорите,-- Колька торопливо натянул штаны.-Мне сейчас в одно место надо:Пока!
После его ухода мы ещё раз искупались и решили сбегать в лесок, находившийся рядом: посмотреть, много ли земляники. Она пошла по опушке, и мы присели рядом друг с другом, отправляя одну за другой в рот. Бросив взгляд на Димку, я увидел, что он то и дело теребит свой писюн.
-- Ты чего, писать хочешь?
Димка смутился и отдёрнул руку:
-- Да я так просто:
В голове у меня тем временем созрела мысль.
-- Давай я тебе пососу.
-- Прямо здесь?
Вокруг никого не было, и Димка, немного поломавшись, приспустил трусы и дал мне отсосать его письку. Она была тонкой и маленькой и ещё не могла встать, как у меня. Пришлось её облизывать и придерживать у основания, чтобы не выскальзывала изо рта, но всё равно было здорово.
Потом Димка отсосал у меня, доставив несколько минут незабываемого наслаждения. Правда, из моего писюна что-то вытекло в рот Димки, и тому пришлось сплюнуть, но после этого он ещё немного пососал и заявил, что хватит. Несколько раз мы бегали в следующие дни собирать землянику и каждый раз развлекались таким образом. Мы были так уверены, что нас никто не увидит, что особо не прятались: на опушке мало кто бывал из деревенских. В один из дней, такой же жаркий, как и предыдущие, мы удобно устроились на травке под берёзками и дрочили друг другу письки. Мне уже хотелось пососать у Димки, как вдруг слева из-за ёлок неожиданно появились двое мужчин. В первый момент мы онемели и пока соображали, что делать, те уже стояли рядом с нами. Трусы у нас были спущены до колен, а моя пиписька, к тому же, ещё и стояла, благодаря усилиям Димки.
Мужчины были рослые, но один был пониже другого. Оба они были из тех, кого моя мама называла "хачики", т.е. с чёрными короткими волосами и волосатыми руками. "Хачики" посмеивались, глядя на наше замешательство, а заодно и на наши открытые места.
-- Не стесняйтесь, пацаны!-один, что повыше, присел рядом.-С вами можно?
Я ...недоумённо посмотрел на него, а он протянул руку и взялся за мою пипиську. Его пальцы медленно и нежно опускали кожицу и поднимали. Мне стало хорошо, и я расслабился. Другой сел рядом с Димкой и стал ласкать его писюнчик. Мы чувствовали себя немного стеснённо от того, что взрослые мужики трогают наши маленькие писюльки, но не мешали, потому что мне, по-крайней мере, нравилось, как это делал мой "хачик".
Они сняли с нас трусики совсем и ласкали не только пиписьки, но и попки, ноги, животы. Я вылупил глаза, когда мой "хачик" раздвинул мне ноги и стал сосать мою напряжённую письку. Это было похлеще, чем делал Димка! Он всасывал так, что членик, казалось, был готов оторваться. Я прибалдел и перевёл дух тогда, когда он перешёл на попку. Мне пришлось перевернуться на бок, и он вылизал там как следует, а мне от щекотки оставалось только смеяться. Димка, между тем, стоял на четвереньках, и его "хачик" лизал у него в попке так, что было видно Димкин анус. Мы знали, для чего используются эти дырочки и особого внимания на них не обращали, но когда мне туда вошёл палец, я с удивлением почувствовал, что это очень приятно и расслабил попку настолько, чтобы не мешать двигать им внутри.
-- А вы в рот умеете брать?-спросил нас мой "хачик".
Мы переглянулись.
-- Ага:-- сознался Димка.-Только мы у Кольки брали.
-- Это кто такой?
-- Да пацан из нашей деревни.
-- У меня пососёшь?-мой "хачик" встал и подошёл к Димке, расстегивая штаны.
-- Только я немного:
Димка оглянулся на меня и встал на колени. Закинув назад голову, он широко раскрыл рот и взял здоровый мужской член. Я никогда не представлял, как это: сосать член у взрослых, и сейчас с интересом наблюдал, как Димка старается взять член как можно глубже. "Хачик" улыбался и тихо постанывал от удовольствия. Я подошёл и встал рядом. Он опустил руку на мою попку и стал её сжимать в ладони, от чего я тоже получал удовольствие. Димка поднялся и вытер губы.
-- Понравилось?-сидевший на корточках напротив нас "хачик" широко улыбнулся.-Ты будешь сосать?-он посмотрел на меня.
С затрепетавшим сердцем я встал на колени, широко раскрыл рот и: чуть не задохнулся от здоровой штуки, которая полезла в рот. Она заполнила его весь и стала входить в горло. Ещё немного, и я бы закашлялся, но она полезла обратно, и дышать стало легче. Потихоньку я приноровился и стал задерживать дыхание, когда член погружался в горло. Руки "хачика" ласково поглаживали меня по голове, и мне хотелось стараться, чтобы его не разочаровать. Потом Димка говорил, что я словно проглатывал член.
Когда я отсосал, довольный "хачик" потрепал меня по голове и заявил, что я "самый лучший мальчик в мире". Мы присели рядом с ними и позволили вновь потрогать наши письки, чувствуя себя уже намного раскованнее.
-- Тебя как зовут?- поинтересовался у меня "мой хачик".
-- Денис.
-- А меня Димка,-- сообщил мой друг.
-- Вы тут живёте?
-- Не-а, на каникулы приезжаем.
-- Понятно. Денис, твой друг может у тебя пососать? А мы посмотрим!
Что за вопрос! Я быстренько встал, Димка опустился на коленки и приник к моему писюну.
-- А теперь лёжа,-- попросил "мой хачик".
Мы улеглись и оказались лицом к писюнам друг друга. Отсасывая друг другу мы так увлеклись, что не обращали внимания, как нам в попы совали пальцы и гладили разные части тела. Раньше нам в голову не приходило, что можно так улечься, и теперь я не хотел отпускать Димку, а он меня.
Насосавшись так, что заболели скулы, мы оторвались друг от друга.
-- Нам домой надо,-- сообщил Димка.
-- Так скоро?
-- Обедать,-- я посмотрел на "хачиков".-Хотите, пойдёмте к нам.
-- Нет, нет,-- замахал руками мой.-Вы лучше вечером приходите. Ещё поиграем.
Мы оделись и побежали домой. Настроение было приподнятым как никогда. По дороге мы условились, что о том, как играли, никому ни слова. Бабушка встретила меня сердитым ворчанием, что "всё остыло". После обеда мы вдоволь накупались на пруду и немного подрочили, благо, что письки отдохнули. Потом пришёл Колька, и мы ему всё рассказали. Он недоверчиво выслушал наше повествование и предложил посмотреть, ждут ли они.
-- Может, я им вставлю сам!-Колька многозначительно посмотрел на нас.-Сидите здесь!
Отсутствовал он недолго.
-- Там они!-возбуждённо выдохнул он.-Пойдём быстрее!
-- Не, я домой,-- пошёл на попятную Димка.
-- Да ладно тебе!-Колька схватил его за руку.-Ты ж мой друган!
Мы дошли до знакомого места и прошли за Колькой дальше, за ёлки, густо росшие перед опушкой. Там, на полянке, "хачики" постелили одеяло, на котором стояла бутылка "Пепси" и лежал кулёк конфет. Нам досталось по полному стакану и пять-шесть конфет. Пока мы доедали, Колька присел рядом с "моим хачиком", о чём-то пошептался и нагнулся над его штанами, расстёгивая их. Мы с удивлением наблюдали, как он вытащил здоровый член и стал сосать его. Потом Колька приподнялся, снял джинсы, и второй "хачик" стал лизать у него в попе, отчего Колька смешно выпячивал её вверх и мычал. Но самое интересное началось, когда второй "хачик" расстегнул штаны и стал вставлять свою штуку в жопу Кольки. Мы даже придвинулись ближе, чтобы ничего не пропустить.
С первого раза ничего не получилось. Член был такой толстый, что не пролезал в Колькину жопу, хотя она была немаленькой. "Хачик" обхватил его за бёдра и сильнее потянул к себе. Член сразу наполовину вошёл в Кольку, а тот вскрикнул и хотел подняться, но его удержали.
-- Больно!-Колька посмотрел на "хачика" поменьше.-Далеко не суй!
-- Сейчас разработается,-- улыбнулся тот и вновь засадил свою штуку наполовину.
Колька стонал, даже ругался, но дал вставить себе член целиком. Нам только оставалось удивляться, куда он там пролез, а Колька уже демонстративно тащился, закатывая глаза и медленно поводя бёдрами, чтобы член мужика двигался в жопе не быстро. Я первый раз видел, чтобы член совали в попу и мне стало очень интересно, что чувствует Колька.
Я заметил, что Димка теребит пипиську и предложил ему подрочить. Сняв трусики, мы взялись за дело, сидя на другом конце одеяла. Мой писюн сразу подскочил вверх от того, что я наблюдал, и это не укрылось от внимания "моего хачика". Когда он подошёл, мы с Димкой встали на колени и стали обрабатывать его член, который он с довольной ухмылкой выпустил из штанов. Димка взялся сосать, а я облизывал волосатые яйца, от которых слабо пахло мочой и ещё чем-то.
-- Блин, ну и засадил!-подошёл Колька и встал рядом.
Я скосил глаза и увидел, как он потирает порозовевшие ягодицы. "Хачик", который с ним развлекался, подошёл ко мне, и я занялся его членом, вкус которого ни с чем другим, как с говном, спутать было нельзя. Но мне он понравился. Ничего такого, когда сосёшь. Я вылизал мужской член до основания,... заросшего густыми курчавыми волосами и решился:
-- А мне вставьте.
-- Тебе?!-"хачик" даже присел.-Да я тебе палец не просуну - застрянет!
-- Не застрянет,-- обиделся я.--- У меня попка большая.
-- Что ты, в самом деле!-вступился за меня "мой хачик".-Говорит: хочет - вставь!
Он мягко отстранил Димку, потрепал его по голове и подошёл ко мне. Убедившись, что я крепко стою на четвереньках, похлопал по попке: "Расслабь, не зажимай" . Я как мог расслабился и ощутил в своей дырочке палец. Он засовывал его глубоко и двигал во все стороны. Его оглобля уже была готова и мерно покачивалась рядом с моим задом. Никогда не забуду, как он начал её вставлять. Острая боль пронзила мою задницу, но тут же кончилась, потому что член перестал входить. Когда "хачик" надавил вновь, у меня чуть глаза не выпрыгнули: так это было неожиданно. На этот раз я уже ощутил в попе его член, но он опять вытащил его и дал мне отдохнуть. Потом медленно, крепко держа меня за бёдра, стал вводить свою оглоблю, и я понял, что на этот раз - до конца. Я не смог удержаться слёз от вновь появившейся боли, но когда мой зад шмякнул по его переду, я выдохнул и почувствовал, что мне становится приятно. Потихоньку, давая моей попе привыкнуть, он двигал членом взад вперёд, а я старался не заорать. Продолжалось это недолго, и я вскоре смог встать и отдышаться. Мужики с уважением смотрели на меня, а о Кольке и говорить не приходилось.
Димка застеснялся, чтобы при всех ему вставляли, и мужики отвели его за кустики, из-за которых мы слышали вскрикивания и всхлипывания. Потом появился Димка: заплаканный, но не обиженный. По ноге у него стекали беловатые капли. Как потом оказалось, ему вставили по очереди сразу двое. Колька подошёл к мужикам со свёрнутым одеялом, о чём-то пошушукался, и мужики пошли к опушке. Мы тоже оделись и направились в обратную сторону. Попы болели у всех. Как оказалось, мужики дали ему пятьдесят рублей, на что он купил нам по мороженому, когда его привезли в деревенский магазин. Потом мы не раз давали Кольке вставить нам, но никогда не пробовали с мужиками.